Новые друзья

Первое время парни, бывшие студенты Хогвартса, не могли избавиться от сравнений новой школы со старой. В Дурмстранге всё было иначе. Уровень завышенный! И если бы парни себя не тренировали самостоятельно, открыв в Хогвартсе тренировочный клуб, кто знает, как бы они учились сейчас...

Задавали ровно столько же, сколько остальным студентам, без поблажек. Помимо этого, парни пытались нагнать тот материал, что не давали в Хогвартсе, но спрашивали здесь. Приходилось сверять свои оценки, постоянно просить задания, чтобы не оказаться в рядах отстающих, и несколько ночей провести без сна и отдыха. Всё ради того, чтобы догнать свой курс.

Потраченные силы того стоили. Драко и Блейз сравнились с однокурсниками, а Гарри ушёл немного дальше, войдя в число лучших. Оно и не мудрено, беря во внимание всех его учителей, главным из которых являлся сам Тёмный лорд — другого и ждать не приходилось.

Парни не желали подводить родителей, и расслабляться. Они понимали, что этот учебный год последний, и нужно выжать из него всё, что только можно. К тому же, есть все условия.

Но в один день они-таки урвали на хороший сон и отдых. Свалились на кровать, едва доделав домашнее задание. После трех недель изнурительной работы ради одной единственной цели — показать себя — можно расслабиться. Они заслужили. Отправились спать раньше остальных — в восемь вечера.

Только вот у соучеников были свои планы. Опасные шуточки — это в стиле Дурмстранга. Приколы небезызвестных близнецов Уизли и рядом не стояли с теми, что могут показать студенты северной школы. Компания умельцев, из четырёх человек, тихо пробрались в комнату, трансфигурировав дверь.

— Даже на дверь защиту не поставили, — посмеялся один из них, за что получил легкий щелбан от другого.

— Молча открывай, — посоветовал тот, что ударил, после чего вздохнул. — Но я повторюсь, зря мы это делаем.

— Ничего не зря, — фыркнул парень с правой стороны, — через это проходят все новички.

Призвать существ оказалось плёвым делом. Но то, что случилось после — не ожидал никто из шутников. Раздался взрыв. В студентов Дурмстранга полетело проклятое пламя, пурга изо льда и высшее заклинание лишения сил, действующее даже на нежить, которое преподавали в Дурмстранге. Призванные твари были истерзаны в мелкие клочья, а шутники в последний момент успели поставить щиты. Но избежать кары не удалось. Их задело, и весьма ощутимо.

— Какого хрена?! — заорал Блейз, когда увидел сокурсников в довольно паршивом состоянии.

Всё могло закончиться печально, не будь среди шутников целителя. Александр, тот самый парень, обладающий магией исцеления, избавил парней от полученных ожогов, от переохлаждения, и ран, возникших после взрыва.

— Чтоб меня леший драл! С хера ли вы такие мощные?! — прокряхтел Дэниэль, что вошёл в число «надрали задницу сильнее всех».

— Учимся хорошо, — зло процедил Гарри, после чего заорал. Возмущению не было предела. — Повторяю вопрос, какого хрена, мать вашу?!

В коридоре послышался гомон голосов. К ним приближались звуки бега и удивлённые возгласы. Они подняли на уши всех. И спешили не только студенты. Гарри, как единственный, кто мог ощущать магический след каждого волшебника, смог отделить два отличающихся от других. Более сильных, взрослых. Профессора.

— Пошутить решили, — проворчал Келли, единственных среди них шестикурсник. — Все новички через это проходят, нехрен так смотреть. Даже через повязку чувствуется твой взгляд. Да и ваши, чёрненький и блондинчик, не лучше.

— А если бы мы вас убили, кретины безмозглые?! — срывая голос, орал Гарри, борясь с желанием снять свою маску для сна и увидеть ту кучку идиотов, додумавшихся до шуточного нападения. — Мы всегда открываем огонь на поражение! Профессор Барштах советует то же самое! Башкой вообще не думаете?!

