Десятая глава. Он

- ...всего доброго вам и вашим принципам...

Бросила чертовка и направилась к выходу. Микеле не знал, восхищаться ее смелости или поражаться такой тупости. В этом зале каждый человек знал, кто он такой. Каждый, кроме одной наглой особы.

Что интересно, он даже вспомнил, где видел эту женщину раньше. Одним летним вечером в Палермо, когда обустраивал жилье для Лео. Тогда она тоже была пьяна и выглядела забавно. Но запомнились ему ее глаза, так удивительно похожие на его. Только в них было сплошное тепло, даже если хозяйка злилась. Как искренне она возмущалась тому, что упустила Пикассо.

Картину купил для Лео, но возникла идея подарить этой маленькой кошечке. Эксперт, как было озвучено. Что ж, возможно набросок будет ею оценен больше, чем племянником. Дал указание Алонсо отправить подарок вместе с запиской. И выкинул инцидент с девушкой из головы.

Сейчас волновала более насущная проблема. Точнее, источник ее появления. Джордж наивно полагает, что начать поздно переговоры - лучший вариант из возможных. Чем больше он ждет треклятой встречи, тем тяжелее будет убедить его в лояльности.

Люди, связанные с ним хоть как-то, знали, что такие мероприятия - последнее место, где Микеле Чезаре хочет находится. Знали, но наивно полагали, что для них он сделает исключение. Такие выводы зря возникали. Кроме семейных торжеств, ни одно другое не вызвало положительных эмоций.

Его раздражало все, связанное с аукционом. Начиная с поездки в аэропорт и заканчивая этими людишками, противно лебезящими перед ним. Конечно, больше всех досталось Алонсо. Он выслушал от него каждую незначительную мысль. Особенно ту, которая полностью пропиталась раздражением. Не помогало ничего: ни шутки, ни алкоголь, ни разговоры. Микеле не хотел ехать и точка.

Единственное, что немного примиряло с поездкой, ее длительность. В общей сложности, она занимала ровно сутки. И с каждой секундой ожидания, время Эддингтона сокращалось настолько же.

Слегка развлекла блондинка, синие глаза которой запомнились. Девушка явно из России, но так свободно говорила с ним и на английском, и на итальянском. Это вызывало уважение. А еще то, что она не флиртовала с ним и не боялась. За столько лет уже вошло в привычку, что каждой женщине от него что-то было нужно. И просилось это сквозь страх в глазах, который старались скрыть. А эта особа была откровенна во всем.

Притормозил этот поток мысли, чтоб не увлекаться. Строить отношения с кем бы то ни было в планах не было. Вряд ли, блондинку устроит что-то другое. Поэтому вернулся к Эддингтону и его глупости. Дает ему еще двадцать минут и уходит. Договорить о встрече потом будет намного сложнее, чем затащить на вечеринку.

Да, у аукциона были благие цели - помочь онкобольным детям. А кто-то посчитал сумму, потраченную на него? Нет! Ее бы, как раз, хватило на приобретение оборудования, на которое, собственно, и собирали деньги. Хотя, такой поступок не погладит их амбиции по шёрстке.

Алонсо возник на последних минутах отведенного времени.

- Мне надоело!

- Вижу, - кузен усмехнулся и отобрал бокал с остатками виски, - пошли.

- Ты в курсе, как я зол? - за ровным голосом скрывался огромный всплеск негатива. Только направить его хотелось в нужное русло, а не брата.

- Подозреваю. Будет повод ускорить разговор.

Этот парень знал, как им манипулировать. Иногда, появлялось желание прибить его. Но, чаще всего,то качество служило во благо. Как сейчас.

Проходя мимо далеко нетрезвых гостей вечера, пренебрежительно обходил стороной. Главное условие - не смотреть в лицо. Тогда ни у кого не возникает желание подходить к нему. Оно и так редко появляется, но это было наверняка.

На втором этаже оказалось немного тише. Их шаги эхом раздавались выше. Отметил синхронность походки. Черт, пора Алонсо дать отпуск. Он становится тенью. Кузен так часто находился рядом с ним, что забывал о любой другой жизни. Бедняга, даже с женщиной познакомится не может, времени не остаётся. А Микеле знал, как сильно парень хочет создать семью. Надо будет этот момент обдумать уже дома, не здесь и не сейчас.

- Передали? - чтоб не идти совсем в тишине, решил уточнить момент с картиной.

- Да, вручили уже. - Алонсо замолчал, а потом резко начал, - Зачем нужно было?

- Захотелось. - в одном этом слове вместил столько всего, что и сам замолчал.

- План есть?

- Все по факту.

Диалог получился так себе, но, учитывая паузы, вполне. Он не любил лишние слова, еще ни разу их количество не заменяло качество. Особенно это помогало в решении деловых вопросов.

На входе в кабинет стояла охрана. Два серьезных лица смотрели на них с абсолютным отсутствуем интеллекта. Да и функцию свою - запугать - никак не выполняли. После обыска их запустили вовнутрь.

Эддингтон, видимо, вжился с ролью короля, раз выбрал именно эту комнату для встречи. Весь фальшивый антураж лишь резал глаз и раздражал. Микеле не мог понять, что больше на него действовало: фальшивый антиквариат или фальшивый король.

Чтоб не смотреть на расплывшееся лицо Эддингтона, оценил вред, нанесенный комнате. Итак, в огромном прямоугольном помещении не оставили пустым даже квадратный метр. Перед ним находились два дивана, четыре кресла, расположенные по кругу, а посередине - журнальный столик. Это была центральная конструкция. Один край, занимал стол и еще два кресла. А с другой стороны располагалось окно. Гардины противного горчичного цвета отбирали остатки пространства. Ну, а "вишенкой на торте" были трофеи на стенах. Хотелось выяснить, кто творец этого ужаса и застрелить.

