1 глава

На всю квартиру были слышны крики маленького ребёнка. Малышу было абсолютно всё равно на то, что время всего лишь 4 часа утра и что многие соседи по комнате его мамы не готовы просыпаться в такое раннее время. Кто-то лишь только в 3 утра появился в общаге не в самом трезвом виде. Кто-то готовился до ночи к завтрашней паре. А были и те, которые просто желали провалиться в сон и никогда из него не выходить.

Ох, как же сильно я понимаю людей из последней категории. Возможно, я бы и сама сейчас спала, но работа над практикой была куда важнее обычного сна. Поэтому я ни капли не расстроилась, когда услышала детский плач. Это заставило меня лишь увеличить громкость музыки в наушниках, но не отвлечься от страстно любимого мной дела.

А дело, кстати говоря, действительно важное. Я заканчиваю обучение в сфере фотографии в этом году, из-за стремления к которой поступила в университет по специальности. Для защиты диплома по ней мне потребуется очень много практики в абсолютно незнакомых местах. В чём же будет заключаться моя практика? В фотосессиях. Они должны быть более качественными и профессиональными, нежели, чем все мои предыдущие работы.

Если уж говорить о моих прошлых достижениях, то становится стыдно. На самом деле тогда я только начинала, хоть и выставляла это по другому. Мне казалось, что это круто и у меня классно получается. Я даже за всё то время, что сижу на кухне общежития, окна которого выходили на учебное заведение, где у нас днём проходят пары, восстановила свой прошлый аккаунт в инстаграме со своими самыми первыми работами.

Сделать это было достаточно сложно из-за моего незнания, как работать с данной площадкой. Но это того определено стоило. Благодаря такой функции, как "архив публикаций" я смогла найти те самые первые фото, сделанные на технику своих преподавателей. Они мало отличались от фотографий с телефона, поскольку, тогда я не умела правильно подбирать освещение, работать со светом и редактировать, как специалист. Вспомнив про редактирование, то в моей памяти вылез страшный секрет: обрабатывала я снимки в обычных мобильных приложениях.

Чтобы забыть весь этот страшный позор я удалила абсолютно всё: аватарку, посты и актуальные с историями. Заменила весь прошлый хлам на свою новую фотографию в хорошем качестве. Заполнила биографию примерно так же, как это делают абсолютно все профессиональные фотографы и даже оставила свой номер телефона для записи. Ну так, мало ли. Ведь не зря же я выложила те работы, которые делала для университета. А у меня за них, на минуточку, стоял самый высший балл, даже от самой злостной преподавательницы! Так что, я их явно считаю достижениями.

Пока я полностью переделывала свой аккаунт, то периодично заходила в "архив историй". Было интересно, что же тогда выкладывала 16-летняя я из прошлого, которая уже скоро закончит школу и переступит порог взрослой жизни. Откопала для себя множество интересного: фотографии с чёрными волосами, когда они были ещё совсем короткие; нечёткие снимки с каких то тусовок, которые я выставляла, как вечеринки в клубе, чтобы все думали о том, как же я крута, ведь мне нет 18 лет, а я всё равно туда попала; красно-чёрный свитер в полосочку, который был тогда у LiL PEEP и его фанатов; надписи из песен Pharaoh с кучей жёлтых  и депрессивных смайликов, которые я бы сейчас ни за что, нигде не поставила. Сейчас бы и он уже такое не выкладывал, так как вышел из того периода.

А ведь эти 2016-2018 года были для меня тем временем, когда я была типичным подростком. Чутка грустным, с суицидальными наклонностями, иногда слишком пьяным и курящим с друзьями на заброшках своего района. Да, тогда это ощущалось иначе, ведь об этом много, кто говорил и мало, кто делал. Всё же люди, следящие за правопорядком, не безинтернетные неандертальцы и за всем в интернете присматривали. Как только поднялся шум вокруг этой темы, то в моём районе практически сразу всё закрыли. Следили за тем, чтобы ничего подобного у нас не происходило. В школе об этом тоже говорили, угрожая тем, что если кого-то из нас там увидят, то поставят на школьный и районный учёт.

