Письма с фронта

Дождь барабанил по окнам создавая ритмичный шум, который странным образом успокаивал Эми. Подобные дождливые вечера всегда напоминали о том самом дне, когда грузовик чуть не сбил её, отправив в 1943 год. Почти год прошёл с того момента, как она оказалась здесь. Всё это время без смартфона, интернета и всех технологических удобств будущего.

Эми сидела у окна, перечитывая последнее письмо Баки. Бумага была потёртой от частых прикосновений, но каждое слово по-прежнему отзывалось в её сердце.

"Дорогая Эми,

Надеюсь, что в Нью-Йорке дела идут лучше, чем здесь. Европа не похожа на ту, что мы видели в туристических буклетах или о которой ты рассказывала.

107-й переводят на новую позицию. Детали сообщить не могу – военная тайна, сама понимаешь. Не волнуйся за меня. Я берегу себя, как обещал.

Как там Стив? Присмотри за этим придурком, пожалуйста. У него слишком доброе сердце для этого жестокого мира.

Надеюсь, мистер Старк не заставляет тебя слишком много работать. Хотя, зная вас обоих, вы, наверное, забываете даже поесть, когда погружаетесь в свои изобретения.

Береги себяБаки"

Это письмо пришло три недели назад. С тех пор – ни слова.

Эми вздохнула и отложила письмо. Она поднялась, чтобы заварить себе чай, когда зазвонил телефон.

– Алло? – сонно произнесла она.

– Эни? Это Говард Старк. Ты нужна в лаборатории. Срочно, – голос деда звучал напряженно, что было редкостью.

– Сейчас? – Эми взглянула на часы. Было почти полночь. – Что-то случилось?

– Возможно, прорыв. Я пришлю за тобой машину.

– Буду готова через пятнадцать минут, – ответила Эми.

***

Лаборатория была освещена яркими лампами, создавая контраст с тёмной ночью за окнами. Говард стоял над чертежами, его обычно безупречная прическа была взъерошена – верный признак того, что он работал несколько часов без перерыва.

– Наконец-то! – воскликнул он, увидев Эми. – Мне нужен свежий взгляд. Этот вибрационный стабилизатор для нового типа миномётов... что-то не сходится в расчётах.

Эми сняла пальто и подошла к чертежам.

– А ты пробовал изменить угол крепления? – она наклонилась и указала на схему. – Если моя теория верна, вот здесь возникает точка резонанса.

Говард моргнул, затем его лицо озарилось пониманием:

– Чёрт возьми! Конечно! Как я мог это пропустить?

– Потому что ты не спали сорок восемь часов? – с лёгкой усмешкой предположила Эми.

– Не преувеличивай, – отмахнулся Говард. – Всего тридцать шесть.

Эми закатила глаза – жест, который определённо унаследовала от своего отца из будущего.

***

Военное время изменило Нью-Йорк. Эми замечала эти перемены каждый день по дороге на работу. Плакаты, призывающие покупать военные облигации, очереди за продуктами по карточкам, женщины, занявшие рабочие места мужчин, ушедших на фронт.

Эми покупала утреннюю газету на углу возле квартиры. Заголовки становились всё тревожнее с каждым днём:

"ТЯЖЕЛЫЕ БОИ В ИТАЛИИ""СОЮЗНЫЕ ВОЙСКА ГОТОВЯТСЯ К РЕШАЮЩЕМУ НАСТУПЛЕНИЮ""БОРЬБА С ГИДРОЙ ПРОДОЛЖАЕТСЯ"

– Дайте-ка угадаю, задумалась о будущем мира? – раздался голос за её спиной.

Эми обернулась и увидела Пегги Картер, одетую в строгий военный костюм.

– Пегги! – искренне обрадовалась Эми. – Не думала встретить тебя здесь.

– Я проездом в Нью-Йорке, – объяснила Пегги. – Зашла проверить некоторые разработки Старка перед отправкой на фронт.

Они направились вместе в сторону офиса.

– Как дела у нашего Капитана Америки? – спросила Эми.

Пегги вздохнула:

– Стив... он не в восторге от роли циркового артиста. Последний концертный тур закончился, и он, кажется, на грани.

– Когда он вернётся в Нью-Йорк? – спросила она.

– Сегодня вечером у него последнее выступление в Бруклине, – ответила Пегги.

***

Театр был заполнен до отказа. Дети с маленькими щитами-сувенирами, женщины, мужчины, не подходящие для службы – все пришли посмотреть на легендарного Капитана Америку.

Эми сидела в третьем ряду, скрестив руки на груди. И вот занавес поднялся, и на сцене появилась шеренга танцовщиц в патриотических костюмах. Они пели что-то о звёздах и полосах навсегда, а затем... выбежал он.

