Глава 11

— И кто же? — спросила тётя, будто она знакома со всем населением планеты и сразу по имени сможет понять, кто она.

— Я с ней не знакома, его сестра мне сказала, — соврала я, проклиная себе за то, что не набралась смелости, чтобы рассказать все родным. Хотя сюжет, который крутился у меня в голове, был неплохим, не считая того, что моя семья пристрелила бы меня. Сначала их надо морально подготовить, а потом уже что-то рассказывать.

***

— Знаешь, что является главным доказательством серьезности отношений? — спросил Кристофер у брата, когда они ужинали у Тео дома. Тео морально подготовился к очередной безумной теории брата, которыми он так любил делиться.

— Знакомство с родителями? — спросил Тео, Кристофер отрицательно покачал головой. — Помолвка?

— Нет! Ты мыслишь очень старомодно... Когда ты успел стать таким? — Кристофер закатил глаза. — Фотографии! Если твоя девушка не выкладывает ваши совместные фотки в социальные сети, не норовит сфотографироваться с тобой, то знай: ваши отношения обречены.

— И откуда такие мысли? — спросил Тео, поедая вкусные спагетти с соусом. Кристоферу казалось, что у него чёрный пояс в отношениях с женщинами, поэтому ему хотелось поделиться своим опытом даже с теми, кому это совсем не было интересно.

— Помнишь, Пэм? — Кристофер с каким-то раздражением произнес имя девушки.

— Та, которая «мед, 3 курс»? — Тео делал вид, что ему интересно слушать брата, но в мыслях у него было совершенно другое.

— Да. Она бросила меня! Представь себе: какая-то студентка обставила твоего брата! Моей репутации конец! — Крис стал излишне эмоциональным, когда дело коснулось его неудачи.

— О, Господи! Как она могла бросить тебя, не дождавшись, когда ты бросишь её?! — Тео стал наигранно поддакивать брату, и тот фыркнул, осознав, что над ним просто насмехаются.

— Я думал, что у нас серьезные отношения! Это был первый раз, когда я настроился на что-то серьёзное. Но эта стерва обставила меня! — стал громко восклицать Кристофер, и Тео радовался тому, что они находятся не в квартире, где соседи могли все услышать.

— Ты и серьезные отношения? — усмехнулся Тео, — Что-то новенькое, Кристофер.

— А как же ты, Теодорчик? То же самое могу сказать о тебе. Её родители уже в курсе?

— Нет, она пока не хочет им говорить, — не заморачиваясь, ответил Тео.

— Я бы на её месте поступил бы так же, — хмыкнув, произнес Кристофер.

— Почему это? — с серьёзностью спросил Тео, слова брата привлекли его внимание.

— Умная девчонка, понимает, что её родители будут не в восторге от ваших отношений, возможно даже запретят ей встречаться с тобой.

— Почему ты, черт подери, так думаешь? — уже рассерженно проскрежетал Тео, ожидая прямого ответа от брата. С контролем гнева у него всегда были проблемы.

— Братишка, ты стараешься быть хорошим, славным парнем, но мы оба знаем, что ты не изменился. Ты испортишь девчонку. К тому же у тебя проблемы с самоконтролем, это может создать определённые проблемы.

— Я изменился, ясно? И я не хочу об этом больше говорить, — отбросив кривую от сжатия вилку, Тео встал из-за стола.

— Я о твоей Элеоноре беспокоюсь. Мы оба знаем, что влюблённые девушки не умеют говорить «нет».

— Ты меня не услышал? Я не хочу обсуждать с тобой мои отношения с Элеонорой, — гневно процедил Тео, Кристофер покачал головой.

— Ладно-ладно, — Крис выставил руки перед собой, обороняясь. Его лицо расплылось в улыбке. — Если её отец с ружьём придёт за тобой, спасать тебя я не стану.

Слегка улыбнувшись, Тео отбросил в сторону сильное желание ударить брата. Тем не менее слова брата натолкнули Тео на размышления.

***

— Сахарная вата? — спрашиваю я, взглянув на новый шарм, который мне протягивает Тео. — Мы идём в парк?

— Почти, — улыбнувшись, отвечает Тео. Что значит «почти»? Время на часах слишком позднее для парка. По-моему, парк ночью - мечта маньяка.

Тут зазвенел мой телефон, и я не смогла спросить, что значит это его «почти».

— Привет, Элеонора! — послышался голос Ланы, фотографа, которая снимала мой день рождения. Её собака съела флешку с фотографиями, и я потеряла всякую надежду на то, что заполучу фотки.

— Привет, Лана! — радостно ответила я, надеясь, что она сообщит мне какую-нибудь хорошую новость.

— У меня шикарная новость! Просто волшебным способом я смогла восстановить фотографии! Я отправила их тебе на почту!

— Черт, да это же лучшая новость за последние месяцы! — восторженно сказала я и встретилась с Тео взглядами: его лицо отражало что-то типа «лучшая новость говоришь?». Да-да, новость о том, что у меня появился бойфренд с наружностью фотомодели, который к тому же врач, тоже неплоха.

— Мне уже пора, солнышко! — Лана попрощалась и отключилась.

— Лучшая новость за последние месяцы? — спрашивает Тео.

— Фотограф со дня рождения отправила мне фотографии! — говорю я, одновременно захожу на свою почту через телефон и открываю письмо с прикреплёнными фотографиями. Дабы не углубиться в тему рассмотрения 1000 и 1 фотографии, я листаю их, и на мои глаза попадает наша с Тео совместная фотография, где мы танцуем.

Кажется, мы стояли чуть ближе, чем подобало друзьям. Тогда я даже не заметила этого... Почему-то рядом с Тео я всегда чувствовала себя хорошо. Неловко, но хорошо.

— Так куда мы идём? — спрашиваю я, отложив телефон.

— Доедем, увидишь, — с хитрой улыбкой отвечает он.

[Troye Sivan – Youth] - музыка

Мы приехали в парк аттракционов! В последний раз я была в таком парке в Италии года 4 назад. В любом случае время, проведённое в парке аттракционов вместе с мамой, которая не пускала ни на одну карусель, нельзя посчитать чем-то захватывающим. Проводить время с Тео - совсем другое дело.

