Собрание Ордена Феникса

На собрании Ордена Феникса ещё не присутствовали юнцы. Как глава, Дамблдор сделал исключение. И впредь дети орденовцев будут приходить на собрания всегда. Их время пришло. После ужасной бойни, случившейся в Хогвартсе, они не могли оставаться в стороне.

Долгопупсы и Уизли всем семейством сидели за столом. Только Гермиона не могла находиться рядом со своими родителями. И чтобы оказать поддержку, Невилл сжимал её руку. Грейнджер сидела с неестественно прямой спиной от компрессионного корсета. За время боя её слишком часто швыряли в разные стороны.

Не будь у них частых тренировок... вряд ли бы они выжили той ночью. Но даже тренировки не помогли уберечь всех. Погибшие были. Со всех факультетов. Гриффиндорцы потеряли шесть своих ребят. Ребят, которых они знали не один год.

— Все собрались? — спросила Макгонагалл, осматривая прибывших. — Отлично, — и стоило мысленно посчитать состав, коротко кивнула, давая слово Альбусу Дамблдору.

— Честно говоря, я был в ужасе, когда всё узнал. Не свяжись со мной Кингсли и Минерва — последствия могли быть ужасающими. Скажи, друг мой, как ты узнал о нападении? — обратился бывший директор Хогвартса лично к Кингсли. Взгляд его был уставший, измученный, как и у всех присутствующих. После нападения они почти не смыкали глаз.

— Не поверишь, Альбус, о нападении на Хогвартс сообщил Люциус Малфой.

— Да, точно, — вспомнила Тонкс. — Сам прибежал. Весь взмыленный, нечёсаный, в панике. Таким мы его видели впервые.

— Малфой, значит...

Такой вариант оказался неожиданным, хотя и логичным. Наверняка у Пожирателей смерти есть способ общаться друг с другом. А чистокровные часто имели артефакты для передачи информации.

— Что насчёт отставки Снейпа? — спросила Алиса Долгопупс. — Минерва, это правда, что пост директора взяли вы?

— Да. Северус отдал его сам. Первым делом, как пришёл. И до того, как его вызвали в Министерство с этим требованием, — женщина говорила с тяжёлым сердцем. Заплатить жизнями детей за своё повышение она совсем не готова. Лучше вечно быть заместителем, чем получить должность такой ужасной ценой!

— Это новость ускользнула от моих глаз, — нахмурившись, заметил Дамблдор. — Думал, он когтями вцепится в директорское кресло.

— Нет, Альбус, — ответила Молли тихим, болезненным голосом. Двое её детей пострадали той ночью, и она почти не спала. Изводила себя, заботясь о них. — Продолжать и дальше оставаться директором после случившегося мог разве что бездушный человек.

— В любом случае, его бы отстранили, — добавил Кингсли. — Многие винят в смерти студентов именно Снейпа. Ведь это он не смог защитить замок, позволив вампирам пробраться.

— Нет, Кингсли. Снейп сделал всё, что мог, хотя мне самой дико это признавать, — встала на защиту теперь уже бывшего директора Минерва. Задолго до нападения, он требовал обновлять чары или же добавлять новые. Дня не проходило, что он не напомнил профессуре о необходимой безопасности. — Помимо основной защиты, он пытался наложить особенные чары. Я о таких даже не слышала, хотя и лично помогала ему устанавливать защиту. Но у нас не вышло. Поставить их возможно, только если есть конкретный хозяин. Школа же является общей, она не собственность директора.

Дети, сидевшие всё это время молча, ежились от одних только воспоминаний. Теперь у них общий кошмар — вампиры. Ночи стали длиннее, уснуть почти невозможно из-за страха повторить судьбу умерших. Живым мертвецам ведь не по чём обычная защита. Они смогут пройти через что угодно...

— Они ведь уже совершали нападение на наших. И на Пожирателей смерти, — заговорил с волнением Артур, уловив настроение детей. — Как нам защититься от них? Вдруг вампиры попробуют напасть снова.

— Боюсь, здесь каждый сам за себя, — мрачно высказалась Тонкс. — Хотя после того раза, нападения на Пожирателей прекратились. Видимо, им чем-то удалось себя обезопасить. Если найдём — возьмём на вооружение, а также посодействуем в случае, если ребёнок воспитывается магглами, и они не могут себя защитить, — добавила она, посмотрев на Гермиону. Магглорождённые являлись самой уязвимой группой. И она это понимала.

— Возьмём за основу, — вновь заговорил Дамблдор, — каждый будет искать способ обезопасить себя от вампиров. Если что-то найдёте — немедленно сообщите другим. Минерва, ты как человек, что видела, какую защиту ставил Северус, расскажешь о них более подробно. Наверняка найдется то, что могло бы защитить от вампиров.