Мы с компанией тогда понимали, что ничего подобного сделать не смогут, если не увидят. Из-за этого делали всё аккуратно, под ответственность самых старших знакомых отпрашивались гулять до часу ночи, говоря, что будем сидеть у кого-то дома. А сами в тихую уходили на недостроенное маленькое многоэтажное здание, забирались на самый последний этаж, так как именно там ничего не было видно и слышно, кроме слабого от ветра и холода огонька зажигалки. Скуривали несколько пачек на всех, разговаривали на совсем разные темы, что это было достаточно для меня атмосферно в то время.

Сейчас каждый второй может забраться на абсолютно любое заброшенное здание. В  настоящее время уже не будет той обстановки, которую прочувствовала я.

А она на меня нахлынула прямо-таки конкретно. В 4 часа утра, на кухне общежития, меня до мурашек накрыли воспоминания, вызванные фотографиями в черно-белом фильтре, сделанные в абсолютно незнакомых подъездах, в которых мы сидели зимой, чтобы хоть немного отогреться от мороза и зарядить смартфоны; текста песен, что ассоциируются с какими-то конкретными и слишком сокровенными для меня случаями; видео, которые были сняты по пьяне и должны были быть удалены своими операторами со всех социальных площадок, но они так и оставались гулять на просторах интернета.Такие видеоролики находились в специальной категории: "близкие друзья". Какого же было моё удивление заметить среди списка всех тех людей, что были туда добавлены, имена и лица, что участвовали в тех самых роликах. Казалось, что из глаз будут сиять, либо звёздочки, либо слезы, вызванные уж слишком сильной моей сентиментальностью к воспоминаниям.

Я не ожидала, что у них до сих пор остались те самые аккаунты, думала, что они давно удалены или заблокированы по неизвестным причинам. Сначала я не поверила и молча, закрыв рот руками, смотрела в экран компьютера. Кусала губы, чтобы крик, подступающий, как комок, к моему горлу не вырвался наружу. Чуть-чуть отойдя от этой новости, я всё же решила нажать на имя профиля самого старшего из всех тех, с кем тогда общалась и под чью ответственность отпрашивалась гулять допоздна.

Последняя его публикация была сделана более двух лет назад, да и в сети он был примерно в это же время. Это дало мне понять, что профиль старый и давно неактивный. Это меня весьма огорчило, потому что именно с Эдиком (так звали того парня,с которым мы контактировали лучше всего).

Он умел рассмешить тогда, когда это было необходимо. Умел вызвать улыбку, когда она действительно была нужна. А так же умел выслушать и поддержать в трудных минутах.

Как сейчас помню то, как одной из тех ночей, в которую мы опять отпрашивались под ответственность Эдика, многие напились чуть ли не до беспамятства, а поскольку у меня должен был быть на следующий день крайне важный, на то время, экзамен, мне было как-то не до этого. Он заметил, что я стою абсолютно одна, ото всех в стороне, спиной, прижавшись к холодной бетонной стене. Подойдя очень неожиданно, сбоку, да главное настолько незаметно, как умеет только опытные игроки в прятки, он еле-еле коснулся ладонью моего плеча. Обернувшись на него с широко открытыми глазами, я увидела лишь тонкие и длинные пальцы, которые были сложены в форме колечка из большого и указательного пальцев, чем-то напоминающий жест "окей". Подобные "секретные" знаки я давно научилась распознавать, поэтому в ответ лишь молча кивнула головой и медленными шагами, дабы не врезаться в пьяных и танцующих знакомых, по стенке подобралась к балкону, находившийся за плиткой, на которую была прижата моя спина.

Это был и вправду самый настоящий балкон, а не странное название для какого-то помещения. Так как планировалось строить жилое многоэтажное здание, то балконы тоже входили в план постройки. Но, как потом рассказывали то, что  строительная бригада и их компания обанкротилась и проект никто восстанавливать не стал.