Блейз, готовый так же громко высказаться о неудачной шутке, промолчал благодаря другу. Тот не жалел свою глотку и орал не только за себя, за всех троих. Драко так вообще не мог прийти в себя. Молча пыхтел и прожигал взглядом. Слова в глотке застряли.

Тем временем в комнату ворвались профессора. Увидев ошмётки нежити и то, во что превратилась комната, а так же ощущая остаточные следы тёмной магии, взрослые сперва побелели, а после нахмурились. Годами преподавая в этой школе, они знали её порядки и традиции. Разобраться труда не составило.

— Ну что, шутники? Получили ответ? — спросил тот самый профессор Барштах, на которого ссылались минуту назад.

— Просим прощения, профессор Барштах, профессор Гулс, — за всех товарищей, коих было трое, извинился Александр, и подошёл к двум, что ближе, к Келли и Артуру, кладя на их головы руки и заставляя поклониться в качестве извинения.

— Аккуратнее, блядь! — прошипел Артур, кривясь от боли. Его голове больше всего досталось.

Нецензурная лексика была пропущена профессорами мимо ушей. Здесь, в школе юных, нередко буйных и ещё подрастающих мальчиков и юношей, таковым никого не удивить. Основательно ругала за лексику только профессор этикета Джованна Фарлоу. На её уроках студенты вели себя, как положено.

— Юноши, ваши новые соученики пережили нападение вампиров на свою бывшую школу. И не просто пережили, а дрались за свою жизнь. Вы хорошо знаете о том, как сильно влияют инстинкты после такого происшествия. Люди, испытавшие подобные ужасы, всегда будут готовы сперва постоять за себя, а уже потом разбираться. Никогда не забывайте об этом.

— Мы тоже просим прощения. Нервы действительно ни к чёрту, — так же поклонился Гарри, понимая, что ситуация повторяется. Драко и Блейз как-то направили палочки на Марволо, неожиданно появившегося в его комнате. И успокоительным здесь не поможешь. Речь об инстинктах выживания, которые доказали свою эффективность и потому закрепились.

— Мы согласны шутить с другими, как-то развлекаться, — продолжил говорить после кузена Драко, наконец найдя нужные слова. Всё это время он не отпускал палочку и руку своего парня, который первым делом подлетел к нему, желая защитить. — Но не таким способом. И ладно я, блондин, но моему брату и моему парню вы прибавили парочку седых волос точно!

Компания шутников жалела о своём поступке. Ещё никогда их затея не оборачивалась таким провалом, который и вовсе мог унести их жизни. Не будь щита и сильного целителя — из школы выносили бы трупы. А новеньких бы осудили за превышение самообороны. И то, если бы доказали. Стыдно донельзя.

Ещё долго парни просили прощение и заглаживали позже свою вину. В виде помощи в учебных делах, добычи разного рода вкусностей, прикрытия от профессоров. Да и сами Лестрейндж, Малфой и Забини не могли долго злиться. Никто ж не знал, что новички окажутся настолько нервными.

Не считая неудачной шутки, как признали бывшие слизеринцы, парни оказались неплохими. Им удалось наладить хороший контакт, особенно когда речь пошла о совместных тренировках.

Гарри стукнуло в голову, что, обладая умением разрушать и причинять физический вред, стоило бы научиться устранять последствия. А в магическом целительстве он, в общем-то, не смыслил ни черта. Так что с Александром, оказавшимся самым совестливым среди квартета, Лестрейндж подружился в первую очередь и попросил обучить его хотя бы простейшим вещам. Лечение — радикально новая сфера, в отличие от того, что он делал всегда.

