27

ЛалисаЛОНДОН. ПОЛТОРА МЕСЯЦА НАЗАДЯ счастливая запрыгиваю в салон автомобиля и диктую адрес таксисту. Ни дождь, ни затянутое серыми облаками небо не способны испортить моё настроение. Сомневаюсь, что его вообще что-то способно испортить сегодня.Три дня - столько мне понадобилось, чтобы осмыслить всё произошедшее в день открытия. Я была настолько обескуражена происходящим и сказанным в тот вечер, что потеряла дар речи. Изо дня в день крутила в голове признание Чонгука на повторе, словно заевшую пластинку, и пыталась принять тот факт, что Минни - та самая женщина, о которой он мне рассказывал.Я чувствовала себя потерянной. Мне хотелось кричать от счастья, но в то же время боялась, что это всего лишь игра. В один момент я была окрылена тем, что мои чувства взаимны. В другой - меня охватывала неуверенность: не слишком ли всё хорошо, чтобы быть правдой? Ночами я лежала без сна, перебирая в голове каждое слово Чонгука, каждый взгляд и улыбку. Размышляла о их связи с Минни. И в конце концов, благодаря ей я пришла к полному принятию ситуации.Вчера она мне позвонила и предложила встретиться поговорить наедине. Я понимала, о чём пойдёт речь, поэтому согласилась на эту встречу.- Прости, что только сегодня набрала тебе. Я хотела сделать это раньше, но лежала пластом все дни без сил.Это и неудивительно, учитывая, что ей вот-вот рожать.- Спасибо, что позвонила, - улыбнулась я.Она глубоко вздохнула и посмотрела мне в глаза.- Не знаю, говорили ли вы с Чонгуком о сложившейся ситуации, но я решила, что нам нужно обсудить это лично, чтобы не возникло никаких недопониманий. Мне важно, чтобы ты все поняла правильно. Поэтому я отвечу на все твои вопросы.Я немного задумалась, собираясь с мыслями.- Я правильно помню, что вы были вместе пять лет?- Около того, - кивнула она. - Но надо понимать: наша связь была построена на чистом расчете. Мы были вместе не потому, что безумно любили друг друга, а потому что не требовали того, чего каждый из нас дать не мог. Чонгук - замечательный мужчина. Он поднял меня со дна и сделал очень много. Очень. Но он никогда не смог бы заменить Бэма в моём сердце. И благодаря тому, что ему это место и не нужно было, мы пробыли вместе столько лет.- Для меня это всё так странно, - призналась честно, испытывая лёгкое смятение.Минни грустно улыбнулась.- Познакомившись с Чонгуком, я научилась кое-чему важному: я перестала судить людей. У каждого решения есть причина. Если бы Чонгук однажды не появился в моей жизни, меня бы сейчас не было. Не было бы нашей семьи с Бэмом. Не было бы ничего. В буквальном смысле. Чонгук вошёл в мою больничную палату, когда я была разбита. Я не видела смысла в дальнейшем существовании, потому что потеряла абсолютно всё. Он вытянул меня со дна, помог с реабилитацией. Но долгое время я не принимала его в своей жизни как мужчину. До тех пор, пока окончательно не поняла, что потеряла Бэма, и мы никогда не будем вместе.Она горько усмехнулась, видимо, вспоминая то время.- Смешно, наверное, слышать это, учитывая, что теперь мы с Бэмом муж и жена. Но в тот момент я думала, что наши пути разошлись навсегда.Я сочувственно кивнула.- Почему ты согласилась на свободный формат отношений с Чонгуком? - осторожно спросила я. - Ты ведь могла бы построить нормальные отношения с любым другим мужчиной.- Я не хотела, Лиса, - тихо ответила она. - Как оказалось, я - однолюб. Мне не нужны были серьёзные отношения ни с кем другим, кроме Бэма. Я ходила на свидания, общалась с разными людьми, но они начинали претендовать на слишком многое, и меня это отталкивало. С Чонгуком такой проблемы не было. Ему было нужно ровно столько, сколько я могла дать.- Бэм сказал мне такую фразу: «Если бы Чонгук любил жену - не было бы в его жизни Минни. Любил бы Минни - развёлся бы с женой». Ты с ним согласна?- Абсолютно согласна, - ответила она твёрдо. - Если бы он любил, то развёлся бы, свернул горы, сделал бы всё возможное и невозможное, чтобы я принадлежала ему. Даже если бы сомневался, что из этого что-то выйдет, Чонгук никогда не сидел бы сложа руки. И никогда бы не смог продолжать жить с другой женщиной, какие бы там ни были отношения. Поэтому повторяю: наши отношения - чистый расчёт, который перерос в крепкую связь, но она не имеет ничего общего с любовью.