Глава 25

Мой желудок скрутило, когда этим утром я проигнорировал его напоминание о том, что не ел уже двое суток. Голова раскалывалась до такой степени, что вызывала мерцание даже в закрытых глазах. Я перевернулся на живот, накрыв голову подушкой, стараясь выиграть еще хоть полчаса спокойного сна, но сдался, когда тошнота подкатила к горлу. Я ударил кулаком по кровати, словно обиженный подросток, которого родители разбудили в школу, и свесил ноги. Запустив руку в волосы, я старался успокоить неистовую пульсацию в черепной коробке. Твою мать, сколько я вчера выпил? Много. Очень много, а потом Селен... Мои глаза распахнулись и я выпрямился. Черт! В голове со скоростью света проносились отрывки вчерашнего вечера: разговор с Челси, приезд Селен, голосовые сообщения Кэти, выпивка, много выпивки, мой срыв, поцелуй с Селен, а потом... ничего. Черт, черт, черт! Я отбросил простынь и застонал, когда увидел себя полностью обнаженным. Какой же я урод! Я посмотрел на противоположную сторону кровати, чтобы убедиться, что она пуста, потому что не доверял своему затуманенному рассудку. Она ушла. Конечно, ушла, придурок, потому что ты ее использовал. В животе снова заурчало, но все, о чем я мог думать это о том, что поступил, как последняя скотина. Селен выслушала меня, поддержала, а я...

- А ты перестань сжирать себя изнутри.

Я подскочил с кровати от неожиданных слов. Я что, говорил в слух? Селен стояла облокотившись на дверной проем со сложенными на груди руками. На ней была поношенная мужская футболка, которая достаточно прикрывала все нужные места. Для себя я отметил, что футболка не моя, потому что не помнил ее в своем гардеробе. Волосы девушки были влажными, что означало ее недавний поход в душ. Мне бы тоже не мешало помыться. Она вскинула брови и усмехнулась:

- Ты, конечно, и дальше можешь стоять без штанов, но не думаю, что я смогу позавтракать, глядя на... это, - она махнула рукой в мою сторону.

Я выругался и схватил простынь, прикрывая себя. Вчера я итак достаточно облажался, а теперь еще и сверкаю своим дружком направо и налево. Не в состоянии посмотреть Селен в глаза, я прошел мимо нее в свою комнату, где было все разгромлено. Бросив взгляд на часы, я понял, что было раннее утро. Значит, если я смогу привести себя в порядок, то успею прибраться, а затем поехать в школу и молить Марка дать мне еще один шанс. Открыв верхний ящик комода, я достал боксеры, а потом схватил спортивные штаны с кресла. Все это время я чувствовал, что Селен не спускает с меня глаз. Я снова прошел мимо нее в ванную, закрывая дверь. Мне не хотелось видеть разочарование в ее глазах, потому что это было бы еще одним напоминанием того, что я полное ничтожество. Встав под холодную воду, я затрясся, когда ледяные струи начали обжигать кожу. Желание раствориться в этой воде и исчезнуть в чертовом водостоке, чтобы не выходить к Селен, было огромным. Я не знал, что делать и говорить. Вдруг, прошлая ночь для нее значила нечто большее, чем просто... ночь? Что тогда мне делать?

Я вылез из душа, когда вода стала совсем невыносимой, и посмотрел в зеркало. Щетина окутала подбородок и скулы, а темные круги под глазами и припухшие веки говорили о том, что нормального сна не было в моем расписании. Я чувствовал себя обессиленным, но все же взял в руки пену для бритья и станок. Пора возвращаться на работу.

Когда, закончив перевоплощение из алкаша в свой прежний облик, я вышел из ванной, Селен подскочила с пола. Она все это время просидела тут? Я снова почувствовал вину, а затем страх, что она действительно все приняла слишком близко. Проглотив ком, я снова прошел мимо нее.

- Хватит, - твердым голосом сказала она и потянула меня за руку, когда я вошел в свою спальню. - Хватит избегать меня.

- Я не избегаю тебя, - мой голос был хриплым, словно в легкие насыпали песка. - Я просто готовлюсь к работе.

Отвернувшись от нее, я направился к креслу, где всегда лежала спортивная сумка, но сейчас там было пусто. Наверное, оставил ее в машине. Развернувшись к двери, я наткнулся на подозрительный взгляд Селен и снова отвел глаза. Девушка перегородила мне дорогу, сложив руки на груди.

- Феликс, нам надо поговорить о прошлой ночи.

Именно этого я и боялся. Продолжая смотреть в пол, я прокручивал варианты, которые помогут избежать мне этого разговора. Например: я могу упасть в обморок, выпрыгнуть в окно, разыграть сердечный приступ или... просто сказать ей правду.