— Я напишу список. Но многие чары требуют как минимум парного колдовства, — уточнила Минерва, берясь за записи. — На накладывание защиты для магглорождённых придётся выходить группами.

— Даже так? — удивлённо спросила Тонкс. — Хорошо, мы поработаем над этим.

— Вот и замечательно, — улыбнулся бывший директор.

— А что насчёт экзаменов и оценок за год? Раз школа не функционирует... — сдавленно спросила Гермиона, хотя и не была уверена, что стоит об этом говорить.

— В этом году будут считать успехи за год, мисс Грейнджер. Семикурсники и пятикурсники получат послабление. А могут и вовсе ничего не сдавать. Точно неизвестно. Северус Снейп ведёт переговоры.

— Школа сильно пострадала, — добавил Кингсли. — На восстановление может уйти всё лето, а то и больше. Есть вариант, что вы будете на домашнем обучении. Запрет на магию несовершеннолетним снимется. Или же вас временно распределят по другим магическим школам.

— Ну уж нет. Никаких других школ. Только на совсем крайний случай, — возмутилась Минерва от одной только мысли. — После собрания я вернусь и буду помогать восстанавливать школу. Профессура работает.

— Да, но если её не успеют восстановить к новому учебному году, детей могут временно распределить по другим школам. На домашнем обучении много не сделаешь. Нужен постоянный контроль преподавателя. И немногие родители могут находиться рядом. Не говоря уж о маглорожденных. Так считает Министерство.

— Мы разберёмся, — заверила Минерва. — Повреждены лишь верхние этажи. Подземелья, общие и жилые у Пуффендуя, не пострадали. Башня Гриффиндора уже восстановлена. Больше всего досталось башне Когтеврана, но, уверена, через два дня усиленной работы она будет восстановлена.

На том и решили, не возвращаясь больше к ремонту школы. Молли взяла на себя смелость сменить тему:

— Что насчёт тёмной стороны? От них что-то слышно?

— Нет. Как и в прошлый раз — тихо пришли, отбили атаку и резво ушли, забрав всех своих без исключения, — ответил за всех Фрэнк Долгопупс, лично видевший пронёсшегося Рудольфуса Лестрейнджа, и жестокий бой Беллатрисы, сумевшей одолеть Варратос, убившую четверых мракоборцев.

— Удивительно то, что они пришли, — сказал Артур. — Сам Тот-Кого-Нельзя-Называть участвовал в битве.

— Он уничтожил всех оставшихся вампиров, — неожиданно подал голос Невилл. — Его магия... была такой разрушительной. Она пугает до чёртиков. Как при таком раскладе с ним биться?..

За возникший страх никто не мог винить парня. В течении всего этого года вампиры наглядно показывали магам, чего стоят. Каждая победа или потеря заставляла переосмыслить произошедшее и пересмотреть все действия в будущем. Но то, что показал Тёмный лорд...

— Невилл. Никто не говорит, что тебе нужно биться с Волан-де-Мортом в ближайшее время, — попытался успокоить Дамблдор, понимая, что избранный и его друзья напуганы предстоящей участью. — Уверен, ты уже знаешь больше, чем твои ровесники. Ко всему этому, ты получишь ещё больше знаний, что помогут достичь успеха. Я сегодня же передам твоим родителям список литературы, с которой тебе нужно ознакомиться, чтобы расширить кругозор.

Больше Невилл ничего не мог сказать. К горлу поступала тошнота и, кажется, в любой момент он мог забиться в настоящей истерике... но пересилил себя. Боль, когда он ногтями впился в кожу, помогла. Ни родители, ни бывший директор, никто не понимал, что дело не во времени. Пусть пройдёт хоть полвека, он не дойдёт до нужного результата. Та сила, когда Невилл увидел, как расправляется Волан-де-Морт с вампирами, она убила в нём все надежды. Он не верил, что сможет остановить могущественного тёмного волшебника.

— Ребята, после собрания задержитесь ненадолго, — обратился Дамблдор к детям. — Мне хочется поговорить с вами наедине.

— Хорошо, — за всех ответил тот же Невилл.

Ещё долго на собрании обсуждали дальнейшие стратегии. Не все представляли, что делать дальше, и это пугало. Даже самая страшная угроза теряет свою силу, когда известно, как с ней поступить. Но когда охватывает незнание... оно пугает сильнее и делает беспомощным.

Всё, что у них есть сейчас — это надежда. Надежда, что смогут себя защитить и в будущем обязательно станут сильнее, дабы уничтожить все зло.