Глава 5

       Когда мы вернулись домой, мама позвала меня на кухню, и мне сразу же стало ясно, что она хочет разузнать у меня все подробности.

       Смотрю на маму: она стоит передо мной, опершись на стол, нерешительно на меня смотрит. Я понимаю, что она не знает, с чего следует начать. Я никогда особо с парнями не дружила, поэтому эта ситуация в новинку для нас обеих.

— Как ты провела день? — спрашивает она и усаживается на стул, я сижу на стуле перед ней. Мама нервничает, я сразу же подмечаю это.

— Он подарил мне это, — говорю я и протягиваю руку, чтобы мама могла разглядеть браслет, — Я была против подарков, но он очень сильно настаивал.

— Вы ведь только недавно познакомились. Тебе не следовала принимать подарок. Да и это не обычная безделушка!

— Я знаю, мам. Я сказала, что не могу принять, а он начал настаивать. Спорить было бы некрасиво, — честно говорю я, смотрю маме в глаза: она мне верит.

— Мало ли на чем он будет настаивать! — раздраженно говорит мама, и я напрягаюсь.

— Мам! — останавливаю её я и продолжаю свой рассказ: — Мы поехали кататься на коньках... Он научил меня. Я не так уж и безнадёжна, оказывается! И почему вы меня не научили в детстве? Он мне сначала даже не поверил, что я не умею.

— С этим все понятно, но какой он? В разговоре с нами он был очень тактичным, предельно вежливым, воспитанным.

       Я улыбаюсь, вспоминаю его взгляд:

— Он заботливый... Джентельмен...Умный...Веселый... Да и лицом матушка-природа его не обделила, — задумчиво говорю я: перед глазами момент, когда он завязывал мне шнурки, изредка подглядывая на меня из-под длинных пушистых ресниц.

— Он тебе сильно нравится, — утверждает мама как-то грустно. Мама боится, что кто-нибудь разобьёт моё сердце, я понимаю. Я и сама этого боюсь, но не сидеть же мне вечно в клетке.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что ты улыбаешься от одной мысли о нем, — шепчет мама, и я понимаю, что она права.

— Ну, мам! — смущённо говорю я, закрываю лицо руками и снова улыбаюсь. Неужели моё лицо так сильно выдает мои чувства?

— Что мам-то? Я сама была влюблена, знаю, что это такое не понаслышке! — восторженно говорит мама. — Но мы с твоим отцом начали с обычной дружбой!

Ясно, к чему она вела разговор. Дружба. Френдзона, как говорят в наше время.

— Как получится, — в шутку говорю я, мама недовольно на меня смотрит, встаёт со стула и, подойдя ко мне, начинает меня щекотать. Только не это!

— Мама! Не надо! — смеясь, отбиваюсь я от мамы. — Я же шучу!

— Как получится, да? Как получится? — злорадствует мама и продолжат меня щекотать. Все заканчивается тем, что я едва ли не падаю со стула.

— Я понимаю, что из-за всего этого ты витаешь в облаках, но твоя голова всегда должна быть на месте. Я доверяю тебе, не разочаруй меня, — серьезно наставляет меня мама, обнимает и целует.

— Не разочарую, обещаю.

       Ложусь спать в 11, засыпаю только к часу, потому что не могу выкинуть из головы Тео. Я привыкла анализировать перед сном то, что произошло, а из-за мистера Мейсона материала намного больше обычного. Судьба, она такая, крутит жизнью, как хочет. Живёшь себе унылой жизнью, и вдруг в твоей жизни появляется человек, который способен изменить все. Я уверена в том, что все уже изменилось.

       Утром я просыпаюсь ужасно счастливая. Такого со мной давно не было. Мне всего 18, но меня уже давно ничем не удивить. Единственный человек, который меня удивляет, это Тео. Больше всего он меня удивил тем, что появился в моей жизни.

       Когда умываюсь, замечаю в зеркале своё счастливое лицо: счастливый человек всегда выглядит красивее печального, в этом я уверена. Перед тем как пойти на завтрак, надеваю очки, чтобы чувствовать себя комфортнее.

— Доброе утро, — здороваюсь я с родными, оказавшись на кухне.

— Налей мне сока, сестричка! — завидев меня, командует Джон и подаёт мне стакан. Я пару секунд гневно смотрю на него, потом все-таки выполняю его просьбу, чтобы не начинать разборки с утра пораньше. Мне, конечно, не трудно, но предположим, что меня нет дома, он пить вообще не будет? Даже элементарные вещи не может сам делать. Ему ведь 25 скоро! Интересно, Тео такой же? Хотя какая мне разница, я с ним под одной крышей не живу, а братика мне ещё долго терпеть.

       На завтрак мама приготовила мои любимые брокколи с сыром, которые не любит брат. Значит, мне больше достанется, ибо Джованни ест почти все, что существует. Ему повезло, что у него быстрый обмен веществ, и он не превратился в слона.

