Глава 4

       Заканчивалась последняя учебная неделя перед рождественскими каникулами. Пятничное утро ничем не отличалось от остальных будних дней, только настроение было иное: праздничное и предвещающее двухнедельный отдых.

       Школа была украшена разноцветными гирляндами, маленькими и большими елочками, которые были заранее украшены учителями и учениками, с потолка свисали звездочки и тряпичные ангелочки. На четвёртом этаже расположился победитель конкурса «Самая креативная ёлка»: огромная ель, сделанная из одноразовых стаканчиков зеленого и белого цвета, к слову, это сооружение было создано выпускным классом, и несколько раз переделывалось.

       Учебный день у Элеоноры начался с весьма нудного урока литературы и должен был закончиться уроком английского языка. Во время перемен по школьному радио звучали рождественские песни, которые сразу же создавали праздничное настроение и у студентов, и у учителей. Такое настроение не располагало к освоению учебного материала, поэтому, смирившись с этим фактом, учителя решились сделать уроки тематическими в этот самый день. Вместо урока физкультуры студентов вывели на улицу подышать свежим воздухом и погулять по территории школы, на уроке истории учительница рассказывала о зарождении праздника, на английском языке ученики обсуждали, как празднуется Рождество в различных странах.

       Когда занятия закончились, учителя пожелали студентам хорошо провести праздники и ни в коем случае не забывать об учебе, но кто бы стал их слушать? Наскоро одевшись в школьной раздевалке, все студенты старались поскорее покинуть школу, словно их выпускали на волю, освобождали от каторжного труда.

       Попрощавшись с Селеной и Лили, Габриэлла с Элеонорой пошагали в сторону небольшой стоянки рядом со школой, где Габи ждал её старший брат – Дамьен.

— Мы можем тебя отвести, — предложила Габриэлла, подойдя к машине. Она понимала, что еще долго не сможет увидеться с подругой, потому что живёт слишком далеко.

— Нет, не надо. Я лучше пешочком! Желаю тебе веселого Рождества, — Элеонора улыбнулась, ненадолго задумалась и, обняв подругу, поспешила к тому место, где её должен был ждать Мейсон. Убрав замершие ладони в карманы, она стала оглядываться по сторонам, чтобы проверить, не видит ли её кто. Она поделилась с подругами скудными подробностями о своих отношениях с Тео и уж тем более она не рассказала им про то, что он каждый день отвозит её домой.

На углу стояла чёрная машина Тео, которая как и всегда была в идеальном состоянии, несмотря на всю городскую пыль и дожди. Снова оглядевшись, Элеонора осторожно открыла дверь машины и уселась на переднее сиденье.

— Привет, — улыбнувшись, произнесла она и отбросила тяжелую школьную сумку на заднее сиденье.

— Привет, как день прошёл? — улыбаясь глазами, спросил Тео. Его внимательные глаза изучали лицо Элеоноры, он пытался понять, о чем она думает.

— Неплохо, во всяком случае, лучше, чем остальные дни этого учебного года, — честно призналась она, смотря в ореховые глаза парня. Она не любила отвечать односложно, потому что чаще всего такой ответ обижал людей.

— А как твой день прошёл? — спросила девушка, стараясь поддержать разговор.

— Сегодня я помогал своему профессору провести операцию, было интересно, — ответил парень, заводя мотор автомобиля.

— Да, должно быть, интересно, — согласилась она, хотя медицина никогда её не интересовала. Родители предлагали ей стать стоматологом, но она категорически была против, потому что такие вещи не рекомендуются слабонервным людям.

       Смотря на красивый профиль, Элеонора тихо восхищалась, но тут у неё в голове возник вопрос:

— Тео, а ты британец? То есть... Ммм... Ты не совсем похож, — с любопытством проговорила девушка.

— Только наполовину, моя мама - испанка, — нахмурившись, проговорил Тео. Он до сих пор не помирился со своей матерью.

— У тебя, должно быть, очень интересный характер, — задумавшись, сказала Элеонора и снова посмотрела на Тео.

— Надо у моей родни спросить, — ненадолго взглянув на девушку, сказал Мейсон и снова вернулся к дороге. Да, характер у него всегда был несладкий.

— Я живу в Лондоне уже больше 14 лет, успела изучить британцев. Они полная противоположность испанцев. Как лёд и пламя, — сказала Элеонора, если бы Тео не был на половину британцем, то она бы добавила, что англичане очень педантичны, скрытны и сдержанны. Другое дело - испанцы, они очень схожи с итальянцами, поэтому Элеонора чаще всего отлично с ними ладила.

— Это верно, но, если ты познакомишься с моими родителями, поймешь, что иногда бывает все наоборот, — криво улыбнувшись, сказал Мейсон.

— Спасибо, что подвёз меня, — искреннее поблагодарила Элеонора, когда они очутились перед её домом. Теперь она не мёрзла по пути домой, так ещё и ехала в очень приятной компании.

— Не за что, — Тео улыбнулся и вспомнил кое о чем, — Я с семьей на время рождественских каникул улетаю в Австрию, как вернемся, напишу.