Блейз, заинтересовавшийся умением призывать, так же нашёл для себя вещи, которыми можно было поживиться у шутников. Драко же разрывался между и между. Хотелось и в плане целительства больше изучения и в области призывателя оценить масштабы. Из троицы, он единственный, кто не мог сделать окончательный выбор.

Они выбрали магические посохи, но те не находились даже в стадии разработки. Для того, чтобы что-то создавать, нужно многое изучить в теоретическом плане. И новые знакомые не помогали с выбором. Один тянул на себя, второй на себя. Не имели свой посох только Артур и Келли. И если второй орудовал палочкой в большинстве своём, первый полагался на холодное оружие, исписанное рунами. Многие волшебники недооценивают такое тонкое искусство, как руны.

Бывших слизеринцев этот парень привлекал сильнее всех. Именно потому, что застать его с волшебной палочкой почти не удавалось. А с ножами... казалось, он спал с ними. Гарри любитель холодного оружия особенно сильно зацепил. И дело не только в ножах. Артур очень уж сильно был похож на... Марволо. Когда Лестрейндж разглядел в ершистом, дерзком и вредном парне знакомые до боли черты — он обалдел. Не бывает таких совпадений! А уж как к парню тянуло... Хотелось узнать куда сильнее, нежели остальных. Сравнить, хоть это и глупо.

Артур уловил как-то на себе заинтересованные взгляды, что ему нахрен не сдались, и без промедления направился к источнику раздражителя.

— Тебя что-то интересует?

— Пообщаться, — коротко ответил Гарри. Пока интересовало только это, а дальше неизвестно.

Страха перед парнем Лестрейндж не испытывал. Побаивались его разве что младшекурсники. Мрачная физиономия, плюс постоянный показ оружия — оно невольно отталкивало.

Артур перестал крутить нож на пальце и крепко перехватил его, тихо цокая.

— Ну.

— В чём твоя сфера?

— В боевых искусствах.

— Это круто. Я знал одного парня, который хорошо в них разбирался, — искренне восхитился парень, но его радость быстро омрачилась. Парень, которого он упомянул, был почивший Атрей. Воспоминания о нем все ещё причиняли боль. — Значит, ножи любишь?

— Они моя отдушина, — лицо немного смягчилось и Артур посмотрел на свой рунический нож, — и надежные друзья.

В этом Лестрейндж ни капли не сомневался. Выгравированные руны, те, что он мог прочесть, не давали ножам улететь куда не положено. А также потеряться. Они полностью подчинялись своему владельцу, даже на расстоянии.

— А почему именно ножи?

— Потому что в магическом плане наш Арти немного слабоват, — влез неожиданно в их разговор Дэниэль и икнул от страха, когда нож пролетел в миллиметре от щеки и вошёл прямо в стену.

— Заткнись, — вновь помрачнел брюнет.

— Эй! Если подерётесь, я вас в бараний рог скручу, — зло одёрнул Конрад, появившийся с другой стороны коридора. — Алекс задрался вас лечить, идиотов. А ты лучше бы за Келли присмотрел, пока он не спился, вместо того, чтобы лезвиями разбрасываться.

— Я не мамочка, чтобы следить за этим кретином, — процедил Артур, вытягивая руку в сторону, и нож сам влетел рукоятью в ладонь. Парень в наглую огрызался со старшим, не желая плясать под его дудку. Но всё же направился на выход. Искать друга детства, у которого два года есть легкая зависимость.

Оставшийся Дэниэль сжался, словно маленький ребёнок, под взглядом Конрада. Этот человек был единственным, кого парень побаивался.

— Мы не собирались драться. Я так, хотел в беседу влезть.

— Угу. Вот вечно вы, сука, любите куда-то влезать! Шило в жопе мешает? — мрачно проворчал Конрад, а после вздохнул. — Вот и попробуй тут с вами не ругаться матом. Иди уже.

Не было слов, чтобы выразить с какими чувствами Гарри смотрел на погашенную перепалку. Такое взаимодействие заставляло ощущать себя желающим причастности. Ему хотелось влиться в эту атмосферу.

