Предисловие. 1. Изгнание

Генетический императив

Автор: Robby Iron (Робби Айрон) 

Это утопия или антиутопия - все зависит от точки зрения читателя. Фантастика, но не НФ, скорее, космоопера с элементами киберпанка.Не рекомендуется читать излишне серьезным людям и заклепочникам, вам будет скучно и больно. В книге есть персонажи нетрадиционной ориентации, если это вам неприятно - не читайте мою книгу. 

Аннотация

Главные герои этой истории внешне похожи как родные братья, но кроме этого у них нет ничего общего: один - строгий логик и аскет, увлеченный наукой и плохо приспособленный к жизни в миру, второй - казанова и повеса, не представляющий жизнь без развлечений. Тем не менее, общая проблема быстро их объединила против неизвестного врага. В попытках разгадать планы противника друзья работают под прикрытием и даже импровизируют, выступая с концертом в коммуне космохиппи. Загадочный хакер и двое пиратов тоже им помогают, по ходу ввязываясь в драки и приключения. Всех персонажей ждут как тяжкие испытания, так и забавные ситуации. Попадая в переделки, герои узнают и кое-что друг о друге: они не совсем те, кем кажутся.

Предисловие 

На рубеже пятьдесят первого тысячелетия человечество и дружественные виды колонизировали почти всю вселенную. Столетиями люди и инородцы наслаждались миром и процветанием, дарованными передовыми технологиями, благодаря которым удалось победить голод, болезни и старость, значительно увеличить продолжительность жизни и сократить срок достижения зрелости.Наибольшей победой ученых стал так называемый генетический императив: комплекс модификаций ДНК, обусловивших существенное снижение уровня агрессии индивидов. Повсеместное внедрение генетического императива в сочетании с применением технологий ментальной коррекции сделали жизнь общества максимально безопасной – тяжкие преступления и крупные войны остались в далеком прошлом.После внедрения генетического императива было введено условное разделение граждан на три категории согласно психологическому профилю: альфа, бета и гамма. Альфы не способны совершить убийство, беты могут убить в целях защиты, и только гаммы способны на любое насилие, кроме тех его разновидностей, которые стали абсолютно немыслимы из-за генетического императива, таких как, например, обращение в рабство, сексуальное и репродуктивное принуждение, получение удовольствия от мук и унижений других.Альфы составляют большинство населения вселенной, беты – лишь около десяти процентов, гаммы же – менее одного. Беты и гаммы чаще всего встречаются среди правонарушителей, а также среди сотрудников силовых структур. Отловленные преступники после ментальной коррекции, теперь уже как законопослушные граждане, становятся военными и полицейскими.Лишь два государства – Тиросская Директория и Заргианская Гегемония внедрили генетический императив в ограниченном виде, то есть только уровни гамма и бета, тем самым поставив себя в частичную оппозицию по отношению к большинству.Уже много тысяч лет Вселенское Сообщество не знало крупных войн, как и преступлений против цивилизованности. Разумные существа жили практически в полной идиллии, пока над вселенной не нависла тень неведомой угрозы. Генетически усовершенствованным гражданам, чья способность к актам агрессии искусственно ограничена, предстоит непростая задача – справиться с врагом, стараясь как можно меньше прибегать к насилию. 

Глоссарий. Некоторые понятия и термины, используемые в романе 

1. Генетический императив – комплекс модификаций ДНК, направленных на снижение уровня агрессии у людей и представителей других видов. 

2. Ментальная коррекция или психокоррекция – процедура, проводимая психотерапевтом с помощью ментального сканера, включающая устранение антисоциальных и дезадаптивных установок, либо избирательное стирание травмирующих воспоминаний и внедрение паттернов конструктивного поведения. При помощи ментальной коррекции преступников делают законопослушными гражданами. Также ее проводят при наличии психических расстройств. 

3. Генетические усовершенствования – комплекс модификаций ДНК, направленных на устранение болезней, физических недостатков и рудиментов, а также на укрепление здоровья и продление жизни. Например, у генетически усовершенствованного человека нет зубов мудрости, аппендикса, волос на теле и кутикулы. Мужчины не страдают от облысения, а женщины от менструаций. Генетически усовершенствованные люди достигают зрелости к трем годам и доживают до пятисот лет без процедур омоложения, а с ними могут прожить и гораздо дольше. Также у генетически усовершенствованных людей имеются дополнительные органы или биоимпланты, обеспечивающие усиление иммунитета, защиту от отравлений и негативных воздействий низкой гравитации и невесомости. Генетически усовершенствованные люди стерильны и не могут размножаться естественным путем, это мера против перенаселения. Размножение находится в ведении государственных репродуктивных центров, куда люди обращаются, когда хотят завести ребенка. Там у будущих родителей (или одного родителя) берут генетический материал, из которого выращивают ребенка или клона в специальном инкубаторе. Таким образом, люди избавлены от мук беременности и родов. 

4. Врожденное знание – обусловленная биоимплантами способность генетически усовершенствованного ребенка познавать окружающий мир даже без помощи взрослых. Если такой ребенок вдруг потеряется, он не погибнет от голода и холода, не превратится в необучаемого «маугли». Он интуитивно будет знать, как выжить. А за счет ускоренного роста период его детской беспомощности сократится до минимума, и он сможет сам о себе позаботиться. 

5. АугментАции (киборгизАции) – искусственные органы или конечности, заменяющие или усиливающие собственные органы или конечности человека. Также это могут быть любые механические, электронные, биоэлектронные или кибернетические приспособления для защиты тела от воздействий вакуума или оружия. 

6. Кортикальный имплант – миниатюрное устройство, вживляемое прямо в мозг. Компьютер в голове. Обычно его устанавливают еще в детстве, т.к. с его помощью легко запоминать большие объемы информации, что незаменимо в процессе обучения. 

7. Мнеморазъем или киберразъем – устройство ввода-вывода кортикального импланта. Обычно находится за ухом. 

8. Мнемочип – миниатюрное запоминающее устройство, находящееся рядом с мнеморазъемом. На это устройство осуществляется запись в режиме реального времени всех действий и мыслей человека, иными словами – это резервная копия памяти человека, используемая в случае амнезии. Также мнемочип погибшего человека можно использовать для его клона, и, таким образом, «воскресить» мертвеца. 

9. БазИзм – идеология противников генетического императива, заключающаяся в неприятии ограничения агрессии, использования киборгизаций (аугментаций), биоимплатнов, генетических усовершенствований и контроля рождаемости. Также базистам присуща технофобия. Термин «базизм» - производное от понятия «базис», под которым сторонники базизма подразумевают базовое, неотъемлемое право индивида на неограниченное насилие, как механизм, выработавшийся в ходе естественного отбора. Базисты охотно прибегают к насильственным и репрессивным методам для достижения своих целей. 

10. Диктатура БАзиса – тоталитарное государство, основанное противниками генетического императива во времена начальных этапов его внедрения. Просуществовало недолго. Разгромлено примерно за сорок тысяч лет до описываемых в романе событий. 