— Да, хорошо. Желаю тебе и твоей семье отлично провести Рождество, — Элеонора улыбнулась, несмотря на то, что она погрустнела из-за того, что не сможет видеться с ним целых две недели. Знакомы всего ничего, а Тео уже стал важной частью её жизни. В этом была проблема Норы: она слишком быстро привязывалась к людям.

— И вам, — Тео тоже улыбнулся, но немного натянуто: ему бы хотелось забрать её с собой. Но от одной это мысли он вздрогнул, он не имел никакого права куда-либо ее забирать.

       Элеонора дождалась, пока Мейсон уедет, осмотрелась в поисках автомобиля брата и, не обнаружив её, довольная зашла в дом.

       На следующий день Эмилия попросила дочь помочь ей упаковать подарки, но та отказалась, ссылаясь на то, что занята чтением книги. На самом деле она лежала на своей кровати, слушала музыку и думала о нем. Все её мысли были заняты одним только человеком. Из-за этого ей стало страшно. Страшно оттого, что она, кажется, влюбляется, и непонятно до сих пор к чему ведут их отношения. Элеонора молилась, чтобы все не закончилось плачевно для неё. Слишком уж сильно она рискует, к тому же она до сих пор не рассказала родителям о нем. А если родители узнают об этом сами, то ситуация повернётся в наихудшую сторону.

***

— Помочь вам с чемоданами? — спросил Себастьян, смотрящий за домом в Австрии во время отсутствия хозяев. Сразу же к семье Мейсон подошла Тереза, юная дочь Себастьяна, которая помогала отцу.

— Я приготовила комнаты к вашему приезду, — осведомила она и сразу смутилась, поймав на себе взгляды Криса и Тео. Опустив глаза, она постаралась вернуть самообладание. Отец ей не говорил, что у хозяев есть такие сыновья.

— Хорошо, — сухо ответила миссис Мейсон, взглянув на худенькую девушку, у которой светлые волосы были заплетены в косу, а наивные зеленые глаза выдавали возраст. Ей было не больше 19 лет.

— Нет, спасибо, — улыбнувшись Себастьяну, Тео и Кристофер не позволили помощнику забрать их чемоданы, они не считали это нужным, так как сами были в состоянии понести свои вещи. Марсела напротив вручила свои огромные чемоданы Себастьяну и пошла к дому с надменным лицом.

       Дом был в идеальном порядке, потому что Себастьян жил в этом доме в течение всего года, следя за порядком; помогала ему Тереза, его жена, круглолицая и добрая женщина, которая занималась уборкой и готовкой. Мейсоны любили помогать людям, устраивали благотворительные вечера, помогали детским домам, поэтому Себастьян с женой и дочерью получили не только кров, но и заработок. Они жили в этом доме в течение 8 долгих лет, а их дочь, закончив школу, тоже присоединилась к ним.

       Братья отнесли свои вещи в комнаты, а потом принялись играть в настольный футбол. На следующий день они собирались пойти покататься на лыжах, не зря же приехали. Каждое Рождество они проводили в своём австрийском доме, это стало традицией, которую никто не хотел нарушать, потому что все члены семьи любили покататься на лыжах и сноубордах.

      Марсела стояла у окна в своей комнате и наслаждалась снежным видом. Найдя свою жену в спальне, мистер Мейсон не сдержался, чтобы не высказать своё мнение:

— Зря ты так с ним поступаешь, — встревоженно произнёс он, переживая за сына. — Вы совсем недавно помирились, зачем же снова все портить?

— Я долго унижалась перед это семьей, чтобы они простили Тео за его некрасивый поступок. Я сделаю все, чтобы они были вместе, — строго и беспрекословно сказала Марсела, даже не повернувшись к мужу.

— Зачем же ты унижалась? Он взрослый парень, может он сам выберет себе девушку? — уже строже сказал Ричард, потянув жену за руку, чтобы та удосужилась смотреть ему в лицо.

— Что он понимает в этом? Патрисия красива, её семья имеет огромное влияние. Да, интеллектуальные способности у нее не на высоте, но ее  достоинства все перекрывают. Это отличный вариант для Тео. Он будет благодарить меня через несколько лет, — Марсела по-настоящему верила в это, поэтому готова была приложить все свои усилия для достижения цели. — Они приедут к нам завтра вечером. Эти две недели, проведённые под одной крышей, помогут им сблизиться.

— Я тебя предупредил, если потом Тео не захочет иметь с тобой ничего общего, не жалуйся и не бей ногами по полу, — сказав это, мистер Мейсон оставил жену в комнате и присоединился к сыновьям.

Вечер следующего дня

       Семья Мейсон собралась за ужином после увлекательного дня, Кристофер и Тео катались на сноубордах вместе с Беатрис, а Ричард с Марселой на лыжах. Дом был уже украшен к Рождеству, до которого оставалось всего два дня.

       Во главе стола сидел Ричард, мысли которого были заняты предстоящим скандалом, Марсела, напротив, с нетерпением ждала приезда Патрисии и её семьи, сыновья обсуждали минувший день, не подозревая о предстоящем «сюрпризе», только Беатриса ещё не присоединилась к родным.

