28. и тогда мир рухнул

Гулкий звук рога прокатился над ареной, знаменуя начало турнира. Толпа оживилась: раздались аплодисменты, приветственные крики, звон колокольчиков, которыми размахивали знатные дамы. Флаги, развешанные по периметру арены, лениво трепетали на ветру, демонстрируя цвета великих домов. Среди них выделялись гербы императора, Валмеров, нашей семьи и других знатных родов.

Первым на арену вышел рыцарь, принадлежавший дому Маквери. Худощавый, с неуверенной посадкой в седле, он выглядел не самым грозным соперником. Ему противостоял Ксандер Лавион - высокий, могучий мужчина с широкой грудью, внушительной осанкой и тяжелыми доспехами, которые, казалось, только подчёркивали его силу.

Толпа затихла, когда соперники заняли свои позиции. Слуги вынесли им копья, и, после короткой паузы, рыцари направили своих коней вдоль деревянной перегородки, разделяющей арену.

Я сжала подлокотник кресла, следя за их движением. Лошади неслись, копыта поднимали пыль, приближаясь друг к другу с пугающей скоростью. В один миг копьё Лавиона врезалось в грудь Маквери. Раздался хруст ломающегося дерева, и менее удачливый всадник рухнул на землю с болезненным стуком.

- О-о-о, - протянул кто-то из зрителей, раздавались возгласы одобрения и даже смех.

Маквери застонал, пытаясь подняться, но тут же вскрикнул, схватившись за ногу. Его оруженосцы и слуги бросились на помощь, подхватили его под руки, а врач поспешил осмотреть раненого.

Я вздрогнула. Это было впечатляюще, но одновременно жутко.

Ксандер Лавион, напротив, проехал по арене, высоко подняв голову, принимая заслуженные аплодисменты. Его коническое копьё было сломано, но он держался так, будто не сомневался в своём превосходстве.

- Вот так и бывает. Турнир - не для слабых. -Прозвучало за спиной.

Я нахмурилась. Да, турнир - это не просто красивое зрелище, но и жестокая битва. Даже если бой не смертельный, травмы неизбежны. Этот бедняга Маквери явно не сможет продолжить соревнование.

Я почувствовала, как Дариус чуть подался вперёд, наблюдая за происходящим. Его взгляд был непроницаемым, но я знала - он оценивал каждого участника, взвешивал их шансы. Мне не хотелось думать о том, как он смотрел бы на Мариуса, когда тот выйдет на арену.

- Хлюпик, - пробормотал кто-то рядом.

Я подняла голову и встретилась взглядом с Айзеком. Он улыбнулся мне, но в его глазах читалось явное удовольствие от произошедшего.

- Ты наслаждаешься этим? - спросила я.

- Ну, не могу же я болеть за неудачников, верно? - принц ухмыльнулся и снова повернулся к полю.

Я тяжело вздохнула и посмотрела на императора. Эдрик Дуарен II сидел спокойно, но было видно, что он тоже внимательно наблюдает за каждым поединком. Он знал цену хороших воинов и наверняка присматривался к тем, кто мог бы стать полезным для империи.

Прозвучал следующий вызов. Волнение кольнуло в груди. Теперь на арену выйдут другие рыцари. Среди них мог быть тот, за кого я переживала больше всего.

Дамиан выпрямился в седле, крепче сжав копьё. Напротив него Ксандер Лавион, внушительный и уверенный в своей победе, приготовился к новой атаке. Громкий звук трубы дал знак, и оба рыцаря резко рванули вперёд, лошади взбили копытами песок арены.

Первый удар. Их копья громко ударились о щиты друг друга, но никто не пошатнулся. Оба сумели удержаться в седле, хотя столкновение было мощным. Зрители ахнули, некоторые даже вскочили со своих мест.

Второй заход. Дамиан прищурился, подправил хватку и, когда снова понёсся навстречу Лавиону, целился уже более точно. Глухой удар - и Ксандер, словно тряпичная кукла, рухнул с лошади. Он тяжело упал на бок, поднимая пыль.

Толпа взорвалась радостными криками, одни восхищённые, другие разочарованные. Кто-то громко выкрикнул имя Дамиана. Рыцари, отвечавшие за порядок, помогли Лавиону подняться, но тот, пошатываясь, схватился за бок - очевидно, удар не прошёл бесследно.