Чонгук действительно знает, чего хочет и всегда этого добивается. И если он за пять лет ни разу не предпринял попытки добиться сердца Минни, значит, и в самом деле никогда и не претендовал на него.Её слова по-настоящему успокаивали. Чем больше говорила Минни, тем больше я верила во все признания Чонгука мне.- Прежде чем я завтра сяду в самолёт и полечу к Чонгуку в Лондон, чтобы признаться ему в своих чувствах, мне важно понимать. Он и в самом деле такой прекрасный мужчина, каким я его вижу? Просто он настолько идеальный для меня, что я вечно ищу подвох.На самом деле уже было поздно о чём-то говорить. Я влюбилась в этого человека по самую душу, даже не заметив этого. И, откровенно говоря, в этот момент отчаянно нуждалась лишь в том, чтобы меня убедили, что на этот раз моё сердце не ошиблось в выборе.Минни мягко улыбнулась.- Подвох был в его семейном положении и в сумасшедшем трудоголизме, - сказала с теплотой. - Каким бы идеальным и прекрасным Чонгук ни был, он никогда полностью не мог принадлежать женщине. Но теперь он не женат, и, судя по всему, его трудоголизм никак не мешает развитию ваших отношений.- То есть ничего нового ты мне не скажешь? - спросила я с улыбкой, искоса взглянув на неё.- А ты что думала? - рассмеялась она. - Что я расскажу тебе какие-то страшные тайны о нём? Уверена, ты знаешь его лучше меня.- Лучше тебя?Когда тебя предают, когда каждое слово оказывается ложью и игрой, ты невольно начинаешь строить вокруг себя стены. В будущем стараешься быть осторожнее, чтобы никогда больше не испытать ту боль, которую уже пережил.Пока между мной и Чонгуком были лёгкие отношения без намёка на серьёзное будущее, я относилась ко многому играючи. Но теперь, когда всё стремительно меняется, а моё сердце словно гравирует его имя на каждом своём миллиметре, мне стало по-настоящему страшно.- Ты бывала у него в Лондоне или впервые летишь к нему?Насторожившись, что она не дала ответ на мой вопрос, я ответила, нахмурив брови:- Лишь раз, на свой день рождения. Он захотел познакомить меня со своей жизнью поближе.- А я за пять лет ни разу там не бывала. Только пролётом по делам. Уверена, ты знаешь, что Лондон - это неприступная территория Чонгука. Настолько личная зона, что он никогда и никого к ней не подпускал. И меня тоже. Поэтому, да, Лиса. Ты знаешь его намного лучше меня.Я искренне удивилась. Так как была уверена, что он привозил её в Лондон и писал с натуры. Хотя он и убеждал меня в обратном, я не могла поверить, что могу быть настолько особенной для него.- И вообще... - она сделала паузу, и я заметила, как уголки её губ дрогнули в улыбке. - Чонгук весь вечер смотрел на тебя так, будто ты - восьмое чудо света.Я молчала и анализировала. В тот вечер, когда во мне проснулась семнадцатилетняя неуверенная и ревнивая Лиса, я перестала адекватно воспринимать происходящее. И мне нужно было время, чтобы переосмыслить всё сказанное Минни.- Мне кажется, ты ещё не понимаешь, как много значишь для него, - тихо продолжила она. - И не представляешь, каким счастливым будет Чонгук, когда ты прилетишь к нему и признаешься в своих чувствах.Здесь она тоже оказалась права. Я не понимаю и не представляю. Но с нетерпением жду нашей сегодняшней встречи. Наплевав на дурное состояние, тошноту и вечное головокружение, я прилетела сюрпризом в Лондон на открытие школы Чонгука, потому что знаю, как она значима и важна для него.Такси останавливается перед нужным зданием, и я прошу водителя подождать меня. Я не хочу тащить с собой чемодан на мероприятие, а из-за задержки рейса времени заехать в отель уже не осталось. Открыв дверь, я выхожу из автомобиля и морщусь от ветра и капель дождя. Я спешно направляюсь к зданию, пряча лицо и волосы от влаги.