Глава 29

Элеонора

Дома никого не было. Из-за этого я почувствовала себя еще более раздосадованной: мне хотелось услышать ответ на свой вопрос в ту же секунду. Сотни мыслей крутились в моей голове и не оставляли в покое. И усталость после длительного перелета куда-то улетучилась.

Я не стала никому звонить, лишь прошла в свою комнату, уселась на кровать и уставилась в стену напротив. Мне не хотелось думать о том, что родители действительно могут заставить меня покинуть Лондон, вместо этого я предпочитала придумывать варианты, как мне остаться. Может быть, они позволили бы мне пожить с семьей дяди... Но я не хотела причинять кому-то неудобства. Какие еще могут быть варианты? Общежитие? Нет, это было не по мне. Переехать к Тео? Он, конечно, будет счастлив, а родители меня вычеркнут из своей жизни, если я перееду к бойфренду до замужества. Что мне остается? Может я смогу найти способ уговорить родителей остаться? Но ведь отец получил выгодное предложение от инвестора, но отказался, это значит, что он принял твердое решение.

Уже и не вспомню, сколько я так просидела в раздумьях, из которых меня вывел звонок в дверь: родители вернулись домой, судя по пакетам, из продуктового магазина. Настроение и у мамы, и у папы было приподнятым, что удивительно, ведь последние несколько месяцев они едва ли улыбались. Жаль только, что их приподнятое настроение не распространялось на меня: последние новости могли довести меня до депрессии.

— Нора, ты чего застыла? Рассказывай, как все прошло?— помахав перед моими глазами рукой, сказала мама и, пройдя мимо меня на кухню, открыла холодильник и стала наполнять его продуктами. Я без особого энтузиазма помогла ей с вещами и, ответив на ее вопрос про времяпрепровождение кратко, вернулась в свою комнату. Благо, расспрашивать она меня не стала, слишком была занята домашними заботами. Меня пугало то, что все, что сказал Тео, может оказаться правдой: мои родители серьезно настроены вернуться в Италию. Я была в полном ступоре.

Вечера мы обычно проводили в гостиной, родители смотрели телевизор, а я, по классике жанра, копалась в социальных сетях. Мне даже удалось немного отвлечься от мыслей о переезде, потому что я не знала, как подступиться к данной теме в разговоре с родителями, а закатывать скандал я не хотела.

— Как же я скучаю по Италии, — с грустью в голосе сказала вдруг мама. С удивлением подняв глаза, я увидела на экране телевизора живописную локацию во Флоренции. Кажется, это была программа про путешествия. И каково же совпадение! Мое временное спокойствие улетучилось, внутри все начало кипеть.

— Настолько сильно, что вы с отцом решили туда вернуться, не сказав мне? — на одном дыхании выпалила я, не придавая никакой эмоциональной окраски своим словам. Родители еще минуту не переключали свой взгляд с телевизора на меня, словно мои слова их шокировали. Может быть, Тео что-то перепутал? Возможно, у отца были другие причины отказать инвестору, а в Италию он хотел поехать лишь на рождественские праздники. Как же мне хочется в это верить!

— Кто тебе сказал об этом? Джованни? — встревоженно спросил отец, и в этот момент мой мир рухнул. Это было правда. Отец действительно решил вернуться в Италию, и об этом знали все, кроме меня.

— Сейчас важно, кто сказал мне? Или то, что ВЫ не сказали мне? — едва сдерживая себя, процедила я. Я была рассержена. Как они могли скрыть от меня подобное решение? Когда они мне собирались об этом сказать? После покупки билетов в один конец?

— Мы собирались сказать тебе, но ты так была воодушевлена началом учебного года, что решили повременить с этим, — заметив недовольство в моем голосе, мама решила меня успокоить, как это на нее похоже.

— Повременить? Это шутка? Судя по всему, Джованни вы сказали об этом сразу! — я не могла уже скрывать свою досаду. — Ох, каждый раз забываю, что его мнение, в отличие от моего, имеет вес в этой семье. Но я все же хочу вам сообщить, что я не считаю вашу идею удачной! Более того, возвращаться в Италию я не намерена.