Дамиан гордо вскинул голову, его доспехи блестели в лучах солнца. Теперь он ждал следующего противника.

Толпа ещё не утихла после победы Дамиана, когда судьи объявили следующую схватку.

- Феликс Бладворд против Дамиана Монреаля.

Сердце ухнуло вниз.

Феликс. Против Дамиана.

Я резко повернула голову, глядя на брата. Он остался спокоен, словно ожидал такого исхода. Лёгкая ухмылка скользнула по его губам, когда он направил коня к стартовой позиции. Дамиан, напротив, выглядел сосредоточенным, взгляд его потемнел. Они оба понимали - это не просто схватка. Это борьба за превосходство.

- Это будет интересно, - пробормотал Айзек, склонившись ко мне.

Я не ответила. Я не знала, за кого переживать.

Феликс уверенно держался в седле, его голубые глаза сияли хищным азартом. Дамиан, сжимая копьё, выглядел так, будто был готов снести любого, кто встанет на его пути.

Рог огласил арену.

Лошади рванули вперёд, всадники приближались друг к другу с устрашающей скоростью.

Удар.

Древко Феликса врезалось в плечо Дамиана, но тот не потерял равновесия. Копьё Дамиана ударило в щит брата - Феликс качнулся, но удержался.

Толпа загудела. Первый заход не выявил победителя.

Слуги вынесли новые копья.

Второй заезд.

Феликс чуть наклонился, словно высчитывал момент удара. Дамиан крепче сжал поводья.

Они снова рванули друг к другу.

На этот раз удар Феликса пришёлся точно в центр Дамианова щита, заставив его наклониться вперёд. Однако сам он в этот момент нанёс встречный удар в бок Феликсу.

Древко треснуло, Феликс дернулся, но остался в седле.

Толпа зашумела ещё громче.

Третий, решающий заход.

Дариус, сидевший рядом, слегка подался вперёд. Я почти не дышала.

На этот раз всадники понеслись ещё быстрее.

Копьё Феликса устремилось вперёд...

Глухой треск.

Дамиан не устоял. Он полетел назад, с грохотом ударившись о землю.

Мгновение - и толпа взорвалась криками.

Феликс одержал победу.

Я закрыла глаза, выдыхая. Всё кончено.

Но Дамиан, лежа на земле, сжал зубы и резко поднялся. Он не выглядел довольным. Совсем.

Дамиан резко вскочил на ноги, его грудь тяжело вздымалась от ярости. Глаза горели, кулаки были сжаты до белизны. Ему было плевать на правила, плевать на турнир - его задело не поражение, а то, что это был Феликс.

- Чёртов ублюдок! - рявкнул он и, не раздумывая, бросился вперёд.

Феликс даже не успел спешиться, как Дамиан схватил его за доспехи и дёрнул вниз. Брат не растерялся и, словно ожидая этого, резко ударил кулаком по лицу Дамиана.

Толпа ахнула.

- Что он творит?! - выдохнула я, вскакивая с места.

Дариус рядом вскочил следом, сжав кулаки.

- Придурки, оба!

Дамиан не остановился. С разбитой губой, с диким блеском в глазах, он бросился на Феликса с новой силой. Они повалились на землю, доспехи громыхнули о песок. Феликс оказался сверху, заломив руку противника, но Дамиан вывернулся и врезал ему локтем в бок.

- О боже, остановите их! - вскрикнула я, но судьи медлили.

Толпа то гудела, то замолкала, некоторые знатные дамы ахали, но большинство зрителей выглядели довольными. Они пришли на зрелище, и вот им его дали.

Феликс резко ударил Дамиана, но тот схватил его за шею, рывком перевернув.

Дариус шагнул вперёд, но в этот момент над ареной разнёсся властный голос:

- Хватит!

Все замерли.

Император.

Эдрик Дуарен II встал с трона, его тёмный взгляд впился в дерущихся.

- Разнять их. Сейчас же.

Стража тут же метнулась вперёд.

Один из рыцарей схватил Дамиана за плечи, оттаскивая назад, другой удержал Феликса. Они оба были в пыли, с рассечёнными губами, с бешеными взглядами, полными ярости.

Император спокойно посмотрел на них.