— Это кто? — спрашивает брат, я поворачиваю голову и вижу у него в руках мой телефон. Заглянув в экран, я вижу сообщение от 🌚: «Доброе утро».

— Габби, — сразу же выпаливаю я и забираю у брата телефон. Ненавижу. когда. трогают. мой. телефон.

       Джованни смотрит на меня с недоверием, но ничего не говорит. Надо будет уговорить маму поговорить с ним, сама я за это не возьмусь. Трудно будет скрывать от него общение с Мейсоном. Если узнает, убьет. Ох, ещё одна проблема на мою голову.

       Я быстро доедаю свой завтрак и возвращаюсь в свою комнату, чтобы ответить на сообщение. Все-таки это чертовски мило, что он каждый день пишет мне «доброе утро», завтра надо будет первой написать, а то как-то не очень получается. Мне впервые не будет неловко писать первой. Отправив ему ответ, я довольная ложусь на свою кровать и утыкаюсь взглядом в потолок.

       В четверг, в 15:43, входящий звонок от Тео. Послушав пару секунд свой рингтон Hotline Bling, беру трубку:

— Привет, — говорит он, и я, едва услышав его голос, млею. Господи, почему у него такой секси голос? Говорит простое «привет», но звучит совсем не просто.

— Привет, — живенько отвечаю я, уткнувшись в свою неделю в ежедневнике. На каникулах дел всегда негусто, неинтересно даже заполнять все это дело.

— Ты бы хотела пойти со мной на свидание? — говорит Тео.

— Что? — спрашиваю я, подумав, что мне послышалось. Мало ли, у меня такое бывало, но не по теме свиданий, конечно.

— Ты бы хотела пойти со мной на свидание? В пятницу вечером, — повторяет он, и я начинаю тупить. Он только что пригласил меня на свидание? Чертов Тео Мейсон, доктор, красавец и джентельмен, пригласил меня, ботанку, лентяйку, малолетку, на свидание? Что? Мир окончательно сошёл с ума? Тогда я согласна вместе с ним сойти с ума.

— Да, согласна, — отвечаю я и выдыхаю. О, мой Бог!

***

— Мам! — как ненормальная кричу я и бегу на кухню, где обычно "обитает" моя мама. Папа и брат уже вышли на работу, а у мамы последний праздничный день.

— Не кричи так! Что случилось? — мама сердится, она не любит, когда мы с братом начинаем орать друг другу из разных комнат. Я и разговариваю очень громко, наверное, дело в том, что я итальянка, у нас это в крови.

— Мам... Меня пригласили на свидание! — восторженно говорю я и плюхаюсь на диванчик. Мама удивленно смотрит на меня.

— С кем это? — спрашивает она, прищурив глаза. Одновременно она продолжает нарезать овощи для супа.

— Так много тех, с кем я могла бы пойти? — хмыкаю я. — С Тео Ромео!

— Ромео потому, что он романтик? — непонимающе спрашивает мама.

— Ох, нет! Это мамито у него изволила назвать сына в честь своего любимого шекспировского персонажа. Хорошо, что вы не решили экспериментировать с моим именем.

— Не повезло мальчику, — мама смеётся, намекая на то, что миссис Мейсон немного странная. Я с ней не знакома, но надеюсь, что она женщина приятная, вдруг придётся с ней познакомиться.

— Ага, мальчик! Они с твоим сыном прямо-таки мальчики.

— Кстати об этом. Когда ты собираешься рассказать брату? Если он узнает об этом сам, то тебе не жить, — напоминает мама, и на меня накатывает волна страха. Он придушит меня. Ох, ещё начнёт выпендриваться насчёт того, что нос сломает любому, кто посмеет с его сестрой отношения заводить.

— Я тоже об этом думала... Хотела тебя попросить... Может ты найдёшь подход, чтобы все не закончилось плачевно для меня? — медленно подбираюсь я к главному.

— Если только твой отец составит мне компанию, — отвечает мама. Даже она боится реакции брата! Братик - настоящий тиран с самого детства.

— Разберёмся позже с этим... Что мне завтра надеть? — оглашаю я свою постоянную проблему.

— Думай сама, тебе 18 в следующем месяце, — говорит мама, пытаясь от меня избавиться.

— Ну, мам. Я иду на сви-да-ни-е!

— Мозги завтра чтобы на месте были! — предупреждает мама, сверкая глазами. Она будет мне это каждый божий раз говорить!

— Я их никогда дома и не оставляю, — бубню я. — Что насчёт моего дня рождения?

— Если найдёшь бюджетное место, то организуем в ресторане, — отвечает мама. С бюджетом у нас всегда туго, на роскошь денег никогда не хватает. Да и компания терпит убытки.

— Я на следующей неделе начну уже искать.

— Можешь попросить своего приятеля, чтобы он отвозил тебя, если далеко.

— Мам, он не мой личный водитель, — недовольно бубню я и иду в свою комнату. Почему все мамы такие? Я понимаю, что она хочет лучшего для меня, но не могу же я злоупотреблять общением с кем-то.