11. ТИросская Директория – маленькое государство, полностью населенное учеными, основанное некогда как организация, напоминающая военно-монашеский орден, со временем превратившаяся в независимое государство, продолжающее действовать как организация. Управляется Научным Советом. Отличительная черта Т.Д. – отсутствие денег, запрет на эмоции и религии. Население Т.Д. целиком состоит из категории гамма. Т.Д. является наиболее технически развитым государством во вселенной. \ тИросец, тиросиАнка относится не только к жителям планеты ТИрос, но и ко всем гражданам Т.Д.

 12. ЭмоционАл (эмоционалка) – человек, способный испытывать эмоции. Этот термин используется тиросцами в качестве противопоставления им самим, не способным испытывать эмоции. 

ДарАльская Конфедерация – супердержава, насчитывающая миллиарды планет, населенных преимущественно людьми категории альфа. Представляет собой парламентско-президентскую республику. Управляется выборными Сенатом и президентом. \ дарАлец, даралАнка – относится не только к жителям планеты ДарАла, но и ко всем гражданам Д.К., синонимы – конфедерат, конфедератка. В контексте этой книги Конфедерация – означает государство, включающее автономные территориальные единицы, которые могут как входить, так и выходить из состава Конфедерации на основании волеизъявления большинства их граждан. 

14. РоаркАнская Империя – супердержава, насчитывающая миллиарды планет, населенных преимущественно людьми категории альфа. Представляет собой конституционную монархию. Управляется монархом и выборным Сенатом. Монарх обладает широкими полномочиями и может быть выбран Сенатом, либо назначен предыдущим монархом в качестве преемника при условии поддержки большинством сенаторов. В случае недовольства монархом, ему может быть объявлен импичмент. \ роаркАнец, роаркАнка – относится не только к жителям планеты РоаркАн, но и ко всем гражданам Р.И., синонимы имперец, имперка. В контексте этой книги Империя – означает монархическое государство, включающее автономные территориальные единицы, которые могут как входить, так и выходить из состава Империи на основании волеизъявления большинства их граждан. Также в контексте этой книги слова имперец и имперка означают просто граждан Империи, а не сторонников империализма. Империализм невозможен, т.к. вести захватнические войны люди эпохи генетического императива не способны. 

ЗаргиАнская Гегемония – государство, насчитывающее тысячи планет, населенных преимущественно людьми категорий бета и гамма. Представляет собой президентско-парламентскую республику. Управляется выборными Сенатом и президентом. З.Г. несколько отстает в развитии технологий от Д.К. и Р.И., а также является основным источником пиратов, контрабандистов и прочих преступников.\ ЗаргиАнец, заргиАнка – относится не только к жителям планеты ЗаргиАна, но и ко всем гражданам З.Г. 

16. Потерянные колонии – планеты, сообщение с которыми было потеряно на продолжительный срок, достаточный, чтобы эти миры начали сильно отставать в техническом, экономическом и социальном развитии. П.К. являются основным источником рекрутов для террористических организаций базистов. 

17. Земной Альянс – межгосударственная организация, в которую входят миры, колонизированные государствами Земли в первые столетия космической экспансии. Штаб-квартира З.А. расположена на орбите Земли, на станции. 

18. ИтинерИйская Империя – теократическое государство, населенное итинерИйцами – похожими на людей гуманоидами с голубой кожей и синими волосами. 

19. Негуманоидный сектор – области космоса, населенные негуманоидными видами, с которыми людям не удалось найти общий язык и установить дипломатические отношения по причине абсолютной психологической чуждости. 

20. РугериАне – негуманоидный вид, похожих на рептилий чужаков, вознамерившихся завоевать вселенную. 

Внимание!Все персонажи вымышлены, любые совпадения с реальными людьми, ныне здравствующими или уже покойными случайны. Все географические и астрономические названия вымышлены (за исключением Земли, Марса и еще нескольких). 

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА 

Главные герои: 

РОско ГАран – инженер, бывший военный, тиросец 

ЛИланд ЛиннЕтто-Ларр – инженер, художник, даралец 

ЛАура Зейн (а.к.а. Красотка) – преступница, заргианка 

ДжЕффри Смит (а.к.а. Джефф Рука-Кинжал) – пират, заргианец 

Гавриил (а.к.а. Зеленая Борода) – хакер, борец с терроризмом, даралец 

Л.В. МОрис (Элви) – инженер, даралец 

Галатея (а.к.а. Глория) – ассистентка Л.В. Мориса 

Второстепенные персонажи: 

Говард Гаран, Инна Гаран – ученые-тиросцы, родители Роско Гарана 

Лоренцо Линнетто-Ларр – богатый бизнесмен, отец Лиланда Линнетто-Ларра 

Эдмонд ТрОган – богатый бизнесмен, даралец 

МЕлани Троган – дочь Эмонда Трогана, невеста Лиланда 

Кривой Джо (Джозеф Хеллман) – пират, заргианец 

Люцифер (а.к.а. Другой) – хакер, пособник террористов 

Кевин КОлдуОтер – террорист, базист 

Барри Богемный – рок-звезда, приятель Лиланда 

Уинстон Стредмор – адмирал Даральского космофлота 

Агент Виккерс – агент даральского БЧР (Бюро чрезвычайных расследований) 

Эпизодические персонажи: 

Дженни, Ким, Нин-Мара, Вел-Кен – художники, друзья Лиланда 

Аманда – мать Лиланда 

Дженнифер – мать Мелани 

Джон Хант – ученый, роарканец 

Эвелина – инженер, тиросианка 

ШЕдди-МахИр – криминальный босс, вадиец 

Железный Билл – пират, заргианец 

Офицер ЛОрне – военный, итинериец 

РиччАрдо – уроженец Линнетто 

Линда Стредмор – жена адмирала Стредмора 

Александрина Тайлер – ученый, дараланка 

Панк Юра – капитан судна общины кочевников космохиппи 

Книга I

Начало пути 

 1. Изгнание 

Планета ТИрос, столица Тиросской Директории

11 июня 52 356 г. н.э. Роско Гаран впервые опоздал на работу. Опоздание, этот тривиальный факт, запустил цепь событий, круто изменивших судьбу тиросца.

В свои сорок Гаран был самым молодым членом Научного Совета, коллегиального правительственного органа Тиросской Директории. Немногим выпадала честь войти в Научный Совет в столь юном возрасте. Юном, по меркам тех, чья средняя продолжительность жизни достигала пятисот лет.

Роско Гаран еще не знал, сколь резкие перемены ждут его, и как обычно торопливо шагал к Башне Основателей – главному административному зданию Тиросской Директории, где находился зал заседаний.

Накрапывал мелкий дождь, явление нечастое на засушливом Тиросе, но поглощенный мыслями Гаран едва обратил на это внимание. Его строгий черный костюм с глянцевой поверхностью, как и начищенные до блеска сапоги, отталкивали влагу.

По костюму всякий тиросец сразу признал бы чиновника в этом худом бледном человеке с длинными черными волосами, потому как на Тиросе предусмотрена своя униформа для каждого сословия. Но эмоционалы при виде Роско Гарана неизменно говорили, что он похож на хиппи, заделавшегося проповедником.

Скудный дождь вскоре прекратился, оставив на память точки в ржавой пыли, тонким слоем покрывавшей все тротуары на планете. Редкие облака отступили, и на небе вновь зажглось тусклое солнце, красный карлик, мгновенно заливший все вокруг рубиновым светом.

