Глава 14

— Мне не послышалось? Ты действительно сказала, что любишь меня? — переспрашивает он с нескрываемым удивлением, и я злюсь. Мне и так сложно было сказать это.

— Да, — с недовольством говорю я и закатываю глаза. Я не люблю показывать свои чувства, а уж тем более мне сложно признаться в любви кому-то.

— Повтори, пожалуйста, мне кажется, что ты меня обманываешь, — ухмыляясь, просит Тео, я уверена, что он просто издевается.

— Нет, — строго говорю я, чтобы он понял, что меня не склонить. Но Тео Мейсон определённо не из тех, кто быстро сдаётся.

— Ну, Элеонора, тебе трудно повторить? Всего лишь три слова. Три слова, которые сделают меня счастливым. Ты не хочешь, чтобы я был счастлив? — игриво уговаривает меня он, но я сижу с каменным лицом в то время, как готова рассмеяться.

— Да, мне трудно, — скрестив руки на груди, ворчу я, вытаскиваю из кармана куртки телефон и делаю вид, что у меня есть дела поважнее, чем этот детский сад.

Тео хитро смотрит на меня, потом на мой телефон и выхватывает его у меня из рук. Позарился на святое. Ему не жить.

— Отдай сюда! — накидываюсь на него я и пытаюсь забрать телефон, но мне не удаётся освободить мобильник из его крепкой хватки. Я теряю форму. Раньше в борьбе с братом мне удавалось забрать у него мой телефон, у них с Тео одинаковая комплекция.

— Тут сообщение какое-то... — говорит он, посмотрев на экран, но не возвращает телефон.

— Отдай сюда, шантажист! — гневно ворчу я. — И я скажу то, что ты хочешь услышать.

Тео с недоверием смотрит на меня, пару секунд обдумывает и возвращает мне телефон.

— Слушаю, — самодовольно говорит он и смотрит мне прямо в глаза. Я когда-нибудь перестану сходить с уму по тому, как хорошо он выглядит? Его лицо совершенно, даже Дориан Грей с ним не сравнится.

— Я передумала, — немного помедлив, говорю я, чтобы его позлить. Даже не знаю, что лучше: когда он сидел как тучка и не разговаривал со мной или теперь, когда он выносит мне мозг?

Он снова тянется к моему телефону, но я прячу его себе в карман и отодвигаюсь на край кресла. Теперь не достанет.

— Ты обманула мое доверие, — серьёзным тоном говорит он, и я показываю ему язык.

— «Мне не послышалось?», «мне кажется, что ты меня обманываешь», «ты не хочешь, чтобы я был счастлив?», — подражая его низкому голосу, бубню я. — Детский сад развёл тут! Когда на острове ты сказал, что любишь меня, я лишних вопросов не задавала!

— Потому что ты расслышала, а я нет, — улыбаясь, говорит он, и я таю, как мороженое в 40-градусную жару. Почему я не умею улыбаться, как голливудская звезда?

— Сходи к отоларингологу. Старость - не в радость, — отвечаю я и смеюсь. — Зачем я вообще с таким стариком связалась?

— Понятия не имею, — шепчет он, и я понимаю, что опять оказалась на расстоянии нескольких сантиметров от него и его потрясающих губ. Это всегда происходит непроизвольно, я это давно заметила.

Я закрываю глаза, предвосхищая поцелуй, но мой телефон начинает звенеть, причём первые секунды настолько громкие, что я подпрыгиваю от удивления. Вытаскиваю из кармана телефон, на экране высвечивается «мама❤️». С недовольным лицом беру трубку:

— Да, мам, — говорю я тоскливым голосом. — Что-то случилось?

— Где ты пропадаешь, Элеонора? Ты видела время?! — встревоженно говорит она в трубку, и я начинаю придумывать подходящее враньё. Ненавижу врать, но в последнее время мне часто приходится это делать. По ночам совесть мучает жутко, но я терплю.

— Я на дополнительных, нас учительница задержала, — правдоподобно вру я. Раньше мне с трудом удавалось оставаться серьезной в такие моменты. Я сначала серьёзным тоном говорила что-то, а потом меня пробирало на смех. Теперь мне удалось достигнуть определённого мастерства в этом.

— Мы ждём тебя, — каким-то странным голосом сказала мама, и я почти уверена в том, что что-то случилось.

— Я уже еду, — говорю я.

— Едешь? — удивлённо спрашивает мама, и я понимаю, что облажалась.

— То есть иду, — быстро говорю я. — Все мам, последнее задание доделаем, и я приду.

Нажимаю «отбой» и делаю глубокий вздох. Как я устала врать. С другой стороны, если бы моя семья была более понимающей, мне бы не пришлось этого делать.

— И какое задание мы будем доделывать? — спрашивает Тео, и я понимаю, что мне придётся ему все объяснить. Но в последний момент я придумываю кое-что поинтереснее.

— Вот это, — мягко говорю я и целую его, чтобы отвлечь. Но, увы, после длительного поцелуя он все же не упускает возможности меня допросить.

— Почему ты не сказала маме, что ты была все это время у меня? — спрашивает он непонимающе. Господи, если я ему расскажу про все правила, установленные в нашей семье, он просто сбежит от меня.

— Они бы не одобрили, — смягчаю я правду и смотрю на свои сцепленные пальцы рук. Может ему все же следует знать, чего ожидать от моей семьи? Он все-таки завтра с ними познакомиться.

— Но что тут такого? — спрашивает он, и я вижу, что Тео действительно не понимает всего этого. Несмотря на то, что его отец аристократ и по сути должен двигаться по меркам прошлых веков, его дети очень современные. И я считаю, что это правильно. Надо двигаться в ногу со временем, в котором живёшь.

— Когда я тебе говорила, что мои родители строгие, то не отразила всю ширину этого понятия. Они предпочтут запереть меня в высокой башне, где никто меня не найдёт, чем позволить мне сделать что-то лишнее. Ходить к парню домой строго запрещено. Если они узнают об этом, то убьют меня. Пожалуйста, не упоминай завтра, что я была у тебя дома.

— Хорошо, не переживай, ладно? Я понравлюсь им, — он улыбается, и у меня тоже не получается сдержать улыбку.

— Ты уже им нравишься, хотя это странно.

— Странно?

— Они не доверяют парням.

— А ты доверяешь?

— Тебе - да, другим - нет.

— Это именно тот ответ, которого я ждал, — улыбнувшись, говорит Тео и целует меня в лоб, я закрываю глаза и улыбаюсь.

***

— Я дома, — осведомила всех я, едва переступив порог нашей квартиры. Повесив куртку и сняв обувь, я надела свои любимые мягкие тапочки и пошагала на кухню, откуда доносился шум от миксера. Кажется, мама собирается приготовить что-нибудь вкусненькое!

— Элеонора, мы... — только и произнесла мама, но я попросила ее подождать. Я умылась и пошла в свою комнату, чтобы переодеться в домашнюю одежду. Дома было прохладно, и я взяла с собой на кухню ещё и свой пушистый тёплый плед.

— Что-то случилось? — спросила я, усевшись на стул и укутавшись в плед. Мама выключила миксер и повернулась ко мне лицом. Она была сильно расстроена чем-то.

— Мы разорены, Элеонора. Отец продаёт дом, чтобы покрыть долги, в которые мы влезли, чтобы спасти компанию. Другого выхода нет. Покупатели уже нашлись, мы должны освободить квартиру в начале мая.

— Но мама! — возразила я, но она меня остановила.

— Не надо, Элеонора. Ты взрослая, должна понимать, что есть безвыходные ситуации. Отец сделал все, что было в его силах. Но в нашем положении лучшее решение - объявить себя банкротами и продать квартиру, чтобы избавиться от долгов. Может быть ты не знаешь, но долги с нас требуют не банки, а серьезные люди, которые могут быть опасными. Конечно, даже продажа этой квартиры не покроет все долги, но она немного улучшит наше положение.

— Но где мы будем жить? — озадаченно спросила я, нахмурившись.