***

— Завтра собираемся у Чака в бильярд поиграть. Пойдешь? — спрашивает Кристофер во время обеда с братом. Кристофер привык питаться у Тео, потому что у того есть кухарка, которая замечательно готовит.

— Нет, я занят, — спокойно отвечает Тео, не желая выдавать всех подробностей.

— Чем? Если не ошибаюсь, то завтра у тебя ещё один отпускной день, — с любопытством спрашивает Крис.

— У меня свидание, — коротко говорит Тео и продолжает есть. Кристофер корчит удивлённую гримасу.

— Неужели? Я думал, что ты полностью принадлежишь работе, — усмехнулся Крис. — Помню, каким ты был несколько лет назад... Верни мне моего веселого братца. Ты стал слишком скучным!

— Я приложил огромные усилия, чтобы закончить университет и найти работу. Не хочу оказаться снова там, где был, — утихомиривает брата Тео с серьёзностью в глазах. Ему действительно пришлось приложить немало усилий, чтобы добиться того, чего он достиг.

— I took a pill in Ibiza... — напевает Кристофер (прим. Mike Posner), — Ивиса по тебе скучает, чувак!

— Уверен, что Ивисе вполне хватает тебя.

— Вернемся к твоему свиданию. Кто эта телка? — в своей небрежной манере спрашивает Кристофер. Он никогда не обладал деликатностью и капелькой уважения к противоположному полу.

— Девушка, а не телка. Телки на ферме, Крис, — поправляет Тео, Крис приподнимает бровь от удивления.

— Что-то новенькое, Теодорчик! У тебя к ней типа чувства? Как её зовут?

— Она мне нравится. Элеонора, — мягко произносит Тео, предвкушая предстоящую встречу. Она нравится чуть больше, чем просто нравится.

— Ну, ты даёшь! — начал смеяться Кристофер, Тео удивленно взглянул на брата.

— Я сказал что-то смешное?

— Мы недавно с Гретой мультфильм смотрели. Знаешь, Элвин и бурундуки. Так там был один пухлый бурундук, которого звали Теодор, он мутил с одной пухлой бурундушкой по имени Элеонора, — смеясь, говорит Кристофер.

— Ну, ты и придурок, — усмехаясь, отвечает Теодор. — Тебе скоро 30-ка, а мозги, как у ребёнка.

— Да, так и есть, — скривив лицо, бормочет Кристофер. Два брата-близнеца, которые полные противоположности друг друга, это про Кайла и Кристофера. — В вопросах о возрасте... Сколько лет твоей тёл... девушке?

— Ей через месяц будет 18, — настороженно говорит Тео, понимая, что его старшего брата начнёт откровенно бомбить по этому поводу.

— Так ты и в прошлый раз говорил о ней! Ох, эти школьницы! Они столько всего умеют! — сказав это, Кристофер начинает самодовольно ухмыляться.

— Когда это? Заткнись, она не из таких, — прерывает брата Тео, зная о похождениях Криса со студентками.

— Ты однажды говорил, что некоторые девушки в 18 умнее Патрисии. Ты говорил не о нашей сестре, а о своей Элеоноре!

— Она ещё не моя, так что не распространяйся об этом.

— Ещё... Да ты реально запал на малолетку!

— Заткнись, Кристофер, — немного шутливо затыкает Тео брата, при этом задумавшись над его словами.

***

       Оказавшись в своей комнате, я вытаскиваю из выдвижного ящика письменного стола свой ежедневник. Открываю и просматриваю текущую неделю, понимая, что мои рождественские каникулы скрашивает только Тео. Когда я пролистываю несколько страниц, мой взгляд падает на коллекцию наклеек, где красуется надпись «Date» (Пер. свидание). Не думала, что я воспользуюсь этой наклейкой в ближайшие 100 лет.

       Меня никогда не приглашали на свидания. Было много тех, кто подавал мне тайные знаки, пытался пообщаться со мной, но никто не осмеливался позвать меня куда-то. Хотя я бы отказалась, но самооценку бы мне это немного подняло. Недоступная, как крепость в горах. Это про меня. Но как можно устоять перед офигенным Мейсоном? Он же гребанный идеал. Я знаю, что такие парни обычно бабники и вообще козлы, но... Такое ощущение, что моя бабская сущность жаждет страданий.

       Отправив родителей и брата утром на работу, я сразу же написала Габи, чтобы она помогла мне выбрать наряд. У меня нет женственной одежды. Мой шкаф заполняют джинсы, свитера и футболки. В шкафу только две юбки - они для школы. Ситуация критическая, потому что идти на свидание в одежде пацана не хочется.