— Вот и причина, по которой мы тебе не говорили. Мы понимали, что начнутся твои детские капризы! — смиряя меня взглядом, заявил отец. Он встал с дивана и направилась к выходу из гостиной, даже не удостоив меня чести выслушать хоть какие-то объяснения. — Это решение далось мне нелегко, но оно самое правильное в нашей ситуации. Когда станешь старше, поймешь.

— Старше? Я совершеннолетняя и имею право сама решать, где мне жить. Когда я была ребенком, вы меня не спрашивали, хочу ли я в Лондон. Вы просто взяли и привезли меня сюда. Я живу здесь всю свою сознательную жизнь, привязалась к этому городу, полюбила его. И что же? Вы снова собираетесь перевезти меня в другую страну, как сделали это много лет назад? — я была честна в своих словах, трудности, с которыми я столкнулась после переезда в Лондон, сложно было забыть, а теперь они снова хотели подвергнуть меня стрессу и адаптации к новой стране и городу.

— Я и не ждал понимания. Тебя пора перестать быть эгоисткой и подумать о семье. Это решение — самое правильное для нашей семьи! Тебе всегда нравилось в Италии, это твой настоящий дом. Так почему ты вдруг так привязалась к Лондону? Я знаю ответ на свой вопрос. А ты? — я еще никогда не видела отца настолько рассерженным, но я не была готова отступать. Мне не хотелось мириться со сложившейся ситуацией. Неужели отстаивание своих прав и желаний - эгоизм?

— Здесь вся моя жизнь... Мои друзья... Я получила стипендию в одном из лучших университетов Лондона. Все мои воспоминания связаны с этим городом! — сумбурно перечисляла я, хоть в голове и крутилось лишь одно имя, ставшее причиной моего столь яростного нежелания переезжать. Тео. Я не хотела быть вдали от него. И Лондон я полюбила так сильно именно после встречи с ним, ведь год назад я бы отдала все, чтобы вернуться в Италию, но теперь...

— Ты любишь не Лондон, Нора, ты любишь Тео Мейсона, который живет в Лондоне, — озвучила вслух мои мысли мама и, преодолев расстояние между нами, положила руку мне на плечо. Она уловила мой взгляд и сочувственно улыбнулась, словно давая понять, что нет надежды уговорить отца остаться.

— Если это настоящая любовь, то расстояние ей не преграда, — подытожил отец, а я замолкла, чувствуя горечь поражения. — Мы возвращаемся в Италию в начале следующего года, тебе нужно будет перевестись в один из итальянских университетов на твой выбор.

— Конечно, отец. Когда будешь покупать билеты, впиши меня в графу «багаж», его ты тоже перевозишь, не спрашивая мнения, — бросила я и сбежала в свою комнату, чувствуя, как горло сдавливают слезы. Отец стал ругать меня за неуважение, но я уже не воспринимала его слова, так же, как и он мои. Я всегда была примерной дочерью, но, кажется, примерная дочь для них — та, что исполняет все приказы и рот не открывает. Они хотели видеть меня слабовольной? Не способной отстаивать свою позицию? Понимают ли они, насколько тяжело такому человеку выжить в современном мире? Своих детей я буду воспитывать иначе.

Как же это унизительно, когда твои слова ни имеют никакого веса. Как пустой звук. И как же ужасно чувствовать себя бессильной. Сдалась ли я? Нет. Я была рада, что переезд предстоял лишь в следующем году, и у меня было время подумать над вариантами, как его избежать. Но отношение родителей ко мне... Еще никогда я не чувствовала себя настолько ничтожной. Для них я была вещью, которую можно таскать туда-сюда по собственному желанию.