— Со следующей недели надо начинать поиски квартиры в аренду, чем дешевле она будет стоить, тем лучше для нас, — сосредоточенно и совершенно спокойно говорила мама, но я ведь понимала, что происходит у неё внутри. Я знала, как сильно она переживает, как трудно ей быть сильной. — Нам придётся на некоторое время перейти в режим жёсткой экономии, чтобы выбраться из всей этой ситуации, пока брат, отец и я не найдём себе новую работу.

— Ох, мама, — выдохнула я и, встав с места, подошла к маме и крепко ее обняла. — Мы ведь справимся, правда?

— Конечно, справимся, — произнесла мама, но ее слова прозвучали совсем неуверенно. Каким бы оптимистичным человеком ты ни был, когда твой мир рушится на глазах, тебе трудно совладать с собой.

Прежде чем лечь спать, я снова пошла на кухню, где мама смотрела какую-то телепередачу.

— Мам, может мне сказать Тео, чтобы он завтра не приходил к нам? Мы не в лучшем состоянии, и мне не хочется, чтобы он видел нас такими.

— Нет-нет, пусть приходит. Когда мы собираемся все вместе, все мирские печали, окружающие нас, отступают, — немного развеселившись, ответила мама.

— Только попроси всех, чтобы о нашем скором переезде и банкротстве никто не говорил. Я не хочу, чтобы он знал о том, что у меня ни гроша за душой. На меня и так сильно давит наша разница в материальном положении.

— Хорошо, не переживай. Все наладится, — обняв меня, сказала мама и отправила меня спать.

***

Утро добрым не бывает. Верно подмечено. На улице было пасмурно, моросил дождь, и появилось предчувствие, что предстоящий день нельзя будет записать в лучшие дни моей жизни. Словно сами небеса намекают, что лучше бы ты в этот день заперлась в комнате, не ходила в школу и не контактировала с людьми. И именно в такие дни я убеждаю себя, что я сильная и у меня все получится. А зря.

Я нехотя встала с постели, побрела в ванную, чтобы умыться и сделать макияж, а вернувшись в комнату, стала копаться в своих вещах, чтобы найти хоть одну из своих юбок. Мне хотелось сегодня одеться не так, как обычно. Повезло, что ученикам нашей школы удалось переспорить закон об обязательном ношении формы, теперь нам разрешалось посещать школу в одежде, которую школа бы посчитала приличной. Для меня это значило, что я могла носить все, что угодно, потому что у меня не было одежды даже с намеком на что-то неприличное. Скучно живу в общем.

Я все же сумела найти чёрную юбку и свой тонкий свитер цвета изумруда, который выгодно подчеркивал мои ключицы. Посмотрев на себя в зеркало, я осталась очень довольной: стройная фигура, бледная кожа, большие темные глаза сияют на лице, волосы блестят и красиво уложены. Почему иногда я смотрю в зеркало и вижу там необыкновенную красавица, а иногда меня тошнит от собственного отражения?

За завтраком ни у кого не было настроения, в том числе и у меня. В жизни и так все несладко, ещё и эта ужасная погода нагнетает обстановку. Не люблю Англию, Италия мне больше была по душе.

Наспех засунув наушники в свой чёрный кожаный рюкзак, я выбежала из комнаты, потому что катастрофически опаздывала. Я вышла из дома и поняла, что забыла зонтик. Пришлось возвращаться. У родителей пропала надобность ездить на работу ранним утром, поэтому мне пришлось идти пешком. «Добрые» водители, которые тоже опаздывали, ездили быстро, и вода с дороги летела в мою сторону, что изрядно подпортило мне настроение.

Я опаздывала на урок и очень обрадовалась, когда, зайдя в класс, не обнаружила учителя. Но моя радость длилась недолго, потому что учитель вернулся с распечатанными тестами. Все любили уроки мистера МакАдама за то, что на них можно было легко списать и заниматься тем, что хочешь. Это был единственный учитель, чьи контрольные работы и тесты никто не прогуливал.

После урока мистера МакАдама у нас должна была быть математика, что никого не радовало. На математике все сидели как на минном поле, потому что никогда не знаешь, кого она вызовет к доске. Единственное, в чем я была уверена это то, что меня она точно вызовет к доске. Поэтому я решила для себя, что лучше сама буду тянуть руку, чем ждать того момента, когда она сама меня вызовет. К моему удивлению, мне удалось неплохо справиться с заданием по стереометрии. Может этот день не так уж и плох?

Когда я порвала себе колготки о драный деревянный стул, поняла, что этот день хвалить не стоило. Пришлось выкинуть колготки, а запасных у меня не было, потому что я всегда была осторожно и никогда их не рвала ранее. Но спасибо шикарной мебели нашей столовой.

Школу мне удалось покинуть только в 5 часов вечера, отсидев на дополнительных по английскому языку. Учительница усиленно готовила нас к экзаменам, а от меня требовала, чтобы я сдала экзамен не меньше, чем на 100 баллов из 100. Представляю, что она со мной сделает, если я наберу 99.

Из школы я не уходила, а сбегала, потому что день был очень напряженным. Радовало то, что сегодня была пятница, а впереди 2 выходных дня. У школы меня уже ждал Тео, что тоже влияло на поднятие моего настроения. Кажется, я зря боялась, что этот день принесёт мне множество неприятностей.

— С Богом, — сделав глубокий вздох, я нажала на дверной звонок, и мы стали ждать, пока кто-нибудь откроет дверь. Дверь открыла моя мама и впустила нас нас внутрь.

— Здравствуйте, сеньора Росси, — вежливо поздоровался Тео, мама заулыбалась.

— Здравствуй, дорогой! — радостно сказала она и засияла. Она была права: настроение у неё и вправду лучше некуда, несмотря на все, что свалилось на нас за последние пару месяцев.

Повесив куртки, мы прошли в гостиную, где собралась почти вся наша родня. Господи, я не думала, что они все придут. Даже Ариана соизволила придти, хотя обычно она находит дела поважнее.

— Тебе повезло, что ты плохо слышишь, иначе тебе бы трудно было пережить ужин с шумной итальянской семьёй, — подколола я парня и прошла в гостиную. Мама представила Тео, как моего «молодого человека», и я была рада, что она не употребила слово «возлюбленный», это слово заставило бы меня сильно покраснеть.

Мне пришлось сесть рядом с Джованни, лицо которого казалось очень обозлённым, а Тео сел за стол рядом со мной.

— Мы еще это обсудим, — зло прошептал мне брат, и я увидела ярость в его глазах. Можно попросить гостей не уходить? Я пожить ещё хочу.

Было действительно очень шумно. Повезло, что я привыкшая, и мой слух настроен на то, чтобы слышать сразу несколько диалогов. Ариана с недовольным лицом смотрела на то, как я кладу жареный картофель со стейком на тарелку Тео. От её взгляд может прожариться не стейк, а я. Она, должно быть, ненавидит меня. Ну, ещё бы. Её 18-летняя сестричка сумела себе найти себе нормального парня, а она нет. Да и я прекрасно помню то, что Тео ей понравился на моем дне рождении, и Ариана была бы не против заполучить его. Огромный минус иметь красивого и успешного парня в том, что каждая девушка, проходящая рядом с ним, положит на него глаз. Надо быть всегда начеку.

— Куриный салат будешь? — заботливо спросила я у Тео и услышала, как мой брат сказал: «Я буду!».

— Нет, спасибо, — улыбнувшись мне, сказал Тео. — Мой тренер убьёт меня, если узнает об этом.

— Кушай, братик! — мило улыбнувшись брату, я положила ему огромную порцию салата. — Ещё хочешь?

— Нет, спасибо, сестренка! — натянув улыбку, злобно произнёс он. В следующую минуту его отвлёк Лукас, за что я была ему очень благодарна.

— Тренер? — спросила я. Как мало я знаю о нем.

— Я занимаюсь боксом с 15 лет.

— Ого, — только и смогла выговорить я. Стало понятно, почему у него такой божественный торс.

— Бокс - единственное хобби, которое я выбирал сам.