Элеонора: «А может надеть ту рубашку из Mango в тонкую черно-белую полоску? и чёрные брюки»

Габриэла: «Не, слишком официально(»

Элеонора: «Мне Ариана платье подарила ещё в прошлом году, ни разу его не носила. Кажется, оно подойдёт»

Габриэла: «Сфоткай конечный look»

Элеонора: «О'кей»

Элеонора: «Благо мама хоть ботильоны разрешила купить осенью, а то я бы как «модница» пошла бы в кроссовках»

Габриэла: «Крутые;) Иди и разбомби доктора своего! »

Элеонора: «Он не мой, а ведь жаль(»

Габриэла: «Он может стать твоим, если захочешь ;) »

Элеонора: «С ним будет слишком много хлопот, каждая девушка будет ухлёстывать за ним. Оно мне надо?»

Габриэла: «Ты мне так и не показала его фото, не верится, что существует такой человек, которого ты описываешь»

Элеонора: «Откуда я тебе его фото достану?) Поищи на сайте Офтальмо клиники»

Габриэла: «Отличная идея ;) »

       После обеда я начала готовиться к предстоящему свиданию. На макияж ушёл целый час, хотя я себя особо даже не штукатурила, как это сейчас модно. Потом я долго одевалась, крутилась у зеркала, поправляла волосы, которые я просто выпрямила, потому что они от природы вились. Когда прозвенел звонок, сердце ушло в пятки.

       Выхожу из дома и вижу чёрную машину, которая постоянно пребывает в идеальном состоянии. Ни разу не видела эту машину грязной или в пыли, хотя в Лондоне почти каждый день бывают дожди. Тео ценит эту машину и постоянно ухаживает за ней, думаю, что это хорошее качество. Подхожу к машине, открываю дверь и вижу на сиденье розовую пионы. Откуда он узнал? Мои любимые цветы.

— Привет, — робко говорю я, беру букет на руки и сажусь. Ощущение будто эти цветы не мне. Цветы мне дарила только родня и то редко.

— Привет, — здоровается он и спрашивает. — Нравится?

— Да, очень! Это мои любимые цветы, — хмурясь, отвечаю я. Сначала привёз мне столько шоколада моего любимого, теперь цветы... Как у него это получается?

— Видишь, как я угадал, — самодовольно говорит он и вытаскивает из кармана пальто небольшую коробочку. Это ещё что? О, новый шарм на браслет?

— Колесо обозрения? — спрашиваю я, увидев шарм. Я каталась на нем лишь раз в своей жизни, и это было лет 10 назад.

— Скажем так: это наша конечная станция, — загадочно отвечает Тео. — Ты ведь не боишься высоты?

— Нет, — говорю я, чувствуя, что он вложил в свой вопрос больше восклицания. У меня складывается ощущение, что он отлично меня знает, только непонятно, откуда.

       Мы приехали в ресторан, который сразу же показался мне уж слишком люксовым для такой личности как я. В подобном месте я была дважды: это были свадьбы наших элитных родственников, с которыми мы виделись только на таких мероприятиях. У нас забрали пальто, провели к нашему столику и усадили. Посмотрела я направо, потом налево и немного перепугалась. Куда я попала? Надеюсь, что давняя шутка про 100 видов столовых приборов не воплотиться в реальность. Неужели Тео заработал свои деньги собственным трудом? Ему всего 26, работает первый год. Так откуда у него столько денег, чтобы водить девушек в такие рестораны?

— Этот цвет тебе к лицу, — делает комплимент Тео моему платью, и я смущаюсь, как последняя идиотка. На нем простая белая рубашка, которая идеально на нем сидит: будто на заказ сшита. Я замечаю его часы, которые, уверена, стоят уйму денег, хоть я в этом особо и не разбираюсь. Тут до меня доходит кое-что: я связалась не с обычным среднестатистическим врачом. Может быть кто-нибудь бы обрадовалась тому, что их потенциальный парень богат, но не я. Богатые предки не захотят видеть рядом с ним такую, как я. Это немного портит моё настроение.

— Куда ты решила поступить? — спрашивает Тео, пока мы ожидаем нашего заказа. Как ему сказать, что я ещё не решила?

— Ещё не знаю, буду подавать документы сразу в несколько университетов. Направления я выбрала самые разные: начиная от психологии и заканчивая дизайном интерьера.

— В Англии или заграницей?

— Только Лондон, — отвечаю я коротко, и замечаю, как на меня пялиться какая-то девушка, сидящая недалеко от нас.

— Оксфорд не рассматриваешь? — спрашивает он. Ага, конечно. Правую или левую почку мне следует продать, чтобы туда поступить?

— У моих родителей нет таких денег. Да и далеко меня отпускать никто не собирается. Пару лет назад я сказала родителям, что хочу учиться в Италии, мама с братом меня чуть не прибили. — признаюсь я. — Да и с чего ты взял, что я настолько умна, чтобы поступить в Оксфорд?

— Я всегда подмечаю умных людей, — улыбнувшись, говорит он. — Почему Италия? Там есть место, где ты бы хотела учиться?

— Не совсем. Мне бы хотелось жить и учиться у себя на Родине, — честно отвечаю я. — А где ты учился?

— В Оксфорде.

Не успеваю я ничего сказать, как мне приходит сообщение от Габриэлы. Чтобы не выглядеть как зависимый от Интернета человек, я прошу меня извинить и иду в уборную.