- Это турнир, а не уличная драка, - его голос был холодным. - Раз вы не умеете сдерживать себя, оба исключены из игры.

Толпа разом загудела.

- Что?! - Дамиан дёрнулся, но его крепче схватили.

Феликс лишь хмыкнул, вытирая кровь с губы, но ничего не сказал.

- Решение окончательное, - отрезал император.

Дамиан вздрогнул от злости. Я смотрела на него, и вдруг мне стало его жалко. Он ненавидел проигрывать. А сейчас он потерял всё.

Виктор Монреаль поднялся со своего места, его лицо оставалось непроницаемым, но я чувствовала - сейчас кто-то получит по ушам.

Дамиан тоже это понял. Он стиснул зубы, но, не дожидаясь отца, развернулся и пошёл прочь. Виктор последовал за ним, сохраняя внешнее спокойствие, но мне было ясно - за закрытыми дверями Дамиана непременно ждёт разговор.

Я вздохнула, собираясь пойти к Феликсу, но внезапно заметила, что рядом с ним уже кто-то есть.

Фелиция.

Она наклонилась к нему, что-то шепча, а он, кажется, даже улыбнулся - устало, но всё же. Я прищурилась. Когда они успели стать такими близкими?

Ладно, пускай милуются.

Я опустилась обратно на своё место, пытаясь унять сердцебиение.

Я рассеянно смотрела на арену, но мысли были далеко. Что, чёрт возьми, произошло между Феликсом и Дамианом? Они ведь ладили. Конечно, не были друзьями в полном смысле слова, но точно не врагами.

Я снова взглянула на брата - Фелиция что-то тихо говорила ему, а он лишь кивнул, но взгляд его был пустым.

Не успела я додумать, как голос глашатая прорезал воздух:

- Мариус Валмер!

Моё сердце сжалось.

Я резко выпрямилась, сжав руки на коленях.

Вот и он.

Толпа оживилась, кто-то выкрикнул имя Мариуса.

Он вышел на арену уверенным шагом, его доспехи сверкали в лучах заходящего солнца, а на лице была спокойная решимость.

Боже.

Пусть всё будет хорошо.

Мариус двигался уверенно, будто рождён для этого.

Я следила за каждым его движением, и чем дольше длился бой, тем сильнее стягивало грудь.

Сначала он столкнулся с рыцарем из дома Леру. Это был напряжённый поединок, но Мариус оказался быстрее. В следующий момент его противником стал могучий Бранд Каверн - тот держался дольше, но ошибся, и этого было достаточно.

Я не дышала.

Мои пальцы сжались на платье, ногти впились в ткань.

Не смотри на меня.

Но я знала, что Дариус смотрит.

Я чувствовала его взгляд.

- Ты нервничаешь, - наконец заметил он.

- Разве это не очевидно? - я не сводила глаз с Мариуса, который только что сбил с коня очередного соперника.

Толпа гудела. Кто-то восхищённо кричал, кто-то ругался от досады.

Я слышала, как Дариус вздохнул.

- Ты слишком... - он осёкся, подбирая слово.

Я резко повернулась к нему.

- Что?

- Вовлечена.

Я ощутила, как кровь отхлынула от лица.

Он знал.

Я отвела взгляд, но чувствовала - брат не переставал наблюдать.

Толпа гудела.

Глашатай громко объявил:

- Мариус Валмер - победитель турнира!

Раздались аплодисменты, одни восторженные, другие недовольные.

Мариус развернул коня и поскакал ко мне.

Я застыла, когда он приблизился. Его доспехи блестели, лицо выражало триумф и уверенность.

- Мой венок, - сказал он, протягивая копьё.

Я естественно повесила венок на него, думая, что на этом всё.

Но он меня удивил.

Мариус перехватил мою руку.

И поцеловал её.

Толпа ахнула.

Лёгкий шёпот пронёсся среди знатных дам. Мужчины переглянулись.

Это было публичное заявление.

Которое поняли все.

Я чувствовала, как на меня устремились взгляды, но не могла отвести глаз от Мариуса.

Он медленно отпустил мою руку, чуть улыбнулся, а затем развернул коня и направился к императору.

По приказу императора, рядом с турнирным полем поставили шатры для всех знатных семей.

Здесь же будут ночевать - до завершения празднеств.