Кругом было полно милых парочек и родителей с детьми, которые бегали туда-сюда в поисках чего-то интересного. Маленькая рыжеволосая девочка тащила за собой огромного медведя, который был вдвоём больше неё, но это малышку не останавливало. Двое мальчиков лет 6-7 бегали друг за другом с игрушечными пистолетами, расталкивая случайных прохожих.

Тео стоял рядом со мной: я подняла глаза и заметила, что он с особым вниманием следит за поведением тех двух мальчиков.

— Любишь детей? — спрашиваю я у него. Тео часто моргает и смотрит на меня с высоты своего роста, потом кивает и натягивает улыбку. Странная реакция на простой вопрос. Может он подумал, что я уже думаю, как назвать наших совместных детей, поэтому испугался? Если честно, подобных мыслей у меня ни разу не возникало.

— Сахарная вата! — с восторгом кричу я и тяну Тео за руку к очереди за сахарной ватой. Мы встаём в очередь и ждем.

— Когда ты собираешься сказать родителям? — вдруг спрашивает Тео.

— В конце месяца, — говорю я первое, что пришло в голову.

— Почему именно в конце месяца? — мягко спрашивает он, видно, старается казаться ненавязчивым.

— Я скажу им в ближайшее время, Теодорчик, — дразню его я и надуваю губы, будто разговариваю с маленьким ребёнком.

— Теодорчик? Серьезно?

— Будь благодарен, что я не называю тебя котиком, тигром, зайчиком...

— Я бесконечно благодарен тебе, котёнок, — Тео наклоняется к моему уху и усмехается.

— Фу, — ворчу я, закатываю глаза и толкаю парня в бок. Он смеётся над моей недовольной рожей, а я любуюсь его красивым лицом.

Очередь доходит и до нас: Тео просит самую большую порцию сахарной ваты, которую возможно сделать, и протягивает мне палочку с ватой, расплатившись с продавцом. Порция действительно огромная! И я с огромным удовольствием начинаю отрывать вату кусочками и отправлять в рот.

— Ммм, вкусно, — мурлычу я и дразню Тео кусочком ваты, когда он открывает рот, показываю ему язык и сама съедаю вату. — Купил бы и себе.

— Жадина, — Тео наигранно надувает губы, тянется к моей вате, и я отстраняюсь, чтобы он не смог достать.

— Просто кое-кто просить не умеет... — отвернувшись от парня, я топаю в сторону тира. Тео быстро настигает меня.

— Может все-таки поделишься? — строя мне глазки, просит Тео.

— Дай-ка подумать... — говорю я, смотрю в небо, словно раздумывая. — Нет.

— Что мне сделать, чтобы растопить твоё сердце? — спрашивает он. Я оглядываюсь по сторонам и замечаю огромного плюшевого медведя, кажется, это приз для победителя.

— Я хочу того мишку, — капризным голосом лепечу я и указываю на медведя. — Надеюсь, ты умеешь стрелять.

3 минутами позднее

— Где ты научился так стрелять?! — удивленно спрашиваю я, обнимая огромного медведя, который размером чуть меньше меня. Он такой мягкий и бархатный!

— Однажды за очередную выходку отец меня отправил на год в военную школу, — объясняет он, и я невольно хмурюсь, поражаясь решимости его родителей. Почему мои родители так не поступили с братом, когда он напился и всю ночь блевал без остановки? Помню, я в тот день проснулась из-за неприятных звуковых эффектов.

— Так странно это слышать. Сейчас ты выглядишь вполне одомашненным, — рассуждаю я вслух. — Или это так на тебя повлияла военная школа?

— И она тоже, — отстранённо отвечает он. — Прокатимся на карусели?

— Да! — с радостью кричу я и вручаю ему медведя. — Теперь твоя очередь его держать.

Несмотря на то, что меня в принципе никто не ограничивал в выборе каруселей, я все же старалась держаться подальше от чересчур экстремальных развлечений. Я не из тех, которые идут на что-то, чтобы кому-то что-то доказать.

***

— Присядем? — спрашивает Тео, когда замечает свободную скамейку. Я сажаю сначала своего медведя, а потом сажусь сама.

— По-моему, мы обошли уже все адекватные аттракционы, — говорю я, наблюдая за прохожими.

— Эй, — произносит Тео и жестом объясняет, что хочет что-то сказать мне на ухо. Я наклоняюсь к нему, в то же мгновенье он нежно целует меня в щеку.

Я поворачиваюсь к нему корпусом и говорю, что он ведёт себя как ребёнок. Тео сдвигается ко мне и гладит меня по щеке, я закрываю глазу и наслаждаюсь его прикосновения. Когда открываю глаза, понимаю, что он собирается сделать. Он хочет поцеловать меня.

— Тео, нас кажется кто-то фотографирует! — хмурясь, говорю я и показываю на человека, стоящего между деревьев с профессиональной фотокамерой в руках.

— Черт, — только и говорит Тео, потом встаёт с места и бежит к тому человеку, тот сразу скрывается в толпе.

***

В воскресенье к нам приехала семья дяди Армандо вместе с дедушкой Уильямом. Никогда не думала, что любовь дедушки к журналам и газетам может как-то плохо отразиться на мне.

— Эмилия, это разве не Элеонора? — спрашивает он, показывая маме какую-то фотографию в газете. Мама щурится и пытается разглядеть что-то.

Я бегу к ним и хватаю газету. Заголовок гласит, что у сына небезизвестного Ричарда Мейсона появилась новая девушка. Ладно, я должна найти выход из этой ситуации.

— Ричард Мейсон ведь отец Тео? — спрашивает у меня мама, я киваю, хоть в это время и придумываю нормальное объяснение тому, что девушка на фотографии слишком сильно похожа на меня. Может потому, что это я и есть?

— Господи, почему его девушка так похожа на меня? — нахмурившись, спрашиваю я в надежде, что мама мне поверит. По легенде вчера вечером я гуляла в парке с Беатрис, но никто не говорил, что Тео был с нами. Тем не менее в статье написано, что его с девушкой поймали именно там. Черт!

— И он был с вами вчера? — спрашивает мама.

— Да, но его девушку я не увидела, наверное, он столкнулся с нею случайно, — вру я и отдаю деду газету, он бормочет что-то типа «но я уверен, что это Элеонора», но кто станет прислушиваться к человеку, которому уже за 80 лет и у которого проблемы с памятью?

Фотография не очень качественная, никто не способен доказать, что на ней именно я. Поэтому мне удаётся выйти сухой из воды. Пора бы мне рассказать все предкам, пока ситуация не усугубилась.