Телепортироваться прямо в зал Роско не мог, так как и Башня Основателей, и квартал, где она расположена, имели защиту от подобного способа перемещения, и Гарану пришлось идти пешком от границы квартала, вернее, почти бежать. Гаран опаздывал уже на две минуты, что не свойственно тиросцам, отличавшимся пунктуальностью и точностью.

Два дня назад, когда погиб его брат Эрик, Роско начал странно себя чувствовать. Эрик не был ему родным братом – он осиротел после несчастного случая, унесшего жизни его родителей. Но какая разница? Сути это не меняет.

После смерти приемного брата у Роско Гарана словно сбились какие-то настройки. Он сделался рассеянным и заторможенным, как компьютер, на котором запущено слишком много программ одновременно.

Именно поэтому Гаран впервые в жизни не успел прийти вовремя на заседание Научного Совета, и хуже того – ощущал пустоту внутри. Будто вместе с братом он потерял часть самого себя.

Так не должно быть. Только не с тиросцем! Тиросцы не способны испытывать эмоции. Помимо генетического императива уровня гамма население Тиросской Директории внедрило еще и особые модификации, направленные на ограничение эмоциональности и чувствительности.

Так почему же у Роско словно черная дыра образовалась в груди, и это странное ощущение длится вот уже два дня? Может, потому что сам Эрик был не тиросцем, а эмоционалом, и его эмоциональность как-то передалась приемному брату?

Гаран решил отбросить эти абсурдные и бесплодные размышления и сосредоточился на повестке дня предстоящего заседания.

Войдя в Башню Основателей, он направился к двери зала заседаний и приложил руку к панели считывания идентификатора, имплантированного под кожу. Но на табло не загорелся зеленый свет. Вместо этого появилась красная надпись: «Доступ запрещен».

- Что такое?! – пробормотал Роско.

- Ваш пропуск аннулирован, - раздался синтезированный голос искусственного интеллекта.

- Почему?

- Вы больше не являетесь членом Научного Совета согласно приказу №298АА. Также вам запрещено участвовать в проектах первой и второй категории.

Гаран не стал спрашивать о причинах этого решения и отошел от двери. Вопросы ни к чему, Роско догадался, за что его исключили из Научного Совета и отстранили от работы над самыми важными и интересными проектами: он проявил признаки эмоциональной вовлеченности, сделался неправильным тиросцем, дефектным.

Дело не в опоздании.

Вчера на похоронах Эрика Роско попросил, чтобы тело брата не аннигилировали, как обычно поступали с умершими тиросцами, а кремировали, как принято во многих странах эмоционалов. Прах, оставшийся после кремации, Роско намеревался рассеять в космосе – так хотел бы Эрик.

Просьбу Роско выполнили, и урна с прахом брата теперь стояла на полке в его спальне.

Да, Гарану пошли навстречу. Но карьере его конец. Он больше не высокопоставленный чиновник и один из ведущих ученых!

Отныне Гаран имел право заниматься только второстепенными проектами, как рядовой тиросец или мигрант-эмоционал!

При этой мысли ладони Гарана сжались в кулаки. Он удивился себе. Что это? Гнев?

«Неужели они не ошиблись насчет меня? – с досадой подумал Роско. – И я действительно неправильный тиросец?!»

Видимо, так и есть. Гаран с неохотой признал, что в последние пару дней он заметил за собой еще пару-тройку привычек, обычных для эмоционалов, но совершенно не характерных для тиросцев: например, привычку теребить застежки на одежде, дергать себя за волосы и кусать губы до крови.

Эмоционалы так делают, когда нервничают. Но он же тиросец и не способен нервничать!

Гаран застыл перед окном, удивленный собственным отражением в стекле: темные круги залегли под глазами, скулы заострились, волосы всклокочены, костюм застегнут не полностью. Ну и видок у него! Как у типичного безумного эмоционала!

Гаран пригладил волосы и застегнул пиджак до конца в попытке придать себе более опрятный вид.

Что же теперь делать? Работа над неважными проектами совершенно не вдохновляла Гарана. Его таланты можно использовать намного эффективней!

Но вернуться к проектам первой и второй категории и в Научный Совет можно лишь единственным способом: Роско должен согласиться пройти эмоциональную очистку.

Эмоциональная очистка означала избирательное стирание памяти, при котором удаляются все воспоминания о событии или объекте, вызвавшем эмоциональную вовлеченность, то есть Роско должен забыть брата.

Стоит ли память о брате карьеры?

Гаран мерил шагами вестибюль перед закрытой дверью зала совещаний, размышляя о погибшем брате, загубленной карьере и своей дефектности. Он никого не дожидался, просто не знал, куда идти и что делать.

Гаран сел на скамью и уставился в стену, на которой по центру располагалось металлическое полотно с выгравированным изображением человека, согнувшегося под тяжестью кипы книг и свитков за спиной. Вокруг хранителя знаний вращались планеты, а под его ногами на ленте было написано изречение по-латыни: «Scientia est potentia».

Таков был герб Тиросской Директории. Он символизировал ученого, удерживающего на своих плечах все знания вселенной – именно в этом Тиросская Директория видела свою основную задачу: в сохранении и приумножении знаний. Директория – государство ученых, сознательно отказавшихся от эмоций, чтобы ничто не отвлекало от занятия чистой наукой.

Гарану герб Директории казался странным. Бумажные книги, папирусы и пергаменты можно увидеть разве что в музее. Изображение древнего ученого с архаичными носителями информации давно пора заменить чем-то более актуальным.

Время от времени подобные предложения выносились на рассмотрение Научного Совета, но всякий раз отметались, как несущественные. Всегда находились вопросы поважнее морально устаревшего герба.

Гаран перевел взгляд с хранителя знаний на основателей Директории и выдающихся тиросцев, портреты которых в несколько рядов висели на стене по обе стороны от герба.

Среди них особое место занимали снимки Олега Смирнова и Саманты Ричардс – людей, разработавших концепцию генетического императива и сделавших жизнь общества гораздо безопасней.

Эти двое ученых, живших еще во времена начала покорения космоса, почитались как спасители человечества и других видов, также имевших склонность к чрезмерной жестокости и агрессии.

Императив работал исправно. Последняя крупная война случилась сорок тысяч лет назад с Диктатурой Базиса – тоталитарным государством ополчившихся против внедрения генетического императива безумцев. Базисом они называли право на насилие, которое считали естественным и неотъемлемым.

К счастью, Диктатура просуществовала недолго, поскольку государств, успевших внедрить генетический императив, было намного больше и бойцов категорий бета и гамма в их армиях оказалось достаточно, чтобы разгромить Диктатуру Базиса.

Все население Диктатуры подвергли генетическому императиву и ментальной коррекции, а идеологию базизма запретили.

Но последователи базизма существовали до сих пор и объединялись в террористические группировки. Они были малочисленны, но время от времени напоминали о себе терактами.

Именно против таких психопатов сражался Роско Гаран, когда нес службу в космофлоте. Во владения Тиросской Директории базисты не совались, они предпочитали бесчинствовать в менее защищенных и вооруженных государствах эмоционалов. Но тиросские военные, считавшиеся самыми лучшими, часто приходили на помощь соседям по вселенной.