— А остальные кто выбирал? — с любопытством спросила я, сделав глоток клубничного компота. Пока все были заняты обсуждением каких-то своих проблем, мне хотелось побольше узнать о единственном человеке, жизнь которого оставалась для меня загадкой.

— Мама была уверена, что я должен знать несколько иностранных языков, поэтому мне приходилось проводить много времени с репетиторами по итальянскому, французскому и немецкому, учитывая, что испанский и английский были мне родными. Потом у неё появилась навязчивая идея, что я должен уметь играть на фортепьяно. Хобби, которые нравились моему отцу, нравились и мне. Я занимался футболом в подростковом возрасте. На самом деле отец очень хотел, чтобы я пошёл по его стопам, даже записал меня в бизнес-школу, в которую я проходил пару месяцев. Как ты знаешь, после очередной выходки я даже побывал в военной школе. Я благодарен родителям за то, что они так усердно занимались моим образованием и саморазвитием, но как раз из-за их давления я взбунтовался и вышел из-под контроля. Со мной было несладко, и я рад, что мы не встретились в тот период моей жизни. У тебя было бы много проблем со мной, не представляешь, насколько много.

— Зато у тебя была интересная жизнь. Я знаю только три языка: английский, итальянский и французский. Когда я была помладше, ходила на бальные танцы и в художественную школу, но в определенный момент я все бросила. Не знаю, что на меня нашло. Чем старше я становилась, тем больше сидела дома. Я ничего не видела в этой жизни. На всём земном шаре я видела только Испанию, Италию и Англию, и то только по одному городу в каждом. Меня даже в лагерь ни разу не отправляли. Всю жизнь растили, как комнатное растение. Поэтому теперь они бояться за меня, — кивнув в сторону родителей, сказала я. — Понимают, что мне будет трудно выжить в суровой реальности, от которой они меня отгородили.

— И я благодарен твоим родителям за это, — с серьёзностью произнёс он, и я непонимающе на него посмотрела. — Они не позволили тебе окунуться в тот мир, где каждый пристрастен к смертным грехам.

— А ты окунулся в тот мир? — дрожащим голосом спросила я, его слова действительно меня напугали.

— Да, с головой, — тихо ответил он, в его голосе читалось сожаление. Неужели он был настолько плохим человеком? Или он им остался?

***

— Почему ты решил измениться?

— Были причины, — сухо отвечает Тео, взгляд его переходит на стол, — Налить тебе сок?

— Да, — отвечаю я и задумываюсь. Мне становится не по себе, когда он отвечает таким тоном. Есть вещи, о которых он не любит говорить.

Я прекрасно понимаю, что у каждого есть секреты, но у Тео их намного больше, чем у других людей. Всегда есть причина для того, чтобы изменить свою жизнь. А если ты меняешь свою жизнь на 360 градусов, то эта причина должна быть очень весомой. Мне сложно представить, что Тео был плохим человеком. Я даже не понимаю до конца, что значит быть плохим человеком, мне никогда не встречались такие люди.

— Тео, а где ты учишься или учился? — спрашивает тетя Керолайн, отвлекшись от разговора с Арианой. Мне придётся дождаться другого подходящего случая, чтобы снова завести разговор о прошлом Тео.

— Я закончил Оксфорд, — скромно говорит Тео, и губы тёти расплываются в улыбке. Я замечаю ещё одну общую черту с Тео: мы оба неохотно хвалимся своими достижениями. Я готова провалиться под землю, когда родители или учителя меня хвалят. Второе даже хуже: одноклассники терпеть не могут, когда меня ставят им в пример.

— Ариана тоже там училась, — с гордостью говорит тётя. — Получается, что вы там учились почти одновременно.

— Да, должно быть, — Тео улыбается моей тете, а потом переводит взгляд на Ариану. — На лингвистическом факультете, верно?

— Да, — подтверждает Ариана. Должно быть, он запомнил это в тот день, когда мы вместе гуляли по центру города. Они ведь больше не пересекались без моего присутствия?

— На дне рождении у Элеонора была ведь твоя сестра? Беатрис. Очень милая девушка! — меняет тему тётя, и я несомненно этому рада, ведь тема об Оксфорде достаточно болезненная для меня. — Вас в семье двое?

Черт. Радоваться было нечему, потому что я уверена, что тётя Керолайн начнёт выпытывать информацию о его семье. А делала она это всегда бестактно.

— У меня два старших брата и ещё одна младшая сестра, — отвечает Тео, на лице у тёти можно прочитать заинтересованность.

— Как чудесно! — восклицает тётя. — Чем больше детей в доме, тем больше счастья.

— Да, наверное, — предельно вежливо произносит Тео, и я чувствую, что он не совсем согласен со словами тёти. — Но счастье не всегда от этого зависит. Есть и другие факторы.

— Несомненно, — кивает тётя, и я вижу, что она снова хочет поменять тему. Она делает это каждый раз, когда тема заходит в тупик. По правде говоря, я даже боюсь смены темы, потому что моя тётя именно тот человек, который может выкинуть все, что угодно.

— Мы постоянно шутили, что Элеонору ни один мужчина не стерпит, но, как вижу, мы ошибались, — произносит тётя, выдавая это за шутку. Вежливая улыбка пропадает с моего лица.

— В начале её характер показался мне совсем несладким, но когда я разглядел все лучшее в ней, то, не удержавшись, влюбился, — мягко произносит Тео, и на моем лице снова появляется улыбка. Он нежно берет меня за руку, и я краснею. Никто не видит наших рук, только я.

— Несомненно, в ней очень много хорошего, — говорит тётя. — Смотри, не обижай её.

— Не обижу, главное, чтобы и она меня не обижала, — усмехается он, и я сильно сжимаю его руку в знак протеста, смотря на Тео со злой улыбкой. Обижаю я его видите ли! Бедный парень.

***

— Приятно было с вами познакомиться, — вежливо говорит Тео, одарив всех своей безупречной улыбкой. Взглянув на свою родню, я понимаю, что он всем понравился. Всем, кроме моего брата, на лице которого было именно то выражение, которое не предвещало абсолютно ничего хорошего.

— До скорой встречи, — говорит кто-то, а за ним слышно множество «до свидания».

Я провожаю Тео до двери и, дождавшись ухода родни, быстро целую его. «Я напишу», — напоследок шепчет он мне на ухо и уходит. Собираюсь вернуться в гостиную, но меня перехватывает брат и тащит в одну из комнат.

— Что происходит Элеонора, а? Какой ещё парень? Почему ты начала встречаться с человеком, о котором мы ничего знаем? К тому же он намного старше тебя! — гневно кричат он, закрыв собою дверь, чтобы я не смогла уйти. Мой брат в ярости – худшее, что могло произойти сегодня.

— Мне надо было досье на него сначала собрать что ли? Родители знают о нем давно. А тебе я не говорила, потому что знала твою реакцию!

— Какую ещё реакцию? Ты должна была в начале сказать именно мне! — не понижая голоса, кричит брат. Его глаза горят огнём, и он сжимает руки в кулак. Мне становится страшно, и я отхожу на край комнаты, чтобы держаться подальше от брата.

— Вот эту твою реакцию!

— Ты расстанешься с ним. Ясно тебе? Завтра же! Чтобы я больше такого не слышал. А если ослушаешься, я превращу твою жизнь в ад. Из дома вообще выходить не будешь.

— Ты с ума сошёл? В чем причина твоего поведения? Тео всем понравился. Да и ты с ним уже знаком.

— Когда я знакомился с ним, не знал, что он метит тебе в бойфренды. Я думал, что ваше общение быстро прекратится. Жалко, что я ошибся.

— Да почему ты себя так ведёшь? Что он тебе сделал?

— Он тебе не подходит, — рычит брат, и я съёживаюсь. Несложно было догадаться, что у моего брата будет именно такая реакция на новость, что у меня появился парень. Дела бы обстояли иначе, если бы я рассказала ему раньше? Не думаю.