На заблокированном экране телефона высветилось сообщение от Тео: «Ты говорила с родителями?». Минуту я размышляла, действительно ли то, что было в гостиной, можно назвать разговором. Меня и мои аргументы особо никто не слушал. Я напечатала ответ: «Да. Это правда». «Я через 20 минут буду у твоего дома», — словно почувствовав, что мне нужен собеседник, написал Тео, и на душе вдруг стало так тепло. Его, в отличие от других, интересовали мои чувства и мое состояние. И родители хотят, чтобы я была вдали от него? Как же они жестоки.

Тео действительно был у моего дома через 20 минут после своего сообщения. Я собиралась выйти из квартиры, как прибежала мама, встревоженно меня рассматривая. Она была... напугана?

— Я не собираюсь сбегать из дома, — успокоила ее я, и тревога исчезла с ее лица. — Если бы я собиралась сделать это, то выбрала бы более удобное время, например, середина ночи, когда все спят.

Угрожающе улыбнувшись матери, я покинула квартиру. Идея сбежать из дома перестала мне казаться сумасшедшей.

***

Мы сидели в гостиной в квартире Тео и пытались придумать что-нибудь, чтобы родители позволили мне остаться в Лондоне. Идей было не так уж и много, и все они подверглись жестокой критике и были отброшены.

— Мы можем пожениться, — предложил Тео, и его слова повисли в тишине, потому что я не сразу смогла привести аргументы против этой идеи. Замужество меня пугало, особенно в столь юном возрасте.

— Отличная идея, резко выйти замуж в 18 лет, чтобы все вокруг подумали, что я залетела! — с наигранной радостью пролепетала я. — Да, родители меня не увезут в Италию, потому что просто не оставят меня в живых.

— От поцелуев дети еще не рождались, по крайней мере, я таких случаев не встречал, — усмехнулся он, и моментально получил подушкой в лицо.

— Мы тут серьезные вещи обсуждаем, а ты шутишь! В следующий раз в тебя полетит не подушка, а что-нибудь тяжелое. Да так, что даже на поцелуи будешь не способен! — пригрозила я и отправила ему воздушный поцелуй. Несмотря на усталость, он все еще был потрясающе привлекательным. Темные волосы небрежно взлохмачены, а его крепкие мышцы под футболкой и заметные вены на руках... Нет уж, мои глаза должны лицезреть это каждый день, ни в какую Италию я не перееду.

— Насчет женитьбы я не шутил, на данный момент, это оптимальный вариант, — придвигаясь ко мне ближе, он положил руку мне на плечо и приобнял. Другой рукой он убрал прядь моих волос за ухо, и оставил легкий поцелуй на моей шее, а потом еще один на ключице. Мое дыхание стало более глубоким, все мое внимание сосредоточилось на ощущениях, а мысли о переезде отошли на второй план. Медленно повернув к нему голову, я уставилась на его соблазнительные губы, сложенные в еле заметную коварную улыбку. Я позабыла обо всем, что меня беспокоило, потянулась к нему и поцеловала. Прикосновение его губ к моим — пожалуй, лучшее, что я испытывала в своей жизни. Его рука опустилась на мою поясницу и стала медленно ее поглаживать, от его прикосновений тепло стало распространяться по всему телу. Происходящее успокаивало и расслабляло меня. Меня перестало беспокоить что-либо, кроме Тео, который находился одновременно так близко, и так далеко.

— Пусть это будет вариант «Б», — оборвав поцелуй, я чмокнула его в щеку и отстранилась. Поправив блузку, я постаралась привезти мысли в порядок, но давалось мне это тяжело, ведь Тео все еще находился рядом.

— Хотя бы «Б», а не «В», это уже радует, — усмехнулся он, и в голосе его прозвучали нотки обиды. Он увидел, что я отодвинулась, и улыбка его погасла. Надеюсь, у Тео устойчивая самооценка, и я своими выходками не нанесу ей вред.

— Тео, — тихо произнесла я и посмотрела ему в глаза. Я собиралась задать ему вопрос, ответ на который боялась получить. Глубокий вдох.