- Селен, я... Прости меня. Прошлой ночью я совершил огромную ошибку, в которой виноват только я сам. Мне очень жаль. Я не хотел и не должен был тебя использовать. Просто я, черт возьми, разваливался на куски и... - я остановился, когда увидел ухмылку на ее лице. Она просто молчала и улыбалась. - Блин, врежь мне, наори на меня, скажи, что я чертов неудачник и как сильно ты меня ненавидишь, но не молчи потому что я не знаю, о чем ты думаешь и...

- Ничего не было, Феликс, потому что ты отключился, - ее голос был спокоен и тих, когда эти слова сорвались с губ. - Мне не за что тебя прощать, потому что ничего не было, а если бы и было, то ты тоже не должен бы был извиняться за то, что я сама решилась на это.

Я сглотнул и опустил глаза. Невозможно было выносить ее спокойный и нежный голос, смотреть в добрые голубые глаза, которые не выражали ни капли презрения. Господи, спасибо тебе!

- Что с тобой происходит? - я почувствовал ее руку на своем лице. - Я знаю, что последние годы не были сказкой, а еще и ребенок... Это все сложно, понимаю. Хотя, нет. Я даже представить не могу, что ты чувствуешь. Но, Феликс, ты в состоянии все исправить и начать заново. Не нужно уходить в себя.

- Я не могу...

- Нет, ты можешь! Ты можешь, потому что сильный, Феликс. Я не знаю ни одного человека, который смог бы выдержать такого и не сломаться. Твоя проблема в том, что ты все держишь в себе и не даешь другим о себе позаботиться. Выброси к черту мысли о том, что Кэти без тебя будет лучше, что ты не заслуживаешь ее и своего ребенка, потому что это не так. Мы все совершаем ошибки, ломаемся под натиском проблем и падаем, но не каждый из нас способен снова подняться, чтобы бороться. Ты смог, Феликс. Ты смог.

- Нет, не смог. Вчера я сломался. Ты сама это видела. Я не знаю, что делать со всем этим дерьмом, - я закрыл глаза, стараясь контролировать голос. - Я хочу, чтобы она знала, каково мне было все эти годы, как я каждый гребаный день скучал по ней, как я плакал на плече у отца, когда судья вынес приговор, понимая, что больше ничего не будет как раньше. Но я не могу, Селен. Не могу взвалить на нее этот груз. Это слишком эгоистично.

- Нет, милый, это не так. Эгоистично то, что ты смог взвалить все на нас, своих друзей, этот груз, но боишься поделиться этим с ней. Она не меньше твоего участвовала во всем этом, потому что если бы ни она, ты бы не попал за решетку. Эгоистично то, что про ребенка знали все, кроме тебя. Эгоистично то, что вы двое ломаете не только свои отношения, но и окружающих. Ты подумал о ребенке? Как его зовут?

- Кайл.

- Ты подумал о Кайле? Подумал, что возможно ему нужен отец рядом, чтобы поддержать добрым словом, покидать мяч во дворе, покатать его на шее? Речь уже не идет только о вас двоих, Феликс. Тут решается судьба чего-то более важного, чем ваши подростковые отношения и чертовы обиды. Я готова поддержать тебя, но я не собираюсь смотреть на то, как ты из жалости к себе и Кэти лишаешься лучшего в своей жизни.

Я не смел посмотреть на нее, даже когда она держала мое лицо в своих руках, но слушал. Внимательно. Я повторял ее слова про себя, словно снова и снова пробуя на вкус, пока наконец не распробовал. Это было похоже на долбанное озарение, которое со скоростью света врезалось мне в голову. Тут решается судьба чего-то более важного... Слишком важного. Моего ребенка. При этой мысли в груди затрепетало и дрожь прошлась по всему телу, потому что я, черт возьми, только что до конца осознал, что я отец. Я не был полностью уверен, что смогу рассказать Кэти правду, но я точно знал, что вылезу из кожи вон, чтобы учавствовать в жизни Кайла и не разочаровывать его.

- Спасибо, - я чмокнул ее в щеку и улыбнулся, как будто между нами только что не было серьёзного разговора. - Спасибо за все. Я подумаю над этим.

- Эм... пожалуйста? - девушка одарила меня девчачьей улыбкой и посмотрела в глаза. - Что дальше?

- Дальше, если ты не против, я бы попросил тебя приготовить завтрак, потому что мне нужно успеть постирать форму до тренировки. Обычно я прихожу на пару часов раньше, чтобы посидеть с Кайлом. Думаю, это отличная возможность поговорить.