Пока Гаран предавался так мрачным мыслям и воспоминаниям, заседание кончилось, и из зала в вестибюль начали выходить члены Научного Совета. Его коллеги, теперь уже бывшие.

Никто не поздоровался с Роско, и сам он не стал ни с кем заговаривать – это вовсе не было проявлением непочтительности или презрения, просто на Тиросе не принято приветствовать друг друга и вести беседы без надобности. Все поведение тиросцев подчинено исключительно логике и здравому смыслу.

Навстречу Роско из этой толпы направилась женщина среднего роста со светлыми волосами, подстриженными под каре – Инна Гаран, его мать. С плеч ее ниспадала бело-серебристая мантия, означавшая принадлежность к старейшинам Научного Совета.

- Роско, - сказала она, подойдя к нему. – Ты ведь понял, почему?

- Да, мама. Я ожидал чего-то подобного.

Следующим к ним присоединился высокий черноволосый мужчина с очень бледной кожей – Говард Гаран, отец Роско, также обладатель бело-серебристой мантии.

- Ты уже решил, что будешь делать дальше, сын? – спросил он.

- Я покину Тирос.

Прежде, чем Говард Гаран успел что-то ответить, к ним подошли его прадед Гарольд Смит и прапрапрабабка Аделаида Рирдан.

Лица членов семьи ничего не выражали: ни сочувствия, ни досады, ни разочарования, ни печали. Как и вчера на похоронах Эрика. Иначе и быть не могло. Ведь они тиросцы. И, тем не менее, сейчас родные сочли необходимым подойти к Роско. Чтобы проститься. Они догадались, какое решение он примет.

- Я покину Тирос ближайшим рейсом, - повторил Роско им. – Скорее всего мы больше не увидимся.

- Это твое решение, сын, - сказала Инна Гаран. – Если думаешь, что так будет лучше, значит, улетай.

- Куда ты направишься? – спросил Гарольд Смит.

- В Империю или Конфедерацию, они не так сильно отстают от нас, как другие страны.

- Разумный выбор, - согласилась Аделаида Рирдан, высокая женщина, в длинных черных волосах которой уже начала появляться седина – ведь доктору Рирдан недавно исполнилось пятьсот лет.

- Прощайте! – сказал Роско Гаран родным и покинул Башню Основателей.

Выйдя за границы правительственного квартала, он телепортировался домой при помощи встроенного в наруч устройства.

Первым делом Гаран позаботился о поисках новой работы, разместил свое резюме в Космонете, и сразу же получил тысячи предложений от ведущих компаний Империи, Конфедерации, Гегемонии и других стран – тиросцы везде ценились как профессионалы высочайшего класса.

Но ни на одно предложение Гаран пока отвечать не стал. Сначала он хотел посоветоваться с теми, кто знал мир эмоционалов гораздо лучше него.

Роско уложил в чемодан немногочисленные вещи, и на автомате заглянул в комнату Эрика, спросить, что еще может понадобиться вне Тироса, но тут же замер на пороге, вспомнив о смерти брата.

Роско вновь ощутил черную дыру в груди. Теперь никто не будет пытаться развлечь его шутками, бесконечными рассказами о попойках и любовных похождениях в попытке вызвать у холодного тиросца хоть какие-то эмоции. Гаран почти не слушал болтовню Эрика и понимал из нее лишь половину, но теперь ему этого странным образом не хватало. А Эрик ведь обижался! Говорил, что Роско, как порядочный брат, должен хотя бы делать вид, что ему интересно. И он делал, но не всегда.

Ладони Гарана вновь непроизвольно сжались в кулаки. Нет, он не согласится стереть воспоминания о брате! Карьера этого не стоит!

Гаран взял несколько снимков и личных вещей Эрика и решил перед отлетом наведаться в Эмоциональный Городок – так назывались кварталы мигрантов, проживавших на Тиросе. У Эрика там имелись дальние родственники.

Гаран вышел на улицу, быстро разыскал свободный общественный аэромобиль, открыл дверцу и сел в пассажирское кресло. Бортовой компьютер поднял машину в воздух, и она плавно полетела над крышами однотипных зданий к мигрантскому анклаву.

Полет занял пятнадцать минут. Как только транспортное средство приземлилось у входа в купол из армированного дымчатого стекла, дверца открылась, и Роско вышел из кабины.

Гаран вошел под купол через шлюз и сразу же заметил удивленные взгляды местных жителей – они не понимали, что привело в этот оазис нормальности «живого робота-монаха», как эмоционалы называли бесчувственных тиросцев.

Но тиросцы сюда ходили редко. Сам Роско бывал здесь раньше лишь однажды вместе с Эриком.

Мир под куполом разительно отличался от внешнего. Если снаружи все было выдержано в аскетичных черно-белых тонах, то внутри царила пестрота. А еще звуки и запахи!

Из открытых окон доносилась музыка. Кафе и рестораны распространяли ароматы еды. Люди и инородцы, одетые в причудливую яркую одежду, громко смеялись.

Роско Гаран в своем строгом черном костюме, точно таком же, какие носили все ученые тиросцы, казался здесь неуместным.

Роско захотелось убраться отсюда как можно скорей. Он остановил ближайшего робота и обратился к нему с вопросом.

- Где проживает доктор Эдлунд?

- Дом 129 дальше по этой улице, сэр.

Гаран направился пешком по указанному адресу, сожалея, что нельзя просто взять и телепортироваться прямо туда. Но Эрик как-то сказал, что это крайне невежливо – телепортироваться в чужое жилье без приглашения и предупреждения.

Дом родственника Эрика оказался двухэтажным и довольно большим. Роско позвонил в изукрашенную резьбой и разноцветными стеклами деревянную дверь и ее тут же открыл робот-дворецкий.

- Простите, сэр, но вас нет в списке гостей, - выпалил он, за секунду успев считать идентификатор посетителя.

- Гостей? – удивленно переспросил Роско.

- Гостей, приглашенных на вечеринку, - пояснил робот.

- Я не в курсе, что такое вечеринка. Мне нужно увидеть доктора Эдлунда. Скажи ему, что это не займет много времени.

- Хорошо, сэр. Подождите.

Вскоре робот вернулся в сопровождении худощавого бритоголового мужчины.

- Доктор Эдлунд, - сказал Роско, чуть склонив голову в приветствии.

- Доктор Гаран! Какая неожиданность! – лысый широко улыбнулся ему и протянул руки ладонями вверх, как принято здороваться на Дарале.

Гаран слегка пожал руки доктора Эдлунда, радуясь про себя, что Эдлунд даралец, а не роарканец, поскольку на Роаркане принято обмениваться церемониальными поцелуями.

- Что привело вас ко мне?

- Эрик погиб.

- Я слышал, - подтвердил Эдлунд, и его лицо мгновенно сделалось грустным. – Мне очень жаль. Он был славный малый и прекрасный ученый.

- Но я пришел не из-за него. Вскоре мне придется улететь с Тироса, чтобы найти работу в Империи или Конфедерации. Я хотел спросить совета, куда лучше всего устроиться.

- Вы решили покинуть Директорию, потому что вас сочли эмоционально вовлеченным?

- Да.