Из-за этого вокруг были лишь бетонные блоки, от которых веяло холодом. Не смотря на то, что на мне была тёплая кофта, судорога, вызванная ночным ветром, всё равно была заметна, как мне, так и моему приятелю. Он достал совершенно новый блок сигарет со страшной картинкой и надписью на нём из кармана своего серого худи. Лёгким движением пальцем блок вновь быстро спрятался в карман, только теперь уже в брючный.

Сначала я не поняла, для чего это было сделано, но пазл сложился только тогда, когда парень через горло снял кофту и протянул её мне. Я была крайне этому удивлена, но как только собиралась сказать слова возражения, то к моим губам была приложена, как пистолет к виску, тончайшая сигарета из пачки. Чтобы её не испортить, мне пришлось сдать её в ладони и всё таки надеть предложенную мне вещь.

Было безумно неловко, так как сам Эдик теперь стоял в лёгкой чёрной водолазке и ему тоже холодно, но отказываться не получалось. Он не желал слушать меня, аргументируя это тем, что видит, как я мёрзну. А я будто не вижу, как трясётся он! Но деваться было некуда. Как только я надела худи, то ощущала огромную физическую пустоту. Его владелец был выше меня, головы на две точно, ну и размер одежды, соответственно,  ощущался, как оверсайз. Но стало явно теплее, как ни крути.

Теплее было даже тогда, когда Эдуард поджёг сигарету зажигалкой. Пока я поправляла запутавшиеся волосы рукой, чтобы они сильно не разлетались в разные стороны, он уже сделал свой первый затяг. Но, как оказалось позже, старалась я зря. Спустя пару секунд ветер поднялся вновь. Да и так сильно, что зажигалка даже не хотела зажигаться вновь.

От этого произошел ещё один более неловкий момент, чем прошлый: чтобы поджечь мою сигарету, мне пришлось брать её в зубы и поджигать от огонька приятеля. Чтобы сделать это – ему пришлось опуститься чуть, а мне встать на носочки. Со стороны выглядело, как поцелуй, что и вызвало покраснение моих щёк. Но это было куда глубже и романтичнее, чем простое соприкосновение наших губ и языков друг с другом. Но не смотря на это, или, возможно, не обращая внимание, Эдуард всё равно начал со мной диалог.– Почему не пьешь со всеми? Вроде, ты никогда против то и не была.

– У меня сдача важной работы завтра. Не хочу перед завучем стоять с опухшими и красными от недосыпа глазами и перегаром дышать на директора и остальных учителей, - я выдохнула дым от сигареты вместе с паром, вызванным холодом.

– Что же это за такая важная работа, что аж Наташка с Лизкой будут? Сначала я опешила, когда услышала сокращённые вариации имён администрации моей школы. Возник вопрос, который я непременно задала:

– А ты откуда их знаешь?

– Ууу, я хоть и старый, но имена своих бывших преподавателей всё ещё помню.Он повернул на меня голову с ядовитой ухмылкой.

– Я ничего не понимаю, - сделав небольшую тяжку и практически сразу выдохнув дым, я продолжила сразу же: – Ты тоже что-ли в этой школе учился или что?

– Ну получается, что да. Но не то, чтобы учился... Скорее просто наблюдал за происходящим в ней. Эдик повторил те же действия и движения, что делала я пару секунд назад, чтобы как можно скорее продолжить наш разговор.

– Это как? - чувствовала себя глупой. Задала уже очень много вопросов, получила на них ответы, но многое всё ровно остаётся мне неясным. Я и вправду, как пятиклассница, что просто залипла и не могла промямлить хоть словечко.

– Ну, уроки посещал, ходил более менее регулярно и впринципе вёл себя практически так же, как и все остальные школьники. Он опять посмотрел на меня, заметив вновь недопонимание в моих глазах, продолжил: – Но вот не учился от слова "совсем". Никакого домашнего задания я практически никогда не делал. Так, иногда, если от скуки только. Мало с кем общался, на уроках практически молчал. В общем и вправду в большинстве случаев я просто наблюдал за поведением всех остальных и анализировал их поступки.

– Для чего ты это делал?