— С аргументацией у тебя всегда были проблемы, — закатив глаза, ворчу я и думаю над тем, как мне уйти. Придётся постараться, чтобы сделать это.

— Что-то в нем не так. Ты влюбилась в него, как идиотка, и закрываешь глаза на это.

— Ну, спасибо, братец. У тебя просто паранойя. Кого бы я ни привела, ты вёл бы себя так же. А теперь дай мне уйти.

— Элеонора, я не шучу. Ты расстанешься с ним, пока все не зашло слишком далеко. Не хочешь слушать меня, так послушай саму себя. Уверен, что и ты в глубине души побаиваешься этого парня, — сжав мое запястье, рычит брат, и я тяну свою руку, чтобы высвободиться из этой хватки. С большим трудом мне удалось освободить свою руку, а потом я быстро прошмыгнула мимо брата в дверь.

— Я подумаю над этим, — говорю я только для того, чтобы избавиться от брата. Зачем мне бросать Тео, если я его люблю? Он мне ничего плохого не сделала, чтобы я его боялась. Да и какое прошлое бы у него ни было, он изменился.

Я иду в гостиную, и, едва заметив мое присутствие, все устремляют свой взгляд на меня. Тетю Керолайн распирает от желания что-то сказать, это видно по её лицу. Мама выглядит настороженной. Не к добру все это.

Делаю вид, что я ничего не заметила, сажусь рядом с Лесли и завожу разговор о школе. Но моя уловка не срабатывает: мама окликает меня и зовёт к ним с тетей. Нехотя встаю и сажусь на кресло рядом с мамой.

Flashback

— Парень, без сомнений, очень хорош собой. Сразу видно хорошее воспитание, закончил Оксфорд, а это значит, что и умом не обделён. Но такой тип парней может быть опасен для нашей Элеоноры. Она слишком хорошего мнения о людях, местами наивна. Он кажется слишком идеальным, а таких людей не бывает. Возможно, он просто хороший актёр, — говорит Керолайн Эмилии, убедившись, что никто из мужчин не слышит.

— Элеонора плохих людей насквозь видит, всегда была очень проницательной. Он не кажется мне плохим, возможно, у него есть свои секреты, но плохим человеком его не назвать. Да и понятие «плохой человек» очень растяжимо, — отвечает Эмилия. Ариана прислушивается к разговору, но, на удивление, не встревает.

— Поверь мне, если она сильно влюблена, а это скорее всего так, ведь она неспроста познакомила нас с ним, то будет готова закрыть глаза на все. Даже узнав о нем что-то ужасное, она убедит себя, что это было в прошлом. Влюбленные похожи на сумасшедших.

— Элеонора не такая, как другие девушки. Она никогда не поддаётся чувствам, всегда поступает с умом. Я уверена в ней.

— Но в нем ты не уверена. Легко вскружить голову 18-летней девушке.

— Элеонора никогда не влюблялась. Возможно потому, что ей никогда не встречался кто-то, похожий на Тео Мейсона.

— Будем надеяться на то, что этот парень действительно её любит. В противном случае, он испортит Норе жизнь.

Разговор оборвался, потому что Нора вернулась, никому не хотелось, чтобы она слышала этот разговор.

***

— Ты так долго Тео провожала? — спрашивает тётя, едва я сажусь на кресло.

— Нет, мой брат срывался на мне, — сухо отвечаю я и вижу, как брат заходит в гостиную. Мы обмениваемся недобрыми взглядами.

— Этого вполне можно было ожидать. Джованни из всего делает скандал, — говорит мама, и я в знак согласия киваю. Тётя смотрит с понимаем.

— Элеонора, я немного обеспокоена, — говорит тётя, её лицо отражает те же эмоции, что и лицо моей матери.

— Чем же? — немного раздраженно спрашиваю я, потому что мне действительно надоело выслушивать лекции от членов своей семьи. Мне 18 лет, почему я не могу сама распоряжаться своей жизнью? Почему я не могу хотя бы парня себе выбрать сама?

— Тео, без сомнений, отличный парень, но я переживаю за тебя. Ты уверена, что его к чувства к тебе - это любовь, а не простая увлечённость? Ты меня пойми правильно: я не хочу, чтобы кто-то разбил тебе сердце, — говорит тётя Керолайн, и я чувствую растущий во мне гнев.

— Увлечённость уже давно пропала бы. Ему нет никакой выгоды от наших отношений, понимаете? Я не дочь богача или влиятельного человека, чтобы он встречался со мной с какой-то целью. Постель я с ним не делю, чтобы он был со мной ради этого.

— В том-то и дело, Элеонора. Никто не будет рад вашим отношениям. А за твоей спиной всегда будут говорить гадости. Представь себе, что ты будешь все это терпеть, а в один день узнаешь, что он потерял к тебе интерес. Вокруг него вертятся десятки красивых и богатых девушек, он может увлечься другой.

— Что поделать: я страшная и нищая. Во мне ведь нет ничего особенного, как я его удержу? Вы думали, что я сама об этом не думала? Я только недавно сумела убедить себя в том, что он действительно меня любит, а вы уже подорвали эту веру. Я думала: познакомлю его с родными, они порадуются за меня. Но нет. Мои родные, люди которые должны поддерживать меня и желать мне лучшего, считают, что я недостаточно хороша для него. Ну, спасибо, — выпаливаю на одном дыхании я и, встав с кресла, ухожу. Мне неприятно находиться с ними в одной комнате. Почему-то меня всегда больнее всего задевают близкие люди. Возможно потому, что они знают мои слабые места и любят давить на них.

Зайдя в свою комнату, запираю дверь и сажусь на пол. Обида душит меня. Я снова начинаю сомневаться в чувствах Тео ко мне. Я не могу не думать о том, что тетя может быть права. Кто я такая, чтобы быть достойной сына аристократа из рейтинга Форбс. Да и что он во мне нашёл? Нет ничего такого, в чем я была бы лучшей. Я не самая красивая, не самая умная, не самая богатая. Обычная девушка, каких тысячи. А таких, как он, я никогда не встречала. Большая редкость: идеальное сочетание красоты, ума, успешности и обеспеченности. Что ты во мне нашёл, Тео Мейсон?

***

Днем вижу 5 пропущенных звонков от Тео. Я игнорировала его вчера и сегодня с утра, но не из-за того, что он сделал мне что-то, а потому, что мне надо было подумать. Его голос снова бы одурманил мой разум, и я не смогла бы думать рационально.

Я не спала ночью, голова была заполнена мыслями. И я сильно пожалела, что позвала Тео на семейный ужин. Лишние проблемы мне были ни к чему, но я сама их создала. Кажется, что никто не рад нашим отношениям. Ни мои подруги, ни родители, ни родственники, словом, никто. Осталось только не понравиться его родителям. Вдруг я осознаю, что мне все равно. Я не откажусь от Тео. Я отстою свою позицию, несмотря на то, что говорят другие. Это моя жизнь, и я устала от того, что за меня принимают решения другие. Всю жизнь я позволяла им это делать, но не сейчас, не тогда, когда вопрос касается любви.

— Ты вчера очень некрасиво поступила, — отчитывает меня мама, когда я захожу в гостиную, чтобы посмотреть фильм.

— Это тётя Керолайн некрасиво поступила, сказав, что такой парень как Тео просто не может меня любить, — сухо говорю я и включаю телевизор. Прибавив звук, утыкаюсь глазами в экран.

— Ты неправильно её поняла, она беспокоится за тебя, — стала оправдывать тетю мама, я посмотрела на нее с негодованием. Ожидаемо, что мама будет на той стороне, на которой меня нет.

— Пусть за свою дочь беспокоится, когда та по клубам шастает, — рявкнула я, вызвав гнев матери.

— Элеонора! — гневно процедила мама, пытаясь меня усмирить, но я не собиралась останавливаться. Я устала быть ребёнком без права на голос.

— Почему она в чужом глазу соринку видит, а в своём и бревна не замечает? Когда она хотела свести Ариану с Тео, то почему-то минусов в нем не видела.