Офигеть, меня напечатали в газете! Конечно, там не указано, кто девушка с фотографии, потому что это никому не известно. Но сам факт того, что это я, греет моё самолюбие. В любом случае стать объектом сплетен из-за отношений с богатым парнем, у которого знаменитые предки, не лучший для меня вариант.

***

Под предлогом я вышла на улицу, оставив родных. Прошагав до детской площадки, находящейся у нашего дома, я уселась на скамейку и набрала номер Тео. Ждать пришлось недолго: он почти мгновенно взял трубку. Неужели он ждал моего звонка?

— Привет, — тупо улыбаясь говорю я, закрываю улыбку рукой. Совсем у меня крыша поехала с этой любовью-морковью.

— Привет, — тепло отвечает он. — Я уже успел соскучиться. А ты?

— Ох уж эта вся ванильная чепуха... — с негодованием шепчу я, краснея. — Ммм... я действительно соскучилась.

— Я и сам не особый любитель всего этого, — усмехнувшись, говорит он. — Только почему-то мне каждый раз хочется что-то подобное сказать, когда я разговариваю с тобой... Это странно, верно?

— Прости, что я разрушаю твой образ брутального сердцееда, — смеюсь я и решаю, что все-таки следует перейти к главному. — Ты видел сегодняшнюю газету?

— Нет, — недолго раздумывая, отвечает он.

— Кажется, вчерашний фотограф слишком быстро доставил фотографии в издание.

— А я-то думал, почему сегодня отец расспрашивал меня о личной жизни... — размышляет вслух Тео. — Я хочу познакомить тебя со своей семьёй.

— Что?! — восклицаю я в ужасе и даже встаю со скамейки от неожиданной новости. Знакомство с родителями? Не рано ли?

— Может не будем так спешить? Мы только начали... — я запинаюсь. — встречаться.

— Я уже давно знаком с твоими родителями, почему бы тебе не познакомиться с моими?

— Ты знакомился с моими родителями в статусе друга, а не парня.

— Все можно исправить... У тебя есть неделя, чтобы рассказать родителям. Потом я приду с ними знакомиться уже в новом статусе, — с твёрдостью говорит он, и я не знаю, как мне ему возразить.

— Но... — только и говорю я, но Тео меня перебивает.

— Никаких «но», — с весёлыми нотками говорит он, усмирив мой пыл. Я люблю спорить, кажется, он понял это и решил, что лучше сразу меня затыкать. Только ему я позволяю себя затыкать, пусть радуется.

***

Утро начинается с нагнетающего «фортепиано» (один из стандартных звуков на ios) и нежелания открывать глаза. Я тянусь к телефону, вырубаю будильник и возвращаюсь к своей подушке, соврав себе, что встану через 5 минут.

Только через пол часа я в состоянии открыть глаза и встать с постели. Состоянии у меня не лучшее, чувствую слабость и легкий озноб. Даёт о себе знать першение в горле, которое слабенько меня душит. Нельзя сказать, что горло у меня болит, но ощущения очень неприятные.

Укутавшись в пушистый плед, я плетусь на кухню к завтраку, пропустив свой ежедневный ритуал - макияж.

— Мам, Элли хочет школу прогулять! — заявляет брат и самодовольно улыбается. Я сажусь рядом с ним и бью ему локтем в бок: он морщится.

— У меня нет настроения с тобой препираться, Джованни... — вяло бормочу я и утыкаюсь взглядом в узлов на скатерти. Голова работает неважно, я ничего не могу с этим поделать.

— Хорошо играешь, сестрёнка, — потянув меня за щеку, говорит братец, я игнорирую его, потому что у меня реально нет настроения с ним ссориться.

— Почему ты не накрасилась? — с удивлением спрашивает мама, смотря мне в лицо. Мама знает, что я всегда крашусь, исключений не бывало.

— У меня простуда, — отвечаю я, продолжаю пялиться на скатерть и размышлять о том, что не стоило вчера так много времени проводить на улице, болтая с Тео. Я даже не заметила вчера, что на улице очень холодно.

— Останься дома, — говорит мама и целует меня в лоб. В другой раз я бы обрадовалась такому предложению, но сейчас мне действительно все равно.

— Я бы остался, чтобы присмотреть за сестренкой, но, увы, я слишком занят, — заявляет брат, встаёт со стула, целует маму и покидает кухню.

— Нам тоже пора, опаздываем, — посмотрев на часы, говорит папа и встаёт из-за стола.

— Пей много жидкости, — наставляет мама и уходит следом за отцом. — Я куплю тебе что-нибудь от простуды. Оденься потеплее.

Когда я остаюсь в квартире одна, просто возвращаюсь к себе в комнату, отправляю подругам смс, чтобы они предупредили учителей насчёт меня, и ложусь в кровать. Заснуть не получается, я беру телефон и начинаю просматривать ленту в фейсбуке на автомате, особо не вчитываясь. Потом вспоминаю о Тео и решаю предупредить его о том, что приезжать за мной в школу не надо.

Элеонора: «Привет) Сегодня меня из школы забирать не надо» Тео: «Привет) Почему?»Элеонора: «Я простудилась, несколько дней проведу дома :(»Тео: «Эй, может мне приехать к тебе?»Тео: «Рядом с тобой кто-то есть?»Элеонора: «Да все в порядке, я и сама справлюсь»Элеонора: «Лучше тебе не видеть меня в таком состоянии» Тео: «Жди меня в обед :)»

Не верится, что он готов приехать ко мне только потому, что я заболела. Это чертовски мило, кажется, он действительно в меня влюблен.

Переодевшись в домашнюю одежду, я прошла в прихожую и забрала ещё и свой пуховый жилет. Почему-то я сильно мёрзла, хотя температура в квартире была вполне адекватная. Так как состояние у меня далеко не для подготовки к экзаменам, до которых всего два месяца, мне показалось, что лучшим времяпровождением будет просмотр какого-нибудь фильма. Просмотрев список предложенных фильмов на сайте, я остановила свой выбор на романтической комедии «Голая правда». Обычно я называю комедию своим любимым жанром, несмотря на то, что мой вкус довольно эклектичный. Мои предпочтения всегда меняются в зависимости от настроения, времени года и ситуации.