— Я в шоке.

— Приходится следить за этой компашкой на правах старшего, так сказать, — чуть усмехнулся Конрад.

Чары, очень похожие на согревающие, при этом приносящие спокойствие и даже легкий эффект радостных чувств, были насланы на старшего волшебника. На губах того невольно расцвела улыбка. Не только из-за полученного магического результата. Он знал, кому принадлежат эти чудесные чары.

— Тебе после недавнего боя прописан постельный режим. Телу и духу нужен покой.

— Ну, ты же ушёл, а одному мне точно неспокойно, — Конрад сам подошёл к возлюбленному. — Когда вижу твои собранные волосы, хочется найти заколку в виде бабочки, чтоб ты стал ещё прекраснее.

То, как Норман менялся перед Александром — поражало Гарри. Совершенно другой человек. Мягкий, нежный. А сколько любви в глазах. Алекс был настоящим счастливчиком. И их поцелуй... он прекрасен.

Поймав себя на мысли, что бесстыдно любуется на двоих любящих людей, Гарри быстро отвернулся. Неприлично, в конце концов! Глубоко личное действо должно оставаться за семью замками. И хотя парни явно не стеснялись, всё равно негоже на это пялиться.

Да и, чего таить, желание пробуждалось. Гарри скучал по поцелуям с Марволо, и часто заставлял себя потерпеть. Будет им ещё счастье. Один год учебы — и будут вместе всегда. А пока можно пообщаться с помощью дневника. Теперь, когда свободное время появилось, чем не возможность? В крови недостаточно витамина «Марволо». Об этом говорил и сильный интерес к Артуру, что так похож на крёстного. А уж кому, как не Гарри лучше всех знать о том, что заменители — гиблое дело, от которого больше неприятностей чем пользы.

— Привет, родной. Я по тебе соскучился.

— Мой маленький василиск, — знакомое с детства ласковое прозвище проявилось на бумаге уже через пару минут. — Давно ты не связывался со мной.

— Дел невпроворот. Только сейчас выдалось свободное время. Решил сразу написать тебе. Рад, что ты так быстро ответил, даже не ожидал! Неужто держал дневник в руках?

— Если я нахожусь в своём кабинете — дневник всегда рядом. Не в первый раз ты выбираешь удачное время, чтобы о себе заявить. Я как раз хотел сделать перерыв.

— Вот и будет тебе перерыв. У меня море эмоций! Дурмстранг — это озеро, в которое ныряешь сразу и с головой! С Хогвартсом не сравнить. Его практически можно назвать болотом! И я рад был вырваться. Даже не скучаю. Разве что по вкусностям Хогсмида. Здесь ничего такого нет. Но кормят хорошо. Особенно мясом. Даже намёки на плечи теперь появились, а то я худющий, сам знаешь, — немного сбивчиво писал Гарри, торопясь высказать всё, что хотел. Времени у них не много.

— А как обстоят дела с погодными условиями? На севере редко можно насладиться теплыми деньками. Не замерзаешь?

— Замерзаю. Просто кошмар! Тепловые чары стоят на постоянной основе. А некоторые здешние парни умудряются ходить в футболках по улице! Мне при одном взгляде на них холодно становится! Так не хватает твоих тёплых объятий...

— Парни закалённые и холод им нипочём. Ты и твои друзья привыкните, иначе долго не протянете. И дам тебе маленький совет, мой милый василиск, так сильно жаждущий объятий. Изучи огненные руны. Поверь, они куда эффективнее. И не тратят энергию.

— Идея хорошая, — призадумался Гарри. Он знал те, что могли обеспечить теплом, косвенно изучал. — Только я не знаю, на что их нанести или как вырезать.