— Ариана взрослая, у неё голова на плечах есть. А тебе всего 18, ты ничего не смыслишь в жизни, — говорит мама, чем сильно задевает меня. Почему все считают меня идиоткой?

— Если бы она что-то смыслила в жизни, то не упустила бы Бернардо, — парирую я, затрагивая тему, которую никто не любил. — Видите ли, у парня своего дома не было. Пора бы уже признать, что Ариана очень меркантильна и её больше волнует наличие дома, а не наличие души у человека.

— Элеонора, прекрати. Я знаю, что слова Керолайн задели тебя, но не надо вымещать свою злость. Ты не знаешь, о чем говоришь.

— Да, я ведь глупая Элеонора, которая ничего не понимает в людях, — выключив телевизор, я встаю с дивана и возвращаюсь в свою комнату.

***

Автор

Вечерело. Элеонора слушала музыку лёжа на кровати и всячески игнорировала звонки, поступающие на телефон. Она находила в каждой песне строчки, описывающие её состояние на данный момент, что удивляло её. Весь день она провалялась на своей кровати, не желая выходить из комнаты. Она была обижена. Возможно, звучит преувеличенно, но она была обижена на весь мир. Почему жизнь настолько несправедлива, что она полюбила того, кто совсем ей не подходит?

Но судьба ведь жестока не только по отношению к ней, но и к Нему. Он мог бы встречаться с голивудской актрисой, супермоделью или светской персоной, но его угораздило влюбиться в ничем не примечательную Элеонору. Конечно, Норе ещё не удавалось познакомиться с его родителями, но она знала, какую реакцию нужно ждать от них. Сможет ли она противостоять всем? Она не знала. Можно бесконечно распинаться о том, что ты готов на все ради любви, а потом, столкнувшись с преградой, осознать, что у тебя просто не хватит сил на это. Возможно, если бы у неё было больше опыта в этом вопросе, дела бы обстояли иначе. Но, увы, ей придётся учиться на своих ошибках, поступая так, как считает правильным сердцем или разум, а мнения их никогда не совпадают.

Элеонора проголодалась и поняла, что вечно сидеть в комнате не получится. Надо было начать нормально питаться, но будни её изнуряли, и она снова сбросила вес. Почему-то многие думают, что поправиться легче, чем похудеть.

На весь дом вопил пылесос, и этот звук раздражал не только Элеонору, но и её отца. Почему-то миссис Росси именно вечером, когда всем хотелось насладиться тишиной, начинала пылесосить полы. Оказавшись на кухне, Элеонора вытащила из холодильника сладкий десерт с кусочками банана, карамелью и шоколадом и принялась его съедать, пока брат не вернулся домой и все не съел.

Снова зазвонил телефон, и, не выдержав, Элеонора взяла трубку.

— Открой дверь, — скомандовал Тео, который был явно не в лучшем настроении. Скорее всего, он звонил в дверь, но пылесос полностью перекрывал звонок.

— Езжай домой, Тео. Потом поговорим, — сухо ответила Нора, думаю, что он её послушается. Жаль только, что Элеонора знакома недостаточно близко с «прекрасным» характером Тео.

— Открой чёртову дверь, Элеонора! — гневно зарычал он в трубку. Девушка съёжилась: она впервые видела Тео таким злым. Но что она сделала? «Да ты всего лишь игнорировала его целый день, хотя вчера все было прекрасно!», — рявкнуло подсознание, Элеонора выдохнула.

— Ладно! — прошипела она в ответ и поспешила открыть дверь, пока этот сумасшедший её не выломал.

Элеонора

Открываю дверь и сразу же оказываюсь снаружи: Тео схватил меня за руку и вывел из дома, быстро закрыв дверь. Господи, кажется я начинаю видеть Тео с другой стороны. Он не контролирует свой гнев. Тёмные глаза полыхают огнём, рот приоткрыт. Выглядит также превосходно, как и всегда. Но все же я предпочла бы не видеть его в таком расположении духа.

— Элеонора, какого хрена ты не отвечаешь на мои звонки? — он взбешён. Обычно он сдержаннее. Я прижимаюсь спиной к стене вплотную и готова вжаться ещё больше, только бы оказаться подальше от свирепого Тео. Даже моя мама так не реагировала, когда я не отвечала на ее звонки. Черт подери, даже мой брат, хотя у него тоже часто бывают вспышки ярости. Во что я ввязалась?

— Ты не собираешься отвечать на мой вопрос? — уже спокойнее спрашивает он и подходит ближе ко мне. Он повторяет тот же трюк, что и у себя дома, и я оказываюсь в ловушке.

— Тео, отойди, пожалуйста, — прошу я, косясь на дверь. — Мои родители дома. Им это не понравится.

— А им понравилось бы, если бы ты игнорировала их звонки целый день? Что это за игры, Элеонора? — он не отступает, напротив, подходит ещё ближе. Я опираюсь ладонями ему в грудь, пытаюсь держать дистанцию, но ничего не выходит. Бороться с ним бесполезно, пора менять тактику.

— Прости меня, — шепчу я, встаю на носочки и обнимаю его за шею. Выражение лица Тео меняется, становится мягче. Я и не думала, что это сработает.

С нежностью смотрю ему в глазу, он делает глубокий вздох, словно избавляясь от гнева, накопившегося в нем.

— Нам нужно обсудить твоё поведение, — с притворной строгостью говорит он; тянусь к нему и целую в щечку. — Не пытайся меня задобрить.

— Подождёшь 5 минут? Я оденусь во что-нибудь приличное и вернусь, — говорю я, указывая на свою милую пижаму. — Но я не уверена, что родителям понравится эта идея.

— Я тогда зайду и поздороваюсь с твоими родителями, — открывая дверь, говорит Тео.

— Люблю эту черту в тебе: ты очень хорошо воспитан, — говорю я и закрываю за нами дверь. Слава Богу, мама и не заметила, что я выходила из дома.

— Как-нибудь обязательно перечисли все, что во мне любишь, — шепчет он мне, я улыбаюсь; увлечённая уборкой дома, мама проходит мимо нас с пылесосом и даже не замечает.

— Мам! — протяжно кричу я, чтобы она меня услышала. Мама выключает пылесос и появляется в прихожей. Она немного удивлена неожиданным появлением Тео у нас дома, как и я пару минут назад.

— Добрый вечер, миссис Росси, — здоровается он и целует маме руку, она сияет. Моя мама, как и другие женщине, увидевшие Тео, может объективно его оценивать только в его отсутствие.

— Добрый вечер, дорогой! — вежливо говорит она; за её спиной появляется папа. Тео пожимает ему руку. Папа тоже благосклонен к нему. Это странно, не так ли? Когда вам больше нравится парень вашей дочери, а не ваша дочь. Возможно, мои суждения несправедливы, но по вчерашним речам я сделала именно такие выводы.

— Вы не против, если я украду у вас Элеонору ненадолго? — с улыбкой спрашивает Тео.

— Только если ненадолго, — сдержанно говорит папа, мама согласно кивает.

— Дай мне 5 минут, — улыбаюсь Тео и замечаю строгий взгляд родителей, улыбка сразу же исчезает с моего лица.

***

— Кто-то говорил 5 минут, — усмехается Тео, когда я появляюсь в гостиную спустя 15-20 минут. Именно столько времени не понадобилось, чтобы сделать легкий макияж и натянуть джинсы-скинни и рубашку.

— Прости, — извиняюсь я и поправляю кофту. Моя страсть к дениму бессмертна. — Пойдём.

Тео встаёт с кресла, учтиво прощается с моими родителями и идёт за мной в прихожую. Надев кроссовки, выхожу из дома следом за Тео, пообещав маме, что долго задерживаться не буду. Обещание - простая формальность, я понятия не имею, когда вернусь домой.

— Может поедем в торгово-развлекательный центр? — спрашиваю я, усевшись в машину. Тео кивает.

Через 10 минут мы оказываемся в трц, находящемся совсем недалеко от моего дома. Я любила то место, ходила туда с тех пор, как оно открылось. Тео предлагает сходить в кино, и я соглашаюсь. Поднимаемся на последний этаж, где находится кинотеатр. Очередь просто невообразимая.