– Возможно ты мне мне сейчас просто не поверишь, но я делал это просто так. Скорее даже от моей незанятости. А школе не чем было заняться, кроме того, как мотать нервы учителям. Ох, а это я делать любил... И не смотря на то, что время сейчас было около двенадцати, когда уж темно, я всё равно видела его ухмылку в этом мраке. За счёт того, что у него были ярко выделены клыки передние, то эта полуулыбка казалась, достаточно, симпатичной. Это подняло уголки и моих губ, из которых вырвались следующие слова со смешком:

-Почему же? Что эти бедные старики тебе такого пагубного сделали?

И после этих слов полились из наших уст следующие речи и слова, которые я уж и не помню точно, ведь прошло столько много времени. Помню лишь отрывками то, как он рассказывал про свои трюки над учителями моей школы, то, как он шутил прямо при них и как тем самым доводил до поседения. Мы шутили над старыми кликухами наших преподавателей. Я часто смеялась и добавляла свой нескладный, невозможный, но смешной ход развития дальнейших событий его истории. Он смеялся от этого еще громче и смешнее, что вызывало у меня самую искреннюю улыбку.

Да, можно подумать, что я была в него влюблена была, но нет. Возможно, хотя я этого даже не отрицаю, это был весьма романтичный момент. Даже очень. Но это случилось явно не с тем человеком. Просто не моё, просто душа не лежит. Он не такой, какой мог бы мне понравится. И это нельзя исправить или изменить.

Сейчас, вспоминая все эти моменты, которые смотрятся в моей памяти достаточно мило, я просто принимаю тот факт, что тогда было лучше. И даже проще. Проще тогда было всё: с кем-то познакомиться и начать общение, поступить было проще, найти компанию и хороших друзей.

Делаю все эти выводы исключительно из своего собственного опыта и абсолютно всё могу оправдать и сравнить с нынешнем временем. Например, с Эдиком мы тогда начали общаться совершенно случайно, после выше описанного случая на балконе. Да и со всеми остальными ребятами из моей прошлой компании произошло точно также.

Листая списки моих "близких друзей", я так же наткнулась на аккаунт Романа. Мы с ним одногодки и жили даже недалеко друг от друга, поэтому домой ходили постоянно вместе. Так и познакомились: быстро идя с очередной прогулки вместе к нашей площадке, чтобы не получить от родителей за опоздание.

Помню, с ним мы даже списывались после того, как я поступила. Он интересовался, как у меня дела в университете, а я свою очередь передавала  приветы своей старой компании, так как Ромик, как я его называла, жил по-прежнему в том же районе. Наша переписка не была продолжительной, наверное, где-то около полугода. За это время я узнала, что он скоро окончит колледж, что с наступлением осени ребята стали всё реже и реже видятся. И это было понятно, ведь многие уехали учиться и приезжали лишь на выходные, чисто повидаться с родителями. Кто-то вырос совсем, перевалив цифру в паспорте за 22 и уехал работать.

Ромик даже спрашивал, когда я приеду к своим родителям, на до жути знакомый район. Нужно было слышать в голосовом, как сильно он был расстроен, когда узнал, что после моего переезда в центр, для учёбы, мои родители стали сдавать квартиру, а сами переехали на дачу, которая находится за городом и что теперь на выходные и каникулы провожу там.

Я то и сама не особо горела желанием переезжать, ведь там провела всё детство и юность. Но такими были обстоятельства, а не наши хотелки с семьёй. Мама стала очень часто болеть и у неё стало появляться очень много различных аллергий, которых до этого никогда не было. Врачи говорили, что нужно поменять обстановку, а лучше вообще уехать за город. Папа именно так и сделал. Дача была построена давно, а вот потребовалась относительно недавно.

Не смотря на всё то время, что дом стоял практически просто так, на его состояние изнутри это практически не повлияло. Он остался таким же красивым и просторным, каким он остался у меня в памяти. Помнится, я даже присылала Ромику фотографии интерьера изнутри. Он был просто в восторге.