Габриэла: «Ты знаешь, чей сынок твой Тео?!»

Элеонора: «О чем ты?»

Габриэла: «Я зашла на сайт клиники, нашла его! Он офигенно красивый! Потом я загуглила его имечко... Его папуля в списке Форбс. У мамули свой благотворительный фонд и она - светская персона, один брат - адвокат, другой - прожигатель жизни, сестра - твоя ровесница и у неё почти миллион подписчиков в инстаграме. Тео Мейсон - часть золотой молодежи:|»

Элеонора: «Знаешь, что все это значит?»

Габриэла: «То, что тебе очень повезло?»

Элеонора: «Нет, это значит, что между нами огромная пропасть, и у наших отношений абсолютно нет будущего»

Габриэла: «Ой, не будь пессимисткой. Может у вас любовь-морковь закрутится, он женится на тебе, и ты станешь почти принцессой»

Элеонора: «Почти принцессой?»

Габриэла: «У его папы какой-то королевский титул. Его предки были крутыми перцами:)»

Элеонора: «Ты поиздеваться решила?»

Габриэла: «Эм, я не шучу. В гугле почитай :D»

Элеонора: «Ладно, мне пора. Пойду делать вид, что мое настроение не упало ниже плинтуса»

       Почему он не мог оказаться обычным врачом? Нет, надо было оказаться сыном какого-то миллиардера с королевским титулом! Кажется, связываться с ним было не лучшей моей идеей.

       Освежив лицо холодной водой, я вернулась к нашему столику и села.

— Все хорошо? — спрашивает Тео как-то настороженно. Почему он спрашивает?

— Да, вполне, — как можно спокойнее отвечаю я. Сначала оплатил моё дорогое лекарство, потом эти подарки, этот ресторан... Оксфорд! Почему я раньше об этом не думала?

— У тебя испуганное лицо, — хмурясь, говорит он. Смотрю на его лицо и таю. Жизнь несправедлива.

— Все в порядке, — вру я и утыкаюсь взглядом в свою тарелку. Зачем я ему сдалась? За ним наверняка куча девушек бегает, бери - не хочу.

       Сначала атмосфера достаточно напряженная из-за того, что я с натяжкой участвую в беседе с Тео. Не из-за того, что мне не нравится разговаривать с ним, а потому, что я думаю о том, что мне слишком сильно нравится человек, с которым у меня никогда ничего не будет. Тео нашёл нужный подход. Он стал меня смешить, и я расслабилась, позабыв обо всем. Господи, в этом ресторане еда просто божественная! Никогда не ела ничего вкуснее! Мейсон напоминает мне мою бабушку, которая всегда пытается меня накормить до отвалу. После ужина мы уселись в машину и решили покататься по вечернему городу.

       На дороге образовалась ужасная пробка, которая не позволяла проехать ни одной машине. Оказалось, что столпотворение произошло из-за крупной аварии. Кажется, мы застряли здесь надолго.

— У меня идея, — говорит Тео, хитро улыбаясь. — Нам ведь надо как-то развлечь себя до того, как проблему решат.

— И какая? — улыбаясь, говорю я и с любопытством наблюдаю за Тео.

— Я задаю общие вопросы, каждый из нас записывает ответ на листочек. Посмотрим, какие у нас есть общие интересы.

— Бумагу мы вряд ли найдём, но вот телефон есть у каждого.

— Тогда начнём! Любимый фильм? Набираем сообщения и отправляем друг другу одновременно. Набрала?

Я печатаю «1+1. Неприкасаемые». Мы одновременно отправляем сообщения друг другу, и я вижу то же самое название от него. Не может такого быть!

— Как так? — удивленно спрашиваю я, показываю ему сообщение. — Ты знал?

— Не знал. Так трудно поверить, что это и мой любимый фильм тоже? — убеждает меня он, но мне с трудом удаётся ему поверить.

— Какую музыку предпочитаешь слушать?

Печатаю на телефоне «Любую», отодвинувшись как можно дальше и удостоверившись, что в окне ничего не отсвечивает, по сигналу отправляю. Приходит в то же мгновенье ответ «Самую разнообразную». Оу, Тео у нас такой же меломан, как и я. Значит, он не осудит мой звонок от Drake.

— Любимый цвет?

Печатаю сразу три названия: красный, синий, белый. Отправляем по сигналу, и мне приходят те же самые цвета! Это шутка какая-то?

— Такого быть не может! — возмущённо выпаливаю я. Это невозможно.

— Почему же? — непонимающе спрашивает он меня, как-то самодовольно. — Думала, что у нас ничего общего не может быть?

— Вообще-то так и думала, — говорю я с честностью, смотрю ему в глаза и глубоко вздыхаю.

       Затем он задает еще несколько вопросов, ответы на которые у нас совпадают в 8/10 случаев. Возможно, мы не такие уж и разные.