— Я передумала, — говорю я, с ужасом осматриваясь по сторонам. Мне кажется, что очередь не закончится даже к утру.

— Мы простояли уже полчаса, нельзя все бросить и уйти, — размышляет Тео, и я с ним соглашаюсь. Смиренно жду того момента, когда смогу купить билеты.

Кажется, этот момент близок, перед нами остаётся 3 человека: одна парочка и одиночка. Тео кто-то звонит, он суёт мне кредитку в руки, называет код и у ходит, мол, купи билеты сама. Мне с детства внушили мысль, что мужчина всегда платит за девушку, но в данной ситуации мне не понравилось, что он платит за кино. Билеты в кино я вполне могла себе позволить. Вытаскиваю из сумочки кошелёк, там ни гроша. Все настолько плохо, что я даже билеты в кино не могу себе позволить. Ясно.

Присматриваюсь к фильмам, ни одного нормального не обнаруживаю. На самом деле я люблю фильмы любого плана. Просто есть фильмы, которые мне нравятся и которые не нравятся. Конечно, есть исключения: я терпеть не могу ужастики. А так мне нравятся все фильмы, начиная от боевиков, заканчивая сопливыми мелодрамами.

Когда очередь доходит до меня, я называю первый попавшийся фильм из списка. Кассирша с надменным выражением лица смотрит на меня.

— Приготовьте паспорт, — сухо ворчит она, и я удивлённо на неё смотрю. — Возрастное ограничение видели?

— Какое ещё возрастное ограничение? — с недовольством спрашиваю я и, взглянув на афишу, вижу пометку 18+. Черт подери, это обычный фильм с Джейсоном Стэтхэмом. — Мне 18.

— Девушка, без паспорта не имею право, — ворчит кассирша, и я, оскорбленная до глубины души, закатываю глаза и отхожу в сторону, чтобы те, кто были за мной смогли купить себе билет. Надо взять на заметку, что без паспорта мне не продают билеты. Неужели я выгляжу, как малолетка?

Обойдя очередь, смотрю по сторонам в поисках Тео. Когда обнаруживаю его, вижу, что он направляется ко мне. Черт, да у него даже походка идеальная. Что за человек-то ты такой, Тео Мейсон?

— Она мне не понадобилась, — говорю я и сую ему в руку кредитку. Он недоумевает.

— Мне не продали билеты. Попросили паспорт, а я его забыла.

— Оу, интересно, какой фильм ты выбрала? — усмехается он, и я злобно на него смотрю.

— «50 оттенков серого», блин, — ворчу я. — Обычный фильм с Джейсоном Стэтхэмом.

— Не думал, что ты любительница боевиков, — говорит он.

— Как предвзято. Думал, что я смотрю каждый вечер «Виноваты звезды» и рыдаю? — фыркаю я. Мы направляемся к кофейне «Старбакс».

— Примерно так, — усмехается он, увидев мое выражение лица. Я всегда производила впечатление девушки, смотрящей на мир через розовые очки.

— Молодой человек, не хотите подобрать комплект нижнего белья своей девушке? — спрашивает девушка в полупрозрачной майке, под которой просвечивается бюстгальтер. Брюнетка с красной помадой хитро улыбается и пытается заманить нас в магазин. Интересный подход к зазыванию клиентов.

— Нет, спасибо, — натянув притворную улыбку, отвечаю я и тяну Тео за руку подальше от этого магазина, вгоняющего меня в краску. Вот это белье: две ленточки и кружева.

— Девушка, но у нас новая коллекция соблазнительного белья, — продолжает звать брюнетка, но я снова отвечаю, что мне ничего не надо. Рядом с этим магазином даже стоять стыдно.

Отпускаю руку Тео, когда мы оказываемся у «Старбакса». Он смотрит на меня и смеётся.

— Что? — невозмутимо спрашиваю я и злюсь. Надо было оставить его у того магазина, поладил бы с продавщицей наверняка.

— У тебя было такое лицо, словно ты готова её убить, — объясняет Тео, и я становлюсь ещё злее.

— Я злюсь на её шефа за то, что заставил её надеть эту майку. Определённо, она была лишняя, — саркастично говорю я и заказываю себе капучино.

— Да, майка была лишней, — прикусываю губу, лукаво говорит он, и я показываю ему кулак.

— Только попробуй на других девушек заглядываться. Не потерплю, — с угрозой говорю я и сажусь за низкий столик из темного дерева. Сделав заказ, Тео садится напротив меня.

— Не думал, что ты настолько ревнивая, — улыбаясь уголками рта, утверждает он. На нем темно-синяя футболка-хенли, которая сидит просто потрясающе. На нем все сидит идеально, начиная от футболок и джинс и заканчивая классическим костюмом. Все благодаря его потрясающему телу.

— Тебе понравится, если я буду ходить вот так? — тяну майку на бретелях вниз, обнажая декольте. Его глаза опускаются на мою грудь, и он прикусывает нижнюю губу. Кажется, я перестаралась.

— Если будешь смотреть на других девушек, то я буду ходить так в школу. Хотя куда интереснее будет в университете, — лукаво говорю я и поправляю майку. На самом деле, я ненавижу выставлять на всеобщее обозрение какую-то часть своего тела, но Тео об этом не знает, поэтому я вполне могу угрожать ему этим.

— Ты можешь ходить в таком виде только при мне, — усмехается он, устремив свой хитрый взгляд мне в глаза. Кажется, он немного удивлён моим дерзким поведением. Я и сама удивлена. Никогда больше такого себе не позволю.

— Не дождёшься, — с вредной улыбкой говорю я и поднимаюсь с места, чтобы забрать наши напитки.

Когда возвращаюсь на своё место, вижу, что Тео снова приобрёл серьезное выражение лица. Ставлю перед ним его чёрный кофе с его именем и смотрю на надпись на моем капучино. «Нура», - серьёзно? Скольким процентам людей в «Старбакс» пишут правильное имя?

— Почему ты игнорировала мои звонки? — спрашивает Тео, и я понимаю, что у меня проблемы похуже, чем неправильное имя на стаканчике.

— Мне надо было подумать, — говорю я классическую фразу, которая приход на ум. Мне действительно надо было подумать.

— Это как-то связано со мной, верно? — спрашивает он. Я киваю.

— Но у нас же все в порядке, — утверждает он, и я снова киваю. — Может объяснишь? Что-то произошло, когда я ушёл вчера?

— Мой брат взбесился, а мама с тётей начали читать мне нотации.

— Я им не понравился?

— Понравился. По-моему, я им не нравлюсь, — в шутку говорю я, хоть и знаю для себя, что толика правды там есть. — Брат утверждает, что ты опасен. А тётя думает, что ты хочешь воспользоваться мною и бросить.

— И что ты надумала? — без улыбки спрашивает он. Будто что-то из того, что я сказала, правда, о которой я ещё не знаю. Глупости.

— У них паранойя, — с усмешкой говорю я и делаю глоток капучино. Вполне неплохо, но бывает и получше.

— Может тебе стоит прислушаться к ним? — сохраняя серьёзность, спрашивает он.

— Хочешь напугать меня? — с улыбкой спрашиваю я. — Насчёт того что ты опасен, я не знаю, но если бы ты хотел воспользоваться мною, то уже давно бы это сделал.

— Верно, возможностей было много, — он усмехается, и я рада, что на его лице снова появилась улыбка. Мне не нравится, когда он серьёзный. Даже побаиваюсь его в такие моменты.

— Я не могу воспринимать всерьёз их слова, потому что я знала, что кого бы я ни привела, у них была бы такая же реакция. Я ведь тебе говорила, что у меня никогда не было парня, поэтому они думают, что я глупее некуда в плане отношений, что любой парень может вскружить мне голову. Но, как видишь, никому не удалось это сделать. Только тебе.

— Но я не вынуждал тебя влюбляться, — подмечает Тео.