- Из-за Эрика?

- Да. Я почти не бывал заграницей, не считая военных миссий во время службы на флоте, и мало что знаю об образе жизни эмоционалов. Если бы вы порекомендовали какое-то пособие с описанием ваших обычаев и традиций, я был бы очень признателен.

С полминуты Эдлунд смотрел на него, приподняв бровь.

- Эрик прожил бок о бок с вами в одном доме, а вы так и не узнали ничего об образе жизни эмоционалов?

- Кое-что узнал, но мало. К тому же я не интересовался этим специально, нам нельзя вникать в такие вопросы.

- Понимаю, - сказал Эдлунд. – А теперь вы решили наверстать упущенное?

- Да. Теперь я могу не бояться последствий, мне уже все равно.

Эдлунд немного помолчал, а потом рассмеялся.

- Доктор Гаран, если вы хотите лучше нас понять, то вместо пособий и инструкций, я бы советовал провести здесь некоторое время и просто осмотреться. У моей жены сегодня юбилей. Приглашаю остаться на вечеринку.

- Юбилей?

- Да, круглая дата, - пояснил доктор Эдлунд, вспомнив, что тиросцы не отмечают дни рожденья, как и все остальные праздники. – Моей прекрасной половине исполнилось триста лет! Прошу, пройдемте к остальным гостям.

Роско проследовал за хозяином и одновременно при помощи микрокомпьютера в кортикальном импланте поискал в Космонете значение слова «вечеринка». Он много раз слышал его от Эрика, но никогда не спрашивал брата, что представляют собой вечеринки, о которых он столько рассказывал. Роско лишь отметил для себя это явление, как какое-то развлечение эмоционалов.

В обеденном зале за накрытым столом сидели несколько человек и пара закарианцев с фиолетовой кожей. Присмотревшись, Роско определил, что они – талу и кану: так обозначалась гендерная принадлежность этих представителей пятиполого гуманоидного вида.

При появлении тиросца все замолчали. Лишь негромкая приятная музыка нарушала тишину.

- Дамы и господа, - объявил собравшимся хозяин. – Позвольте представить доктора Говарда Гарана, приемного отца Эрика!

- Я Роско Гаран, приемный брат Эрика, - поправил Эдлунда новый гость.

- О, прошу прощения! Вы как две капли воды похожи на отца!

- Да, нас часто путают.

К ним подошла красивая светловолосая женщина в длинном причудливом платье с разрезом впереди.

- Доктор Гаран, это моя супруга Джейн.

- Очень приятно, леди, - ответил ей Роско, затем спешно добавил: – Эээ... Поздравляю с днем рожденья!

- Спасибо, доктор Гаран, - натянуто улыбнулась ему хозяйка. – Проходите, присаживайтесь.

Эдлунд взял его под локоть и провел к свободному стулу.

Джейн велела роботу-слуге принести еще один столовый прибор.

- Вы уверены, что я не буду никого стеснять? – спросил Роско, почувствовав себя неловко.

- Уверен. К тому же ваше присутствие здесь даже интересно. Мы почти сто лет назад переехали с Даралы на Тирос, а у нас еще ни разу не был в гостях местный!

Когда Эдлунд отошел от гостя, жена отвела его в сторонку, и Роско услышал, то, что ему не предназначалось:

«Ты зачем притащил к нам этого тиросца?! – спросила Джейн. – Мне от одного его вида не по себе!»

«Тише! – шикнул на нее Эдлунд. – У него наверняка уши усилены кибер-имплантами! Он скоро улетает заграницу, и хочет получше узнать нормальных людей. Пусть немного посидит с нами. Гаран хороший человек, будь с ним повежливей!»

Роско удивился словам жены Эдлунда. Эмоционалам не по себе в присутствии тиросца? Почему? Ведь ни один тиросец никогда никому не причинял вреда преднамеренно. В Директории нулевой уровень преступности. Лишь изредка случаются мелкие происшествия, и те в Эмоциональных Городках, причем по вине самих эмоционалов. Так за что же эмоционалы недолюбливают тиросцев? Где тут логика?

Роско решил выбросить подобные мысли из головы. У эмоционалов, как известно, вообще плохо с логикой.

Гаран прислушался к музыке, доносившейся из соседнего помещения. Но из-за оживленной болтовни за столом мелодия была едва различима. Роско мог настроить свой ушной имплант на фильтрование лишних звуков, но тогда он не услышит, если к нему кто-то обратится с вопросом.

Гости тем временем перестали на него коситься и завели общий разговор о чем-то под названием «Смертельный капкан» и о том, что напрасно этой дилетантской поделке присудили столько наград, ведь игра Рино Сато была такой ужасной! Кажется, они совсем забыли о присутствии тиросца за столом.

Роско пытался угадать, что такое этот «Смертельный капкан», вызвавший столько эмоций у гостей супругов Эдлунд. Определенно это не какая-то ловушка. Сдавшись, Гаран вновь обратился к помощи Космонета, и обнаружил, что речь идет о недавно вышедшем художественном фильме, собравшем целый урожай престижных наград Даральской киноакадемии.

В статье так и было сказано: «целый урожай наград». Эмоционалы любят использовать метафоры, придется к этому привыкать. И к тому, что индустрия развлечений составляет важную часть их культуры. Тиросцам же развлечения не нужны.

Лишь однажды Эрик уговорил Роско посмотреть с ним какой-то фильм, половину которого Гаран проспал, потому что ему стало скучно и потому, что так на него подействовало вино. То был первый и последний раз, когда Роско употреблял алкоголь. До этого дня.

Эдлунд налил ему немного темно-коричневой жидкости в стакан.

- Выпейте с нами, доктор Гаран. Это божественный напиток, вы должны его попробовать!

- Я ведь не различаю вкусы, - напомнил Роско хозяину дома о физиологической особенности тиросцев.

- Я в курсе, - улыбнулся Эдлунд. – Но запахи-то вы чувствуете?

- Конечно.

- Тогда насладитесь хотя бы ароматом этого чудного таммерийского бальзама!

- Я не способен наслаждаться.

- Уверены? – переспросил Эдлунд, чуть улыбнувшись. – Я заметил, как вы прислушиваетесь к музыке и неодобрительно смотрите на тех, кто громко болтает. Вам ведь нравится эта музыка?

- Да.

- Вот видите, - вновь улыбнулся Эдлунд, поглядывая на него с лукавым прищуром. – Вы можете наслаждаться прекрасным, и отнюдь не лишены эстетического восприятия.

- Возможно, - нехотя согласился Роско.

- Вам совсем не обязательно пить наравне с другими. Пейте чуть-чуть, символически, за компанию. И я сейчас говорю не только о выпивке. Смейтесь за компанию над шутками, даже если вы не поняли смысла. Подражайте нормальным людям и не называйте нас эмоционалами.

Когда-то Эрик тоже советовал ему подражать нормальным людям.

- Слово «эмоционал» кажется вам обидным?

- Нет, просто это не точное определение. Среди нас далеко не все так уж эмоциональны. Есть и те, кто почти не отличается от тиросцев. Особенно здесь. Ведь по-настоящему эмоциональные личности ни за что не согласились бы перебраться в ваш скучный мир-монастырь и жить среди монахов.