- Мне кажется, что это Кайл приходил на пару часов раньше, чтобы посидеть с тобой, - она тепло улыбнулась и мечтательно вздохнула, пропев. - Ты такой идиот.

Я усмехнулся и Селен вышла из комнаты, оставив меня одного. Я посмотрел на время, было еще слишком рано, чтобы ехать в школу. Хотя я был бы не против. Собираясь выйти из комнаты, я вспомнил о разбитом телефоне. Подойдя к тому месту, где по идее он должен быть, я увидел кусочки пластика разбросанные по полу. Мне плевать на этот телефон, но кое-что из его содержимого мне нужно. Найдя флешку, я сажусь на край кровати и достаю свой рабочий телефон из кармана. Боже, пусть эти записи будут на флешке. Как только телефон перезагрузился, я нахожу нужную папку и с облегчением вздыхаю. Подсознание кричит мне, что я конченный мазохист, но мне нужно прослушать то последнее сообщение еще раз. Взяв наушники на тумбочке, я вставляю их в уши и нажимаю на кнопку.

- Привет. Прошло уже два месяца, как я звонила в последний раз. Какая-то часть меня знает, что ты вновь не ответишь, но эти разговоры... помогают мне. Вроде бы. Я могу представить, как говорю с тобой, понимаешь? Кайлу сегодня два месяца. Кайл Феликс Картер, - в этот раз я улыбаюсь, несмотря на ком в горле размером с бейсбольный мяч. - Ш-ш-ш, малыш. Я говорю с твоим папой. Он похож на тебя, - я вспоминаю все те разы, когда Кайла принимали за моего сына, все слова о нашем сходстве и понимаю, что я безмозглый олень. - Я знаю, что обещала не звонить, но мне нужно поблагодарить тебя. Спасибо, что подарил мне лучшее, что могло бы случиться в моей жизни. Я... - она делает паузу. - Мы с Кайлом любим тебя. И я скучаю по тебе. Очень...

Запись заканчивается и я открываю глаза. Вчера эти голосовые казались мне издевательством, насмешкой судьбы и пощечиной, но сейчас... Сейчас это благословение, знак того, что я оставил после себя не только разрушения и боль, но и что-то хорошее.

- Я тоже вас люблю, - тихо, чтобы слышал только я, прошептал. - Очень.

Заблокировав смартфон, я пошел вниз, чтобы забрать свою форму из машины. Спускаясь по лестнице, я уже чувствовал запах жаренного бекона. Я ужасно голоден. Селен стояла лицом к плите в своей свободной майке и поддёргивала бедрами.

- Чья футболка на тебе? - спросил я открыв холодильник и достав воды.

Селен перевернула бекон, когда я безжалостно осушил бутылку, и повернулась ко мне.

- Моя, - когда я посмотрел на нее приподняв брови, она вскинула руки. - Что? Я действительно сама купила ее. Она большая, удобная и не сковывает движений. Я живу одна, поэтому мне не нужно каждый день ходить в шелковом нижнем белье.

Я усмехнулся и выкрал со сковороды кусочек бекона, который оказался не прожаренным, но затем бросил его обратно и направился к двери.

- Мне нужно забрать форму из машины. Поджарь хорошенько.

Если бы я в тот момент знал, что меня ждет на пороге, я бы никогда не посмел открыть эту чертову дверь. Я сначала подумал, что рехнулся и допился до белки, а затем растерялся, когда понял, что она настоящая. Кэти выглядела так, как будто уже была готова убежать и смотрела на меня испуганными глазами. Я хмурюсь, гадая, что она бы так и не постучала, если бы я не вышел из дома. Что она вообще тут делала так рано? Так еще и одна. Я смотрю на нее боясь отвести взгляд. Кажется, что если я даже моргну, она исчезнет без следа. Я сжимаю запотевшие ладони, старясь не показывать своей нервозности и того, что безумно хочу дотронуться до нее.

Звуки шагов заставляют меня напрячься. Нет, черт возьми! Не сейчас, Селен!

- Знаешь, прошлый вечер не дает тебе права...

Она останавливается, а вместе с ней и мое сердце. Я наблюдаю за тем, как Кэти медленно поворачивает голову и устремляет взгляд на Селен. Не нужно быть гением, чтобы понять, о чем подумала Кэти. И, черт подери, в этот раз она все подумала правильно. Почти.

- Я лучше вернусь на кухню, - я не обернулся, когда Селен произнесла эти слова.

Я мог слышать воображаемые шестеренки в голове Кэти и видеть печальные глаза, которые сменились разочарованием и гневом. Но когда она заговорила, я хотел провалиться сквозь землю.

