15. Окончание учебного года

Мелисса сидела в практически пустом купе Хогвартс-Экспресса. Результаты экзаменов были объявлены, и Мелисса была ими очень довольна, ведь все сдала на высокие баллы. Помимо нее, здесь сидела только тихая первокурсница с Пуффендуя, которая, кажется, немного побаивалась Блэк, уткнувшись в книгу и не отрывая от нее глаз за все время дороги. В целом, такое поведение было нередким после громкого заявления, которое Мелисса сделала на ужине в честь окончания учебного года.

***

Просторный Большой зал был наполнен учениками и гулом их оживленных разговоров, ведь совсем скоро им предстояло расстаться до начала следующего года, а некоторые и вовсе выпускались, вступая во взрослую жизнь. Столы ломились от обилия разнообразных вкусностей. Домовые эльфы Хогвартса славно постарались. Гриффиндор третий год подряд победил в межфакультетском соревновании, и сегодня зал был украшен в характерных алых тонах и эмблемах с головой льва. Дамблдор, искренне радуясь победе своего, признаться честно, любимого факультета, произнес свою прощальную речь, добавив в нее, как и обычно, пару чудаковатых фраз. Сидящая по правую руку от него профессор Макгонагалл сдержанно улыбалась. Ее волосы были, как всегда, аккуратно убраны в пучок, губы подкрашены алой помадой, а из нарядов было выбрано элегантное черно-красное платье с длинной юбкой и кружевным корсетом, который подчеркивал ее тонкую талию. Было видно, что декан искренне рада победе своего факультета. Мелисса на прощальный ужин выбрала черные туфли на высокой платформе, белые кружевные гольфы, юбку-карандаш, которая была ей чуть выше колена, и строгую блузку с короткими рукавами-фонариками. Поверх был повязан галстук в цветах факультета и, конечно же, черная мантия. Белоснежные волосы были собраны в высокий хвост, чтобы не мешали. Она нервничала, перебирая пальцы. Мелисса старалась быть тихой и неприметной, чтобы не привлекать лишнего внимания и избежать насмешек. Но сегодня она решила, что хочет все изменить. Что ей надоело жить в тени, и она хочет показать всем настоящую себя. Наследницу Блэк. Дамблдор дал ей разрешение выступить с речью во время прощального пира. И вот, когда он встал со своего кресла и прокашлялся в кулак, она поняла, что это произойдет сейчас.

— Дорогие ученики, попрошу уделить мне еще пару минут вашего внимания, — он жестом пригласил Мелиссу к себе.

Встав из-за стола, она ощутила на себе множество взглядов. Но не растерялась, продолжая держать спину прямо и идти с высоко поднятой головой. Стук ее туфель разнесся эхом по залу. Дамблдор, ободряюще улыбнувшись ученице, предоставил ей слово, оставаясь стоять рядом. Она сглотнула вязкий ком волнения и обвела взглядом зал – все ученики смотрели на нее. С особым интересом – Драко; он словно понимал, что она сейчас сделает. Понимал, что сестра разрушит все то, что так старательно выстраивали их родители.

— Я хотела бы объявить о том, что я являюсь наследницей великого чистокровного рода Блэк. Я – дочь Авроры Ланфир и Регулуса Арктуруса Блэк, — ее глаза ехидно блеснули, а грудь наполнилась гордостью.

Блэк заметила, как шепот медленно нарастал, а затем в зале воцарилась мертвая тишина. Ученики стали перешептываться, охая. Что, признаться честно, ей льстило.

— Благодарю за внимание, — сделав низкий поклон, Мелисса вернулась на свое место.

***

Шрам на шее по ее просьбе был скрыт мощными чарами, которые наложил сам Дамблдор. Не задавая лишних вопросов, он выполнил просьбу ученицы, предупредив, что надолго скрыть его не получится, и к сентябрю чары все же рассеются. Мелиссе было важно, чтобы, пока она находится в поместье Малфоев, они не увидели этот шрам. Ведь точно такой же шрам находился на лбу мальчика, который сумел победить их Хозяина, о котором бывшие Пожиратели Смерти очень скорбели, когда собирались на ужины у Малфоев. Увидев этот шрам, ее, наверное, сразу убили бы Авадой Кедаврой. В целом, Мелисса уже предвкушала наказания, которые ее ждут. Она раскрыла страшный секрет, который так долго скрывался. Теперь все ученики и учителя Хогвартса знали о том, что она – Блэк. А слухи расползаются быстро, поэтому скоро могут написать и в "Пророке" о том, что дочь Малфоев оказалась наследницей великого рода Блэк. Больше всего Мелиссу удивила реакция Драко. Он не кричал на нее, не оскорблял, не насмехался – он не проронил ни слова в адрес сестры. Лишь одарил ее после речи опустошенным взглядом, который отражал сожаление и разочарование. Этот пустой взгляд светлых глаз пробрал Блэк до мурашек.