Толпа постепенно рассосалась, рыцари и знать расходились по своим шатрам, обсуждая турнир, сплетничая и строя догадки.

Но мне было не до этого.

Я сбежала от Дариуса, едва представилась возможность, и пошла искать Мариуса.

Его поступок...

Он был смелым. Даже слишком.

Что он хотел этим сказать? Зачем так открыто?

Но, прежде чем я нашла его, наткнулась на Феликса.

Брат стоял в полутьме у одного из шатров, будто ждал кого-то.

- Феликс! - я тут же подошла, не собираясь упускать шанс. - Что случилось между тобой и Дамианом?

Он отмахнулся, даже не посмотрев на меня.

- Немного поспорили.

- Поспорили? - я не поверила.

Феликс тихо выдохнул и, наконец, посмотрел мне в глаза.

- Мы поругались. В малом дворце, когда ты ушла с бала.

Я цокнула языком, скрестив руки на груди.

- Дариус недоволен твоим поведением, - бросила я, всматриваясь в лицо брата.

Феликс лишь фыркнул, равнодушно пожав плечами.

- Как будто мне не всё равно.

Я закатила глаза.

- Когда-нибудь ты наживёшь себе неприятности, - предупредила я, но он уже отвёл взгляд, давая понять, что разговор окончен.

Ну и пожалуйста.

Я развернулась и поспешила прочь, оставив его в одиночестве.

Мои шаги замедлились, когда я добралась до шатра Мариуса.

Он здесь.

Я огляделась. Никого.

Сердце гулко стучало в груди, но я всё же осторожно раздвинула ткань входа и шагнула внутрь.

В шатре царил полумрак.

Лёгкое дуновение ветра шевелило полог, свечи отбрасывали дрожащие тени на стены.

И в этом мерцающем свете я увидела его.

Мариус стоял спиной ко мне, без рубашки, склонившись над тазом с водой.

Мои глаза тут же зацепились за рана на его боку.

Я замерла.

Когда? Как?

Я не видела, чтобы его ранили во время турнира.

- Ты собираешься стоять там молча? - раздался его голос.

Я вздрогнула.

Он не оборачивался, но явно знал, что я здесь.

- Как ты... - я сглотнула, всё ещё разглядывая рану. - Когда тебя ранили?

Он вздохнул, провёл рукой по мокрой коже, убирая лишнюю влагу.

- Это не важно.

- Не важно? - мой голос дрогнул. - Мариус, у тебя кровь!

Он улыбнулся, и только тогда повернулся ко мне.

Его взгляд был ленивым, но внимательным.

- Разве ты не за этим пришла? Чтобы посмотреть, насколько я жив после турнира?

Я возмущённо выдохнула.

- Я пришла, чтобы... - я запнулась, потому что сама не знала, зачем.

Мариус сделал шаг вперёд.

Я не отступила.

- Тебя смутил мой поступок? - он чуть наклонил голову, рассматривая меня.

Мои пальцы сжались в кулак.

- Это было... слишком, - призналась я.

Мариус усмехнулся, его губы изогнулись в лукавой улыбке.

- Да?

Я сжала челюсть.

- Все видели!

- В этом и был смысл, Розалия.

От того, как он произнёс моё имя, по коже прошла дрожь.

Я не удержалась.

Сердце громко билось, руки сами потянулись к нему.

Я поцеловала его.

Крепко, жадно, с жаром, который копился внутри меня весь этот день.

Мариус не отстранился.

Его ладони скользнули по моей спине, притягивая ещё ближе.

Мне было всё равно, что я мну платье, что наверняка испачкала его в крови.

Мне было не до этого.

Он ответил с той же страстью, его дыхание стало глубже, жар от кожи обжигал меня.

Но внезапно он вскрикнул, резко отпрянув.

Я отшатнулась.

- Что?

Мариус поморщился, схватившись за бок.

Я прикрыла рот рукой, осознав, в чём дело.

- Рана... - выдохнул он, стиснув зубы.

- Прости! - тут же воскликнула я.

Его лицо исказилось от боли, но он только отмахнулся.

Я быстро опустилась на колени перед тазом с водой, схватила тряпку и, намочив её, принялась осторожно промывать рану.

Тишина.

Только тихий всплеск воды и наше дыхание.