       Она стояла на открытом балконе и разговаривала с подругой по телефону, наблюдая за красивым пейзажем: небо было темно-синее и усыпанное тысячами ярких звёзд, снег красиво блестел под ночным светом. Но все вдруг омрачилось, когда она заметила, что появились неожиданные гости.

— Трис? Ты меня слушаешь? — удивленно спросила подружка, не услышав ответа на свой вопрос.

— О, кажется, надвигается буря...— круглив глаза, произнесла Беатриса.

— Какая ещё буря? Снежная? — не поняв подругу, снова спросила Кейтлин. Она испугалась, потому что восприняла все буквально.

— Лучше бы снежная... Буря Патрисия надвигается. Кажется, мама решила испортить брату каникулы. Ладно, я пошла, — быстро произнесла Беатриса, отложила телефон и побежала в столовую, где ужинали члены её семьи.

       Зайдя в комнату, она не знала, что сказать, открыла рот, чтобы что-то произнести, но потом передумала, потом снова, но, собравшись с мыслями, буркнула:

— Что тут делает Патрисия?!

— Патрисия? — подняв брови, произнёс Тео от ужаса и сразу же взглянул на мать. — Это ты её пригласила?

— Кто ещё? Кроме меня никто не заботится о твоём благополучии, — высокомерно ответила она, веря в собственные слова.

— Благополучие? Какое здесь может быть благополучие? Ты подсовываешь мне эту девушку, потому что у неё богатые и влиятельные родители. Ты думаешь, я женюсь на деньгах и статусе? Никогда, слышишь? Никогда, я не женюсь на ней, — прорычал Тео и резко встал из-за стола. Бросив на мать сердитый взгляд, он вытащил телефон и позвонил своему другу:

— Брюс, достань мне билеты любым возможным и невозможным способом. Я собираюсь вернуться в Лондон, — рявкнул он со злостью и убрал телефон. В этот момент в дом вошла Патрисия со своей семьёй.

       Оглядев всю семью, Тео снова взглянуть на мать:

— Ты никуда не уедешь! — прорычала она, резко встав из-за стола.

— Уедет, оставь парня в покое! — строго сказал мистер Мейсон, ударил рукой по столу и одарил жену гневным взглядом. — Ты добилась своего.

— Я останусь в отеле, а потом вернусь в Лондон, — напоследок осведомив родных, Тео взял свою куртку и спустился на первый этаж. Увидев Патрисию и её семью, он коротко произнёс «Добрый вечер!» и, обойдя их, вышел из дома. Патрисия ничего не поняла, только нахмурила округлые брови и, фыркнув, потопала наверх, чтобы все узнать.

— Скоро ведь Рождество... Тео впервые не будет праздновать с нами, — расстроившись, сказала Беатриса и тоже встала из-за стола. — У меня пропал аппетит.

— И у меня, — бросив на мать негодующий взгляд, сказал Кристофер и ушёл из столовой следом за сестрой.

— Я разочаровываюсь в тебе все больше и больше, — спокойно проговорит мистер Мейсон, но остался за столом, чтобы не оставить жену одну: несмотря на то, что её поступки ему совсем не нравились, он продолжал её любить. Марсела молчала, но как только в столовую вошла Патрисия, она улыбнулась и принята своё обычное выражение лицо.

— Куда ушёл Тео? Я так по нему соскучилась, а он ушёл, — опечаленно сказала Патрисия, здороваясь с Марселой.

— У него появились срочные дела, он возвращается в Лондон, — солгала миссис Мейсон, обняв девушку.

— Ах, как жаль! А я так хотела провести с ним эти каникулы! — в своих словах Патрисия была очень искренна, ей очень нравился Тео.

— В другой раз, — вздохнув, пролепетала Марсела и принялась здороваться с родителями Патрисии.

***

       Разомкнув глаза рождественским утром, Элеонора сразу же поспешила встать с кровати. Несмотря на то, что у неё даже голова закружилась от столь резкого скачка, она все равно побежала в гостиную. Как маленький ребёнок, она хотела поскорее открыть свой подарок! В Рождество каждому хочется почувствовать себя ребёнком, даже самым взрослым.

       Родители и брат ещё спали. Элеонора постаралась бесшумно проникнуть в гостиную, но ей этого не удалось сделать, так как она ударилась ногой о кофейный столик и застонала от неприятной боли. Оправившись, она подошла к невысокой елочке и стала искать под ней подарки, но ничего не нашла.

— Родители ведь ещё не проснулись, чтобы положить подарки, — отругала она сама себя, театрально ударив себя по лбу. В недовольстве выставив нижнюю губу вперёд, она рассерженно взглянула на ёлку и гордо потопала на кухню, чтобы утешить себя чашечкой тёплого чая.

       Из родительской спальни послушались голоса, поэтому для поддержания атмосферы Элеонора забрала кружку чая к себе в комнату, чтобы родители не поняли, что она уже проснулась. Девушка уселась на свою кровать, подложив под себя ноги и уставилась в окно. Её глаза заблестели от восторга: на улице шёл снег. В Лондоне снег выпадает крайне редко, поэтому жителей такая погода всегда очень удивляет.