       Через некоторое время дорога снова стала свободной, и мы поехали к London Eye. Смеркалось. Было довольно прохладно, и я была рада, что надела своё тёплое пальто. Людей было много, но при этом их присутствие вовсе не ощущалось. Я чувствовала себя так, будто я в каком-то пузыре, словно я ограждена от внешнего шума. Потому что я шла с Тео.

       Оказавшись внутри кабинки-капсулы, я поняла, что мы почему-то одни. Может он какой-то крутой билет купил, чтобы кроме нас никто не заходил? В других кабинках по 10-15 человек, а мы одни. Рискованный поступок для такой трусихи, как я. Небо окрасилось в оранжевый, который постепенно переходил в фиолетовый. Колесо двигалось медленно, оно должно было совершить оборот, который продлиться целых 30 минут.

— Какая красота! — восхищённое говорю я. При других обстоятельствах я вытащила бы свой телефон и сфотографировала вид, но не в этот раз. Я хочу насладиться этим моментом и ни с кем не делиться. Сколько себя ни помню, я была влюблена в небо.

— Согласен.

Тео подходит ближе, наблюдает за небом, а потом смотрит на меня. Небо намного красивее меня, так зачем на меня смотреть? Я делаю вид, что не замечаю его взгляда, но боковым зрением слежу за его действиями. Он наблюдает за мной словно с каким-то восхищением, и мне становится не по себе. Не удержавшись, я отвлекаюсь от неба и вечернего Лондона, чтобы взглянуть на Тео.

— Не смотри на меня так, — смущённо шепчу я, которой чуждо такое внимание.

— Как так? — Тео притворяется удивлённым, именно притворяется, что заметно по намечающейся улыбке на его лице.

— Все ты знаешь! — ворчу я. — Вот так!

Я подхожу к нему ближе, между нами примерно сантиметр-два, вытягиваю шею и копирую его взгляд. Он только улыбается и делает вид, что готов рассмеяться.

— Закат намного красивее меня, так что смотри на небо лучше, — недовольно ворчу я, скрестив руки на груди.

— Ошибаешься, — говорит Тео, и я чувствую как кровь приливает к моему лицу.

— Не говори этого! — снова ворчу я. Сколько можно меня смущать?!

— Почему? Ты не любишь комплименты?

— Не люблю.

— Ты действительно очень красивая, — с неподдельной искренностью говорит Тео, но я все равно ему не верю.

— Кажется, тебе нужно записаться на прием к офтальмологу, — отшучиваюсь я, он смеётся, но не перестает разглядывать меня как картину в музее.

       Гневно смотрю на него: Тео смотрит мне в глаза, потом опускает взгляд на мои губы. Черт. Нет. Только не это. Он слегка наклоняет голову, и я понимаю его намерения. Широко раскрыв глаза, я смотрю на него, потом смотрю на вечерний Лондон, сердце бешено колотится.

— О, Господи! Это Биг Бен? — громко говорю я и отхожу как можно дальше от него. Тео выглядит обескураженным.

       Биг Бен? Серьезно? Почему я сказала именно Биг Бен? Да каждому туристу известно, что это именно Биг Бен. Ладно, пора все исправить, хотя как можно исправить то, что я выставила себя полной дурой?

— Да, это он, — нахмурившись, говорит Тео, на его лице написано, что он немного ошеломлён. Мне кажется или я сказала «Биг Бег» слишком громко? Господи, только не говорите, что я заорала.

— Ну, конечно это он! Никогда не видела его с такого ракурса, — натянув улыбку, я притворяюсь дурочкой. Ненавижу притворяться дурочкой.

       Колесо обозрения совершает единичный оборот, и мы выходим из капсулы. Когда проходим через толпу, меня кто-то толкает в плечо, и я, потеряв равновесие, чуть не падаю, но Тео успевает схватить меня под руку и не даёт упасть. Когда он ставит меня на ноги, я благодарно смотрю на него:

— Спасибо, — подняв на него глаза, говорю я. Но в мыслях я ругаю себя за то, что была невнимательна, и за последний час успела выставить себя неуклюжей идиоткой. Лучшее мое достижение.

— Не стоит благодарности, — улыбаясь, отвечает он. — Кажется, мне лучше держать тебе за руку... Чтобы такого больше не произошло.

— За руку? Меня? У меня все отлично с координацией! — обидевшись, ворчу я. За руку он меня взять решил. Пф.

— Ладно-ладно, не кипятись, — Тео усмехается и выставляет руки вперёд, будто защищаясь.

— Я спокойна, — гордо подняв голову, я прохожу к машине и сажусь внутрь.

— Ну, да. Спокойна как кипящий чайник, — шепчет себе под нос Тео и усмехается, я делаю тоже самое.

       Нормальный человек, оказавшись дома, снимает обувь, верхнюю одежду, потом переодевается, но я - совсем другое дело. Я вижу, что свет в гостиной включён: это значит, что родители уже дома.

— Мам, пап, привет! — мимолётом бросаю я и бегу в свою комнату в уличной обуви. Главное, чтобы мама меня не поймала, иначе убьет.

