Глава 26.Большая перемена

Роберт пришел на тренировку. Физическая нагрузка всегда его успокаивала, снимала агрессию и отвлекала от дурных мыслей. Он лихорадочно и с остервенением избивал грушу, потом еще занимался до седьмого пота.

По дороге в душ он увидел одноклассника Яны, Сашу Погодина, с разбитым и опухшим носом.

— Что случилось, Саша, кто это тебя так? — участливо спросил Роберт.

— Ты знаешь, есть у нас один придурок, Броня. Он толкнул Яну, она упала и разбила колени. Я за нее заступился и получил кулаком в нос. Я просто не ожидал, — тут же начал оправдываться Сашка. — Так бы я никогда не пропустил. Хотел ему хук влево... Э-эх. Невезуха.

Роберт улыбнулся.

— Уличные бойцы всегда наглее и быстрее, возьми это в расчет в следующий раз. Ну ничего, мы разберемся с этим вашим Броней. Может быть, даже завтра. А что Яна? — осторожно спросил он.

— А что Яна? Заплакала Яна и убежала в класс, — сообщил Сашка.

Роберт скривился как от зубной боли.

— Саша, ты молодец, что не побоялся и заступился. — И он одобрительно похлопал его по плечу.

После тренировки Роберт вышел из зала и увидел Голубеву, сидящую на ступеньках с сигаретой. Его всего передернуло, стало ужасно стыдно перед ней, и он решил как можно быстрей проскочить мимо. Но Наташка тихо и неуверенно позвала его по имени. Роберт остановился. Ему стало пронзительно жаль ее, и в то же время он испытывал какую-то непонятную брезгливость.

— Здравствуй, Наташа, — стараясь не смотреть ей в глаза, пробормотал парень.

Девушка подошла к нему, и неожиданно у нее из глаз покатились слезы. Роберт растерялся. От досады у него свело скулы на лице.

— Перестань, — сказал он сухо, погладив ее по голове. — Прости, прости. Успокойся. Идем, я тебя провожу.

По улице шли молча. Навстречу им брела Чуча со своей мамой. Светкино лицо выражало полное недоумение, и Роберт, конечно, заметил это. «Может, оно и к лучшему», — подумал он и горько вздохнул.

__________

Яна не могла найти себе места. Почему он не звонит? Куда пропал?

Она металась по квартире как тигрица в клетке. «Неужели так трудно позвонить?!» Как же сильно она ненавидела Роберта в этот момент!

Все перемешалось в голове. То, что интересовало ее еще несколько дней назад, сейчас потеряло смысл. Яну уже не волновали плохие отметки в школе и грядущее родительское собрание, после которого ее по-любому будут ругать дома, не волновало, что рядом сидит Вадим и не понимает, почему она мечется из угла в угол. Она думала только об одном: «Где он? Что он делает? Почему снова исчез? Что случилось? Может, разлюбил? А может, с другой сейчас?» И от этих безумных мыслей Яна начинала буквально задыхаться. Она зажмурилась, чтобы не расплакаться, и пальцами потерла виски, стараясь отогнать наваждение и сосредоточиться. Но все было тщетно. Единственное, о чем она мечтала сейчас, — так это чтобы рядом сидел Роберт, а не Вадим, подобострастно заглядывающий ей в глаза.

А тот, в это время, недоуменно смотрел на девушку.

— Мы будем сегодня заниматься или нет? — спросил он, не понимая, что происходит.

— Я не могу сосредоточиться, не знаю, что со мной, — Яна положила ладонь на лоб и снова потерла пальцами виски. Вздохнула с мученическим выражением на лице.

Вадим быстро сорвался с места, понесся на кухню и принес воды.

— Попей водички, Яся, с девчонками иногда такое бывает, — с видом знатока провозгласил парень.

Они кое-как сделали уроки. Вадим несколько раз порывался уйти, но Яна его останавливала: он хоть как-то помогал отвлечься от мыслей о Роберте.

Пришла мама, познакомилась с Вадимом и осталась им явно довольна.

— Вы правильно придумали заниматься вместе. Я очень рада, что вы начали дружить, — искренне одобрила их решение Дина Павловна.

— Я тоже рад, — тут же отозвался Вадим. — Обычно я сам не делаю домашних заданий. Как вижу Яну, сразу же вспоминаю, что мне надо заниматься, она на меня действует каким-то гипнотическим образом.

Вид у него был как у сорванца. Мама и Яна переглянулись и улыбнулись.

Попрощавшись, Вадим ушел домой. Яна больше уже не могла молчать и в порыве отчаяния решила поделиться с мамой:

— Роберт уже несколько дней не звонил. Господи, если бы я только знала, где он живет, я бы побежала к нему домой!

— Ну, еще чего не хватало, — презрительно фыркнула Дина Павловна. — Какая это уважающая себя девушка будет бегать за парнем?