- Ты можешь вытирать об меня ноги, делать больно и унижать, но, черт возьми, не дай Бог ты обидишь Кайла. Если ты думаешь, что я все та же хорошенькая девочка, которая влюбилась в плохого парня, то ты в полной заднице, Феликс. Я уверена, что Кайл провернул все это за нашими спинами не для того, чтобы ты бухал и... развлекался.

Слова ужалили достаточно сильно для того, чтобы я сжал зубы и захотел встряхнуть ее. "Развлекался? - орал я внутри себя. - Ты хоть представляешь, что со мной было все эти дни? Что я чувствовал, когда узнал, что все это время ты справлялась со всем этим одна? Я и без тебя знаю, что полное дерьмо. Не трать силы." За своим внутренним монологом я услышал тихое и неуверенное заикание.

- Я просто хотела отдать тебе это.

Сфокусировав взгляд на ней, я вижу, что она протягивает мне альбом. Я даже не пытаюсь протянуть к нему руку, потому что уверен, что это очередное напоминание о том, что я все просрал. Может быть, там семейные кадры Джареда, Кэти и Кайла? Да ни хрена подобного! Этот придурок не семья ему! И если Кэти таким образом решила пошутить надо мной и подлить масла в огонь, то я... ничего не сделаю. Я просто пойду убиваться алкоголем.

- Феликс, пожалуйста...

То, как она произносит мое имя напоминает мне о прошлом, но сейчас ее голос усталый и безрадостный. Она смотрит мне в глаза и я вижу влагу собирающуюся, но сдерживаемую всеми силами. Прошу, только не плачь. Прошу! В этот момент ее предыдущие слова о том, что она уже не та хорошенькая девочка, врываются мне в голову. Нет, она все та же девочка, которая при первой встрече облила мои штаны в баре. Та же девочка, которая не боялась кричать и бить меня, когда я этого определенно заслуживал. Та девочка, которая перевернула мою жизнь с ног на голову. Моя девочка.

- Я знаю, что ты злишься на меня, но ты должен посмотреть этот альбом. Сейчас ты не хочешь разговаривать, и я не прошу тебя об этом. Но этот альбом я собирала лично для тебя.

Нет, малышка, я не злюсь. Больше нет. Да и как я, блин, должен злиться, когда она начинает плакать? Я вспоминаю ее голосовые сообщение, ее слезы и слова отчаяния. В груди сжимается и я чувствую себя еще большим ублюдком.

- Возьми его. Я потратила слишком много сил для того, чтобы решиться приехать к тебе.

И застать в моем долбанном доме девушку. Мои мысли несутся с невероятной скоростью, поэтому я молчу, чтобы не сказать, что мне не нужен этот дебильный альбом. Мне нужна она и Кайл! Но все, что я делаю, молча беру его в руки.

- Ты имеешь право делать все, что угодно, - она делает паузу, останавливая свой дрожащий голос. - Но я не думала, что узнав о ребенке ты полезешь в постель к своей бывшей.

Сказанные ею слова ранят. Очень сильно. Потому что правда ранит сильнее всего. Я действительно поступил так вместо того, чтобы быть рядом с ней и Кайлом. К сожалению, я уже ничего не могу изменить. Я не буду уверять ее, что не спал с Селен, что прошлая ночь была ошибкой. Сейчас мои слова ничего не исправят.

Кэти разворачивается и спускается с крыльца, ступая по зеленой траве. Ее каштановые волосы переливаются на восходящем утреннем солнце, завораживая меня.Все это время я отталкивал ее, но никогда не хотел, чтобы она уходила. Когда Кэти была рядом, пусть и несколько секунд, я чувствовал себя прежним. Чувствовал, что я все еще могу быть с ней, могу представлять, как она обнимает меня, мог слышать ее смех и видеть счастливую улыбку, даже если она предназначалась не мне.

- Я прослушал их, - она останавливается и я прикладываю все усилия, чтобы мой голос не дрожал. - Голосовые сообщения, которые ты оставляла.

Ее тело напрягается, когда мои слова достигают цели. Она медленно оборачивается и от одного ее взгляда я уже готов сломаться. Я устал. Я чертовски выдохся.

- Мне жаль, что я не прослушал их раньше. Жаль, что меня не было рядом, когда... - я спотыкаюсь на словах. Я должен тщательно формулировать мысль. - Если я тебе был нужен. Но это не оправдывает тебя и твою ложь.