Думаю, что после получения моего сообщения, он тоже будет в восторге, а самое главное в шоке. Да, тот аккаунт, что я нашла, до сих пор является его основным профилем, который, по всей видимости, ведётся достаточно активно. Много недавних публикаций, есть актуальные, с недавно добавленными сторис, которые выложены около шести часов назад.

Это придавало мне уверенности в том, что парень мне и вправду ответит. Ну, а ещё уверенности в том, что я вот-вот не засну, мне придала чашка кофе. Он уже успел насколько раз остыть, ведь прошло около двух часов с момента его приготовления. Но даже не смотря на это, я всё равно допила его остатки, так как кричать маленький ребенок не прекращал, а значит понадобятся стальные нервы, чтобы его успокоить.

Хотя малыш практически никакого отношения ко мне не имел, его мама была для меня самым близким человеком во всём университете. Маша – моя одногруппница и за последнее время единственная подруга, кроме моей младшей сестры. Я старалась поддерживать её с сыном абсолютно во всём после того, как их "папаша" сбежал от такой большой ответственности.

Будучи наркоманом, этот человек не побоялся вступить в отношения с достаточно тихой девушкой и думал, что сможет исправиться. Не могу сказать, что он не пытался этого сделать. Смею отметить лишь тот факт, что делал он для его осуществления мало. Ничего, кроме того, как зависать с абсолютно левыми девушками на квартирах, пить и употреблять до покраснения глаз, он не мог. Как оказалось позже, Андрей даже не помнил больше половины от всего того, что вокруг происходит. Он не помнил даже то, как Машка забеременела.

Узнав об этой, на первой взгляд, радостной новости, парень буквально впал в апатию. Из-за проблем с памятью он думал, что девушка изменила ему и ребёнок не его. Действия и поступки были слишком странными: Андрей, то лез на стену, от непонимания того, что делать с ребенком, то успокаивал Машу, которая поступала точно также. К счастью, в тот момент подруга поняла, что так дальше продолжаться не может. Она говорила, что представляла, как родит, оставив отца с ребёнком наедине, а он то не углядит, то руку поднимет или ещё чего похуже. Это представление напрочь отбило желание, что либо продолжать с этим человеком. Но, увы, то ли привязанность, то ли чувства у неё к нему остались и она частенько подумывает, что он вот вот бросит всё и придёт к ней.

Я стараюсь, как могу, помочь ей отказаться от этих мыслей. Ведь вижу, что человеку уже ничего не поможет. Это пытался сделать его отец. Он водил его по разным больницам и лучшим врачам, но ничего не помогало. Результат держится максимум 2-3 недели, а дальше опять срыв.

Он осознает, что его сын опасен, как для Марии, так и для его маленького внука, поэтому не позволяет ему даже видится с ними и помогает исключительно сам. В любой момент Александр Григорьевич может приехать и посидеть с внуком, поможет финансово, если это потребуется. Он очень сильно беспокоится о матери малыша, ведь у неё слабое здоровье. На это повлияли постоянные стрессы, тяжёлые роды и проба того, что пропагандировал Андрей. Наркотики и вправду нанесли сильный удар по ней. Поэтому Александр Григорьевич постоянно просит меня при встречах помогать Маше и в случае чего сидеть с малышом.

А мне не привыкать часто сидеть с такими маленькими милыми крохами, поэтому я только за. Мама много работала даже после того, как родила мою младшую сестру. Поэтому я часто с ней сидела и мне это не казалось чем-то очень сложным, а даже наоборот: интересным и увлекательным.

И вот даже спустя несколько лет моё мнение ни капельки не поменялось. Мне абсолютно несложно сидеть с ребёнком Маши, даже сейчас, когда она принесла мне его плачущего на колени. Я быстро нажала на кнопку отправить сообщение и закрыла ноутбук, а точнее крышку от него, так же положив сверху наушники.

Двигая колени, то вверх, то вниз, тем самым будто устраивая малышу, так называемые, "американские горки", я будто заставила его чуть меньше плакать. Он стал больше смотреть в мою сторону и хлопать своими большими зелёными глазками. Чем чаще и дольше я это делала, тем больше этот маленький шумный комочек становился тише и засыпал, пока его матушка сделала у меня бокал с холодным кофе, достала себе ещё один и поставил чайник кипятится.