— Ну а где он, где? — глаза у девушки были уже на мокром месте. — Он совсем не скучает по мне. А я без него жить не могу!

— Прямо-таки, жить не могу! Перестань киснуть! — строго одернула ее мама. — У тебя сейчас на уме должны быть другие мысли и планы. Мне кажется, Роберт понимает это лучше, чем ты.

Позвонила Чача:

— Яна, я не хочу тебя расстраивать, но я его час назад видела с Наташкой Голубевой, они шли по направлению к ее дому.

У Яны оборвалось сердце.

— Спасибо, Свет, — упавшим голосом произнесла девушка и повесила трубку. Секунду постояла, прислонившись к стене, а потом кинулась к маме.

— Он начал встречаться с Наташей Голубевой! Я этого не перенесу! Не перенесу! — И заревела в голос.

«Так быстро? — подумала Дина Павловна. — Странно, почему-то мне казалось, что у него это было серьезно, значит, я ошиблась, а раз так, то все к лучшему».

Она подошла и обняла Яну.

— Я же тебе говорила, что ему нужна девочка постарше, у них и интересы совпадают, и ему не надо так мучиться, как с тобой. В этом возрасте разница в два года имеет большое значение.

— Я не перенесу! Как он мог? Я сойду с ума!!! — Яна рыдала так, как будто это был последний день ее жизни. Дина Павловна растерялась и не знала, как ее утешить.

— Это я с ним поговорила, чтобы он не приходил к тебе и оставил тебя в покое, а он тут же к Наташке переметнулся. Можешь сделать вывод.

Яна подняла голову, перестала плакать и посмотрела на нее невидящим взглядом. Через несколько мгновений до нее дошел смысл сказанных мамой слов. Она онемела на секунду, задохнувшись от ужаса, потом закричала, как кричат от сильной душевной боли.

— Как ты посмела? Зачем? Кто тебя просил?!!

Ничего не соображая, Яна вскочила и выбежала из дома. Уже было прохладно, а на ней был только легкий домашний халат и комнатные тапочки. Она бежала по ночной улице, не зная, куда и зачем, рыдая в голос. Слезы застилали глаза, текли по лицу, сердце разрывалось от невыносимой боли и муки. На нее обернулся случайный прохожий, спросил участливо:

— Вам нужна помощь?

— Нет-нет! — раздался сзади взволнованный голос Дины Павловны, которая неслась за ней на всех парах. — Яна подожди, прости, прости! — кричала она.

Прохожий пожал плечами и посмотрел на них обеих как на сумасшедших.

Яна мчалась вперед, подальше от дома, Дина Павловна бежала следом и кричала на ходу:

— Ты теперь видишь его истинное лицо! Он только одного и хотел от тебя! А как сразу же получил от другой, так и успокоился, — она запыхалась и говорила несвязно.

Яна не слушала, ее сердце разрывалось на части. Она все бежала и бежала, ничего не замечая вокруг. Бабушкин двор остался далеко позади. Мама не отставала, но все же вскоре устала и уже ничего не могла говорить, просто следовала за дочерью, ловя ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег.

Добежав до скверика Дзержинского, примыкающего к улице Ленина, Яна упала на скамейку, задыхаясь и сотрясаясь от рыданий. Следовавшая за ней Дина Павловна, оказавшись в скверике, осмотрелась и увидела рыдающую Яну, распластанную на скамейке. От этой картины, сердце ее заныло от жалости. Женщина подошла, прижала руки к груди, пытаясь восстановить дыхание, и присела рядом с дочкой на краешек скамейки. Немного придя в себя, произнесла сдавленным голосом:

— Не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь. — И заплакала. — Прости, прости меня доченька. Верь мне, я все сделала правильно! Он не тот, кто тебе нужен, он не ко времени. Я не могла позволить, чтобы он тебе сломал жизнь и разбил сердце. Ты ведь ничего не видела еще в жизни и ничего не знаешь, это только начало, все еще будет, все впереди, самое лучшее и прекрасное ждет тебя впереди. Верь мне.

Мама плакала столь же горько и надрывно, как и Яна. Но дочь не слушала ее. В этот момент она думала, что потеряла Роберта и вместе с ним навсегда потеряла доверие к маме. И не знала, что ей теперь делать. Душа ее была полна боли и грусти. Мир стал сер, неинтересен и мрачен. Все утратило прежний смысл. Яна поднялась, вздохнула и с пустыми, бессмысленными глазами побрела по направлению к дому. Дина Павловна последовала за ней.

__________

Следующий день не принес никакого облегчения. Утратив все чувства и ощущения, Яна все делала автоматически. Внутри была полная пустота. Сидя на уроках, она не могла сосредоточиться и с трудом улавливала смысл происходящего, мысли пробегали как бы извне, не касаясь и не затрагивая ее. Когда ее спрашивали, она машинально отвечала и тут же забывала об услышанном. Мир обрушился и лишился красок, света и смысла, пропал интерес к окружающему, девушка никого не видела и не замечала, просто погрузилась в сумеречную зону внутри себя.