Я не обвинял ее, не пытался сделать больно, а лишь говорил правду. Она должна была сказать мне все при первой встрече. Хотя бы при второй! Не от ее парня я должен был узнать о сыне, а от Кэти. Возможно, тогда бы мы смогли решить все сразу, поговорить, объясниться друг с другом, не начиная маленькую войну. Сейчас все гораздо сложнее, потому что мы слишком гордые, чтобы все отпустить и забыть. Слишком упрямые, чтобы признать свои ошибки. Слишком потерянные, чтобы найти выход из ситуации и при это не наломать еще больше дров.

- Я понимаю. Сейчас не время для душевного разговора. Слишком много претензий и обид накопилось, но когда-нибудь нам придется поговорить. Так что я не собираюсь давить на тебя. Я буду ждать.

Я знал, что сейчас должен отпустить ее. Оставить в покое и дать ей пойти домой к Кайлу, но мне хотелось задержать ее еще на одно мгновение. Просто смотреть на нее. Поэтому, когда она начала уходить, я не сдержался и, сбежав босыми ногами по крыльцу, взял ее за руку. Она была такой хрупкой и маленькой, что мне казалось, я могу сломать ее двумя пальцами.

- Кэти, - я разворачиваю ее к себе и у меня перехватывает дыхание от того, как близко ко мне она находиться. Сразу вспоминаю день на пляже, когда прижимал ее к себе и испытывал такое блаженство и умиротворение, которого не было долгое время. Я должен сказать хоть что-то. И когда мой мозг цепляется за последнюю соломинку, а язык уже выдает слова, я жалею, что остановил ее. - Она просто... просто приехала в гости.

Не знаю почему, но я должен был объяснить ей появление Селен. Я не придумывал историю о ее появление, чтобы выставить себя героем и прикрыть зад. Я просто сказал правду, которую, я уверен, она хотела услышать. Хотя я так же уверен, что она мне не поверила, потому что Кэти усмехается и качает головой. Она не поднимает на меня взгляд, а я не рискую подтолкнуть ее, хотя отчаянно нуждаюсь в этом. Посмотри на меня, Кэти. Но она лишь освобождает свою руку из моей хватки, лишая меня последней надежды, и говорит:

- Как скажешь, Феликс.

Она уходит, так и не обернувшись. Я опускаю взгляд на детский альбом в своих руках и до меня доходит. Почему она идет пешком и в противоположную сторону? Ее квартира на приличном расстоянии от моего дома. В душе закрадывается не приятное чувство, распространяя мурашки по моей коже. Она слишком расстроена, слишком уязвима и, я больше, чем уверен, потеряна в своих мыслях о том, какой я говнюк. Не желая тратить и минуты, я вбегаю в дом, бросив альбом на полку обувного шкафа. Боковым зрением вижу Селен, но не обращаю на нее никакого внимание, стараясь быстрее надеть кроссовки.

- Что стряслось?

- Позже.

Я схватил висевшую в коридоре ветровку и вылетел наружу. Она не могла далеко уйти. Застегнув молнию, я накинул капюшон на голову и перебежал улицу, направляясь по другой стороне от Кэти. Я видел, как она шла впереди чуть ссутулившись и не обращая внимание на придурка бегущего наравне с ней, но по другую сторону проезжей части. Даже с такого расстояния я видел, как припухли ее веки от слез. Кэти шла еле волоча ногами, заставляя прохожих смотреть на меня, как черт знает на кого, потому что со стороны казалось, что я бегу на месте. Не мог же я ей крикнуть, "Эй, Кэти, ты не могла бы идти быстрее? Я тут вообще-то слежу за тобой, если ты не заметила." Когда спустя несколько минут я понял, что она не собирается ловить такси, я перешел на шаг. Неожиданно мне вспомнились сказанные ею слова в первый день учебы, когда я собирался попросить у нее прощения, а затем повел себя, как... всегда.

- Маньяка увидела?

Я послал ей свою знаменитую улыбочку, по которой девчонки сходили с ума. Каким же идиотом я был.

- Да, - ответила она. - Он сейчас возле моей комнаты стоит.

Сейчас я больше походил на маньяка, потому что действительно преследовал ее. Но, к счастью для нее, не в своих личных целях. Я так глубоко задумался, что не заметил, как Кэти повернула за угол и открыла дверь в кофейню. Не быть мне в разведке. Я остановился в тени деревьев и, вытащив телефон из кармана, набрал номер. Четыре долгих губка действовали мне на нервы, пока сонный голос не заныл:

- Пожалуйста, скажи мне, что вы померились и завтра у вас свадьба, потому что я не вынесу, если вы будете каждый день будить меня в такую рань.

- Соф, мне нужно, чтобы Кэти поехала домой. Она сейчас сидит в кофейне недалеко от моего дома и мне это не нравится. Она расстроенна и еле на ногах стоит.