- Не называйте Тирос монастырем, а нас монахами!

- Вот видите, - улыбнулся Эдлунд. – Вам тоже обидно!

- Нет, не обидно. Просто это сравнение крайне неуместно. Мы ученые и атеисты!

- Но ведете образ жизни, мало отличимый от монашеского. Даже костюм ваш очень похож на пасторский, разве что колоратки не хватает!

- Мы избегаем развлечений не из-за каких-то религиозных обетов, а просто потому, что нам это не интересно.

- Я знаю, - сказал Эдлунд, затем сменил тему, останавливая спор. – Предложения от каких корпораций вам поступили?

- От «Верфей Трогана», «Металлургии Линнетто-Ларра», «Роботроники Данли», «Звездных линий Вин-Келла» и...

Доктор Эдлунд поднял руку, перебив его.

- На вашем месте я бы пошел работать на Трогана или Линнетто-Ларра. Их компании старейшие и крупнейшие в Конфедерации. Я сам когда-то был сотрудником «Металлургии Линнетто-Ларра», пока не перебрался на Тирос.

- Спасибо за совет.

- Не за что.

Эдлунд отошел от него и вступил в общую беседу с гостями. Роско переключил внимание на еду.

Вся еда, имевшаяся на столе, выглядела странно, но пахла аппетитно. Гаран наблюдал, как другие нарезают ее на мелкие кусочки ножами, прежде чем наколоть на вилку и отправить в рот. Для Гарана это было непривычно. Тиросская еда по консистенции напоминала пасту и не нуждалась в нарезании.

После ужина гости встали из-за стола. Одни перебрались на диван, другие вышли покурить, третьи начали танцевать. Роско занял кресло в углу. Но долго сидеть в одиночестве ему не пришлось.

- Потанцуйте со мной!

К Гарану с этой просьбой обратилась высокая женщина с грустными серыми глазами и волнистыми волосами дымчатого цвета. Длинное черное платье с глубоким декольте подчеркивало ее хорошо развитые молочные железы.

Роско еще в первый визит сюда много лет назад обратил внимание на необычайную красоту здешних женщин. Все они намного красивей тиросских.

Вероятно, Гарану так казалось из-за того, что тиросцы обоих полов носят только униформу и самые простые прически, не отнимающие много времени: либо короткие стрижки, либо длинные волосы, собранные в хвост или пучок, а то и вовсе бреются наголо. И, разумеется, тиросские женщины не пользуются косметикой и украшениями.

Сами мигранты за пределами их анклава стараются выглядеть столь же аскетично, как и хозяева планеты и вести себя соответственно.

Может, по меркам эмоционалов, женщина, пригласившая Гарана на танец, была вполне обычна, но в глазах привыкшего к строгому асексуальному дресс-коду тиросца она выглядела чуть ли не богиней.

Гаран не видел ее за столом, вероятно, она опоздала.

- Эээ...простите, я не умею танцевать, - ответил он ей.

- Не страшно, - сказала незнакомка и одарила его улыбкой. – Я вас научу, это несложно. Вставайте!

Гаран поднялся с кресла. Женщина окинула его изумленным взглядом.

- Вы настоящий тиросец? Или только одеты как тиросец?

- Я настоящий тиросец, - сказал Роско, чуть улыбнувшись. – Все еще хотите со мной танцевать?

- Почему нет? – так же улыбаясь, переспросила незнакомка. – Вы мужчина из плоти и крови. К тому же очень привлекательный.

Дама взяла его за руку.

- Я Шэннон, а вас как зовут?

- Роско.

- Очень приятно, - сказала Шэннон. – Обнимите меня, вот так. А теперь просто двигайтесь в такт музыке. Видите, танцевать совсем не сложно!

- Сложно не наступать вам на ноги, - признался Роско. – В моем теле больше металла, чем плоти, и если я отдавлю вам ногу, это может закончиться переломом.

- Ладно, тогда давайте выйдем на балкон и подышим свежим воздухом.

Шэннон потянула его на балкон, где сейчас никого не было.

- А зачем вам в теле так много металла? – спросила она.

- Аугментации обычно делают из металла.

- Я знаю, но зачем так много?

- Я не планировал делать их специально, - ответил Роско. – Меня сильно покалечило взрывом во время службы.

- О, простите!

- Не за что извиняться.

Только тут Роско заметил, что глаза женщины блестят, а по щекам ее катятся слезы. Гаран удивился столь резкой перемене ее настроения.

- Я вас чем-то обидел? Или вам так жаль меня из-за давнего ранения?

- О, нет, вы здесь ни при чем, - хриплым голосом ответила она. – Это все мой бывший муж! Ой, простите! Не то говорю! То есть вас мне тоже жалко!

Тут Шэннон разрыдалась, уткнувшись лицом в грудь Роско. Он окончательно растерялся, ведь не знал, что делать в таких ситуациях.

Шэннон немного успокоилась и зачем-то начала быстро и сбивчиво рассказывать о том, что недавно муж ушел от нее.

Сначала Гаран пытался догадаться, какое отношение все это имеет к нему. Но потом сдался и оставил попытки найти в происходящем логику.

Он молча обнял Шэннон, дожидаясь, пока она перестанет плакать. Роско вспомнил, как Эрик однажды говорил, что объятия – лучшая помощь для расстроенной девушки. Гаран удивился такому выверту памяти. Ведь он лишь вполуха слушал Эрика, когда тот принимался разглагольствовать о какой-то эмоциональной чепухе, а тут вспомнил совет, оказавшийся полезным!

- Ты такой хороший! – вдруг сказала Шэннон, теснее прижавшись к Роско и поглаживая его плечи. – Такой чуткий и внимательный! Спасибо!

- Эээ...пожалуйста, - пробормотал Гаран.

- Ты хороший! – повторила Шэннон, погладив его по щеке. – И очень красивый: отмечен самим Вади Великим, как говорят у нас на Роаркане.

- Я никогда не думал о себе так.

- Ну, да, - с улыбкой сказала она, утирая слезы платком. – Вам, тиросцам, ведь безразличны такие понятия, как красота.

- По большей части. Ты веришь в богов?

- Нет, конечно! Поминать богов в речи – еще не значит верить в них!

- Много ли верующих среди роарканцев?

- Нет, да и те, что причисляют себя к верующим, скорее, просто следуют традиции, чем верят по-настоящему. Ходят в храм по праздникам, и только.

Гаран промолчал.

- А я тебе нравлюсь? – вдруг спросила Шэннон.

Роско окинул ее оценивающим взглядом, прежде чем ответить.

- Ты высока, черты твоего лица правильны, обхват бедер и груди примерно одинаков, талия тонкая, ноги длинные, пальцы рук изящны. Да, полагаю, можно сказать, что ты привлекательна.

Шэннон рассмеялась, услышав это.

- Слова истинного тиросца!

Она потянулась руками к голове Роско и сняла заколку, стягивавшую его волосы в хвост.

- Вот, так лучше!

Шэннон как-то странно посмотрела на него из-под полуопущенных ресниц и вдруг поцеловала в губы. Роско еще больше растерялся и не знал, как реагировать на происходящее. Что это? Какой-то роарканский церемониал?