       Нора неуклюже встала с постели, положила чашку чая на подоконник и уставилась в окно. Крыши домов, машины, тротуары и деревья — все было покрыто пушистым снегом. Наверное, кто-то бы выбежал на улицу играть в снежки, но у Элеоноры не было соседей, с которыми она могла немного поиграть, поэтому она так и осталась стоять у окна и тихо радоваться снегу.

       Через несколько минут дверь в её комнату открылась, и вошла Эмилия. Удивленно взглянув на пустую постель, она обратилась к дочери:

— Неужели ты так рано проснулась? — сказала она, а потом заметила кружку чая на подоконнике. — И чай себе заварила.

— С Рождеством, мама! — Элеонора улыбнулась и бросилась обнимать маму, чтобы напомнить ей о празднике. Уж слишком сильно раннее пробуждение дочери удивило её.

— С Рождеством, Нора, — поцеловав дочь в макушку, сказала Эмилия. — А к ёлке ты уже ходила?

— Неа, — соврала Элеонора, хитро улыбнувшись. — Но сейчас пойду.

***

       Тео провёл Рождество вместе с семьёй Кайла и малышкой Гретой, которая временно была на их попечении. В сочельник они поужинали все вместе, посмеялись над забавными историями из жизни, а рождественским утром стали дарить друг другу подарки.

— Фто это? — нахмурив светлые бровки, пробормотала Грета, когда Тео вручил ей подарок в красивой блестящей обертке. Она потрясла подарок, приложила к уху и сделала озадаченное лицо.

— Давай я помогу тебе открыть, — улыбнувшись, сказал Тео и протянул руки к малышке, чтобы забрать подарок.

— Я сама! — буркнула она и оттолкнула руку Тео своей маленькой пухлой ладошкой.

— Ладно-ладно, — защищаясь, проговорил Тео и засмеялся её серьёзному тону. Грете только недавно исполнилось два годика, но она уже была очень самостоятельной.

Повозившись с оберткой, она, наконец, смогла открыть подарок. На лицо златовласой малышки появилось разочарование.

— Это фтоооооо? — закричала она, вытащив из коробки сложенный лист бумаги. Малышка уже собиралась заплакать, но Тео поспешил её успокоить:

— Это карта! Она поможет нам найти твой подарок! — объяснил он малышки. — Пойдём искать?

— Дя, — завизжала она, её глаза снова заблестели от радости. Тео подмигнул старшему брату и пошагал за малышкой, которая с серьёзным выражением лица следовала за стрелкой на красочной карте.

***

       Открыв маленькую коробочку, Элеонора обнаружила в ней золотую цепочку с именной подвеской.

— Какая красота! — радостно воскликнула она, вытащив из коробки цепочку. — Поможешь мне?

Забрав у дочери цепочку, Эмилия помогла ей с замком. Цепочка специально была короткой, чтобы красиво подчёркивать изящные ключицы девушки. Элеонора провела кончиками пальцев по подвеске и благодарно посмотрела на родителей.

— Спасибо! — она улыбнулась и кинулась обнимать родителей.

***

— Тео! Колобка двигается! — испугавшись, пролепетала Грета и сделала пару шагов назад.

— Эй, не бойся, — успокоил он малышку, потом подошёл к большой красивой коробке, крышка которой была отодвинута. — Смотри, кто это!

Опустив руки в коробку, Тео вытащил оттуда белого котенка с дымчатыми ушками и хвостом, глаза у него были небесно-голубые, а сам он помещался в ладони парня. На шее котенка красовался голубая бабочка под цвет глаз.

— Котик! — хлопая в ладоши, Грета стала подпрыгивать и смеяться. Тео опустил котенка на пол, и Грета смелыми шагами подошла к пушистому зверьку и принялась гладить его голову.

— Нравится? — улыбаясь, спросил Тео. Он помнил, что пару месяцев назад малышка увидела по телевизору котенка и захотела себе такого же.

— Дя, он такой холосый! — она стояла на коленях и гладила котенка по животу, тот довольно мурчал и подставлял голову под ласки. — Спасибо!

Поцеловав малышку в макушку, он вернулся в гостиную к Кайлу и Женевьеве.

— Кошачий лоток сам чистить будешь! — толкнув брата в бок, шутливо проговорил Кайл.

— Ничего не обещаю, — пожимая плечами, ответил Тео.

***

       Я лежала на своей кровати и перечитывала одну из своих любимых книг — «Великий Гетсби». Финал, конечно, мог бы быть менее драматичным, но стиль написания и сюжет восхищали меня. Я - человек, который лучше будет перечитывать старое, чем возьмётся за новое. Это относится ко всему. Мне не нравятся эксперименты.

       Мы собирались съездить всей семьёй к дяде Армандо, и я была этому рада, потому что успела соскучиться по нему и его семье. Дойдя до 7 главы, я загнула уголок страницы и заставила себя отложить книгу. День клонился к вечеру. Я встала с постели и подошла к гардеробу, чтобы выбрать себе наряд, хотелось одеться по-праздничному, но в итоге комфортная одежда победила в этом споре.