- Если ты рядом с ней, почему сам не отвезешь ее домой?

- Потому что она, блин, не знает, что я шел за ней, - я тяжело выдохнул и постарался сохранить спокойствие. - Ты сделаешь, что я прошу или нет?

- Хорошо. По крайней мере постараюсь.

- Отлично. Перезвони.

Я сбросил трубку и сел на бордюр, наблюдая за Кэти. С того места мне отчетливо видно, как она разговаривает с парнем за стойкой, достает кошелек и, забрав кофе и что-то еще, садится за столик у окна. Ее плечи опущены, когда она подносит стаканчик к губам. Когда она устремляет взгляд в окно, я могу видеть ее уставшие глаза, смотрящие в никуда.

Мне хочется ворваться в эту кофейню, закинуть Кэти на плечо и отнести к себе домой, чтобы она больше никогда не была одна. Я бы положил ее на свою кровать, пристроился рядом, обвив руками ее талию, и... Я встряхнул головой. Эти мысли не приведут ни к чему хорошему. Я до сих пор считаю, что Кэти достойна лучшего и не буду влезать в ее отношения. Я просто тихо буду рядом, как сейчас, когда она этого даже не подозревает. Я буду рядом с Кайлом, одновременно присматривая за ними обоими. Кайл. Мне нужно собираться на тренировку. Прошло уже достаточно времени после разговора с Соф. Почему, черт побери, так долго? Я смотрю на телефон, проверяя, не пропустил ли сообщения или звонка, но там пусто. Блин. Возвратив взгляд на Кэти, я вижу стоящую рядом женщину, которая печально улыбается ей и уходит так же внезапно, как и появилась. Когда Кэти возвращает взгляд к окну, солнечные лучи выдают мокрые дорожки на ее щеках. Она плачет.

Я снова поднимаю чертов телефон и набираю последний номер. Гудки действуют мне на нервы. Чертов капюшон действует мне на нервы. То, что Кэти сидит одна и плачет, действует мне на нервы. То, что я такой мудак...

- Алло.

- Я просил перезвонить, - возмущаюсь я и смотрю на Кэти, которая взяла в руки телефон. - Ты решила вопрос?

- Ага. Мне пришлось разбудить Кайла, - зевая, отвечает Соф.

- Других вариантов не было? Сейчас слишком рано.

Кэти поднялась со своего места и, взяв сумку, вышла на улицу. Я спрятался за большой грузовой машиной, продолжая поглядывать на нее.

- Нет, если ты хочешь, чтобы она скорее оказалась дома.

- Что ты ему сказала? - спросил я, затаив дыхание, когда возле Кэти остановилось такси.

- Правду, Феликс, - я напрягся от слов Софи и отвернулся, когда такси проехало мимо меня. - Сказала, что мамочка поехала к папочке поговорить, а теперь папочка следит за мамочкой.

- Соф...

- Я просто сказала, что ей грустно. Не беспокойся, он не расскажет ей.

Я тяжело вздохнул и побрел обратно к дому. Мамочка. Папочка. Долбанная Соф.

- Спасибо, - пробурчал я в трубку. - Но могла бы придумать, что-нибудь получше. Он, я уверен, итак считает меня уродом за нашу последнюю встречу.

- У вас ведь сегодня тренировка? - я кивнул, хотя она и не могла меня видеть, но все же продолжила. - Вот там и поговорите.

- Надеюсь.

- Ты до сих пор злишься? - голос девушки был тихим и неуверенным. - За то, что мы не рассказали тебе?

- Я не знаю, Соф. Не знаю. Все слишком сложно, - я перешел улицу и наконец додумался снять капюшон. - Я запутался сам в себе. Сейчас я не уверен ни в чем кроме того, что хочу наладить отношения с Кайлом и стать ему хотя бы другом. Пока это все.

Соф молчала, а я не решался бросить трубку. Я просто продолжал идти по дорожке, не торопя ее. Эта тишина не была гнетущей. Возможно, она говорила даже больше любых слов. Когда я уже подходил к дому и думал, что Соф и не заговорит вовсе, она сказала:

- Мы все запутались, Феликс. Лично я больше не могу различить правильно от неправильно. Мы просто... - она запнулась, обдумывая дальнейшие слова. - Просто дай нам все объяснить, когда будешь готов.

- Спасибо, - я вешаю трубку, заканчивая разговор.

Зайдя в дом, я чувствую легкий запах бекона, который доносится из кухни и дразнит меня, но альбом лежащий на полке не дает о себе забыть. Я хотел бы отвлечься хоть на что-то, но сейчас это единственное, что меня волнует. Кэти действительно постаралась, чтобы отдать мне этот альбом. Я не сомневаюсь, он многое значит для неё. Значит и для меня тоже.