На входе мужчина в строгом костюме проверяет мои документы, а затем коротким кивком пропускает дальше. Я мгновенно ощущаю тепло внутри помещения, которое контрастирует с холодом и сыростью снаружи. Выдыхаю и, сняв пальто, вручаю его женщине, стоящей у гардеробной. А после прохожу вперёд.Оглядываясь вокруг, я не могу не отметить, как изысканно и со вкусом всё оформлено. Видно, что Чонгук вложил душу в каждую деталь. Высокие потолки украшены великолепными хрустальными люстрами. На светлых стенах красуются картины знаменитых фотографов и художников. А центре зала стоит рояль, и я уже представляю, как это пространство будет заполнено красивой живой музыкой.Пройдя полпути, я останавливаюсь перед зеркалом. Быстрыми движениями поправляю укладку, аккуратно собирая локоны назад, и достаю из сумки пудру и помаду, чтобы освежить макияж. Сделав глубокий вдох, я улыбаюсь себе и стараюсь успокоить бьющееся от волнения сердце. Ощущения настолько яркие и новые, что кажется будто я впервые влюбилась и впервые должна признаться в своих чувствах. Не думала, что это будет так волнительно.Собравшись с духом и сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, я направляюсь к распахнутым настежь широким дверям, за которыми слышатся приглушённая музыка и голоса гостей. Вскоре я оказываюсь в просторном зале. Всё украшено живыми цветами и свечами. Аромат вокруг стоит невероятный. Как и витающая в воздухе атмосфера. Фуршетные столы ломятся от разнообразия закусок, фруктов и десертов. Мужчины в элегантных смокингах и женщины в роскошных платьях перемещаются по залу с утончённой грацией. Они общаются, смеются и выглядят так, как будто сошли со страниц глянцевого журнала. Я в своих расклешённых чёрных брюках и шёлковой бежевой блузке с жемчугом на шее, подаренным Чонгуком, выгляжу максимально просто на их фоне. Но мне плевать, я не чувствую дискомфорта. Всё моё внимание сейчас сконцентрировано лишь на моих чувствах и Чонгуке, которого я ищу взглядом.Осталось всего пятнадцать минут до его выступления. Я хочу успеть поговорить с ним, прежде чем он подойдет к микрофону. Мои глаза быстро находят его в толпе: он стоит в стороне, одетый в элегантный смокинг, который идеально сидит на его фигуре. Улыбка несознательно скользит по моим губам, пока я, замерев, наблюдаю за ним.Он не замечает меня, стоит один, смотрит в экран телефона и что-то печатает. И уже через несколько мгновений я чувствую вибрацию своего айфона в сумочке. Достав его, вижу новое сообщение от мужчины, и моя улыбка становится ещё шире. Сердце замирает от трепета и осознания, что даже сейчас он думает обо мне.Чонгук: «Как себя чувствуешь? Думаю о тебе постоянно. Прилечу к тебе первым же рейсом после открытия».Становится ещё лучше. Как там говорят? Нахожусь на седьмом небе от счастья? Я нахожусь на сто седьмом.Я тут же печатаю ответ: «В этом нет необходимости. Я уже рядом».Отправив сообщение, я направляюсь в сторону Чонгука. Внимательно наблюдаю за ним, ожидая увидеть всплеск удивления и радости на его лице. Но слегка замедляю шаг, когда замечаю, как меняется его выражение лица после прочтения моего сообщения. Не в лучшую сторону. С его лица слетают все краски, он поднимает голову и начинает осматривать толпу.Когда наши взгляды встречаются, я вижу, как его лицо окончательно мрачнеет. Страх, паника - вот что я считываю. Уголки моих губ медленно ползут вниз, оставляя за собой лишь тревогу и смятение.Что происходит? Я сделала что-то не так? Слишком рано и неуместно появилась на публике?Ещё минуту назад я хотела крепко обнять Чонгука, но теперь, подойдя к нему, я останавливаюсь на безопасном расстоянии. Мои руки опускаются вдоль тела и не осмеливаются даже к нему прикоснуться.- Кажется, я совершила ошибку, прилетев сюда, - произношу тихо, вглядываясь в его растерянные глаза. - Думала сделать тебе приятный сюрприз.- Н-нет, как ты... - он хочет сказать что-то ещё, но его слова обрываются, когда к нам подходит женщина.Высокая шатенка с коротко стриженными волосами. Её красные губы контрастируют с бледностью кожи, а проницательный взгляд и уверенная стать напоминают мне Чонгука. Она встаёт рядом с ним, по-хозяйски берёт его под руку и улыбается мне.