— Думаешь, что это был мой выбор? Нет. Будь моя воля, я бы не влюбилась в тебя. Только дуры влюбляются в таких парней, как ты.

— Я настолько плох? — сведя брови, спрашивает Тео. Должно быть, он неправильно меня понял. Я думала, что с его самооценкой все в порядке.

— Напротив, ты слишком хорош. И я обрекла себя на вечную борьбу за твоё сердце. Сложно жить, когда каждая готова глаза мне выцарапать, чтобы заполучить тебя. Может появится кто-то лучше меня, ты влюбишься в неё и бросишь меня. Что я тогда буду делать? — в отчаянье говорю я и грустнею. Эти мысли отравляют мое существование.

— Ну, вряд ли я ещё когда-нибудь влюблюсь. Потому что раньше со мной такого не происходило.

— Врешь, — сдерживая улыбку, шепчу я.

— В последний раз я влюблялся, когда мне было 6. Это считается? — смеётся он. — На самом деле, я никогда не верил в любовь.

— Я верила, но думала, что со мной этого никогда не произойдёт.

— Почему ты так думала?

— Мне по жизни никогда не везло. Я не думала, что найдётся кто-то, кто меня полюбит, кто-то, кого полюблю я. Мне казалось, что любовь встречается на пути только избранным. Ну, в частности героям каких-то фильмов или книг.

— Лучше, когда любви нет, чем когда она причиняет страдания. Это чувство бьет из крайности в крайности: либо благословение, либо проклятье.

— Ты ведь не станешь моим проклятьем? — с улыбкой спрашиваю я. Для меня этот вопрос несерьёзен.

— Ничего обещать не буду, — усмехается он и допивает свой кофе.

— Вездесущий Джованни, — с недовольством шиплю я и поворачиваю голову так, чтобы брат не заметил меня. Он идёт в компании своих друзей, половину из которых я вижу впервые. Они что-то бурно обсуждают, проходят мимо нас, брат меня не замечает. Фух!

— Тео, может все-таки сходим в кино? — спрашиваю я, понимая, что легче всего будет прятаться от брата в темном кинотеатре. Конечно, в голову закрадывается мысль, что они, скорее всего, тоже пойдут на этот фильм, но я её игнорирую.

— Пойдём, — он берет меня за руку, и мы направляемся в сторону кинотеатра, хотя я тащу Тео мимо того «замечательного» магазина быстро, чтобы та девушка снова у нас не пристала.

Чтобы не стоять в очереди, Тео покупает нам билеты через интернет, и мы быстро проходим внутрь. Перед началом просмотра я отправляю маме смс, что задержусь, потому что мы решили посмотреть фильм. Шестое чувство меня не обманывало: когда мы уселись на свои места, заметили, как в зал вошла толпа парней. Я сразу заметила Джованни среди них. Они уселись прямо за нами. Фильм обещал быть очень интересным. Кажется, без драм не обойдётся.

Фильм заканчивается, и в кинотеатре включают свет. Я жмурюсь, глаза привыкли к темноте. Фильм мне несомненно понравился, как и все остальные, в которых снимался Джейсон Стэтхэм. Я тороплю Тео, чтобы мы быстро покинули зал да и трц тоже, ведь опасность того, что мы столкнёмся с братом, слишком велика. Мы бредём по некоему тоннелю, в конце которого виден свет - выход из зала. Когда мы благополучно покидаем кинотеатр, я радуюсь, что беда миновала. Почему я так рано радуюсь всегда?

— Элеонора?! — удивлённо восклицает брат, с которым мы сталкиваемся лицом к лицу.

— Сэм! — узнает своего знакомого Тео среди друзей моего брата. Точки соприкосновения. Радоваться этому или огорчаться?

— Сколько мы не виделись, Тео? Больше года точно! — утверждает Сэм и обнимает Тео по-дружески. Мой брат в недоумении, как и я. Сэм один из близких друзей моего брата, они знакомы уже несколько лет. Они с братом ровесники.

— Тео постоянно тусовался в нашей компании, но потом, увы, взялся за ум, — в шутку говорит Сэм и хлопает Тео по плечу. Кажется, они тусовались вместе несколько лет назад, потому что Тео давно уже взялся за ум.

— Как там Кристофер? — задорно спрашивает Сэм у Тео.

— У него все стабильно, — смеётся Тео, Сэм улыбается.

— А вы, ребята, вместе? — спрашивает Сэм с улыбкой, Тео встает рядом со мной и берет меня за руку. — Это же просто отлично!

— Он отличный парень, Джованни! — восторженно говорит Сэм, увидев кислую мину на лице моего брата. Господи, я благодарна Сэму за эти слова. Брат послушает его. Джованни всегда больше прислушивается к словам своих друзей, чем своей семьи.

— Рад за вас, — улыбнувшись, говорит Сэм. Его тёмные глаза сияют. — Ещё увидимся, Тео.

— Обязательно, — соглашается Тео, и брат вместе с Сэмом и другими своими друзьями удаляются.

— Давно ты знаком с Сэмом? — спрашиваю я у Тео. Мне нравится узнавать больше о Тео, жаль, что мне не всегда это удаётся сделать, ведь часто он бывает очень скрытным.

— Наши отцы знакомы уже больше десяти лет. Мы примерно столько же, — отвечает Тео. Ого.

— Я действительно рада тому, что вы знакомы. Мой брат обожает Сэма, а если Сэм сказал, что ты отличный парень, то Джованни в это повер... — не успеваю договорить, телефон вибрирует в кармане джинс.

— Привет, — здороваюсь я с подругой.

— Элеонора! — восторженно кричит она. — Ты ведь помнишь, что у меня в пятницу день рождения?

— Но ты мне ничего не говорила, — удивлённо говорю я.

— Правда? Ох, я, должно быть, забыла сказать. В пятницу в 21:00.

— В 21:00? Но почему так поздно? Мне могут не разрешить пойти. Точнее, мне не разрешат.

— Мне разрешили отметить день рождения в клубе Кристофера! Представляешь? — радостно говорит она. — Я обо всем позабочусь!

— Хорошо, — неуверенно отвечаю я.

— Кто это? — спрашивает Тео, говорю ему, что это Беатрис.

— Отдай трубку моему братцу, — командует Беатрис, и я вручаю телефон Тео, пожимая плечами. Продолжения разговора я не слышу.

— Конечно, я там буду, сестрёнка. Кто-то ведь должен проследить, чтобы никто не наделал глупостей, — косясь на меня, говорит Тео. — Даже не пытайся меня переубедить.

Забираю телефон у Тео и пытаюсь выведать, о чем они говорили.

— Она пыталась меня уговорить не ходить на эту вечеринку. Говорила, что там и так будет Кристофер. Но я обязан пойти, потому что там будешь ты.

— То есть ты будешь следить за мной, чтобы я не наделала глупостей? — оскорбленная, спрашиваю я. Почему все считают, что меня надо защищать, оберегать и читать лекции?

— Нет, я буду следить за друзьями моей сестры, чтобы они не приставали к тебе. Они бывают весьма наглыми.

— Ты думаешь, что я не смогу дать им отпор? — закатив глаза, спрашиваю я. — Почему меня все недооценивают?

— Мне ты отпор никогда не даёшь, — с улыбкой утверждает он. Я сержусь.

— Потому что я лишь делаю вид, что хочу дать тебе отпор. На самом деле, мне совсем этого не хочется.

— Ах, вот как, — лукаво улыбаясь, произносит он. — Буду знать.

***

Тео отвёз меня домой, где меня уже ждала мама с готовым списком вопросов. Многие подростки жалуются, что их родителям плевать на них, в моем случае все наоборот. Излишняя опека не даёт дышать. Когда я спрашиваю у родителей, почему они мне не доверяют, они отвечают, что не доверяют этому миру, а не мне. Гениальный ответ, не так ли? Я уже давно поняла, что спорить с моими родителями бесполезно. Какие бы доводы я ни приводила, их мнение не менялось.

— Элеонора, ты видела, сколько времени на часах? — начала меня отчитывать мама, едва я переступила порог нашей квартиры. Я взглянула на часы: почти 11 вечера.