После шоу Эми проскользнула за кулисы. Она нашла Стива сидящим на ящике, всё ещё в костюме, но без маски. Он выглядел уставшим и опустошённым.

– Так ты продолжаешь покорять эстраду? – произнесла она, прислонившись к стене.

Стив поднял голову, его глаза расширились от удивления:

– Сначала я и правда думал, что это временно. Что вскоре меня отправят на фронт. Но... похоже, что правительство считает меня более полезным здесь, продавая облигации.

– А ты что думаешь?

– Я думаю, что Эрскин не для того рисковал своей жизнью, чтобы создать танцующую обезьянку, – с горечью произнёс Стив.

Эми положила руку ему на плечо:

– Тогда перестань ею быть.

Стив посмотрел на неё:

– Что ты имеешь в виду?

– Стиви, – это прозвище вырвалось само собой, и Эми заметила, как Стив удивлённо приподнял брови, – ты всегда говорил, что хочешь делать то, что правильно. Ты поступил правильно, согласившись на эксперимент. Но сейчас... это не то, для чего ты был создан.

– Стиви? – переспросил он с удивлением.

– Извини, – Эми смутилась. – Вырвалось.

– Нет, всё в порядке, – он слабо улыбнулся. – Баки иногда так меня называл, когда мы были детьми. Просто странно слышать это от тебя.

При упоминании Баки сердце Эми сжалось.

– Ты получал от него новости? – спросила она.

Стив покачал головой:

– Последнее письмо было месяц назад. Ты?

– Три недели назад, – ответила Эми. – Он писал, что 107-й переводят на новую позицию.

Стив кивнул, а затем поднялся:

– Знаешь что? Ты права. Пора перестать быть танцующей обезьянкой. Завтра я поговорю с полковником Филлипсом.

***

На следующий день Эми работала в лаборатории с Говардом над улучшенной версией рации для полевых условий, когда двери распахнулись, и в помещение вошли Стив и Пегги. Выражение лица Стива было мрачным.

– Что случилось? – спросила Эми, откладывая паяльник.

– 107-й попал в засаду, – ответил Стив. – Большинство солдат либо убиты, либо взяты в плен.

Эми почувствовала, как кровь отхлынула от её лица:

– Баки?

– Числится пропавшим без вести, – тихо сказала Пегги.

Эми опустилась на стул, пытаясь справиться с накатившей тревогой. Баки не мог просто... исчезнуть.

– Филлипс отказывается отправлять спасательную миссию, – продолжил Стив. – Говорит, что это слишком рискованно, и мы не можем жертвовать многими ради спасения нескольких.

Говард, который до этого молча слушал, подал голос:

– И что ты собираешься делать, Кэп?

Стив выпрямился, в его глазах появилась решимость:

– Я иду за ними. Один, если понадобится.

– Не один, – твёрдо сказала Пегги.

– И определённо не без надлежащего снаряжения, – добавил Говард, поднимаясь. – Если ты собираешься на базу Гидры, тебе понадобится кое-что посерьёзнее, чем этот картонный щит.

Эми встала, стряхивая оцепенение:

– Я помогу с подготовкой. Говард, у тебя же есть прототип щита из вибраниума?

Говард поднял брови:

– Откуда ты знаешь про...

– У меня было много свободного времени, – решительно перебила его Эми. – И, Стив, тебе понадобится настоящий костюм. Не это... театральное недоразумение.

Стив улыбнулся впервые за весь разговор:

– Есть идеи?

– О, поверь мне, – Эми хитро улыбнулась,  – у меня масса идей.

***

Ночью они собрались на частном аэродроме Говарда. Стив был одет в новый, более функциональный костюм, который Эми помогла создать – темно-синий с красно-белыми элементами, достаточно незаметный ночью, но всё ещё патриотический. На его спине был закреплён новый щит сделанный из прочного вибраниума.

– Как ощущения? – спросила Эми, поправляя крепления на его форме.

– Как будто я наконец-то надел что-то своё, – ответил Стив, проверяя гибкость костюма.

Говард проверял небольшой самолёт, на котором Пегги должна была доставить Стива к предполагаемому местонахождению базы Гидры.

– Это сумасшествие, – сказал Говард, подходя к ним. – Но, чёрт возьми, мне нравится!

Стив повернулся к Эми:

– Я верну его. Обещаю.

– Знаю, – кивнула она. – Иначе мне придётся самой отправиться туда и вытащить вас обоих.

Стив усмехнулся:

– Поверь, ты на это способна.

– Ещё бы, – Эми улыбнулась, хотя в глазах стояли слёзы.