Я поставила фильм на загрузку и пошла на кухню, чтобы приготовить себе чай и взять что-то вкусненькое, без чего я никогда обходиться не могла. Почувствовав слабость, я уселась на кухонный стул и приложила ладонь ко лбу, стараясь определить есть ли у меня температура. Температура осложнила бы ситуацию с выздоровлением, потому что я надеялась, что обойдусь без гриппа.

***

Я просматривала уже третью часть «Сумерек», когда на всю квартиру раздался дверной звонок. Я с самого утра смотрела фильмы, не выходя из-под пледа. Я столько раз смотрела каждую часть этого фильма, что уже сбилась со счёту. Даже не знаю, почему мне так нравится этот бред. Нехотя откинув край пледа и встав с дивана, я подошла к двери. Посмотрев в дверной глазок, я поняла, что Тео все-таки сдержал слово. В любом случае я не собиралась предстать перед ним в таком виде.

Я побежала в ванную, выволокла консилер из косметички, замазала темные круги под глазами и покраснения, одновременно с тем я сильно кусала губы, чтобы они приобрели нормальный цвет, а не мертвенный, каким он был. Перед дверью я пару раз щипнула себя за щеки, чтобы и они немного порозовели, а потом только решилась открыть дверь.

— Я же сказал, что приеду, — улыбнувшись уголками рта, Тео потянулся ко мне, чтобы поцеловать в щёчку, но я его остановила.

— Ты и так сильно рискуешь, находясь со мной в одном помещение, — сказала я, отстранившись. — Не хочу, чтобы ты заболел.

— Раз уж ты так сильно беспокоишься о моем здоровье... — улыбаясь, сказал он, должно быть, Тео думал, что я снова начну отрицать это. — Смотри, что я тебе принёс.

Он протягивает мне большой целлофановый пакет, и я с недоверием заглядываю внутрь, чтобы узнать что-нибудь о содержимом. Внутри я вижу пластиковые ёмкости с разными ягодами, которые выглядят так, словно их нарисовали.

— Ты супермаркет ограбил что ли? — с восторгом спрашиваю я и забираю у него пакет. — Почему ты взял ягоды, а не какие-нибудь фрукты? К больным обычно с фруктами идут...

— Не хотел быть предсказуемым, — пожимая плечами, сказал он и снял пиджак. — Ты чего так удивлённо смотришь на меня?

— Ягоды я люблю больше, чем фрукты, так что ты не ошибся, — хмурясь, говорю я и пытаюсь найти подвох. Как у него получается это? Сначала угадал, что пионы - мои любимые цветы, теперь ещё и ягоды... Я не могу не думать об этом.

— Вот видишь, — говорит Тео, и я замечаю особенное тепло в тёмных выразительных глазах. Черт, а я ведь всю жизнь считала, что в глазах человека ничего увидеть нельзя и это все россказни писателей.

— Чего стоишь? Проходи, — я толкаю парня в гостиную, а сама топаю на кухню, чтобы промыть ягоды и начать их употребление. Я несу несколько небольших мисок, наполненных ягодами, в гостиную и сажусь на диван рядом с Тео.

— Сейчас я буду тебя пытать, — усмехнувшись, говорю я и укрываюсь пледом. Тео недоуменно смотрит на меня, а потом спрашивает: «Как?».

— Не «как», а «чем»! — задорно говорю я и запускаю фильм. — Великолепные «Сумерки»!

— Может просто поговорим? — с мольбой в голосе произнес Тео, кажется, его очень напугал тот факт, что ему придётся смотреть этот до боли девчачий ванильный фильм.

— Говори, — улыбаясь, я тянусь за прозрачной миской с малиной. — Я вся во внимании.

— Ты когда успела заболеть? В субботу ты была полностью здорова.

— Вчера вечером простыла, — отстранённо говорю я, наслаждаясь сладким вкусом малины. Где он нашёл такую вкусную малину?!

— Когда ты со мной по телефону говорила?

— Наверное, не знаю, — не особо задумываясь над ответом, говорю я.

— Из-за твоего нежелания говорить родителям о нас страдает твоё здоровье, — с недовольством говорит он, отвлекая меня от фильма.

— Опять ты об этом, — недовольно бормочу я и кладу пустую миску на кофейный столик. — Почему ты хочешь, чтобы мои родители знали?

— У нас с тобой серьезные отношения? — зачем-то спрашивает он, я хмурюсь.

— Мм... да, — с неуверенностью говорю я. — Честно, я пока не совсем осознала то, что у меня есть... парень. Это странно для меня.

— Может ты просто не готова к отношениям? — вдруг спрашивает он, и я начинаю злиться. Выключив телевизор, я ставлю пульт на кофейный столик и поворачиваюсь к нему, подложив под себя ногу.

— Я готова, — с уверенностью твержу я. — Хочешь, я прямо сегодня все расскажу родителям?

— Хочу, — отвечает Тео с улыбкой, показывающей, что он добился того, чего хотел изначально.

— Решено! — заявляю я и снова тянусь к пульту. До меня доходит, что я проиграла эту игру.

— Почему ты выбрала именно этот фильм? — хмуря брови, с каким-то пренебрежением говорит Тео.

— Приехал бы пораньше, смотрели ли бы вместе «Голую правду», — чувствую, что мои ноги немеют, меняю позу, но она оказывается весьма неудобной.

— Можешь опереться на меня, будет удобнее, — предлагает он, и я, недолго думая, соглашаюсь. Подобрав под себя ноги, я кладу голову на плечо Тео и устраиваюсь поудобнее.

— Теперь я понимаю, зачем нужен парень, — смеюсь я и обхватываю руками его бицепс. — Ничего себе!

Тео смеётся над моим громким восклицанием и приобнимает меня за плечи. От смущения я часто моргаю, кусаю губу, хмурюсь и не знаю, как выразить своё возмущение. Потом я понимаю, что возмущаться не входит в мои планы, ведь мне так приятно ощущать его объятия.

— Эх, почему я не пришёл утром? — театрально вздыхая, говорит Тео и опускает на меня глаза.

— Я бы все равно не смотрела с тобой тот фильм, — утверждаю я. — Такие фильмы я предпочитаю смотреть либо одна, либо с подругами.

— Ты заставляешь чувствовать меня обделённым, — Тео пытается казаться опечаленным, но я то понимаю, что ему нравится играть со мной в игру «Ванильная парочка».