       Я прошла в ванную комнату, которая, к счастью, была свободна, и, положив телефон на стиральную машину, принялась краситься. Плеер на телефоне заиграл, и ванная комната наполнилась песнями из нового альбома Троя Сивана, к которым я пристрастилась сравнительно недавно. Мне захотелось нарисовать тонкие стрелки, и я надеялась, что мне удастся это сделать, не используя целую пачку ватных палочек. На самом интересном моменте, когда мне надо было ровно провести линию, зазвонил мой телефон, звук на котором, оказывается, был установлен на максимум. Я вздрогнула, и линия получилась почти до уха. И кто этот смельчак, который позвонил мне в такой ответственный момент? Кому-то сейчас влетит по первое число!

— Алло, — раздраженно произнесла я в трубку, даже не взглянув на имя того, кто позвонил. Кто бы это ни был, ему не поздоровиться.

— Элеонора? — недоверчиво спросил низкий мужской голос, который я сразу же узнала; он, наверное, подумал, что это опять моя мама взяла трубку. — С Рождеством!

— И тебя с Рождеством! — прощебетала я, совсем забыв о том, что собиралась наехать за стрелку до ушей. Какая я все-таки тряпка!

— У тебя есть на сегодня какие-то планы? — спросил он, но сразу же добавил, будто спохватившись, — Ох, хотя у кого нет планов на такой день?

— Вечером мы собираемся поехать к семье моего дяди, у меня примерно 3 часа свободного времени, — рассказала я, одновременно стирая ваткой неудавшуюся стрелку. Неужели он хочет позвать меня куда-то? Он разве не в Австрии сейчас должен быть? Ладно, при встрече спрошу.

— Может увидимся? Я могу заехать за тобой через минут 15, — предложил он, и я сразу же согласилась, потому что отказать такому парню нереально. Осталось только что-то соврать маме. А может ей правду рассказать? Сегодня же Рождество, она должна быть в хорошем настроении. Думаю, что лучшего момента мне не найти. Но что я скажу ей? Кто он для меня?

— Мам, — с милой улыбкой проговорила я, обняв маму. Она готовила моё любимое печенье! Может сегодняшний день обойдется без всяких неприятных инцидентов?

— Дай угадай: тебе что-то от меня надо, — прищурив глаза, сказала мама. Она словно насквозь меня видит! Или это потому, что я ласковая только тогда, когда мне что-то надо? Я по своей сути человек, который не любит и не может проявлять какие-то нежные чувства, поэтому чаще всего я кажусь людям совершенно равнодушной.

— Мне надо тебе кое-что рассказать... Только обещай, что не убьешь меня, — театрально закрывшись руками, произнесла я и встретила обеспокоенный взгляд мамы. Она меня точно убьет.

— Обещаю, — с некой толикой сарказма серьезно сказала она и стала дожидаться моего чистосердечного признания. У меня появилось сильное желание передумать. Может не стоит пока ничего говорить? Ох, господи, дай мне сил!

— Ладно... Эм... Даже не знаю с чего начать, — уставившись в пол, прошептала я. Мама рассерженно посмотрела на меня: она не любила, когда я мямлила или тянула «резину», хотя и она частенько рассказывала долгие предыстории прежде, чем перейти к главному.

— У меня появился один друг... Эм... Можно я погуляю с ним немного перед тем, как мы поедем к дяде Армандо? — на одном дыхании выпалила я, лицо мамы не изменилось: она ещё больше нахмурилась.

— Какой ещё друг? Почему я о нем только сейчас узнаю? Он из твоей школы? Как его зовут? Кто его родители? — стала спрашивать мама, вводя меня в ступор. Я не удивилась вопросам: мама любила составлять анкету на всех, с кем я общаюсь.

— Такой вот друг. Нет, он не из моей школы. Его зовут Тео. Я не знаю, кто его родители, мы познакомились недавно, но по его рассказам я поняла, что у него большая дружная семья.

— Где он учится? И сколько ему лет? Тео... Это не Теона из твоего телефона? — нахмурив брови, проговорила мама. Через минут 5 приедет Тео, что тогда будет?

— Он проходит врачебную практику. Нет, это не Теона, — раздраженно ответила я, обойдя вопрос про возраст и солгав про Теону.

— Сколько ему лет, Элеонора? — повысив голос, спросила мама. Её глаза засверкали огоньком, который мне совсем не понравился. Дух Рождества не спас меня от гнева матери.

— Ему... — не успела я договорить, как в дверь кто-то позвонил. Кто-то спас мою задницу от расправы! — Я пойду дверь открывать!

       Оставив маму на кухне, я побежала к входной двери. По привычке я посмотрела в глазок, и мне было совсем не по душе то, что я увидела. Точнее, я бы не хотела, чтобы этот человек сейчас стоял у моей двери. Черт, кажется, я не доживу до 18.

— Кто там? — спросила мама, которая направилась ко мне, выйдя из кухни. Моё сердце забилось, как ненормальное. Либо она убьет меня, либо Тео. Что он, черт подери, делает около моей двери?

— Неважно, — равнодушно сказала я не в силах отойти от двери.

— Отойди, я открою, — сказала она и почти силком оттащила меня от двери. Поправив фартук, она отворила дверь и удивилась не меньше меня тому, что увидела.