Она протянула ему небольшое устройство:

– Держи. Это улучшенная рация. Радиус действия больше стандартной в два раза. Когда найдёшь Баки и остальных, сообщи координаты для эвакуации.

Стив взял устройство и положил его в карман:

– Спасибо, Эми. За всё.

Он направился к самолёту, где его ждала Пегги. Эми смотрела, как они взлетают, и молилась всем известным ей богам.

***

Следующие двадцать четыре часа были самыми долгими в жизни Эми. Она не отходила от радиопередатчика в лаборатории Говарда, ожидая хоть какого-то сигнала от Стива.

– Ты должна поспать, – сказал Говард, принося ей кофе. – Я разбужу тебя, если будут новости.

– Не могу, – покачала головой Эми. – Каждый раз, когда закрываю глаза, вижу Баки... и Стива... они оба в опасности, и я ничего не могу сделать.

Говард сел рядом с ней:

– Знаешь, что я заметил за время нашей работы? Ты заботишься о людях так же сильно, как и о технологиях. Это редкое качество.

Эми грустно улыбнулась:

– Мой отец не всегда был таким. Ему потребовалось время, чтобы понять, что люди важнее машин.

– А я? – спросил Говард. – В будущем, я понимаю это?

Эми посмотрела на своего деда, человека, которого она не знала при жизни:

– Вы пытались. Но некоторые раны слишком глубоки, чтобы их легко залечить.

Говард кивнул, словно понимая, о чём она говорит, хотя не мог знать всех деталей.

Внезапно радиопередатчик ожил, и сквозь помехи прорвался голос Стива:

– База... координаты... пленные освобождены... возвращаемся...

Эми подскочила к прибору:

– Стив! Стив, ты меня слышишь? Баки с тобой?

– ...да... жив... все... – связь прерывалась, но Эми услышала главное.

Она повернулась к Говарду, на её лице расплылась широкая улыбка:

– Они живы! Он спас их!

Говард улыбнулся в ответ:

– Никогда не сомневался в Кэпе. А теперь нам нужно организовать эвакуацию.

***

Два дня спустя Эми стояла в толпе, встречающей героев. Со Стивом во главе, оставшиеся в живых солдаты 107-го полка маршировали по улицам Лондона. Они выглядели измождёнными, но в их глазах горел огонь победы.

И там, рядом со Стивом, шёл Баки. Он был худее, чем Эми его помнила, с тёмными кругами под глазами и новым, более жестким выражением лица. Но он был жив.

Когда официальная часть закончилась, и солдаты разошлись, Эми протолкалась сквозь толпу. Баки увидел её первым, и его уставшее лицо осветилось улыбкой:

– Эми?

Она бросилась к нему, обнимая так крепко, как только могла:

– Ты жив, – прошептала она, чувствуя, как слёзы катятся по щекам. – Ты действительно жив.

Баки обнял её в ответ:

– Обещал же, что буду беречь себя, – его голос звучал хрипло, но в нём слышалась улыбка.

– Ты ужасно справляешься с обещаниями, Барнс, – Эми отстранилась, вытирая слёзы.

– Эй, я здесь, разве нет? – он нежно коснулся её щеки. – Благодаря Стиву, конечно.

Она повернулась к Стиву, который наблюдал за ними с мягкой улыбкой:

– Спасибо, Стиви.

Стив кивнул:

– Всегда пожалуйста, мисс Поттс.

– Стиви? – переспросил Баки, поднимая бровь. – С каких пор вы двое настолько близки?

– С тех пор, как я помогла ему стать настоящим Капитаном Америкой, а не танцующей обезьянкой, – ответила Эми с гордостью.

– Танцующей обезьянкой? – Баки расхохотался. – О, это я должен услышать!

– Долгая история, – быстро сказал Стив, краснея. – И не такая интересная, как твоя. Как ты там оказался?

Улыбка Баки немного померкла:

– Тоже долгая история. И не особенно приятная.

Эми заметила, как что-то промелькнуло в его глазах – какая-то тень, которой раньше не было.

– Расскажешь, когда будешь готов, – мягко сказала она, беря его за руку. – А сейчас я знаю отличный паб неподалёку. Думаю, герои заслуживают выпить.

Она подхватила обоих мужчин под руки:

– Итак, джентльмены, кто готов услышать, как я чуть не взорвала лабораторию Говарда, пытаясь улучшить вашу рацию?

Вместе они направились в паб, оставляя позади тяжёлые мысли о войне хотя бы на один вечер. Эми знала, что впереди их ждут новые испытания, но сейчас, в этот момент, они были живы и вместе. И этого было достаточно.