Я всё ещё стояла перед ним на коленях, сосредоточенно промывая порез на его боку.

Он не отстранялся.

Я чувствовала его тёплое дыхание, ощущала каждое движение его мускулов, когда он напрягался от боли.

Это было...

Что-то слишком личное.

Слишком интимное.

Я задержала дыхание, понимая, насколько близко мы сейчас друг к другу.

Я тут же отбросила ненужные мысли.

Сейчас главное - рана.

Я быстро, но аккуратно перевязала его бок, следя, чтобы бинты плотно прилегали.

- Готово. - Я отступила, бросая тряпку в таз. - Теперь хоть не умрёшь от заражения.

Мариус хмыкнул, потянувшись за рубашкой.

- Ты заботишься обо мне, как жена.

Я фыркнула, скрестив руки.

- Пф. Не льсти себе.

Он натянул рубашку, не сводя с меня взгляда, в котором читалось что-то тёплое, но лукавое.

- Но ведь это правда.

Я пожала плечами, стараясь не выдать легкое смущение.

- Ну, раз так, может, стоит обсудить, где ты будешь спать? - ухмыльнулся он.

Я прищурилась, сжав губы.

- Во сне, возможно, ты снова получишь пораненный бок.

Он тихо рассмеялся, но в его глазах играл интерес.

Я повернулась к выходу, собираясь уйти, но почувствовала его взгляд у себя на спине.

Что-то в этом моменте было слишком тёплым.

Слишком близким.

Я уже собралась уйти, но вдруг остановилась и обернулась.

- Отец скоро приедет.

Мариус приподнял бровь, потом неторопливо застегнул ремень на рукаве рубашки.

- Хорошо. Значит, пора говорить с ним.

Я плотнее сжала губы, наблюдая за ним.

- Ты уверен?

Он хмыкнул, но во взгляде читалась сосредоточенность.

- Разве у нас есть выбор?

Я вздохнула, сжав руки на юбке.

- Ты знаешь, каким он бывает. Он может...

- Отказать? - перебил он спокойно.

Я кивнула, не сводя с него глаз.

Мариус провёл рукой по волосам, потом подошёл чуть ближе.

- С этим мы справимся. Или ты уже передумала?

Я выдержала его взгляд, затем медленно качнула головой.

- Нет.

Он медленно улыбнулся, но в улыбке чувствовалась лёгкая напряжённость.

- Тогда просто подожди. Я поговорю с ним, как и обещал.

Я кивнула, но тревога не исчезла.

- Ты придёшь на ужин? - вдруг спросил он.

- Да. А ты?

- Разумеется. Раз уж ты согласилась стать моей женой, нам стоит чаще видеться, не так ли?

Я хмыкнула, разворачиваясь к выходу.

- Посмотрим, как долго ты будешь так самоуверен.

Мариус тихо рассмеялся, а я, выходя из шатра, чувствовала на себе его взгляд.

Радость продолжалась не долго,как только я зашла в свой шатер. Меня встретила пощёчина.

Я остолбенела, ошеломлённо поднеся ладонь к горящей щеке. Боль была не такой сильной, как сам факт - Дариус никогда не поднимал на меня руку.

- Ты... ударил меня? - мой голос дрогнул, но не от слабости, а от ярости.

- Ты трахалась с ним!? - Дариус громогласно повторил, сделав шаг ко мне. Гнев перекосил его лицо, глаза сверкали.

- Ты... шлюха! Как ты могла!?

Я резко выпрямилась, глядя ему прямо в лицо.

- Что ты сейчас сказал?

- Ты меня услышала! - он зло усмехнулся, сжимая кулаки. - Ты хоть понимаешь, что ты наделала!?

Меня трясло - от шока, от боли, от унижения.

- Я не позволю тебе говорить со мной так! - я крикнула, но голос звучал глухо, будто вдалеке.

- Ты понимаешь, чем это грозит?! - он не унимался, голос разносился по всему шатру. - Ты выставила себя шлюхой перед всем светом! А если император узнает?

Я глубоко вдохнула, пытаясь совладать с собой.

- Я ничего такого не сделала!

- Ты была в его шатре! Все знают, что это значит!

- Мне всё равно, что думают другие!

- А мне нет! - взорвался он, хватая меня за запястье.