— Если родители все-таки увезут меня, мы разойдемся? Отношения на расстоянии — тяжелая штука, и поддерживать их не каждый захочет... Я пойму, если ты примешь подобное решение, — я перевела взгляд на окно, чтобы не смотреть ему в глаза в тот момент, когда он мне ответит. По глазам я бы поняла: искренен его ответ или нет. Но мне не хотелось этого знать. Меня пугала мысль о том, что между нами все может быть кончено. Я не представляла своей жизни без Тео, хоть и поняла, что это не совсем здоровая история — быть настолько привязанной к человеку.

— Нет, конечно же, нет, — он попытался заглянуть в мои глаза, но я и по голосу понимала, что он искренен в своих словах. — Признаюсь честно: это, конечно, не совсем то, о чем я мечтал. И я все же надеюсь, что ты выберешь план «Б», но даже если нет, то я согласен на отношения на расстоянии. Тем более я смогу прилетать к тебе, а ты ко мне. Что может нам помешать?

— Я люблю тебя, — вырвалось из моих уст, и Тео улыбнулся, маня меня в свои объятия. Тревога ушла, ведь он обещал, что ничто не помешает нам быть вместе. Мысль о том, что так думали все героини романов, меня на секунду напрягла, но мне не хотелось строить пессимистичных прогнозов в отношении своей жизни.

***

       Это был первый день в университете. И, признаться, так неуверенно я не чувствовала себя со средней школы. Мое сердце колотилось, как сумасшедшее, пока я медленными боязливыми шагами поднималась по лестнице в лекторий, где должна была пройти установочная конференция для первокурсников. Мне не нравилась неопределенность и то, что я никого не знала в этом университете. Вокруг было столько людей, но я чувствовала себя крайне одинокой.

       Первокурсники толпились у входа в лекторий, некоторые уже бурно что-то обсуждали, но, конечно, мне не хватило смелости подойти и познакомиться с целой группой людей. Это было выше моих сил, поэтому я тихо и незаметно прошла мимо них в лекторий и, осмотревшись, выбрала место рядом с девушками, которые выглядели наиболее доброжелательными. Одна из них была рыжеволосой, зеленоглазой и крайне болтливой, другая - голубоглазая блондинка, которая лишь кивала и местами добавляла «да» или «нет». «Интересный дуэт», - подумала в тот момент я.  Потихоньку лекторий начал заполнять еще вчерашними школьниками, и я набралась смелости познакомиться со своими «соседками».

— Привет, вы тоже на факультете дизайна? — спросила я, вполне зная ответ на свой вопрос, потому что уловила в их разговоре то, что они обсуждали именно этот факультет.  Да, подслушивать нехорошо, но не тогда, когда интроверт пытается наладить контакт с людьми.

— Привет, да! Я буду изучать ландшафтный дизайн, и Эми тоже! Я - Эйприл, кстати, — восторженно произнесла рыжеволосая, улыбаясь во все 32 зуба. Ее оптимизм был почти заразительным. Почти.

       Эми лишь согласно кивнула, не пытаясь вставить и слова. Кажется, они были знакомы не первый день.

— А ты на кого будешь учиться? — спросила Эйприл, оглядываясь по сторонам, будто в поисках кого-то.

— Дизайнер интерьера, — с улыбкой озвучила я, сама не веря в своим словам. Я была действительно рада тому, что мне удалось поступить на эту специальность, она мне была по душе, и мне не терпелось начать изучать тонкости дизайна.

— О, круто! — взвизгнула Эйприла, и мне стало казаться, что она под какими-то препаратами. Ее реакции были очень восторженными, а телодвижения слишком энергичными для текущей ситуации. Первое впечатление, зачастую, всегда самое верное.

       Конференция была довольно-таки нудной, но я все еще была полна энтузиазма учиться. Летний отдых был великолепным, он дал мне столько сил, что я была готова свернуть горы, несмотря на выбивающие из колеи новости о переезде. Единственное, что меня волновало, это нахождение новых друзей, потому что вряд ли мне бы удалось выстроить дружбу с «мисс энергетик» и «мисс «угу». Опыт прошлого показал: дружба сама настигает тебя, как и любовь, ее нельзя найти, поэтому я решила перестать стараться это сделать и полностью сосредоточилась на предстоящей учебе.