– Оооххх, эта маленькая кричушка вновь разбудила всю общагу... -чутка облокотившись об шкафчик возле газовой плиты, его родительница тяжело вздохнула. В попытках хоть как-то поддержать её – я начала, как она сказала бы, "зануду внутри себя включать", но всё же продолжила:

– Ещё никто не пришёл на кухню с упрёками, хотя он кричит достаточно долго. А так же никто тебе ничего не сказал. Значит либо не проснулись, либо уже привыкли, чему тоже стоило бы порадоваться, - малыш уснул у меня на коленях, от чего голос перешёл на шёпот.

– Вииикааа, да ты как обычно, - было приятно видеть на её лице искреннюю улыбку, вызванную моими словами.

– Ну вот что "как обычно"? Ну вот что? - поскольку Маша стояла далековато от меня и я не могла её защекотать, то желание это сделать перешло на её малыша. – Ну вот чтобы вы без меня делали?

– Ой, Вик, даже представляю. Я бы явно без тебя не справилась. Ты постоянно помогаешь: то сидишь со Славиком, пока я занята, то деньгами помогаешь.. - видимо она хотела продолжить, но я перебила, ибо не знала, будет ли ещё такой момент:

– Вот с деньгами теперь туго.

– Почему? Что случилось?

– Поскольку мне нужно заниматься практикой к защите диплома, то мне нужно как можно больше фотографий и моделей. Все деньги, что будет присылать папа, будут уходить на съёмки и лишь немного оставаться оставаться на себя. Как быть – не знаю даже.

– Ну тогда не проблема. Ты фотографировать днём будешь? - я кивнула, а она продолжила: – Ну вот. Вечером придёшь, будешь со Славой, а я куда-нибудь в вечернюю смену устроюсь. Можем даже по очереди потом.

– Неплохая идея, кстати говоря, - "И как же мне самой не пришёл в голову этот план?": – Маша, ты просто лучшая! - я была готова её обнять прямо сейчас, но не сделала этого по той простой причине, что Слава был у меня. Она лишь скромно улыбнулась, после чего поинтересовалась:

– А сами модели, то у тебя есть?

– Предложила одному знакомому старому минут двадцать или тридцать назад, не знаю согласится ли.

– Он ответил?

– Не знаю, я и не смотрела даже, так как ты пришла и я ноутбук сразу убрала. И как Славик сел тоже. Мало ли что.

– Ну смотри давай! Я пока Славика держу, -  её руки потянулись за спящим мальчиком и я бережно ей его отдала.

Сама же тем временем открыла крышку ноутбука и стала быстро вводить пароль, так как заметила, что малыш начинал пробуждаться, чего не хотела ни я, ни его мама и уж тем более не вся общага, которая и так нормально не спит по своим личностным причинам.

Я достаточно быстро зашла в инстаграм и так же достаточно быстро вошла в шок от увиденного сообщения. Уже во второй раз, закрыв рот руками, я кусала губы, чтобы не закричать с радостными воплями и не начать носиться по всему блоку.

– Ну что там? - мама уже качала малыша, чайник вскипел. Славик просыпался. Ей нужна была моя помощь и как можно скорее. Я понимала это, но ничего поделать с собою не могла. Мой шок сейчас управлял моими действиями и эмоциями, а не мозг.

Как только я отлипла от стула, то взяла Славика, уложила его в переносную кроватку и начала качать одной рукой, сама сев с ним на пол. Но шок мой никуда не уходил, я показывала это всем своим видом. Как только Маша навела нам кофе, то заметила меня, сидящую на полу и закрывавшую лицо руками. На её вопрос что случилось, я кивнула в сторону ноута где на весь экран было сообщение:

"Привет, Вика! Конечно я тебя помню. Рад, что ты нашла своё дело и меня, ведь я давно хотел сходить на фотосессию, поэтому я однозначно за! Сегодня будет удобно?"