— Создай что-то вроде амулета. Не обязательно в форме украшения, достаточно вырезанного из дерева. На дерево и руны накладывать проще. И всегда носи с собой. Что же касается самой вырезки — есть два варианта. Магическим образом или ручным.

— Спасибо за совет. Я над этим поработаю. А теперь рассказывай, как ты?

— Ты ещё не все мне рассказал. Я хочу знать, насколько сильно отличается обучение? Что больше всего нравится изучать тебе? Нашлись ли местные парни, с которыми ты завёл знакомства?

— Обучение разнится так, что нельзя и описать. Небольшие знакомства мы здесь завели, конечно, но в основной своей массе у нас нет на это времени. Нам потребовалось изучить в сжатые сроки слишком многое, что здесь семикурсники давно знают. Почти месяц нормально не спали. Но сейчас восстанавливаемся потихоньку. Отдыхаем.

— Правильно. После тяжёлой работы должен быть хороший отдых. Что насчёт профессоров?

— Концентрированные торжества адекватности! — странно, но понятно выразился Гарри. — У меня ни к одному из них нет претензий. Материал рассказывают с огромным умением, на вопросы отвечают без проблем. Да, бывают травмы на занятиях, но сам преподаватель их прекрасно залечивает. Можно продолжить заниматься буквально сразу же.

— Каркаров рассказывал, что помимо основных предметов для старших курсов вводят дополнительные занятия, где каждый студент, достигший первого совершеннолетия в возрасте пятнадцати лет, может проявить навыки в одной из выбранной сферы.

— А, да, есть такое. Мы сразу влетели в артефакторику, руны и кое-чего ещё, но пока не скажу. Узнаешь позже, когда я смогу показать тебе что-то пристойное, — хитро улыбаясь и закусывая губу, написал Гарри. Он очень хотел оставить интригу.

— Пристойное говоришь? Я готов получить и непристойное.

— Ооо, непристойного мне бы сейчас самому хотелось. Здесь так одиноко. А я так скучаю по своему папочке...

— Слишком непристойно начал. Грязный мальчишка.

Обращение должно звучать, как оскорбление, но Гарри улавливал лишь желание тёмного мага, которому также не хватало его присутствия. Они пробыли слишком мало вместе.

— И не говори. Совсем от рук отбился. Небось, накажешь меня?

— Плетка или веревки. Выбирай.

— Верёвок у меня ещё не было. Только пусть будут мягкими. Не хочу, чтобы они меня поцарапали, и без того след останется. А вообще, я был бы рад и простой близости с тобой. Ощущать тебя, приласкать. Мне этого так мало досталось.

— Ты сам упомянул про наказание, а теперь желаешь быть просто рядом, не заходя до конца? За твоими желаниями не поспеешь.

— Я желаю и того, и другого, так что буду рад, получив от тебя хоть что-то. Тебе выбирать, что из этого ты мне дашь. Чем хочешь наполнить меня...

— Я мог бы трансгрессировать к тебе прямо сейчас, — огорошил своим ответом, а затем добавил. — Но ненадолго. Два часа — максимум.

От одного только представления, что Марволо будет здесь, окатило возбуждением. Гарри без промедления согласился.

— А откуда тебя забрать? Школа-то большая...

— Забирать меня не нужно. Я сам тебя найду. В кабинете директора есть камин и он открыт для меня и Пожирателей смерти. Просто жди моего прихода.

Закрыв дневник, Гарри мгновенно подорвался с кровати. Как же хорошо, что Блейз и Драко ушли и комната в их распоряжении. Конечно, он мог бы и попросить их выйти, те согласились бы, чувствуя себя не в своей тарелке в обществе Марволо, но так гораздо проще.

Гарри убрал небольшой бардак от разбросанных вещей, которые некогда было сложить, и постарался выровнять дыхание. Времени не много, а его охватил мандраж! Спокойствие — это самое главное. Иначе перед Марволо предстанет пищащая жижа, вместо адекватного, взрослого парня.