- Где ты был? - спрашивает Селен, когда я прохожу к лестнице, но по взгляду очевидно, что ответ она уже знает. - Все нормально?

- Я поем позже, спасибо тебе, - извиняющимся тоном отвечаю ей и ухожу в свою спальню, чтобы наконец разобраться со своим дерьмом. Ну или хотя бы начать.

Иду в комнату, словно зомби. Медленно передвигая ногами, как-будто их заковали в кандалы. Какого черта я так боюсь, когда дело доходит до Кэти? Нет. Сейчас вопрос даже сложнее - какого черта я так боюсь, когда на кону стоит все? Пора собрать свои страхи в кулак и наконец сделать все так, как я должен был сделать давно.

Захожу в комнату и сажусь на кровать. Времени не так много, но я все равно медлю. Я все ещё, черт возьми, не знаю, что в этом альбоме. Сломает ли меня это снова? Нет. Нет, черт возьми. Я повторяю себе это, напоминая, что я не маленький сосунок. Я мужчина, который не должен бояться чего-то такого крошечного, как фотоальбом.Открываю первую страницу, и все в груди сжимает с такой силой, что перехватывает дыхание. Я сижу, не шевелясь несколько секунд, и просто впериваюсь взглядом в фотографию совсем маленького Кайла. Новорожденный. Сморщенный, неестественного цвета. Совсем крошечный.

Я придурок. Маленький альбом может нанести урон больше, чем целая команда по футболу. И сейчас именно это и происходило. Листая фотографии и наблюдая за тем, как рос Кайл, что-то во мне безвозвратно ломалось, образовывая пустоту. Что-то очень тяжелое и темное. Но с каждой новой страницей что-то так же во мне и рождалось. Что-то светлое и чистое. Словно перерождение, блин, Иисуса. От этой мысли губы расплываются в улыбке, хотя поводов улыбаться у меня сейчас не так уж много.Разглядывая каждую фотографию по несколько секунд, я останавливаюсь на одной из них. Нужно иметь очень хорошее зрение, чтобы заметить отличие этой фотографии ото всех, но когда дело касается Кэти, я бы заметил её, даже будь я слепым. На переднем плане Кайл, ему года два или три, показывает язык на камеру, а на заднем, размытым силуэтом, облокотившись на стол бедром, стоит Кэти. Вообще-то её почти не видно, но я знаю, что это она. Никто иной. Никто другой. Глупо было бы видеть в этом надежду. Но отчаявшиеся во всем стараются увидеть свой шанс. Провожу пальцами по силуэту Кэти и гадаю, даёт ли она мне шанс. Может, это какой-то знак? Хотя какая к черту разница? С моей стороны глупо что-то придумывать, когда я знаю - Кэти встретит кого-то лучше. Может, уже встретила. Так что мне не стоит строить иллюзий на наш счёт.Сейчас на первом месте, в любом списке приоритетов у меня Кайл. Я не откажусь от него. Даже если Кэти закроет чёртову дверь перед моим лицом и переедет на другой конец света, я все равно найду Кайла. Я поеду за ним куда угодно.Достаю эту фотографию из альбома и кладу себе в бумажник, чтобы она всегда были рядом со мной. Да и да. Я превращаюсь в сентиментальную малышку, но мне плевать. Я достаточно облажался и больше не собираюсь совершать ошибок.Усмехаюсь самому себе. Ну да, конечно. Ты прекрасно знаешь, что совершишь ещё множество ошибок. Но глупо отрицать, что тебе нужны Кайл и Кэти. Рядом. Они, черт побери, твоя семья. И даже если Кэти уже больше никогда не будет моей, я всегда буду её. Её и Кайла. Моё сердце, душа, тело принадлежат им.

Я провел в комнате больше часа, продолжая рассматривать фотографии. Запоминая каждую деталь. Ещё раз смотрю на фотографию в своем бумажнике и ничего не могу с собой поделать - губы вновь расплываются в улыбке, хотя в груди все ещё саднит как после множества царапин и ожогов. Я запихиваю эту тупую боль подальше и напоминаю себе, что вообще-то меня ждёт тренировка. Меня ждёт Кайл.

Я так и не успел постирать свою форму. Поэтому надеваю обычные спортивные штаны и футболку. Выходя из комнаты, слышу звук, исходящий от телевизора. Дьявол, ну как можно быть таким говнюком? Я так сильно привык был один, что разучился быть гостеприимным. Спускаюсь в гостиную, где сидит Селен, и как только она замечает меня, улыбается.

- Вижу, тебе стало лучше.