       На пороге стоял Тео в черном пальто, облепленном редкими снежинками, его темные волосы намокли из-за снега, но все равно выглядели восхитительно, в руках он держал огромную коробку в подарочной обертке. Какой же он красивый! Никогда не видела кого-то привлекательнее. Ненадолго отвлекшись от сногсшибательного лица Тео, я посмотрела на маму. Она стояла с полуоткрытым ртом и не могла произнести ни слова, но чуть позже она все-таки приобрела дар речи, потому что Тео непонимающе смотрел на нас обеих. Его лицо говорило: «Что это с ними?».

— Вы к кому? — спросила мама слегка рассеянным голосом, что было несвойственно ей. Можно считать, что Тео понравился моей маме? Он точно произвёл на неё неизгладимое впечатление.

       Мои глаза были уставлены в пол, но я почувствовала, что на меня смотрят. Наши с Тео взгляды пересеклись: сначала мне показалось, что он сконфужен, но после он взял себя в руки. Назвался груздем, полезай в кузов. Эх, Мейсон, может быть, ты из этого дома не выйдешь, если зайдёшь. Мне кажется, что нам не удастся сходить никуда.

— Здравствуйте, Тео Мейсон, — представился Тео, поцеловав руку моей мамы. Очко в твою пользу, Тео. Моя мама любит джентельменов.

— Эмилия Росси, — в ответ произнесла мама и сдержанно улыбнулась. — Тео Мейсон... Хм, что-то знакомое... Вы новый врач моей дочери?!

1:1.

— Да, — спокойно отвечает он, словно не заметив тона моей матери. — С Рождеством, синьора! Элеонора...

Он вручает мне подарок, который оказался достаточно тяжелым. Что там?

— Надеюсь, ты любишь шоколад, — улыбнувшись, говорит он, тем самым даёт мне подсказку о содержании подарка. Сколько там кг шоколада?

— Очень, — хитро улыбаюсь и несу подарок на кухню. А я ведь ничего ему не купила... В любом случае, я понятия не имею, что можно подарить ему. Я быстро возвращаюсь и вижу, что мама впускает Тео в дом.

2:1. (за обращение «синьора» на итальянском)

       Я забрала пальто у Тео и, воспользовавшись моментом, прошептала ему: «Тебе придётся познакомиться с моими родителями». Тео хитро улыбается и шепчет в ответ: «Они не устоят перед моим обаянием», я тихо смеюсь и замечаю подозрительный взгляд матери. Возможно, его обаяние отлетит от каменной стены.

       В гостиной сидел мой отец и смотрел телевизор, его весьма удивило то, что он увидел незнакомого молодого человека в нашем доме. Отец встал с дивана и принял свой обычный устрашающий вид. Все настолько официально, будто я с женихом знакомлю свою семью. Почему-то с Джо мои родители не изъявили желания познакомиться, им хватило того, что я им сама рассказала. Может потому, что Джо твой ровесник и одноклассник?

— Здравствуйте, синьор Росси, — уверенно сказал Тео и пожал моему отцу руку, тот явно оценил уверенность, исходящую из Мейсона. 3:1.

Целый час родители выпытывали у Тео информацию о нем и его семье. Чаще всего они отсылали меня на кухню за чем-то, чтобы я не присутствовала, но, естественно, мне удалось подслушать кое-что очень занимательное.

— Я не считаю нужным, чтобы у моей дочери был друг возраста моего сына, понимаете о чем я? — спросил отец, и, кажется, я поняла его намёк. 3:2.

— Мы познакомились совсем недавно, я не могу претендовать на что-то большее, чем быть её другом, — Тео сказал это каким-то странным голосом, словно намекая на что-то, но я не поняла на что. Мои предположения слишком уж нереалистичные, чтобы их оглашать.

— Вы сделали правильный выбор, когда решили познакомиться с нами. Я уважаю вас за это. Элеонора слишком молода, чтобы мы ей позволяли общаться с кем попало, — доброжелательным тоном сказал отец. 4:3.

— Но, если вы позволите себе что-то лишнее, вам не поздоровиться, — предупредила его мама, и мне стало как-то не по себе. Я и сама могу за себя постоять. Родители это сказали потому, что мой рост 5,4 фута, а он на голову выше? Или из-за того, что он физически превосходит меня? Кажется, они правы, я вряд ли смогу постоять за себя.

— Я никогда не позволю себе ничего лишнего, — убежденный в своих словах, сказал Тео.

       Я потопала ногами, сделав вид, что иду с кухни, и вышла из убежища. Атмосфера царила немного напряженная из-за последних слов матери, но на лице у папы светилась доброжелательная улыбка. Я уверена, что Тео понравился ему да и маме тоже. Мама характеризует себя, как «сумасшедшую мамашу», поэтому ясно, почему она так встревоженна. Мне кажется, что она до сих пор не осознала, что мне 18.

— Если допрос закончен, то мы пойдём, — сказала я радостным голосом, — Вы же разрешаете?

— Да, но в 7 ты должна быть дома, потому что мы едем к твоему дяде, — заключил отец, мама согласно кивнула. Кажется, Тео прошёл испытание, так ещё и с перевесом в очках.