       Вечером мы с Тео собирались поужинать, отметить мой первый день в университете, поэтому, оказавшись дома, я начала готовиться, даже платье решила надеть, что редкость для меня. К 7 вечера я была полностью готова. В зеркале отражалась довольно эффектная девушка, глаза у которой сияли от предвкушения будущей встречи. Я всегда была провести время с Тео, его общество мне никогда не надоедало, чего не скажешь о других людях в моей жизни. К тому же мне нравилось временами нарушать правила и заходить дальше, чем позволяло мое строгое воспитание, ведь было тяжело поддерживать образ пай-девочки, когда один лишь вид Тео Мейсона затуманивал мой рассудок. В любви ведь нет правил, верно?

       Время шло, а Тео все не звонил, что показалось мне крайне странным, потому что он был достаточно пунктуальным человеком. Я точно помнила, что он обещал заехать за мной в 7 вечера, поэтому беспокойство взяло вверх, и я решила позвонить ему сама.

Долгие гудки и никакого ответа. Через несколько минут я сделала еще один звонок, но Тео снова не взял трубку. И это, пожалуй, был первый раз, когда он не отвечал на мои звонки, что не могло не насторожить меня. Спустя час я не выдержала и позвонила Беатрис, а затем и Кристоферу, чтобы понять, не случилось ли что-то. Я начинала переживать и воображать пессимистичные сюжеты. Беатрис была не в курсе, а Кристофер сказал, что в последний раз разговаривал с ним в день нашего приезда из Буэнос-Айреса, но пообещал достучаться до брата. Спустя время Кристофер перезвонил мне и сказал, что его попытки дозвониться до Тео тоже были безуспешны, тем не менее он убедил меня в том, что наверняка все в порядке и мне не стоит переживать. Оказывается, Тео частенько пропадал из зоны доступа, когда был подростком, но это никак не объясняло текущей ситуации. Больше никому я позвонить не могла, чтобы узнать, что же случилось. Не знаю, сколько кругов по своей комнате я сделала, пока думала, что же мне следует предпринимать. Наверняка произошло что-то серьезное, иначе Тео бы не стал так исчезать. Меня удивляло, что члены его семьи были так спокойны.

       Взвесив все, я решила, что наиболее логичным будет поехать к нему домой. Вдруг он просто уснул. Конечно, это на него не похоже, но лучше хоть что-то сделать, чем сидеть на месте и переживать. Я места себе не находила. Мне потребовалось больше 20 минут на то, чтобы разъяснить маме ситуацию и получить разрешение покинуть дом одной в 9 вечера, но я все же справилась. Я не стала переодеваться, потому что в глубине души надеялась, что все окажется недоразумением и мы все-таки поужинаем, хотя бы у Тео дома, ведь я соскучилась по его кулинарным шедеврам.  

       Довольно быстро приехало такси, и я поехала к Тео. После его возвращения из загородного дома в квартиру добираться до него стало проще и быстрее. Я искусала губы до крови, пока ехала к нему, потому что сильно переживала. Такое поведение было ему не свойственно, и я боялась, что произошло что-то плохое. Но его семья наверняка была бы в курсе, если бы он попал в больницу или в полицию...

        Мои ноги дрожали, когда я подходила к двери его квартиры. Я так надеялась, что он дома! Сердце сжималось от страха, что это не так. Я позвонила в дверь и стала ждать. И как же я обрадовалась, когда услышала, что кто-то поворачивает ключ в замке. Мои губы сложились в улыбку, которая сразу же потухла, когда мне, наконец, открыли дверь.

— Здравствуй, Элеонора, — поздоровалась Элизабет, увидев меня на пороге. Она выглядела так, будто собралась на свидание: игривое платье, туфли на высоком каблуке, красивая укладка и макияж. И какого черта она делала в столь позднее время дома у моего парня?! Ее присутствие в квартире Тео объясняло его отсутствие в 7 вечера у моего дома.