— Я ведь тебе позвонила и сказала, что мы зашли в кино, — ответила я, стараясь быть спокойной. — Мы, кстати, видели Джованни с друзьями.

— Ох, — с испуганном лицом вздохнула мама, она прекрасно знала своего сына, понимала, каким неадекватным он может быть.

— С ним был Сэм. Оказывается, Сэм и Тео знакомы уже почти 10 лет. Присутствие Сэма немного сдержало бурлящую в Джованни злость, — постаралась успокоить я маму, и, кажется, мне это удалось. — Может быть, Джованни начнёт лучше относиться к Тео. Друзья Сэма - его друзья, ведь так?

— Будем надеяться, — ободряюще сказала мама. — Ты поговорила с Тео?

— Да, я рассказала ему о ваших опасениях. Но теперь я хочу поговорить с тобой. Просто выслушай.

Мама открывает рот, чтобы что-то возразить, но я с мольбой смотрю на неё и произношу «пожалуйста». В гостиную заходит отец, и я, обернувшись к нему, говорю ему, чтобы он сел рядом с мамой.

— Хоть раз прислушайтесь ко мне, пожалуйста, — прошу я. — Я вас понимаю. И Джованни понимаю. Вы боитесь за меня, вам кажется, что я осталось той маленькой Элеонорой, которую вы знали. Вы стараетесь оградить меня от всего, излишне оберегаете. Я понимаю, что вы не хотите, чтобы я совершила ошибку...

Кто-то поворачивает ключи в двери, в гостиной появляется Джованни.

— И ты выслушай.

— Что здесь происходит? — хмурясь, спрашивает он.

— Хоть раз в жизни выслушай меня. Хоть раз, Джованни, — прошу я, его лицо холодеет, он проходит в гостиную и садится.

— Все вокруг боятся, что я совершу ошибку. Я понимаю. И я боюсь. Но поймите, что именно ошибки формируют человека. Никто на чужих ошибках не учится. Пусть это будут мои ошибки, — делаю паузу. — Вы всегда решали все за меня, права голоса у меня в семье никогда не было. В первый раз в жизни я сделала выбор, самостоятельный выбор. Я достаточно взрослая, вы и сами прекрасно знаете, что я всегда была умна не по годам. У меня всегда было примерное поведение, я никогда не позволяла себе ничего лишнего: ни в словах, ни в действиях, у меня лучшие оценки в классе, я всегда вас слушала, не перечила. Вам не кажется, что я достойна хоть одного шанса сделать самостоятельный выбор?

Брат уже собирался что-то сказать, но я остановила его жестом.

— Для меня слова «я люблю тебя» до сих пор звучат глупо и неловко. Но я люблю его. Поверьте, даже любовь к нему не мой выбор. Мой выбор заключался лишь в том, что я перестала отвергать это чувство. Я чувствую, что такова моя судьба. К чему бы ни привели эти отношения, отказываться от них я не собираюсь. Я просто не могу этого сделать. Вы думаете, что я сразу поддалась? Нет. Я месяцами боролась, отвергала, сторонилась, потому что вы вырастили меня такой. Вы внушили мне мысль, что все мужчины опасны, что от них хорошего ждать не стоит. Но меня разубедили. Я понимаю, почему ты, Джованни, так беспокоишься за меня. Мы все прекрасно знаем, как ты обходишься с девушками. Ты просто боишься, что кто-то поступит со мной так же, как ты с другими девушками. Я предполагаю, что Тео никогда не был святым. Скорее всего, был бабником, проводил много времени в клубах. Но он изменился. Его действительно беспокоит работа. Он даже бросил курить, потому что я высказала своё недовольство по этому поводу. Он забрал к себе десяток маленьких котят только потому, что я его попросила. Только рядом с ним я чувствую себя хорошо, потому что он заставляет меня чувствовать себя красивой, смотрит на меня так, будто я само совершенство. Раньше я не понимала, как люди могут чувствовать, что их любят. А теперь я вижу: он меня любит. Я уже не сомневаюсь в этом.

Брат снова попытался что-то добавить, но я остановила его.

— Не смейте думать, что я просто маленькая влюблённая дурочка, чьи чувства угаснут вскоре. Что бы вы ни делали, я не перестану любить. Мам, пап, хотя бы вы должны меня понять. Он - именно тот, кто мне нужен.

— Да у тебя ораторский талант, сестричка, — Джованни хлопает и злобно улыбается. — Любовь любовью, но нас не устраивает «к чему бы ни привели эти отношения». Эти отношения должны привести к браку. Других вариантов нет. Парень должен об этом знать.

— Мы в каком веке, по-твоему, живём? — закатив глаза, ворчу я. — Мы всего месяц встречаемся.

— То есть ты не хочешь выходить за него? — цепляется к словам брат, и я понимаю, что из этой битвы без потерь не выйти.

— Конечно, хочу, но не сейчас же! Да и он... — смело отвечаю, но брат меня прерывает. Я готова накинуться на него с кулаками. Он разыгрывает это шоу специально для родителей. Они всегда прислушиваются к нему.

— То есть он не хочет на тебе жениться? — переворачивает мои слова брат, и я киплю от злости. Три... два... один.

— Ты идиот что ли? Мне ему сказать: «Ой, а ты собираешься на мне жениться или как?» — По лицам родителей понятно, что они разделяют позицию Джованни. Как можно быть такими старомодными, живя в 21 веке?

— Я всегда думала, что у меня понимающая семья, которая всегда меня поддержит. Но я вижу, что сильно ошибалась. Вам бесполезно что-то говорить, вы, черт подери, никогда меня не понимали! Что бы я вам ни рассказывала, осуждали. Никогда не доверяли мне. Я ведь не Джованни! — со слезами на глаза я выбежала из гостиной, побежала в свою комнату и заперла за собой дверь.

Джованни всегда прав. Джованни всегда доверяют. Джованни может делать все, что угодно, зная, что его никогда не осудят. Когда я тыкала родителям на это разделение между детьми, они заявляли мне, что он парень. В какое время мы живём? Почему парням все прощается?

Парень курит? Пьёт? Спит со всеми подряд? Не возвращается домой по ночам? Употребляет ненормативную лексику? Он крутой, его все уважают.

Девушка курит? Пьёт? Спит со всеми подряд? Не возвращается домой по ночам? Употребляет ненормативную лексику? Фу, как можно быть такой мразью.

В такие моменты я понимаю феминисток. Как там пелось в песне? It's a Man's Man's Man's World.

— Элеонора, открой дверь, — слышу я голос мамы за дверью. Небрежно вытираю слезы.

— Я хочу побыть одна, — дрожащим голос говорю я и всхлипываю.

— Элеонора, родная... Не плачь, прошу тебя. Не слушай Джованни, — утешает меня мама, и я чувствую в её голоса сожаление.

— Элеонора, дочка. Ты вправе сама выбирать. Мы будем на твоей стороне, — слышу я голос отца за дверью, слезы высыхают.

— Джованни никогда не даст мне дышать. Он всегда портил мою жизнь и будем продолжать это делать, — в отчаянье произношу я, вспоминая все те случаи, когда брат угрожал мне, запирал в доме и терроризировал. — Почему у моих подруг нормальные братья? Любящие, понимающие.

— Он тебя любит, но у него свой способ показать эту любовь, — оправдывают его родители, но я ведь понимаю, что в поведении брата виноваты именно они. Родители с детства потакали его капризам, не наказывали, не ругали, когда он плохо себя вёл. Поэтому он и вырос человеком, считающим, что ему дозволено все. Почему-то брат думал, что имеет право все за меня решать, он всегда так и делал.

— Не оправдывайте его! Вы всегда его оправдывали, поэтому он вырос таким эгоистом, не способным сопереживать. С этих пор он не будет вмешиваться в мою жизнь. И вы позаботитесь об этом.

— Хорошо, Элеонора. Но ты должна нам пообещать, что мы с мамой всегда будем в курсе того, что происходит в твоей жизни.

— Хорошо.