Звонок на большую перемену вывел ее из задумчивости. Есть совсем не хотелось. Она решила просто глотнуть немного свежего воздуха и одной из последних вышла из класса во двор. У подножия лестницы стоял Роберт. Засунув руки в карманы джинсовой куртки, он смотрел, как она спускается. От неожиданности девушка остановилась и замерла на секунду, потом, как будто бы разбуженная чем-то, быстро сбежала по ступенькам и чуть не упала к нему в объятия. Он ее поддержал и тут же отстранился.

— Привет, — просто сказал он, но глаза его были печальны.

— Привет, — выдохнула Яна. Ей так много хотелось сказать ему, но от волнения у нее словно язык к нёбу прилип, и она не смогла вымолвить ни слова, а только смотрела на него, не в силах отвести взгляда.

Молодые люди стояли и пожирали друг друга глазами, словно виделись в последний раз. Роберт опомнился первым.

— Что это у тебя за дурацкие заколки? — совсем не в тему заметил он. Дотронулся руками до ее волос и стал одну за другой вытаскивать заколки из ее кудрей и бросать на асфальт. Яна удивленно наблюдала, как они падают. Затем своим обычным жестом Роберт поправил кудри, упавшие ей на лицо. Все происходило как во сне. Мимо них сновали ученики и учителя, внимательно наблюдая за этой сценой. Но Роберту с Яной было все равно, где они находятся, кто и как на них смотрит. Вокруг них обрисовалась какая-то невидимая зона, которая совсем не вписывалась в территорию школы. Они смотрели друг на друга и не могли насмотреться.

— Ты ко мне пришел? — спросила она.

— Нет, — одними губами ответил он, слегка помотав головой, не отрывая от нее взгляда.

— А тогда к кому?

— Так, одного пацана ищу, поговорить надо!

Неожиданно появился Саша Погодин и взглядом показал на Броню, выходящего из столовой. Роберт кивнул ему.

— Малыш, мне надо идти. Выходи сегодня на улицу в восемь. Я приду, буду ждать тебя, — и он сильно сжал ее пальцы.

Она кивнула и долго смотрела ему вслед. Роберт догнал Броню, подошел к нему сзади, что-то сказал и чуть ли не пинками вытолкал его за школьные ворота. Что он там с ним делал, что говорил — никто не знает, только Броня потом неделю ходил в темных очках, прятал фингал под глазом и больше никогда не подходил к Яне, а когда видел ее, отворачивался и обходил десятой дорогой.

Не дождавшись конца уроков, Яна, сославшись на плохое самочувствие, отпросилась у Наталии Ивановны и пошла домой. Забыв переодеться, она без сил упала на диван и заснула. Ее разбудил телефонный звонок. Звонил Вадим.

— Яся, привет! Хоть бы предупредила, что ушла домой. Я тебя сорок минут ждал после школы, — обиженно произнес он.

— Извини. Ты меня разбудил, я спала как убитая, я себя действительно неважно чувствую, — сонным голосом пробормотала девушка.

— Я приду сейчас, поухаживаю за тобой, — улыбнулся Вадим, предвкушая встречу с ней.

— Нет-нет, — поспешно остановила его Яна, — не надо. До завтра, Вадим, увидимся в школе. — И быстро повесила трубку.

Слушая короткие гудки на другом конце провода, Вадим закусил губу от досады, он так хотел видеть ее. Зря он позвонил, надо было просто прийти. Тем более что звонил он с автомата рядом с ее домом.

Парень стоял в раздумьях и не заметил, как к нему подошел Алик Сташевский. Алик резко окликнул Вадима, и тот вздрогнул от неожиданности.

— Привет, на пару слов, я спешу на тренировку!

— Ну, чего тебе? — нехотя отозвался Вадим.

— Оставь Яну в покое! — колючие глаза Алика пристально уставились на оппонента. — Она стала совсем невнимательной, и у нее упала успеваемость! А ее тянут на медаль!

— Ты что, думаешь, я ей мешаю учиться? — удивился Вадим.

— Я не забыл, как ты сказал, что закадришь ее на спор! И предупредил тебя! — с вызовом вскинул подбородок Алик и веско продолжил: — Ты же встречаешься с Юлькой Волковой! Вот с ней и встречайся!

— Я не пойму, а что тебе за дело? — еще больше удивился Вадим. — Ты же сказал, что она зануда! И не тебе указывать, с кем мне встречаться!