Дверь купе с грохотом распахнулась, заставляя Мелиссу вынырнуть из объятий своих мыслей. На входе в купе показались две рыжие макушки близнецов Уизли.

— Ооо, — радостно протянул Джордж, наконец найдя им с братом свободные места. — Мы составим вам компанию, да? Везде все забито.

И, даже не дожидаясь ответа, они прошли в купе с чемоданами. Джордж плюхнулся рядом с первокурсницей, которая еще сильнее сжалась на сиденье, в ответ на что будущий шестикурсник усмехнулся. Фред же уселся около Мелиссы, ожидая от нее приветствия. Но она даже взглядом его не удостоила, продолжая рассматривать проносящиеся за окном пейзажи.

— А что, предатели крови Уизли не заслужили приветствия от наследницы рода Блэк? — с сарказмом спросил Джордж, закинув ноги на чемодан рядом с собой.

Блэк усмехнулась, переводя взгляд от окна к ним двоим.

— Доброго дня, предатели крови Уизли, — сладко протянула Мелисса.

Джордж хмыкнул, сделав легкий поклон головой в знак «благодарности».

— Перестань, Зефирка, тебе не идет этот пафос, слишком по-малфоевски, — повернувшись к ней лицом, проговорил Фред.

— Учту. Думаю, пафос Блэк будет куда лучше, чем Малфоев, — Мелисса подмигнула ему, а Джордж несдержанно расхохотался, наблюдая, как улыбка сползает с лица его брата.

Блэк победно улыбнулась, снова отворачиваясь к окну. Лицо обдул приятный ветерок, проникавший в купе через открытую раму. Внезапно рядом с окном появилась крошечная серая сова, которая несла в клюве письмо, размером почти с нее саму. Птичка влетела в купе через открытое окно, заставив даже первокурсницу с Пуффендуя обратить на нее внимание. Малышка села на колени Мелиссе, роняя письмо. Сова запорхала по купе, радуясь, что выполнила свое поручение, а после вылетела. Мелисса с интересом принялась осматривать желтый пергамент, читая текст, написанный неровным почерком:

«Милая Бетти!

Надеюсь, это письмо ты получишь до прибытия к Малфоям, чтобы смогла прочесть его без лишних глаз.

Не знаю, беспокоишься ли ты за меня, но я в безопасном месте. У меня все в порядке. Нахожусь я уже далеко.

Мы так и не успели с тобой познакомиться поближе, что мы обязательно сделаем при следующей встрече. Не успел тебе сказать, что фотографию и кольцо отправил я. Фотографию я всегда бережно хранил рядом с собой, но подумал, что ты наверняка захочешь посмотреть на свою маму. Кольцо – очень ценная вещь, в свое время я подарил такое же твоей маме. Очень прошу тебя носить его, ведь оно не так просто, как кажется. Такой же экземпляр висит у меня на шее, и когда ты будешь в опасности, мое кольцо начнет гореть. Надеюсь, что этого никогда не случится, но мне очень важно знать, что с тобой все в порядке. Считай это скромным подарком от твоего дяди на все дни рождения, которые я пропустил. Думаю, Дамблдор разобрался с той проблемой, что оставил тебе Гарри. Попрошу вас не собачиться и держаться вместе :)

Не уверен, что Люциус дал тебе разрешение на посещение Хогсмида после моей выходки с его отпрыском, поэтому пишу тебе разрешение сам, на правах дяди.

Ты всегда можешь мне написать, если возникнет желание.

Твой чудесный дядя Сириус Блэк :)»

Следом лежал еще один лист пергамента:

«Я, Сириус Орион Блэк, дядя Мелиссы Денеболы Блэк, разрешаю ей посещать Хогсмид!»

Мелисса, искренне улыбнувшись, еще раз перечитала письмо. Сириус был таким легким и веселым, несмотря ни на какие обстоятельства. Он даже пытался рисовать что-то наподобие смайликов в конце предложений, чтобы поднять племяннице настроение. Письмо словно было пропитано теплом его пальцев и улыбки. Блэк ощутила, как тепло и нежность разливаются по ее телу. Она прижала письмо к груди, вдыхая запах пергамента. Но единственную его просьбу она не выполнит: подаренное им кольцо лежит в чемодане. У Малфоев ее явно ждет опасность, а Сириус не должен об этом знать, чтобы не натворил бед – ему нужно прятаться.

— Эй, наследница Великого Чистокровного Рода Блэк, поклонники уже пишут? — Голос Фреда заставил ее вздрогнуть и вспомнить, что в купе она не одна.