Шэннон отстранилась от Роско, а он так и застыл, удивленно глядя на нее.

- О, Хейрас Всемогущий! – прошептала она, помянув еще одного из наиболее популярных богов Империи. – С этим смущенным выражением на лице и полураскрытым ртом ты еще милее!

Она вновь наградила его жадным поцелуем и, кажется, укусила, но Гаран не мог быть в этом уверен, ведь он едва ощущал ее губы на своих.

«Этот поцелуй определенно не церемониальный», - сообразил Роско.

Шэннон оторвалась от него и спросила:

- Тебе не нравится?

- Вовсе нет, - опомнился Роско. – Просто я не... я не...слишком опытен в подобных делах.

Он подумал, что сейчас неуместно напоминать ей о такой физиологической особенности тиросцев, как сниженная чувствительность кожи.

- Тебя раньше никто не целовал? Для тебя это в первый раз?

- Нет.

- Значит, ты не девственник?

- Нет.

- Я думала, тиросцы не занимаются сексом! – удивленно воскликнула Шэннон. –Ведь это означает эмоциональную вовлеченность.

- Обычно не занимаемся, - подтвердил Роско. – Мы не испытываем в этом потребности в отличие от эмоционалов. Но некоторые из нас могут попробовать секс ради эксперимента.

- И когда у тебя был такой эксперимент?

- Давно, вскоре после окончания учебы в университете, - признался Роско, вспомнив о своем первом посещении Эмоционального Городка, когда Эрик потащил его в бордель.

- И как? Понравился секс?

- Да, - ответил Гаран, решив применить на практике совет подражать обычным людям. Нормальные люди получают удовольствие от соития. Тиросцу же секс доставил не больше удовольствия, чем гимнастика.

- Замечательно! – радостно воскликнула Шэннон. – Так ты не против повторить эксперимент?

- Не вижу причин для отказа, - ответил Роско, глядя ей в декольте.

Нормальный парень не стал бы отказываться от секса. А секс – отличный способ понять нормальных.

- Тогда пойдем ко мне!

- Ты точно хочешь этого со мной?

- Да! Я еще ни разу не спала с тиросцем! Для меня это тоже будет эксперимент!

Они ушли с вечеринки никем не замеченные.

Дом Шэннон оказался неподалеку. Едва за ними закрылась дверь, как женщина вновь набросилась на Роско со страстными поцелуями. На этот раз он ей ответил. Затем подхватил на руки и отнес в спальню, где Шэннон поспешила снять одежду с себя и с него.

- А где же твои аугментации? – спросила она при виде его совершенно гладкой кожи.

- Скрыты, кроме этих, - Роско указал на металлический ошейник и широкие браслеты, плотно обхватывавшие его запястья и щиколотки.

- А для чего они?

- Это – пластичная броня, смотри.

Роско активировал броню, отдав команду при помощи кортикального импланта, и металл, содержавшийся в ошейнике и браслетах, мгновенно перешел из твердого состояния в жидкое и покрыл все тело Гарана тонким слоем, превратив его в живую хромированную статую.

- Вот это да! – изумилась Шэннон. – Не мешает двигаться?

- Нисколько, - ответил Роско. – И дышать тоже.

Шэннон притронулась к его руке, словно проверяя, не станет ли краситься напоминающее ртуть вещество.

- Эта субстанция – как эластичная одежда, ее слой очень тонкий, но он защищает от бластерного огня, холодного оружия и вакуума.

- Просто чудо! – воскликнула Шэннон. – Новая разработка?

- Сравнительно новая.

- Твоя?

- Нет, одного из моих коллег.

Помрачнев, Роско добавил:

- Бывших коллег.

Он деактивировал броню, и серебристое вещество вновь приняло вид ошейника и браслетов.

- Почему бывших?

- Я больше не член Научного Совета и не имею права работать над самыми важными проектами.

- О, мне жаль! – воскликнула Шэннон, обняв его.

- Мне и самому жаль, но иногда конец – это начало. Я начну новую жизнь на новом месте.

- И где же?

- Вероятно, на Дарале.

- Удачи тебе! – Шэннон вновь принялась его ласкать и целовать. – Раз в тебе много металла, то лучше я буду сверху!

- Ладно.

Гаран еле ощущал прикосновения девушки к себе, но вид ее нагого тела и особенно запах подействовали на тиросца возбуждающе. Шэннон толкнула его на кровать и оседлала...

Проснулся Гаран поздним утром, урвав лишь пару часов сна. Увидев, что рядом лежит голая женщина, он удивился, но потом вспомнил странные события вчерашнего вечера и ночи.

Роско встал, стараясь не разбудить Шэннон, и воспользовался ее душем. Намыливаясь, он думал о том, каким удивительным образом его первичное намерение разузнать побольше об обычаях эмоционалов обернулось сексом с одной из них.

Выйдя из ванной, Гаран обнаружил, что Шэннон встала.

- Доброе утро! – улыбнулся он ей.

- Тебе лучше уйти, – строго произнесла она, даже не глядя в его сторону.

- Я что-то сделал не так?

- Нет, просто уходи!

Шэннон быстро собрала одежду, валявшуюся на полу с прошлого вечера, всучила ее опешившему тиросцу, и вытолкала за дверь.

- Чем я тебя обидел? – вновь спросил он.

- Ничем! Просто уйди и забудь меня!

Гаран торопливо оделся в гостиной и поспешил покинуть дом Шэннон.

По пути к шлюзу в куполе Эмоционального Городка он столкнулся с доктором Эдлундом.

- Вы еще здесь? – удивился Эдлунд. – Жена говорила, что видела вас с Шэннон на балконе, но я не поверил, думал, она обозналась.

- Нет, я действительно провел ночь с ней.

Эдлунд изумленно уставился на тиросца, потом улыбнулся и хлопнул его по плечу.

- А вы всерьез взялись за изучение образа жизни эмоционалов!

- Вы же советовали подражать нормальным людям.

- И как успехи?

- Не знаю, - задумчиво произнес Гаран. – Шэннон всю ночь говорила, какой я замечательный и как ей хорошо со мной, а утром просто выставила вон, не объяснив, что я не так сделал.

- О, не берите в голову! Она злится не на вас, а на себя.

Роско не понимал, как это и вопросительно посмотрел на Эдлунда.

- Со временем вы научитесь разбираться в таких вещах, - заверил Эдлунд, сжав его локоть. – Кстати, я кое-что хочу передать вам.

Эдлунд протянул ему инфоиглу. Гаран вставил ее в кибер-разъем у себя за ухом и скопировал содержимое на кортикальный имплант, затем вернул инфоиглу ее владельцу.

- Здесь книги по психологии, в том числе рекомендации для чужих видов по взаимодействию с людьми, - пояснил Эдлунд. – А еще художественная литература. Наверняка вы никогда не читали ничего подобного. Изучите их. Они помогут адаптироваться в обществе нормальных.

- Когда Эрик был маленьким, я читал ему сказки, это считается?

- Нет, - с улыбкой ответил Эдлунд. – Одних сказок мало. Кстати, хотел спросить, неужели вы – первый тиросец, который поддался эмоциям?

- Нет, не первый. Подобные случаи происходят время от времени.

- Известно ли вам что-нибудь о судьбе других, таких как вы?