- Ты серьезно? - решаю разбавить обстановку. - Я почти при смерти, потому что еще не завтракал, а ты говоришь, что мне лучше?

Селен закатывает глаза, но встаёт и идёт на кухню, а я следую за ней. Мы садимся за стол, и мой желудок издаёт звук, словно в нем ревет кит, напоминая о том, что я не питаюсь воздухом. В следующую секунду Селен, громко смеясь, ставит передо мной тарелку. Её смех разбавляет всю тяжесть ситуации и тишину в этом доме.Я принимаюсь набивать рот едой, когда Селен садится передо мной. Во взгляде у неё вопросы, но она тактично молчит и дает мне время. Черт, и сколько раз люди давали мне время, которое я тратил попусту? Надеюсь, что не очень часто. Мне хочется думать, что я все же повзрослел.

- Я собираюсь все исправить, - наконец нарушаю тишину я. - Большую часть.

- Не сомневаюсь, что ты так и сделаешь, - Селен говорит уверенно, смотря мне прямо в глаза и вновь вселяя уверенность. В конце концов, она очень хорошо меня знает.

- Спасибо тебе, - обращаюсь к ней я. - За то, что встряхнула и напомнила, что пора разобраться с проблемами, а не убегать от них.

Селен кивает мне в ответ и кладёт поверх моей ладони свою.

- Только не забывай, что ты не один должен разбираться со всем. Мы все рядом, чтобы поддержать тебя и помочь. Не нужно всегда быть сильным и храбрым. Порой можно побыть слабым, чтобы набраться сил для гораздо более важной битвы.

Я встаю и спустя пару шагов прижимаю её к себе. Селен объяснила мне, как двигаться. Но Кэти показала мне, куда именно я должен двигаться. Кстати, говоря о двигаться... мне пора выдвигаться на тренировку.

- Мне пора на работу, - я отношу посуду в раковину и щелкаю ее по носу. - Веди себя хорошо.

- Что ж, не могу ничего обещать.

Я оставляю Селен на кухне, а сам выхожу из дома. Ноги со всей скорости несут меня к машине, вдавливают педаль, все больше разгоняясь и неся меня к самому важному человеку на свете.Остановившись на школьной парковке, я вспоминаю, что так и не поговорил с Марком, перед которым мне, наверное, придётся ползать на коленях за прогулы. Я твёрдым шагом иду прямиком к дверям, уже готовясь к унижениям, если понадобится. Но все проходит спокойно. Относительно. Мне приходится объясняться, но Марк воспринимает всё адекватно. Хотя в конце все же угрожает тем, что выкинет мою задницу, если такое вновь повторится. Справедливо. Заслужил.

После этого я мчусь в раздевалку, чтобы проверить, пришёл ли Кайл. Но его ещё нет. Я даю себе мысленный подзатыльник, призывая успокоиться. Время ещё есть, Кайл наверняка придёт, потому что футбол для него так же важен, как для меня.Через полчаса я прохожусь вокруг всего поля, мимо автомата с едой и снова захожу в раздевалку. Его нет. Смотрю на часы, понимая, что в это время мы уже делали разминку. Возможно, он появится на официальной тренировке? Кэти выглядела уставшей и, скорее всего, отдыхает, поэтому не может привезти его пораньше. Точно. Кайл придет, я уверен.Но когда на поле выходят все, кроме него, моя уверенность гаснет. Возможно, он просто опаздывает? - в голове вспыхивает последняя надежда, но мне не надо обманывать себя. Я точно знаю, что он не придёт. И это... тот факт, что он предпочёл пропустить футбол лишь бы не видеться со мной, ударяет по мне сильнее, чем все остальное. Я не знал его. Не знал его детства. Но я знал о его любви к футболу. Я уверен, этот парень пришёл бы на тренировку даже со сломанными ногами, но сейчас его нет.

Осознание того, что мое присутствие здесь, лишило Кайла его любимого занятия, заставляет меня ненавидеть себя. Я готов отстрелить себе яйца за то, что заставил его проходить через все это. Не только я виноват, я не собираюсь нести весь груз на себе. Но именно я лишил Кайла его страсти. И будь я проклят, если не исправлю это.

Мне хочется сорваться с места и побежать к Кайлу. Сказать ему, что я, никогда больше его не брошу. Всегда буду рядом в любой момент, когда понадоблюсь ему. Но передо мной стоят те, кого я тоже не могу подвести. Кайл не пришел сегодня, но у нас всегда есть следующая тренировка. Он остынет.

Но и на следующую тренировку он не объявился. Ему просто нужно больше времени.

Наступила новая неделя, и он вновь не пришел. И это уже не смешно.