       Мы стали одеваться, чтобы выйти, Тео попрощался с моими родителями в той же вежливой манере, в которой поздоровался.

— А куда мы пойдём? — спросила я, когда мы уселись в машину. Тео самодовольно улыбнулся.

— Ну, же! — нетерпеливо простонала я. Я - не любитель сюрпризов.

— Я придумал для нас игру, — Тео продолжал хитро улыбаться. — Я буду давать тебе подсказки перед тем, как куда-либо идти. Итак...

Тео открыл бардачок и вручил мне небольшую бархатную коробочку темно-синего цвета. Я с подозрением взглянула на неё и не рискнула открыть.

— Открывай же, — поторопил меня Тео, и я, открыв коробку, обнаружила там серебряный шарм в форме ледового конька на браслете. Какая прелесть! Но...

— Помочь надеть? — спросил он, непонимающе смотря на моё лицо, которое отражала ни то испуг, ни то ступор. Я не так хорошо знаю Тео, и мне не хотелось бы быть ему обязанной за что-то.

— Я не могу это принять. Ты мне уже подарил несколько килограммов шоколадок! — пробормотала я и вернула ему коробку. Слишком мало мы знакомы, чтобы принимать от него подарки, к тому же такие дорогие.

— Если не примешь, я обижусь, — строго сказал он и вложил мне в руку коробку. Какой настырный!

— Обижайся на здоровье, — я сложила руки на груди и надула губы. Нашёл, чем меня напугать! Пусть обижается, сколько хочет.

— Вон мы какие! Теперь я понимаю, почему ты говорила, что у тебя плохой характер! — как ребёнок, буркнул он и недовольно взглянул на меня. — Подарки принимать не умеешь?

— Не умею! — рявкнула я, не меняя позы. Он и представить не может, какая я вредная и упёртая!

— Значит, я тебя научу, — смягчавшись, сказал он и вытянул мою руку к себе. Тео вытащил из коробки браслет и с лёгкостью закрепил его на моем запястье, нежно коснувшись кончиками пальцев моей кожи.

       Я быстро одернула свою руку и принялась гневно снимать браслет, что мне никак не удавалось сделать. Я слышала достаточно историй о том, как девушкам приходилось «отрабатывать» подарки, которые им делали мужчины, мне бы не хотелось оказаться на их месте.

       Тео, кажется, рассердился, схватил мою руку и притянул к себе. Моё лицо оказалось в нескольких сантиметрах от его лица, и я замерла. Под действием дурманящего аромата парфюма и притягательного лица Тео я потеряла способность двигаться.

       Я остановила взгляд на его глазах с темными длинными ресницами, но непроизвольно посмотрела на его красиво очерченные губы, из-за чего мне стало очень стыдно. Надеюсь, что он не заметил этого. В салоне стало автомобиля почему-то очень душно, возможно это моя температура поднялась. Мне стало до жути неловко, и я отпрянула.

       Чувствовал ли он тоже самое, что и я? Мне никогда не приходилось ощущать нечто подобное.

— Ладно, так куда мы поедем? — выпалила я и вернулась на своё место, состроив любопытство. — На коньках я не умею кататься!

— Тогда я тебя научу, — добродушно произнёс Тео, взглянув на меня. У меня появилось ощущение, что он мне не поверил.

***

— Давай я тебе помогу, — Тео улыбнулся своей голливудской улыбкой, встал передо мной на колени и стал завязывать шнурки моих белоснежных коньков. Моя романтичная натура не могла на это спокойно смотреть, поэтому я прокрутила в голове пару интересных сюжетов.

       Закончив с подготовкой, Тео взял меня под руку и повёл к катку.

— В первый раз катаетесь? — спросил парень, помогающий клиентам подобрать подходящие коньки. — Могу позвать инструктора!

— Я - её инструктор, — собственнически сказал Тео, выступив немного вперёд. Я подняла глаза и увидела его решительное выражение лица. Можно подумать, что он приревновал.

       Когда я оказалась на льду, то поняла, что сегодня стану ледовым позорищем. Я тупо вцепилась в бортик и не хотела двигаться. Не сдерживая усмешек, Тео поиздевался надо мной некоторое время, а потом все-таки решил помочь. Посетителей на льду было немного, что меня весьма обрадовало.

— Итак, для начала попробуй встать, не держась за бортик. Ноги сведи вместе, — сказал Тео в стиле учителя начальных классов. — Если ты вдруг потеряешь контроль, я не дам тебе упасть.

       Я по своей натуре человек недоверчивый, но в голосе Тео было нечто такое, что заставляло полностью ему доверять. Я послушалась: оторвала руки от бортика, свела ноги и спокойно встала. Прогресс!

— Попробуй сделать шаг, — держась близко, сказал Тео. По-моему, он больше меня боится, что я грохнусь на пятую точку, в лучшем случае на пятую.

       Я сделала шаг, держа руки, как пингвин. Господи, родители не могли научить меня кататься на коньках? Позорюсь тут, в свои-то 18. Потом я сделала ещё шаг. Вроде что-то получилось.