Я внезапно чувствую себя лишней на этом празднике, где каждое движение этой женщины являются чётким заявлением о её месте рядом с Чонгуком.- Дорогой, представишь нас? Вы будущий преподаватель или ученица? - интересуется у меня женщина, и я перевожу встревоженный и вопросительный взгляд на Чона.- Чонгук? - мой голос дрожит.Надеюсь, что я всё неправильно поняла. Надеюсь, что это его сестра или бывшая жена. Но чем дольше смотрю в его глаза, тем чётче понимаю - сейчас мне разобьют сердце во второй раз. Только размах будет в стократ сильнее.- О-о-о... - усмехается женщина. - Так вы обнаглевшая любовница моего мужа?Моего мужа. Моего мужа. Моего мужа.Её слова звучат как эхо в пустоте.Я продолжаю растеряно смотреть на Чонгука. Даже не знаю, чего сейчас ожидаю от него. Или от себя. Или от этой женщины.Наверное, что кто-то меня ущипнёт, и я проснусь в другой прекрасной реальности, в которой жила буквально пару минут назад.- Эмилия, оставь нас наедине, - Чонгук поворачивает голову в сторону своей жены и смотрит на неё цепко.Она отвечает ему с той же силой, и несколько долгих секунд я слежу за битвой их взглядов.- Твои любовницы перестали чувствовать границы, Чонгук. Уже в Лондон на открытие заявляются. Будь добр приструнить их. Напомни, что ты трахаешь их на территории других стран!Если словом можно убить, то меня только что смертельно ранили. Розовые очки разбиваются стеклами внутрь. Глаза кровоточат. А вместе с ним и вся я. Стою, истекаю кровью и не могу пошевелиться.Я с трудом осознаю, что происходит. Всё перед глазами плывёт. Вижу лишь, как меняется лицо Чонгука от услышанного. Впервые вижу его таким. Ещё бы. Всё ведь вышло из-под его контроля. Он ей что-то говорит. Она - ему. А я их не слышу. Кровь уже заполнила перепонки.Я оцепенело отшатываюсь назад, разворачиваюсь к ним спиной и двигаюсь обратно к выходу. В мою душу словно бросили гранату, и она, взорвавшись, в клочья уничтожила всё внутри меня.Мне больно. Физически. Морально. Хочу бежать, но ноги не слушаются. Увеличиваю шаг, но шатает, будто земля под ногами сотрясается. Чувствую себя так, будто сейчас потеряю сознание. Будто со сто седьмого неба лечу прямиком вниз и вот-вот разобьюсь о землю.«Не сейчас. Не время. Нельзя. Надо добежать до такси прежде, чем разбиться», - повторяю себе. Тошнота навязчиво подступает к горлу, и мне необходимо срочно утолить этот приступ.Проходя мимо стола, на котором пирамидой выстроены бокалы с шампанским, я на мгновение останавливаюсь. Мои глаза фиксируются на хрупкой конструкции. С тяжёлым вздохом тяну руку и резким движением выдёргиваю один из бокалов с самого низа, точно так же как Чонгук только что вырвал моё сердце из груди. Хрусталь начинает падать один за другим, звонко разбиваясь о пол, и, подобно мне, к чертям разлетается на осколки.На звук разбивающегося стекла все гости оборачиваются ко мне. Они смотрят на меня с удивлением и недоумением. Но мой взгляд цепляется за одну единственную фигуру, которая имеет чёткое очертание. Чонгук идёт в мою сторону. Его лицо непроницаемо, но в глубине его лживых глаз я улавливаю нечто похожее на сожаление и раскаяние.Каждый его шаг ко мне, как удар по кровоточащей ране, и я инстинктивно отшатываюсь назад, отказываясь принимать его приближение. Смотрю на него, такого теперь далёкого и чужого, горько улыбаюсь, ощущая, как слёзы жгут глаза, но не позволяю им пролиться. Поднимаю дрожащей рукой бокал в воздух в беззвучном тосте и залпом опустошаю его содержимое, чувствуя, как холодное шампанское обжигает горло.Разворачиваюсь, бросаю фужер к разбитому хрусталю и, ускорив шаг, выхожу из помещения. Быстро прохожу всё то, что ещё недавно казалось мне красивым и наполненным, а теперь ощущается лицемерным и пустым, подобно хозяину этого мероприятия.Я выбегаю на улицу, забыв верхнюю одежду. Порывистый ветер пробирается под кожу, а ливень безжалостно обрушивается на меня. Хлёсткие капли словно пощёчины бьют по лицу, пытаясь привести меня в чувство, но это только усиливает моё ощущение униженности.