Мелисса тут же залилась краской, выпрямила спину и прокашлялась в кулак.

— Пишут, пишут, — дергая ногой, ответила Блэк, сверкнув на него глазами.

Тот закатил глаза, фыркнув, что вызвало смех его брата и усмешку Блэк.

По прибытии Блэк вышла купе, везя за собой небольшой чемодан с вещами. Вокруг толпились выходящие подростки, что вызвало у Мелиссы лишь тихое фырканье. Ее взгляд встретился с ярко-зелеными глазами. Гарри выходил из купе в компании Рона Уизли и Гермионы Грейнджер. Блэк на мгновение замерла. В целом, всю последнюю неделю в Хогвартсе Мелисса с Гарри никак не пересекались, даже парой слов не обменялись. Но не успела Мелисса даже кивнуть Поттеру, как ее за руку грубо схватил Драко. Она шикнула на него, и он тут же ослабил хватку. Блэк, нахмурив брови, повернулась к нему. Он выглядел немного встревоженным.

— Снейп уже донес все отцу. Честно, я даже не представляю, что тебя ждет, — Драко криво усмехнулся. Но это не была злая усмешка, скорее, она отражала грусть.

Мелисса лишь пожала плечами, ступая на каменный пол платформы 9¾. Холодный взгляд Люциуса тут же нашел ее. Он стоял в дорогом черном костюме, светлые волосы, как обычно, были зализаны назад. Рядом с ним стояла Нарцисса, одетая в строгое зеленое платье, которое выгодно подчеркивало ее фигуру; на ногах у волшебницы были черные туфли на каблуке, а светлые волосы собраны в аккуратный пучок с помощью красивой дорогой заколки. Нарцисса мягко кивнула, и на ее лице появилась сдержанная улыбка. Драко, стуча подошвами своих туфель, прошел сквозь толпу родителей учеников Хогвартса к Люциусу и Нарциссе Малфой. Он тянул за собой сестру, которая едва поспевала за ним. Нарцисса, как только они подошли, заключила сына в свои нежные объятия, целуя его в щеку и оставляя след от своей помады. Люциус повторил ее действия, обнимая сына за плечи. Блэк вздохнула, чувствуя себя лишней. Да и какие объятия, в самом деле? В поместье ее ждут строгие наказания, вкус которых она уже предвкушала. Нарцисса перевела на нее взгляд серых глаз. В них не было злости, отвращения или ненависти; волшебница мягко улыбнулась ей, заключая племянницу в нежные объятия. Мелисса уткнулась в ее грудь, вдыхая приятный дорогой аромат с нотками нежных пионов. Тётя аккуратно погладила ее по спине. Люциус прокашлялся, привлекая внимание урожденных Блэк. Он вздёрнул подбородок, держа сына за руку.

— Пора домой, нечего так долго стоять в окружении этой грязи, — фыркнул он, а затем раздался хлопок, и они с Драко трансгрессировали.

Нарцисса протянула руку племяннице, которую та тут же приняла, ощущая ее тепло. Через несколько секунд в глазах у Мелиссы потемнело, ее сдавило со всех сторон, стало трудно дышать – грудь словно стиснули железные обручи. Она жадно глотнула холодный воздух и открыла слезящиеся глаза. Вместо людной платформы с множеством волшебников, Мелисса, все еще держась за руку Нарциссы, стояла в саду Малфой-мэнора. Напротив стояли Люциус и Драко. Первый лишь кивнул, а после прошел внутрь особняка. Остальные последовали за ним. Перед тем как войти в дом, Мелисса глубоко вдохнула летний воздух.

Большую дверь особняка придерживали двое домовых эльфов, которые, увидев своего младшего хозяина, радостно запищали. Драко даже не взглянул на них. Войдя в дом, Блэк ощутила, как по коже пробежал холодок, от которого она покрылась мурашками. То ли настолько ей не хотелось здесь находиться, и ее здесь не ждали, то ли семейство Малфоев спасалось от стоящей на улице жары. Дом был, как всегда, безупречно чистым, мраморный пол сверкал, словно зеркало, отражая силуэты. Люциус холодно усмехнулся, глядя на племянницу. Желваки на его лице заиграли, и он до скрежета стиснул зубы. Мелисса от этого зрелища поморщила нос. Ее спина, как и обычно, была прямой, а подбородок вздернут, демонстрируя все ее хладнокровие и бесстрашие. Это не осталось без внимания старшего Малфоя: он выхватил свою палочку, направляя ее на племянницу, но та даже не дрогнула.

— Дрянь, — прошипел Люциус. — Круцио! — неожиданно рявкнул он, и из конца дубовой палочки вылетел красный луч, ударивший Мелиссу прямо в грудь.