       Пробравшись в комнату брата, я забираю ноутбук и бегу к себе. Сажусь на свою кровать, даже не включив свет в комнате, открываю ноутбук, набираю пароль и открываю браузер. Итак, «Теодор Мейсон». Самая первая ссылка - сайт моей клиники. Прочитав статью о нем, я понимаю, что он большое исключение для клиники, потому что он слишком молод, чтобы уже быть лечащим врачом. Парень подаёт большие надежды. Я, конечно, не собираюсь поступать на врача, даже если мне будут угрожать пистолетом, но понимаю, что это очень востребованная и важная профессия. Уважаю я врачей, но при этом жутко их боюсь.

       Следующие несколько ссылок объясняют восторженные сообщения Габриэллы. Как же я не люблю богатеньких деток. Рождаются на всём готовом и ведут себя так, будто вся планета принадлежит им. В Тео я ничего такого не заметила, но его сестра... На фотографиях она выглядит чересчур высокомерной. Эдакая гламурная цыпочка с сумочкой Hermes из новой коллекции. Может у меня нет денег, чтобы позволить себе нечто подобное, но я прекрасно знаю, сколько стоят такие вещи. В картинках вижу множество фотографий Тео с разными девушками на светских мероприятиях, но быстро закрываю их, потому что они меня раздражают. Родители у него выглядят вполне доброжелательно, по-моему, Тео очень похож на свою мать. Марсела, так ее зовут, очень красивая и эффектная. Отец у него тоже очень привлекательный мужчина, у него потрясающие голубые глаза. Далее я вижу фотографию братьев-близнецов, выглядят одинаково, а выражения лиц совсем разные: тот, что справа, Кристофер, самодовольный и дерзкий, слева, Кайл, доброжелательный и милый.

       Закончив с фотографиями Мейсонов, я вижу фото какого-то замка, читаю надпись под фото «Фамильный замок рода Мейсонов». Это шутка какая-то? Фамильный замок? Фамильный звучит не так плохо, как замок. У его семьи есть замок? Сейчас существуют люди, у которых есть замок? Они там не живут: уже хорошо. Черт подери, у них есть замок.

— Элеонора, почему ты в уличной обуви и в пальто?! — слышится возглас мамы, и я подпрыгиваю от удивления. Господи, эта женщина всегда появляется словно какой-то призрак!

— Пардон, сейчас пойду и сниму... Только вот закончу с кое-каким делом, — облизав пересохшие губы, я продолжаю листать сайт со статьёй про Мейсонов, не обращая внимания на маму.

— Элеонора! — восклицает мама и подходит ко мне. — Что это ты смотришь?

— Ох, мама, я, кажется, влипла, — больно закусив губу, шепчу я.

— Что? Что случилось? — встревоженно спрашивает мама, продолжая смотреть на экран ноутбука.

— Скажу всего три слова. Фамильный замок Мейсонов, — я открываю фотографию замка и показываю матери.

— Однофамильцы Тео? — спокойно спрашивает она. Наивная.

— Неа, фамильный замок семьи Тео, — говорю я и поворачиваюсь лицом к маме. Она удивленно смотрит на меня, хмурит брови и открывает рот, чтобы что-то сказать, но снова закрывает его. Не хватает только тревожной музыки из сериалов, когда заканчивается очередная серия на интригующем моменте.

— Ты не говорила, что он потомок каких-то аристократов, — вдруг говорит мама. Ага, а я будто знала об этом.

— Не говорила, потому что не знала. Но гугл сумел просветить меня в этом вопросе.

— Я, конечно, говорила, что собираюсь выдать тебя замуж за принца, но не настолько же буквально, — пожимая плечами, произносит мама и включает свет в комнате: я щурюсь, как вампир.

— Почему все сводится к замужеству? Мы просто общаемся. Нет ничего такого. Да и вообще... Я ему не пара, — закрываю все ссылки на ноутбуке, удаляю историю, чтобы брат ничего не увидел, и выключаю ноутбук.

— Знаешь что? Я дочь растила не для того, чтобы кто-то с ней просто общался и питал её пустыми надеждами. Для общения у тебя есть одноклассники.

— Да какие тут надежды, мама? Тут даже надежде нет места, — расстроенно произношу я и, встав с места, направляюсь в прихожую, чтобы снять обувь и пальто.

— Ты не будешь ничего есть, Нора? — кричит мама с кухни, когда я, уже переодевшись, лежу на своей кровати.

— Нет, я не голодна, — говорю я кислым голосом, на душе скребут кошки.

— Элеонора!

— Я не голодна! — кричу я, чтобы мама меня услышала. Через минуту она появляется на пороге моей комнаты.

— Завтра расскажешь, как вы провели день? — спрашивает она, понимая, что сегодня я точно ни о чем говорить не хочу.

— Да, — с натянутой улыбкой отвечаю я, и мама уходит, закрыв за собой дверь.