Я спешу к машине, которая припаркована неподалёку. Подхожу к двери, но не успеваю открыть. Чья-то рука хватает меня за запястье и разворачивает к себе.- Постой, - Чонгук пытается накинуть на меня то ли моё пальто, то ли собственное, но я тут же отбрасываю его на асфальт и пытаюсь вырвать руку из его хватки.- Не смей меня касаться! - шиплю на него.Остаётся пару километром полёта до земли.Подонок знал! Знал, что я против связи с женатым! Я несколько раз у него спрашивала и верила ему!- Лиса, прошу, успокойся и дай мне всё тебе объяснить, - Чонгук смотрит на меня потерянно.Каждое его действие и слово лишено привычной уверенности.- У тебя было для этого так много времени! - взрываюсь и кричу. - На что ты рассчитывал?! На что?! Что я как другие твои женщины приму образ твоей жизни и стану запасным аэродромам? Наша разница с ними лишь в том, что я не была сломлена. Не нуждалась в тебе. Не нуждалась в твоих деньгах, помощи и поддержке. Я никогда не приняла бы твою жену и ваш грязный брак! Ты знал это с первого дня нашего знакомства!Только сейчас до меня доходит всё это, и из глаз вырываются слёзы. Боль накрывает меня штормовой волной и уносит течением в самую глубь, начиная меня топить.Чонгук пытается что-то сказать, объяснить, но я не намерена его слушать. Перед тем как захлебнуться и уйти на дно, я выскажу всё, что уничтожает сейчас по частицам мою душу.- Но тебе захотелось именно меня трахать на территории других стран, - цитирую его жену. - Поэтому плевать на чувства и принципы других, если чего-то хочется! Так ты решил, да?Так и хочется плюнуть ему в лицо, ударить. Но даже такого касания он не достоин.- Лиса, умоляю, выслушай меня! - он касается моего лица.И от этого прикосновения у меня происходит выброс адреналина, и я резко пихаю его в грудь.До земли остались считаные метры.- Не смей больше никогда прикасаться ко мне! - кричу на него во весь голос. - Не смей даже смотреть в мою сторону!Я открываю дверь машины, но Чонгук не хочет меня отпускать.- Я люблю тебя, - пытается достучаться до меня. - Ты слышишь меня?Всё, я долетела до земли и вдребезги разбилась.Я начинаю плакать навзрыд от адской душевной боли.- Я тебя тоже люблю, конченый ублюдок! Только в отличие от тебя я полюбила тебя по-настоящему! - взрываюсь в отчаянии. - Поэтому, если в тебе есть хоть что-то человеческое, имей совесть и оставь меня в покое!Он цепенеет от моих слов. Да, красивое получилось признание в любви. И сюрприз получился шикарным. У Чонгука...Воспользовавшись его растерянностью, я, наконец-то, избавляюсь от его цепких рук и сажусь в машину.- Я мечтаю, чтобы мне на голову сейчас что-то упало и лишило памяти! Чтобы я навсегда забыла тебя! Чтобы забыла всё, что чувствую к тебе! Будь всё оно проклято! - проговорив это со всей искренностью и ненавистью, я захлопываю за собой дверь.И начинаю рыдать ещё сильнее. Водитель тут же блокирует двери, чтобы Чонгук не смог их открыть и, тронувшись с места, с сопереживанием спрашивает, куда ему меня отвезти.- Обратно в аэропорт, - задыхаясь, хриплю я.Какой сюр. Час назад я счастливая запрыгивала к нему в салон и радостным голосом диктовала адрес. Рассказывала, как еду к любимому мужчине, чтобы признаться в любви. А сейчас промокшая до ниток, в слезах и с разбитым сердцем возвращаюсь обратно.Дерьмо.Таксист молча включает подогрев сидений и протягивает рулон сухих салфеток.- Поедем медленно, погода совсем испортилась, - сообщает негромко.- Мне всё равно.Он что-то спрашивает. Но я больше не слышу.Достаю телефон из кармана, чтобы срочно купить билет на первый же рейс в Бангкок. Но увидев сообщение от Минни:«Ну что, детка? Он в каматозе от твоего признания в любви?»Начинаю истерично смеяться. И сквозь слёзы начинаю печатать сообщение ей в ответ:«В каматозе я. Этот ублюдок жена...»И не успеваю я дописать сообщение, как ослепляющий свет от фонарей бьёт по глазам, и в следующую секунду - оглушительный сигнал и резкий удар сбоку прямо с моей стороны. Телефон вылетает из рук, и я бьюсь головой об что-то тяжёлое, а следом - тьма.