— В моей жизни 18 лет подряд были только семья, подруги и родственники... — загибая по-очереди пальцы, говорю я. — А тут у меня появился парень. Да и само словосочетание «мой парень» меня раздражает. Человек никогда до конца не будет твоим. Зачем же говорить «мой»? Тебе повезло больше, чем мне. Это ведь не первые твои отношения, ты знаешь чего ждать от всего этого.

— Ты поверишь мне, если я скажу, что у меня никогда не было по-настоящему серьёзных отношений?

— Врешь! — я сажусь прямо, скрещиваю под собой ноги и готовлюсь к допросу с пристрастием.

— Скажем так: мои отношения никогда не были построены на каких-то высоких чувствах.

— Они были построены на том, что ваши родители этого хотели? Есть же много историй в стиле «ой, мы с вами аристократы, давайте заставим наших детей встречаться, чтобы они продолжили семейное дело вместе».

— Моя мать сводит меня с Патрисией именно по этой причине. Но нет, таких отношений у меня тоже не было.

— Тогда на чем были построены твои старые отношения? — продолжаю я, пытаясь выудить у Тео как можно больше информации о его прошлом. Мы уже достаточно давно знакомы, а о его прошлом я знаю только несколько фактов.

Тео открывает рот, чтобы что-то сказать, но потом меняет своё решение.

— Оу, я, кажется, поняла, на чем они были построены... — опустив глаза, говорю я и чувствую себя ужасно неловко. Почему до меня сразу не дошло? Теодорчик у нас обычный парень, у которого все отношения были построены на сексе. Черт. Мне уже надо беспокоиться о том, к чему могут привести наши отношения?

— Сделаем вид, что мы об этом не говорили, — натянув что-то наподобие улыбки, говорю я. Одно дело обсуждать что-то подобное с подругами, совершенное другое - с парнем.

— И как... Тебя пока все устраивает? — зачем-то спрашиваю я, ощущаю, что готова придушить себя за этот вопрос. В последнее время связь между моим языком и мозгом стала работать очень медленно.

— Элеонора, — усмехается он, намекая, что будет странно, если мы начнём это обсуждать.

— Я хочу провалиться под землю прямо сейчас... Не знаю, зачем я это спросила, — от стыда я закрываю лицо руками. Все же я была бы рада услышать ответ на свой вопрос. Как-нибудь потом...

Тео посмеивается надо мной, снова тянет к себе и обнимает. Мой телефон лежит на стеклянном кофейном столике, и я замечаю, что на экране высвечиваются сообщения от кого-то. Нехотя, я тянусь к телефону и смотрю на экран. What's App: «Новое сообщение: Джо». Я специально в настройках установила так, чтобы само сообщение не показывало, так как мой любопытный братец часто забирал мой телефон или подглядывал.

Пересев на противоположный край дивана, я захожу в приложение и смотрю на сообщения.

Джо: привет :) Джо: заболела?

Набираю ответ:Элеонора: Да, совсем неважно себя чувствую.

Джо: выздоравливай ♡ Элеонора: спасибо:)

— Элеонора, — окликает меня Тео, я смотрю на него и замечаю его недовольное выражение лица. Должно быть, он взбесился, потому что отправленное Джо сердечко заставляло меня захихикать. Не потому, что мне приятно, а потому, что манера общения Джо казалась мне очень странной.

— Ммм, — мурлычу я и кладу телефон на кофейный столик. Посмотрим, насколько Тео ревнивый.

— И кто заставил тебя смеяться?

— Друг, — спокойно отвечаю я. — Знаешь, нередко друзья метят куда выше... Это я так, в свете последних событий.

— Что пишет? — с нескрываемым любопытством спрашивает Тео, в его голосе играют нотки ревности, которые сразу ощущаются.

— Сердечко отправил, — я улыбаюсь, чтобы ещё немного поддразнить парня. — Он такой милый!

— Ты нравишься ему? — Тео хмурится, появляется впечатление, что он готов прямо сейчас найти Джо и прибить его. Говорят, что ревнует только те люди, которые не уверены в себе. Так почему он не уверен в себе? Как можно быть Тео Мейсоном и не быть уверенным в себе? Господь ничем его не обделил: ни внешностью, ни умом, ни деньгами.

— Откуда мне знать, — отстранённо отвечаю я. — Если он мне песни про любовь кидает, это считается намеком? Иногда еще предлагает вместе погулять...

— Хочешь заставить меня ревновать? — разоблачает меня Тео, и я мило улыбаюсь, притворяясь белой овечкой.

— Я просто хотела проверить: ревнивый ты или нет, — объясняю я своё детское поведение. — Но про песенки и предложения я не врала.

— Раньше я никого особо не ревновал, но теперь все изменилось, так что лучше меня не испытывай, иначе твой дружок может в больницу с переломами попасть, — сказав это, Тео хлопает пальцем по кончику моего носа, словно я маленький ребёнок.

— Ты же пошутил насчёт переломов? — усмехнувшись, спрашиваю я, Тео кивает, хотя мне почему-то кажется, что он нисколечко не шутил.

***

Меня будит звонок в дверь. Я открываю глазу и понимаю, что лежу, оперевшись на плечо Тео. Он тоже спит и выглядит чертовски мило. Руки сводит от желания прикоснуться к нему, но я сдерживаю себя. Звонок в дверь раздаётся снова; смотрю на часы и понимаю, что сейчас обычное время для прихода родителей с работы.

— Тео! Теодорчик, проснись! — потрепав парня по плечу, шепчу я ему на ухо. Он что-то недовольно шепчет, я уже начинаю его трясти по полной. Тео лениво открывает глаза.

— Тео, тебе снова придётся прятаться в моей комнате! — я встаю с дивана, хватаю парня за руку и сильно тяну, ощущая всю тяжесть его тела. Он, нехотя, встаёт.

— Сколько ты ещё будешь меня прятать от всех? — со слабой улыбкой спрашивает он, я продолжаю толкать его в свою комнату.

— Сиди здесь! Я потом все объясняю! — я быстро захлопываю дверь, морщась от неприятного грохота, и бегу в прихожую, чтобы открыть дверь.

Родители на пороге стояли с огромными пакетами, а на лицах можно было прочитать, что они не в восторге от того, что им пришлось столько ждать.

— Ты почему дверь не открываешь? — с недовольством спросила мама, отдавая мне пакеты.

— Опять в своём телефоне была, — ворчит папа и, повесив куртку, проходит в дом.