Пока он молча осматривался, тянул время, Эддингтон заметно нервничал в своем кресле. Алонсо раскусил тактику и старался не засмеяться вслух. Этот парень не упустит ни одной возможности поднять себе настроение.

Когда прошло достаточно времени, Микеле расположился на одном из уродливых кресел в центр комнаты. Что было еще одной возможностью поиграть на нервах хозяина. Сделав приглашающий жест, наблюдал за выражением лица. Его тактический ход раскусили оба, но каждый на свой манер. Кузен не выдержал и начал смеяться, но вовремя спрятался за кашлем. А Эддингтон покраснел от возмущения, которое, естественно, не высказал. Весь покрылся красными пятнами, нервно потирал лицо. Пока дошел к ним, чуть не задымился.

- Итак, господа, отбросим лишние слова и перейдем к сути дела! - не выдержал Алонсо и начал разговор. Жаль, хотелось еще подействовать на нервах.

- Да... Пожалуй... - хорошо, заикаться не стал. Раздражали такие неуверенные люди. - Выпьете что-то?

- Нет! - резко отрезал и посмотрел напротив, - Что ты хочешь?

- Я? Ну да, хотел... Это... Сроки... А я не это...

- Джордж, либо ты соберешься и скажешь все четко и ясно! Либо я выхожу из этой паршивой комнаты!

Лицо Джорджа стало уже полностью пунцовым. По непроизвольным движениям видно, что парень не против выпить, а лучше всю бутылку.

- Микеле, я знаю тебя с детства. Видел как ты рос и становился...

- Короче!

- Ты много мне помогал, как и твой отец... - черт, не подействовало. Похоже, что речь заготовлена и ее всю проговорят.

- Еще короче!

- Но...

- Никаких но! - терпение лопнуло. Встал со своего места и подошёл вплотную к Эддингтону. - Ты, - тыкнул грудь пальцем, - вызвал меня на этот абсолютно фальшивый вечер! Ты, - повторил движение еще резче, - испытывал мое терпение! Ты, - наверняка, останется синяк, - злишь меня своим текстом! Не советую! Что! Ты! Хочешь! - последние три слова почти выплюнул в лицо! Надоело! - Коротко!

- Я понял. - наконец, произошло чудо! - срок выплаты долга подходит, но таких денег пока нет. Мы можем продлить выплаты?

Итак, Алонсо угадал, как всегда, впрочем. Отвернулся от Эддингтона и пошел к окну. У него был ответ, да говорить сразу не стал бы в любом случаем. То, что Джордж работал еще с отцом, для него огромный бонус. С другой стороны, прощать долги не в его правилах.

Не выдержал и сорвал гардины. Нет, эстетом его можно назвать с натяжкой. Но во всем их огромном особняке не было ни одной детали, портящей вкус гостей. И он не спорил с постулатом, что у каждого свои вкусы и предпочтения. Но это выходит за рамки приличий. Тратя деньги на такое, никогда не соберешь долги.

- Что сам предлагаешь?

- Продлить выплаты на тех же условиях, на три года.

Ты смотри, даже на мгновение не замялся. Какой хитрый! Прям, на тех же условиях ему подавай. Отвернулся к окну и сделал вид, что задумался. Почему все думают, что умнее остальных? Кто его знает, как поведет себя экономика на эти три года? Господство на рынке могут взять и русские рубли, а ему получай обесцененный евро. Или наоборот, возрастет курс до небес. Нет, уж, мистер Эддингтон, будет так, кок хочет Чезаре. И точка!

- Мои условия: процент возрастает вдвое, выплата основной суммы - через год. - Джордж хотел возразить, но поднял руку, чтоб замолчал. - или так, или никак. Думай сам, ответ передашь Алонсо. - кивнул кузену на выход. - На этом прощаюсь с тобой.

Вдвоем направились к двери. Уже выходя, повернулся и пристально посмотрел на него.

- Еще раз пригласишь меня из-за такой мелочи, ответ будет другим!

Захлопнул дверь и пошел по коридору. Пользоваться своим знакомством с покойным отцом - запрещенный прием. И только из-за этого усугубил условия. Каждый пытается нащупать рычаги давления на него, да бесполезно! Таких зазнавшихся индивидов он ставил на место на раз-два-три.

- Проследи, чтоб до него дошло все. Через год - деньги должны быть выплачены!

Путь до машины они провели в тишине. Хорошо еще никто не пытался завязать разговор с ними. Пора прекращать эти вечеринки. Никакого толку в них нет, Пустая трата времени и энергии. Это первое. Найти способ отправить Алонсо в отпуск, это второе.

В голове возник образ блондинки. Красивая женщина, сильная и уверенная. Жаль, что у них ничего не получится. С ней хотелось продлить знакомство. Глядя на ночной город, пытался представить ее в одном из отелей. Что она делает? О чем думает, глядя на картину? Черт, эти мысли стоит отбросить. Ни к чему хорошему не приведут.

- Что у нас завтра?

- Ничего особенного. Пара встреч, связанных с днем рождения Лео и все.

- Займись этим. Мне надо подумать про нападение. Круг пора сузить и заняться им плотнее. Запрети доставку приглашений мне.

- Я понял. Хотя, был бы ты более светским, это могло поспособствовать организации.

- Чем? Тем, что все сядут мне на голову?

- Нельзя так критично воспринимать.

- Это пустой разговор, кузен. - тон, каким сказал фразу, заставил Алонсо замолчать.

Об этом они уже говорили множество раз. Не возможно его переубедить. Чем меньше знают его лицо, тем лучше для их общего дела. Дела, которое всегда будет стоять на первом месте.