— Так, отлично! — радостно сказал Тео, показав мне палец вверх. — А теперь оттолкнись ребром одного конька и перенеси вес на другую ногу. Колени согни, спину держи прямо.

— Так-с, — облизав сухие губы, пробормотала я и постаралась сделать так, как сказал Тео.

       Сначала мне показалось, что что-то получилось, но я ошиблась. Мой корпус наклонился вперёд, и я уже собиралась упасть лицом на лёд, но Тео успел меня поймать, заключив почти что в свои объятия. Я, как ненормальна, вцепилась в его бицепсы и успела удивиться тому, что Тео хорошо накачен, хотя выглядит очень стройным. Снова встав на ноги, я постаралась повторить все. Как хорошо, что он поймал меня от падения, не хватало мне сломать и без того неизящный нос.

       Через 2 часа у меня начало что-то получаться, хотя мне все равно было страшно. Я ещё ни разу в своей жизни не ломала себе что-либо, мне и не хотелось. Такие, как я, существуют вообще?

       Когда наше время закончилось, мы покинули каток и пошли одеваться. Я вытащила свой телефон из сумки и увидела очень много пропущенных звонков от мамы и папы. Моё сердце забилось чаще, они обычно долго меня ругают, когда я не отвечаю на звонки. Конец мне!

— Алло, мам! — прождав долгое время, я наконец услышала голос мамы.

— Почему ты трубку не брала?! Я сколько раз тебе говорила держать телефон у себя? — завопила в телефон мама своим грозным голосом, на заднем фоне слышался голос отца, который просил маму быть потише.

— Мы катались на коньках, я оставила телефон в сумке, — быстро объяснила я, чтобы как-нибудь себя оправдать.

— Ты ведь не умеешь! — утверждала мама, не понижая голос. Господи, она всегда была паникером, но чтоб настолько.

— Меня научил Тео, — мягко сказала я, чтобы немного успокоить маму.

— Мы уже у дяди Армандо, попроси своего друга привезти тебя сюда. У него ведь есть машина? — протараторила мама в трубку, и мне с трудом удалось её понять. Проблема в том, что я думаю на английском, а после все перевожу на итальянский, поэтому я часто не улавливаю быстрый тембр родного языка. Стыдно конечно, но я с малых лет живу в Англии, этим-то я и оправдываю все.

— Хорошо, мы уже выходим, — сказала я и положила телефон в задний карман джинсов, чтобы уж наверняка почувствовать вибрацию, если мне кто-то позвонит.

       Тео, как истинный джентельмен, помог мне одеть куртку и вручил мне мою сумку. Манеры у него превосходные, я бы сказала, что он тянет на аристократа. Но в наше время ведь аристократов нет, а ведь жаль.

— Можешь меня, пожалуйста, отвезти к моему дяде? Я скажу тебе адрес, — вежливо произнесла я и сразу же получила согласие Тео.

***

— Спасибо за то, что научил меня кататься на коньках! И за подарки спасибо, — улыбнувшись, сказала я и вылезла из машины.

— Не за что, ты была отличной ученицей!

— Ага, отличной! Поэтому ты не упускал возможности посмеяться надо мной? — прищурив глаза, театрально произнесла я.

— А за это тебе спасибо, — на его лице снова появилась неотразимая улыбка. Да-да, улыбайся, ходячая реклама стоматологической клиники!

       Я как раз успела к ужину. Поздоровавшись и обняв своих родных, я уселась за стол рядом с Лесли. Стол был накрыт многочисленными блюдами, у которых был просто волшебный аромат, и я потянулась за одним из них.

— А с кем это ты приехала? — хитрым голоском спросила тетя Кер, посмотрев на меня. Я сделала вид, что ничего не слышала, взяла ложку и стала накладывать себе рис с куриной грудкой в сливочном соусе.

— Элеонора, — протяжным голосом окликнула она меня, я подняла глаза.

— Ммм? — промямлила я.

— С кем же ты приехала? — повторила свой вопрос она. Ну, что за женщина?! Все ей знать надо. Может я на метро приехала. Или... Она точно выглядывала в окно.

— Меня друг привёз, — быстро выпалила я и стала поспешно набивать рот едой, чтобы сделать вид, что не могу говорить. Тупая идея? Да, согласна.

— Какой друг? — своим хитрым намекающим голосом спросила она, не унимаясь. Любопытная у меня родня, однако.

— Обычный друг, — буркнула я с набитыми щеками. Видел бы меня Тео, точно бы не захотел со мной больше общаться. Он же джентельмен, а я бубню с набитым ртом.

— Элеонора! — пригрозила мне мама из-за моего раздражённого тона. Почему когда в моей жизни что-то происходит, об этом узнает вся моя родня? Настоящая итальянская семья, никаких секретов.

— Уф, не о чем говорить. Мама итак все расскажет, — пробубнила я, вытерла рот салфеткой и, встав из-за стола, вышла на балкон.

       Пусть мама рассказывает все, что считает нужным. Не хватало, чтобы все мои родственники узнали о Тео. Между нами ничего такого нет, а родня все выставит так, будто у меня помолвка через неделю. Вечно любят раздувать из мухи слона.