— Мне никакого дела до нее нет, — Алик опустил глаза, — но я ее знаю с детства. Она никогда не была дурой, а сейчас она мне ее сильно напоминает. Если бы я захотел, я бы и сам ее смог закадрить, — вдруг выпалил он. — Но я бы никому не хвастался.

— Ты? — саркастически рассмеялся Вадим. — Каким это образом? Что бы ты такое мог сделать, чтобы удивить ее? Залезть на балкон к ней, как Ромео? Слабо тебе, чувак!

— Спорим, я залезу на дерево возле ее дома, перепрыгну на балкон и пройдусь через всю квартиру на руках, а затем выйду в дверь! — глаза Алика загорелись.

— Спорим, — кивнул Вадим, будучи уверен, что Сташевский на такое неспособен.

Они ударили по рукам.

— Ну, и что это меняет? — прищурился Вадим и вопрошающе приподнял брови.

— А то меняет, Вадим, — многозначительно произнес Алик. — Если я это сделаю, то ты сам расскажешь Яне про твой спор... и что ты встречаешься с Юлей Волковой.

— Не-ет, так не пойдет! — огрызнулся Полянский.

— Но мы же поспорили! — твердо возразил Алик и презрительно скривился в усмешке.

— Ладно, посмотрим на тебя, какой ты герой! Сначала сделай, потом разберемся, — с досадой нехотя согласился Вадим.

И они разошлись, смерив друг друга надменными взглядами.

__________

Яна еле дождалась вечера. Как только стукнуло восемь, она тенью просочилась в дверь и выскользнула на улицу. Роберт уже ждал у подъезда. Он взял ее руки, прижал к своему лицу, вздохнул и закрыл глаза, потом очень нежно и осторожно поцеловал сначала одну, потом другую ладонь. Сердце ее подпрыгнуло до небес, и она кинулась ему на шею, ища его губы. Он отстранился, и не смотря ей в глаза, хрипло сказал куда-то в сторону:

— Я пришел поговорить. — И закашлялся.

Яна сразу же насторожилась и внимательно посмотрела на него.

— Мы не будем больше встречаться, — с грустью произнес Роберт. — Я так решил.

— Ну, все... Вы решили меня все доконать, — вздохнула девушка и закрыла лицо руками.

— Я сейчас действую в ущерб себе, это решение принято в твою пользу, детка.

Он говорил с трудом.

— Почему?.. — с мукой в голосе произнесла она.

Роберт вздохнул, смотря на нее сверху вниз и щурясь от света фонаря, горящего над подъездом.

— Ну, будем считать, что я тебя недостоин... — проговорил он тихо, кривя губы в горькой ухмылке, и взгляд его потух.

Зато ее глаза расширились от удивления.

— Что? Что ты сказал? Ты с луны свалился? На тебя что, кирпич упал сегодня?

Яна не верила своим ушам. Ей казалось, что он шутит, и она смотрела на него во все глаза, не находя ответа. Роберт молчал. Взгляд ее затуманился от накатившихся слез, девушка всхлипнула и вдруг расплакалась.

Он улыбнулся уголками губ. Обнял ее, зарылся носом в кудри, постоял так недолго, вздыхая ее аромат, нежным движением взял за подбородок, поднял ей голову и, глядя прямо в глаза, сказал:

— Не плачь, не надо. Мы не прощаемся, Яна. Я рядом, ты у меня под защитой, поняла? — Потом добавил с грустью в голосе: — Мы не будем встречаться, не можем. Но будем видеться.

— Хорошо. Но теперь ты переведешь мне на русский, что это значит? — с удивлением спросила она.

— Учись, детка, учись хорошо! Ты должна получить медаль, тогда легче будет поступить в институт. Давай доживем до конца года. Хорошо? Я что-нибудь придумаю!

Яне показалось, что он с ней разговаривал как со своей младшей сестрой, а совсем не как с любимой девушкой.

Наверху хлопнула чья-то входная дверь, и оба вздрогнули.

— Мне надо бежать, — Роберт, поспешно прижал ее ладони к своему лицу и сразу же резко отстранился. Но он направился почему-то не в сторону остановки, а в направлении соседнего двора, где жила Наташка.

Ревность сдавила сердце, кровь закипела, обида обожгла изнутри. Яна поняла, что происходит, и не могла поверить, что Роберт мог предать. Со слезами на глазах она вернулась домой и сразу же закрылась в своей комнате. Села на кровать, посидела несколько секунд.

«Ну все...Надо с этим заканчивать!» — решила она и тут же заплакала в голос, упав на подушку. Она рыдала до утра. Теперь к Яне в полной мере пришло осознание, каково это, когда рушится мир.

__________

Роберт зашел во двор и сел за шахматный столик. Через минуту из подъезда вышла Наташка с сигаретой, умастилась рядом с ним и закурила. Они еще какое то время посидели молча, потом зашли к ней в дом. Наташкина мама работала в ночную смену, и Роберт остался до утра.