       Вряд ли я смогу заснуть. Конечно, я потрясающе провела этот день. Даже небольшие стычки мне понравились. И Тео... Он такой... Даже слово подобрать не могу. Он слишком хорош собой. Слишком хорош для меня. Но меня терзает кое-что изнутри. Это чувство - мой внутренний демон, который не даёт мне спокойно жить. Знаете, что это за чувство? Ощущение того, что я не достаточно хороша. Я ненавижу себя за то, что недостаточно хороша для чего-либо или кого-либо. По-моему, люди называют это комплексом неполноценности. Говорят, что для подростков это типично, но мне скоро 18, а конца этому ощущению нет. Иногда я вижу в зеркале девчонку, которая мне очень нравится, мне кажется, что она симпатичная, а иногда я просто ненавижу своё отражение.

       Утром я чувствовала себя ужасно, потому что не сомкнула ночью глаз. К тому же меня посещали мысли о том, что осталось пару дней до начала школьных дней. Финишная прямая. Мы уже нашли мне репетиторов по математике и французскому, они должны подготовить меня к экзаменам. Впереди очень напряженные месяцы. Когда вспоминаю о школе, хочется просто зарыдать. Поскорее бы эта пытка закончилась!

       На предстоящей неделе я должна найти место для проведения дня рождения, поэтому все выходные я провела дома, листая сайты в интернете в поисках чего-то подходящего. Цена должна быть разумная, месторасположение удобное, обстановка подходящая. Надо решить ещё один вопрос: с кем я буду праздновать. Либо я приглашу туда родню, которой немало, и Габриэллу, свою лучшую подругу, либо я позову своих школьных друзей и братьев, сестёр. По правде говоря, я люблю свою родню на расстоянии. Семья дяди Армандо - одно дело, другое дело - все наши итальянские родственники. Они невыносимы. А когда мне задают вопрос: «У такой красавицы жених уже есть?», мне хочется вскрыть себе вены. В детстве спрашивали: «Кого любишь больше: маму или папу?», а сейчас вот этот вопрос. Однажды одна наша знакомая, итальянка, рекламировала мне своего племянника, а потом сказала:«Ох, как хорошо будет! Породнимся!». У меня глаза тогда на лоб полезли. Мне было 14-15 лет на тот момент, но я до сих пор не переношу, когда меня с кем-то сводят.

— Элеонора, одевайся, пойдешь со мной в продуктовый!

— Зачем? — заныла я, потому что удобно расположилась на диване в обнимку со своим телефоном.

— Поможешь мне с вещами.

— Пусть Джованни идёт с тобой, у него силёнок побольше! — стала ворчать я и тыкать брата в бок. Медведь даже не пошевелился.

— Элеонора с радостью пойдёт, мам! — брат улыбнулся маме и с силой столкнул меня с дивана, одарив убийственным взглядом а-ля тебя-ждут-проблемы. Этот придурок уже давно разрушил мою психику постоянными угрозами. У меня даже была идея вернуться в наш маленький город в Италии, выйти замуж и распрощаться с братом. Может эта идея не так уж и плоха?

       Едва мы с мамой вышли за дверь, я поняла, почему она так сильно хотела, чтобы я пошла с ней.

— Ты мне обещала рассказать о вчерашнем вечере! — напомнила она мне, и я непроизвольно закатила глаза. — Элеонора!

— В глаз что-то попало! — соврала я и часто заморгала глаза, пытаясь подтвердить слова.

— Какая же ты хитрая! — мама засмеялась и поцеловала меня в лоб. Сколько бы мы с ней не ссорились, я её обожаю.

— Интересно, в кого я такая хитрая? — подняв брови, проговорила я и бросила на неё хитрый взгляд. Она ведь перехитрила меня, чтобы выманить с собой в магазин.

— Так, не уходи от темы. Рассказывай.

— Сначала мы поехали в ресторан. Еда там просто замечательная! Пальчики оближешь! — я заметила прищуренный взгляд мамы. — Но ты готовишь в сто раз лучше! Это я говорю, самый привередливый человек на свете. Потом мы катались в центре города. Закат мы встречали на колесе обозрения. Оттуда потрясающий вид!

— О чем вы говорили?

— О многом. О моем выборе будущей профессии, о наших любимых фильмах, о... О разном в общем, — смущённо проговорила я, вспомнив его неудавшуюся попытку меня поцеловать. Ни разу за свои 18 лет ни с кем не целовалась. Для 21 века это полный отстой.

— Ты должна обдумать все перед тем, как снова с ним увидеться. Он слишком красив, слишком богат... Все в нем слишком.

— Ты тоже считаешь, что он слишком хорош для меня? — прошептала я, на глаза нахлынули непрошеные слезы, которые мне с трудом удавалось сдержать.

— Конечно же нет! Просто за всей этой его идеальностью может скрываться что-то... Ты должна быть осторожна. Не впускай его в своё сердце, пока не будешь в нем уверена.

— Боюсь, что я уже впустила его в своё сердце, — дрожащим голосом произнесла я, и увидела в глазах матери тревогу.