— Я заснула, — с честностью говорю я, но звучит все не очень правдоподобно, потому что нахождение Тео в моей комнате вселяет в меня неуверенность.

***

Автор

— Можно я буду ужинать в своей комнате? — спросила Элеонора, стоя в дверном проёме и нервно косясь по сторонам. Было уже 9 вечера.

— Но ты всегда ужинаешь с нами, — миссис Росси прищурила медово-карие глаза и стала накладывать на тарелку порцию ризотто с курицей. Даже мистер Росси отвлёкся от просмотра футбольного матча.

— Ничто не вечно, — девушка пожала плечами и прошла на кухню. Через несколько минут она уже выходила из кухни с подносом в руках, на котором было столько еды, что родители наблюдали за её уходом с удивлением и даже откровенным шоком.

Подойдя к своей комнате, Элеонора огляделась по сторонам и только потом открыла дверь, чтобы войти внутрь. Заходить, естественно, было не очень удобно, учитывая огромный поднос, но девушка справилась, может, ей даже помог страх того, что из-за её медлительности родители могли увидеть того, кто сидел за её письменным столом и что-то читал.

Элеонора захлопнула за собой дверь ногой, попытавшись все-таки сделать это как можно тише, и, пройдя к большом письменному столу, положила поднос. На улице уже было темно, и свет в комнате казался совсем тусклым.

— Наброски для эссе по литературе, — объяснила девушка, увидев в руках парня листочки с многочисленными зачеркиваниями и непонятыми вставками, которые она приписывала после повторного прочтения написанного. Понять все, что написано, могла только она. На этот раз сочинение было на тему «Любовь: награда или наказание?».

— Знаешь, когда начала писать, поняла, что не могу привести в пример ни одного произведения, где отображена история счастливой любви. Пришлось брать примеры невозможных и невзаимных чувств, — поделилась своими мыслями Элеонора. — Ризотто - тебе, все остальное - пополам.

— Родители не удивились, когда ты вынесла столько еды? — взглянув на поднос с едой, спросил Тео. Убрав со стола все бумажки и учебники, девушка положила тарелку с ризотто перед Тео, а сама забрала тосты с сыром и уселась на свою кровать.

— Возможно, они подумали, что я сошла с ума, — хмыкнула Нора и, побледнев, резко встала с кровати. Заперев дверь, она со спокойной душой вернулась обратно на своё место.

— Не подозрительно то, что ты заперлась в комнате? — спросил парень, наслаждаясь ужином. Конечно, он ничего не просил, но был счастлив, что Элеонора не оставила его голодным.

— Скажу, что переодевалась. Они редко ломятся в мою комнату, обычно зовут к себе. Брат - другое дело, но его нет дома.

— Ты, кажется, собиралась мне обьяснить, почему прячешь меня от родителей, — напомнил Тео, Элеонора стала делать вид, что совершенно не понимает его.

— Элеонора, — настойчиво сказал он. Элеонора положила ладонь на свой лоб, закрыла глаза и с измученным выражением лица пробормотала:

— Кажется, у меня температура поднялась.

— Из-за моего вопроса? — усмехнулся он, отвлекшись от еды, несмотря на то, что пару секунд назад во всю уплетал вкусный ужин, приготовленный мамой Элеоноры.

— Ох, нет, из-за твоего присутствия, — помахав кистью руки перед своим лицом, весело пролепетала Элеонора и звонко рассмеялась.

— Я все ещё жду, — с серьёзностью произнёс Тео, и девушка поняла, что её отвлекающий манёвр ничуть не сработал.

— Помнишь, газету с фотографией из парка аттракционов? Дедушка Уильям, человек, который жить не может без газет, увидел эту фотографию. Потом он показал её моей маме, убеждая её в том, что на фотографии я. Мне надо было как-то исправить ситуацию, поэтому я сказала, что это ты и твоя новая девушка.

— А сказать правду - худший вариант, не так ли?

— Если бы сказала правду, родители поняли бы, что я встречаюсь с тобой втайне от них, — Элеонора понимала, что её поведение за последние несколько месяцев самое глупое за всю её жизнь.

— Я знаю, что сама все запутала, но я все исправлю. Дай мне ещё немного времени, — с невинным выражением лица попросила Элеонора.

— А у меня разве есть другой вариант? — тень улыбки коснулась его губ, и счастливая девушка подбежала к нему и, нагнувшись, крепко-крепко обняла. — А теперь главный вопрос: как я смогу покинуть квартиру, не попавшись твоим родителям?

— С этим могут возникнуть определённые проблемы, — прошептала девушка ему на ухо, продолжая обнимать его со спины.

***

— Я пойду на разведку. Сиди тут, — сказала девушку и усмехнулась. — Ой, я забыла, ты же никуда и не можешь пойти.

— Все, благодаря тебе, — улыбнувшись, ответил парень.

Приоткрыв дверь, Элеонора выглянула наружу и, убедившись в том, что никого поблизости нет, вышла из комнаты. Родители уже собирались лечь спать, и девушка успела у них спросить, когда вернётся Джованни. Ответ их нисколечко её не удивил: он вернётся поздно. Девушка пожелала родителям «спокойной ночи» и поспешила вернуться в свою комнату.

— Кажется, тебе придётся переночевать у меня, — прошептала она, боясь, что родители что-нибудь услышат. С включённым в гостиной телевизоре дела обстояли получше.

— Только не говори, что ты заставишь меня спать на полу, — жалобно произнёс Тео, взглянув девушке в глаза.

— Тебе повезло, что у меня двуспальная кровать, — ответила Нора и увидела ответную ухмылку. — Но ты, конечно, можешь спать на полу. Я не настаиваю.

— Я все же предпочитаю кровать, — ответил он.

Переодевшись в ванной комнате в пижаму, Элеонора вернулась в свою комнату и быстро нырнула под одеяло. Она обожала те первые сладкие минуты, когда ты ложишься в прохладную постель и укутываешься в одеяло. От блаженства она закрыла глаза и натянула одеяло до самого подбородка.

— Лучшее ощущение за весь день, — промычала она, прикрывая глаза. В очередной раз открыв глаза, она увидела, что парень расстёгивает пуговицы на своей рубашке, обнажая крепкие грудные мышцы.

— Что ты делаешь? — удивлённо спросила она, понимая в душе, что совсем не против такого зрелища. Тем не менее её слишком стеснительная натура решила, что не может сидеть с закрытым ртом.