Я вырвала руку, смотря на него с бешеным выражением лица.

- Ты смеешь меня винить, когда сам творишь что хочешь?

Дариус застыл, затем зло скривился.

- Это другое.

- О, правда? - я горько рассмеялась. - Ты, значит, можешь делать что угодно, а я должна ходить со склонённой головой?

Он сжал зубы, но ничего не сказал.

Я глубоко вздохнула, сдерживая слёзы.

- Больше никогда, слышишь? Никогда не смей меня ударить.

Я развернулась, сделала шаг, но вдруг замерла.

- И ещё кое-что.

Я резко обернулась, мой голос стал ледяным.

- Если ты хоть раз позволишь себе так со мной разговаривать - ты перестанешь быть мне братом.

Я замерла, глухо глядя перед собой, пока его руки сжимали меня в стальном кольце.

- Ты моя. Только моя. От зубов до ногтей.

Его голос был тяжёлым, властным, почти звериным.

- Ты вещь. Хозяйская вещь.

Я чувствовала, как его тело напряглось, как жар его кожи прожигал через ткань платья.

- Моя вещь.

Он обнял меня крепче, почти больно.

- Я никогда и никому тебя не отдам.

Я не могла дышать. Не могла даже пошевелиться.

Что я испытывала в этот момент?

Отчаяние.

Словно меня загнали в угол, словно меня поставили перед фактом, и я не имела права выбора.

Я с трудом разомкнула губы, шёпотом спрашивая:

- То есть тебя не смущает, что на это заявление скажет наш отец?

Дариус приподнял голову, и я почувствовала, как его дыхание обожгло мою шею.

- Он уже ничего не сможет сказать.

Я вздрагиваю.

- Что ты имеешь в виду? - мой голос дрожит, как и руки, сжатые в кулаки.

Он медленно усмехается, но в этой усмешке нет ни капли веселья.

- Я просто сказал то, что сказал.

От его слов меня пробрала дрожь.

Я осела на пол, ноги не держали. В груди пульсировала боль, но не от удара, а от осознания.

Это не мой брат.

Не тот, с кем я росла. Не тот, кто всегда защищал меня.

Я закрыла глаза, стараясь прийти в себя, но в голове клубился хаос.

- Тень, иди ко мне.

Она появилась беззвучно, словно растеклась из самой темноты, но молчала.

- Ты видела всё... Что с ним?

Тень колыхнулась, будто взвешивала ответ.

- Не могу сказать.

Я нахмурилась.

- Почему?

- Потому что я не знаю. Но ты можешь узнать у своего друга...

- Мормонта?

Тень не кивнула, не ответила, но я поняла.

- Где он?

- Сначала ты должна кое-что увидеть.

Что-то в её голосе - или в способе, которым она тянулась вперёд - заставило меня поверить.

Я встала, хотя ноги предательски дрожали.

- Куда?

Тень развернулась и бесшумно поплыла вперёд, выводя меня из шатра.

Я не колебалась.

В темноте я шла следом, глубже в лес, где нас ждало что-то важное.

Мир рухнул.

Грудь сжалась, как если бы чьи-то холодные пальцы сдавили её, не давая дышать. Я не могла вдохнуть, не могла осознать, не могла поверить.

Но видела.

Он висел на дереве.

Мой отец.

Глаза стеклянные, рот чуть приоткрыт, как будто он хотел что-то сказать, но не успел.

Я закричала.

Крик ужаса, боли, отчаяния.

Он вырвался из глубины моей души, разрывая тёмную ночь, проникая в каждый уголок леса.

Я пошатнулась.

В глазах потемнело.

К горлу подступила тошнота.

Ноги ослабли, стали ватными, земля закружилась подо мной.

Глухо стучало в висках.

Бам. Бам. Бам.

Будто чей-то бешеный барабан, отбивающий ритм гибели.

Руки ледяные, как у мертвеца. Пальцы дрожали.

Я не могла перестать кричать.

Кто-то бежал.

Шаги торопливые, смешанные с криками.

Но я уже ничего не слышала.

Только тихий скрип верёвки, качание тела на ветру.

И тишину.

Такую тишину, что она звенела в ушах.

-Ну и почему это увидела именно ты?- послышался сзади знакомый голос.И удар по затылку. Тьма поглотила меня.