- Да, чаще всего они соглашаются пройти эмоциональную очистку, либо покидают Тирос, но через какое-то время возвращаются обратно, чтобы все-таки пройти эмоциональную очистку.

- Потому что не смогли привыкнуть к жизни среди эмоционалов?

- Видимо, так.

- Я записал вам еще и старинную книгу для аутистов. Мне показалось это самым близким к теме. Аутизм – это такое заболевание, которое в наши дни встречается только среди жителей потерянных колоний...

- Я знаю про аутизм.

- Надеюсь, вы успешно освоитесь на новом месте.

Гаран кивнул доктору Эдлунду, распрощался с ним и покинул мигрантский анклав.

Выйдя за пределы купола Эмоционального Городка, Роско телепортировался в гостиную своего дома. Там его встретила мать.

- Тебя не было шестнадцать часов, - констатировала факт она ровным, безжизненным, как у робота голосом. – Ты выглядишь помятым и растрепанным.

Инна Гаран подошла к сыну и пригладила его волосы.

- У тебя кровь на губах, - спокойно заметила она, достав регенерационный пластырь из аптечки.

Опять он прикусил губу до крови, как типичный эмоционал!

- Я был в гостях у мигрантов, - пояснил Роско, прикладывая пластырь к губам.

- Зачем?

- Знакомился с традициями нормальных людей. Мне ведь предстоит жить среди них.

- Роско, - сказала мать, остановив его за руку, когда он начал подниматься по лестнице на второй этаж. – Тебе следует уяснить об эмоционалах одну главную вещь – среди них есть преступники.

- Я знаю.

- С ними всегда нужно быть предельно внимательным и осторожным.

- Знаю, - снова повторил Роско.

Он поднялся по ступенькам в свою комнату. Компьютер как раз издал звуковой сигнал, оповещающий о том, что кто-то звонит.

Роско нажал кнопку «Принять вызов» и перед ним тут же появилась голографическая фигура вышедшего на связь человека в вычурной одежде, а на мониторе отобразилась информация о нем.

Это был доктор Л.В. Морис, директор по персоналу и руководитель лаборатории Исследовательского Центра «Верфей Трогана».

Столь большой начальник решил связаться с ним лично? Видимо сыграл роль пункт в резюме о прежнем месте работы, где Гаран указал членство в Научном Совете. В обществе эмоционалов иерархия имеет огромное значение. Научный Совет Директории — это как Сенат в Конфедерации или Империи.

- Здравствуйте, доктор Морис, - приветствовал его Роско.

- Доктор Гаран, - Морис почтительно кивнул ему головой. – Вы все еще ищете работу?

- Да.

- Тогда у меня есть для вас заманчивое предложение! Наш Исследовательский Центр работает над проектом гипердвигателя нового типа, и мы набираем лучших профессионалов в нашу команду. Предлагаю вам присоединиться к ней!

- Мне придется работать над проектом гипердвигателя?

- Да. Вас это устраивает?

- Вполне.

- Отлично! – Морис приветливо улыбнулся ему. – Со временем вы сможете запустить и собственный проект, если пожелаете.

- Ваш Исследовательский Центр находится на борту космической станции?

- Да, станции, вращающейся на высокой орбите вокруг Даралы. Если хотите, мы можем предоставить вам корпоративное жилье там или на Дарале.

- Я бы предпочел на станции.

- Что ж, это можно устроить. Если у вас есть какие-то пожелания, говорите, мы все обсудим.

- Пока нет, спасибо. Так я могу считать себя нанятым?

- Да, - подтвердил Морис. – Когда вы прибудете на Даралу?

Гаран посмотрел расписание пассажирских рейсов, проходящих через Тирос, и выяснил, что ближайший как раз через час.

Это был корабль Заргианских космолиний, идущий из Колместера на Заргиану Приму с заходом во все крупнейшие космопорты, включая Даралу.

На Даралу он должен прибыть через три дня. Так долго? Можно было долететь и быстрее, звездолетами других космолиний, но с пересадками и в пять раз дороже. Не привыкший бывать заграницей Роско хотел избежать пересадок.

- Я прибуду в среду утром, - ответил он Морису.

- Договорились, ждем вас в среду утром! – сказал Морис. – Приятного полета!

С этими словами он отключился и его голографическое изображение исчезло.

Роско взял чемодан, уложил в него урну с прахом брата и спустился вниз, где родители ждали, чтобы проститься с ним.

- Тебе понадобится это, - сказал Говард Гаран, протягивая сыну небольшую карточку. – Везде, кроме Директории, ходят деньги и без них никак.

Роско взял карту и прочитал странную надпись: «Межгалактический морской банк».

- Кредитная карта привязана к твоему идентификатору, на ней сто тысяч универсальных единиц. Она действительна во всех странах, входящих в Единое Валютное Пространство, а это Конфедерация, Империя, Гегемония, большинство планет периферии и Земной Альянс. Суммы на кредитке должно хватить на первое время. Береги деньги, ведь за пределами Директории абсолютно все платно.

Роско спрятал кредитную карту во внутреннем кармане пиджака.

- А еще ты должен подписать это, - сказала Инна Гаран и протянула сыну планшет.

На экране устройства отображался текст Соглашения о неразглашении. Такое обязан подписать каждый тиросец, выезжающий заграницу на длительный срок. Роско пробежал глазами соглашение и поставил цифровую подпись, приложив руку к экрану. Этим он обязался хранить тайны Директории.

Он знал, что за сохранностью тайн будут внимательно следить, значит, и за ним самим тоже. Причем такими способами, о которых он мог лишь догадываться. Роско Гаран хоть и состоял в Научном Совете, но не входил в число старейших его членов, посвященных во все секреты.

- Вряд ли я вернусь, - сказал он своим родителям.

Инна и Говард Гараны подошли к нему, и Роско молча кивнул им на прощание.

- Если передумаешь, ты знаешь, что делать, - напомнил ему отец.

Роско вновь кивнул им и телепортировался к станции космического лифта. Переместиться подобным образом прямо в космопорт Гаран не мог, так как космопорт находился на высокой орбите, вне радиуса действия маломощного телепортатора, встроенного в наруч.

Роско вызвал лифт, сел в кресло, и кабинка устремилась вверх по вертикальной трубе. Сначала кабинка поднималась медленно, и Роско провожал взглядом уходящие вниз черно-белые здания своего мира. Потом лифт набрал скорость и в кабинке включились противоперегрузочные поля. Вид за стеклом смазался.

Выйдя из подъемника, Гаран оказался в помещении космопорта, парившего на высокой орбите. В зале ожидания почти никого не было – ведь Тирос не туристическая планета, на нем совершенно не на что смотреть.

Здесь нет ни знаменитых памятников архитектуры, ни произведений искусства, ни театров, а музей всего один – Истории науки. Он привлекал мало туристов. И те, что все же прилетали на Тирос, предпочитали проводить время в Эмоциональном Городке.

***

После того как Роско покинул дом, Инна и Говард Гараны беззвучно обменялись парой фраз, не глядя друг на друга:

«Ему предстоит трудная задача, надеюсь, все пойдет по плану, столь многое стоит на кону!»

«Было бы куда проще, если бы он мог быть самим собой».