— Она помнётся, если я лягу спать в ней, — совершенно спокойно ответил парень и, сняв рубашку, сложил её и положил на стул.

— Верно... — пролепетала Элеонора, отводя взгляд. В тот момент она сильно жалела о том, что не была одной из своих одноклассниц, которые могли бы спокойно пялиться на парня, прибавляя ещё и лестные комментарии. В её мыслях было только одно: «Как же хорош этот парень, который с недавних пор зовётся моим».

Парень улёгся на кровать, и Элеонора неохотно поделилась с ним одеялом. Почему-то ей стало ужасно жарко, и она стала подумывать над тем, чтобы открыть окно.

— Раз уж мы проведём вместе ночь, я хочу задать тебе несколько вопросов. Только пообещай, что будешь отвечать честно, — улёгшись на бок, произнёс Тео. Девушка сдвинулась на самый край кровати, чтобы быть как можно дальше от него.

— Ладно, я больше люблю отвечать на вопросы, чем задавать их.

— Ты первый человек, который так говорит, — смотря девушке в глаза, сказал Тео. Элеонора только смущённо отвела взгляд.

— Ты когда-нибудь влюблялась? — парень нарушил тишину в тёмной комнате, которая освещалась лишь фарами машин, проезжающих у дома, и тусклыми огоньками уличных фонарей. Темнота была по-особенному уютной, только глаза двоих выделялись на безликом фоне.

— Ты серьёзно взялся за дело, да? — удивлённо спросила девушка, которая не ожидала, что самый первый вопрос окажется настолько личным.

— Мне просто интересно, — мечтательно произнёс Тео, лёг на спину и откинул голову назад. Он смотрел в самый обычный белый потолок, но казалось, что он видел там нечто совершенно необыкновенное. Склонив голову набок, он посмотрел на Элеонору, которая так внимательно и с обожанием за ним наблюдала, Тео хотел напомнить ей о том, что она обещала с честностью отвечать на вопросы, а не уклоняться от них.

— Только однажды... Я училась в младших классах в то время. У меня был одноклассник, его звали Алекс... У него были необыкновенные голубые глаза. Я была в него влюблена. По-детски. А ему нравилась девочка, которую я терпеть не могла. Последней каплей было то, что он стал просить у меня советы, чтобы ей понравиться. Мы поссорились и с той девчонкой, и с ним. Через 2 года он переехал в другой город. «Прошла любовь, завяли помидоры» или как там говорится, — рассказала девушка. — А ты влюблялся?

— Ты ведь говорила, что больше любишь отвечать на вопросы, а не задавать их, — подловил Тео и лёг на бок, чтобы ему было легче ловить эмоции на лице девушки.

— Считай, что ты особенный, раз мне хочется задать тебе вопрос, — девушка улыбнулась и опёрлась щекой на ладонь сложённой в локте руки.

— Я влюблён на данный момент... В одну маленькую девочку, которая боится рассказать своим родителям о наших с ней отношениях, — с наигранной сердитостью сказал Тео и придвинулся поближе к девушке. Она лежала на самом краю, потеряв возможность сдвинуться ещё на чуть-чуть. — Может быть, она просто не чувствует того же, что и я...

— Так, ещё немного и я упаду! — не выдержав, воскликнула Элеонора и сразу же прикрыла рот рукой, она совсем забыла о том, что в соседней комнате спят её родители.

— А кто тебя заставляет двигаться? — недоуменно спросил парень и усмехнулся. — Здесь полно места.

Сказав это, он раскрыл свои объятия и поманил девушку к себе. Элеонора округлила глаза, посчитав этот жест весьма наглым, но почему-то небольшой соблазн (возможно, и не небольшой) она испытывала.

— Если ты пообещаешь мне, что я не попаду в ад за то, что буду лежать в объятиях полуголого парня в своей комнате в тайне от родителей, которые лежат в соседней комнате... То окей, давай обниматься, — с серьёзностью сказала Нора, но, увидев встревоженное лицо Тео, дала понять парню, что это была всего лишь шутка.

— Какая часть была шуткой? — напряжённо спросил Тео.

— Враньё, конечно, тот ещё грешок, но за объятия ад вряд ли обеспечен, — улыбнувшись, сказала она, чтобы успокоить парня. Ее семья была религиозной, но не доходила до абсурдности в своём стремлении ей соответствовать.

— И я так думаю, — Тео улыбнулся в ответ, и, когда Элеонора положила голову ему на грудь, он с радостью её обнял. — Ты веришь в ад... в рай?

— Да, — не колеблясь, ответила Элеонора. — А ты разве нет?

— Я предпочитаю не верить, — прошептал он с какой-то горечью в голосе. Элеонора нахмурилась и стала осмысливать его ответ.

— Предпочитаешь? — после минутной паузы спросила она. Она выросла с пониманием того, что Бог на свете есть, будучи даже малышкой не сомневалась в этом, а теперь была полностью уверена в истинности существования Творца.

— Если ад и рай существуют, то я, несомненно, уже давно получил свой билет до преисподней. Поэтому я предпочитаю не верить в это, чтобы спокойно прожить свою жизнь, — прижимая девушку к себе, задумчиво произнёс парень. После встречи с Элеонорой он в очередной раз убедился в том, что противоположности притягиваются. Совсем невинная девушка, которая сторонится всего безнравственного, и парень, который всю жизнь подкреплял себя идеей «в этой жизни всё надо попробовать», а впоследствие пытающийся изменить себя и свою жизнь.

— Не хочу совсем уходить в религию, но ты ведь знаешь, что Бог все прощает. Нет ничего такого, чего Бог не смог простить, — Элеонора постаралась быть ненавязчивой, но все же попыталась донести до парня главную жизненную истину.

— В последний раз я был в церкви... На свадьбе своего брата, кажется.

— Не обязательно идти в церковь, чтобы Бог тебя услышал, — произнесла Элеонора в тишине, и услышала родительские голоса за стеной. — Скажи, что мне показалось...

— Мне солгать? — прикусив губу, произнёс Тео.

Элеонора

Я не могла контролировать бешеный стук сердца. С осторожностью покинув кровать, я подошла к двери и стала прислушиваться. Папа разговаривал по телефону с братцем, он спрашивал, когда тот вернётся домой. С облегчением я выдохнула воздух, накопившийся в лёгких, закрыла глаза и восстановила нормальное сердцебиение.

Тео все это время внимательно наблюдал за мной, я уже не могла видеть его глаз в темноте, но была уверена, что он размышляет о том, что лучше бы мне рассказать родителям о наших отношениях. И я с ним полностью согласна.

Я открыла окно, чтобы проветрить помещение, и легла в постель. Тео придвинулся ко мне, и я сразу же почувствовала тепло его тела.

— Все в порядке? — спросил он и уткнулся губами в моё оголенное плечо. Почувствовав нежное прикосновение, я ощутила, что мои щёки стали гореть так, будто у меня началась лихорадка. «Любовная лихорадка», — пролетела в голове мысль, и мне стало ужасно смешно.

— Да, — с трудом выдавила я, взглянув в его глаза. Как и всегда, во мне началась настоящая гражданская война. Одна часть меня твердила: «Эй, тебе не кажется, что ты слишком многое ему позволяешь? Как тебе только не стыдно лежать с ним в одной постели! Что сделают твои родители, если узнают?», а другая мурлыкала что-то наподобие: «Ох, как же приятно! Только попробуй сделать ему замечание!»

— Чего ты боишься больше всего? — спросил Тео, и я вспомнила про наш небольшой опрос, который прервали родители. Я задумалась. Чего я боюсь? Многого.

— Больше всего? Потерять кого-то из близких, даже не в плане смерти, а просто потерять, перестать общаться, видеться. Я очень плохо переживаю такое, — призналась я. — Ещё я очень боюсь наделать ошибок, потому что не являюсь тем человеком, который живёт по принципу «учись на своих ошибках». Да, конечно, этот принцип совсем не плохой, но я знаю, что буду до конца своих дней терзать себя сожалениями. Я до сих пор жалею о том, что в 1 классе не поставила на место Перл Джордж и о том, что бросила бальные танцы, о том, что начала общаться с Густаво только потому, что мне не хотелось разбивать сердце парню. И ничего из этого я не могу забыть. Это самое ужасное.

— Ты боишься, что я стану твоей ошибкой? — спросил он, заставив меня задуматься. У меня даже в мыслях такого не было, но, когда он произнёс это, я вдруг поняла, что Тео в чем-то прав.

— Нет... Я надеюсь, что нет. Может быть, тебе кажется, что в моем возрасте никто серьёзно не подходит к отношениям, но я не такая. Для меня это все серьёзно. Даже слишком. Мне лишь сложно свыкнуться с тем, что теперь есть «мы». Почти 18 лет была только «я». Последние года 4 все девушки только и говорили о своих замечательных парнях, о всякой романтической чепухе. Когда спрашивали у меня про парня, я отвечала, что одна, а в ответа получала выражение лица а-ля «быть тобой отстой». Честно, я никогда не понимала, зачем вообще нужен парень. Мне и одной было хорошо. Да и я не представляла, что с кем-то познакомлюсь, потому что почти никуда не хожу, а если и хожу, то только с мамой. И вдруг я иду на приём к своему врачу... Дальше ты историю знаешь. Честно говоря, я сильно удивилась тому, что ты стал проявлять знаки внимания. Для меня это было дико, так как никто в открытую со мной не пытался сблизиться. Все делали это исподтишка и с глупыми намёками.

— Видишь, я особенный, — с лёгкой улыбкой на губах произнёс Тео.

— Да, особенный, — пролепетала я, понимая, что, возможно, это был самый идеальный момент для первого поцелуя. Но куда уж там. Я села и начала кашлять.

— Я испортила очень романтический момент, — усмехнулась, откашлявшись; я уселась по-турецки, было понятно, что этой ночью мы спать не будем.

— Ты мастер портить момент, — усевшись рядом со мной, засмеялся Тео. Должно быть, он имел ввиду тот момент на колесе обозрения или тот вечер, когда мы стали парой. Я испортила много классных моментов, поэтому не понимала, какой именно он имеет ввиду.

— А теперь можно поподробнее про Густаво, — Тео постарался сказать это как можно более ненавязчиво, но получилось у него как-то ревностно.

— Ты только это запомнил? — засмеявшись, спросила я. Тео кивнул.

— Мне было лет 14. Мы вернулись в Италию на летние каникулы спустя долгое время. Оказалось, что и моя дальняя родственница, с которой мы очень хорошо общались, тоже проводила время в нашем городке. Она была знакома с тремя парнями... Один из них Бенвенуто, мальчик-огонь и мой ровесник, у него были голубые глаза и рыжеватые волосы, он любил гладить Роберту по голове, что было весьма странно, ещё он просто обожал здороваться, наверное, это из-за значения его имени. Другой парень - Модесто, он был старше нас с Робертой на 2 года. Он держался особняком и, насколько было известно, был уже давно влюблён в Роберту. Третьим был Густаво, как ты, должно быть, догадался. Он был на год старше меня. Такой стеснительный мальчишка с причёской в стиле «горшок». Мы с Робертой гуляли по городу и встретили их, постаравшись от них избавиться, мы поплелись к заброшенному детскому саду. Они пошли за нами. Пока Бенвенуто гонялся за Робертой, мы с Густаво стояли в стороне и наблюдали за тем, как парень-огонь пытался забрать у моей подруги телефон. А отнимал он телефон для того, чтобы заполучить мой номер, так как я сказала, что итальянского номера у меня нет. Так как Густаво был стеснительным, то мой номер за него добывал Бенвенуто. После этого мне пришлось недолго общаться с Густаво, я почти что была вынуждена, но он мне совсем не нравился. Но это даже не самое худшее. Я почему-то уверена, что половина моего города обсуждала то, что мы ходили с парнями в то место, где обычно проводили время влюблённые парочки. В нашем городе сплетни распространяются очень быстро.

— Моя тактика оказалась куда лучше, верно? Я почти что принудил тебя стать моей девушкой, — усмехнулся Тео, выслушав всю это историю. Я думала, что он заснёт, слушая этот бред.

— Если бы я не захотела, то у тебя вряд ли бы что-то вышло, — подметила я.

— Значит, ты тот тип девушек, которые боятся показать свои чувства?

— Я тот тип девушек, которые либо совсем не показывают своих чувств, либо полностью им отдаются, — смотря ему в глаза, произнесла я и поняла, что это и являлось самым моим большим страхом. Я боялась, что мне просто снесет крышу от любви, если я не буду себя контролировать.