Блэк накрыла адская боль. Кости словно плавились, голова раскалывалась, хотелось вырвать ее из тела. Грудь пылала огнем, ее пронзала острая боль. Мелисса с грохотом упала на чистый пол. Ее тело забилось в конвульсиях, каждую частичку словно парализовало током, она истошно застонала. Вены пульсировали, голова кружилась. Она почувствовала, как начинает задыхаться, воздух с трудом поступал в легкие. Было так больно, что хотелось навсегда закрыть глаза, перестать дышать и чувствовать эту адскую боль. Из носа хлынула тонкая струйка крови, стекая по шее.

— Прекрати немедленно! — холодно, почти приказным тоном, сказала Нарцисса мужу.

Она одарила его злым взглядом, ее губы скривились в гримасе отвращения. Люциус убрал палочку, поворачиваясь к жене всем корпусом и щуря глаза. Мелисса продолжала биться в судорогах, но боль утихла.

— Эта тварь оскорбила мой род! Она водилась с грязным предателем крови! Я дал ей все, позволил носить имя моего рода, но вместо благодарности я получил лишь плевок в лицо! — закричал он, глаза налились кровью. — Без моего ведома! Она...

Нарцисса, тяжело дыша, сделала шаг к мужу, сокращая расстояние между ними.

— Да, Люциус, она объявила о своем настоящем происхождении! — перебила волшебница мужа. — Она наследница великого рода Блэк! Она имеет право об этом говорить. Блэки никогда не были ниже Малфоев. Мелисса имеет право гордиться своим родом.

Люциус, кажется, на мгновение опешил от холодного тона жены и ее разъяренного вида. Она смотрела на него, высокомерно вздёрнув подбородок. На висках пульсировали голубые венки. Таким ледяным тоном он ее еще явно не слышал.

— Драко! — воскликнула Нарцисса, поворачиваясь к сыну, который от неожиданности подпрыгнул на месте. — Милый, помоги сестре встать и привести себя в порядок, — смягчила она голос.

— У нас есть для этого домовые эльфы, — с брезгливостью произнес Люциус.

— Я попросила сделать это Драко, — твердо повторила женщина.

Драко кивнул матери. Он подошел к Мелиссе, которая уже молча лежала на полу, свернувшись калачиком. Драко, наверное, никогда бы не подумал, что его отец может так поступить с Мелиссой. Да, она всегда отличалась от них, она была другой. Но тем не менее росла в их семье, была Драко сестрой. Он бы никогда не подумал, что увидит, как она бьется в конвульсиях от запрещенного заклятия, которое на нее наложил его собственный отец. По ее бледному подбородку стекала алая кровь. Малфой сглотнул, протягивая сестре дрожащую руку. Мелисса подняла на него пустые карие глаза. С опаской приняла помощь, вставая на ватные ноги, которые едва держали ее, от чего она поморщилась. Виски пульсировали, а в голове стояла тупая боль. Он без слов закинул ее руку себе на плечо, позволяя Блэк опереться на него. Медленными шагами они удалились из прихожей в ванную комнату на первом этаже, которая использовалась очень редко, но сейчас как раз пригодилась, ведь Драко вряд ли смог бы дотащить обессиленную сестру на верхние этажи.

Они вошли в небольшую комнату, служившую ванной. Черная плитка придавала ей мрачный вид. Над золотой раковиной, на стене, висело круглое зеркало в раме под цвет раковины. Сама ванна была длинной, из белого камня, а кран, подходящий к ней, тоже был золотым. Над ванной висели две небольшие картины с изображением змей. В углу стоял открытый комод из темного дуба, на полках которого лежали сложенные полотенца и какие-то травы.

Драко аккуратно помог сестре сесть на край ванны и оглядел комнату, ища что-то, чтобы ей помочь.

— Драко, не стоит, я сама... — пробормотала Мелисса, стирая кровь с подбородка.

Драко посмотрел на нее так, как не смотрел никогда раньше. С такой грустью и сожалением в глазах, что Блэк даже моргнула, подумав сначала, что ей показалось. Но нет, перед ней действительно стоял Драко Малфой. Который сейчас был не наследником чистокровного рода и учеником Слизерина, а просто ее тринадцатилетним братом. Он подошел и встал справа от нее. Некоторое время они просто молчали.

— Ирси, — вздохнув, позвал Драко домового эльфа, ослушиваясь указания матери.

Перед ними с хлопком появилась домовиха Ирси; она прижала уши к голове, глядя на подростков большими карими глазами.

— Домовиха Ирси готова выполнять указания хозяина Драко, — пропищала Ирси, и Драко хмыкнул в ответ.

— Помоги Мелиссе, — только и сказал он, направляясь к двери.

Бросив последний взгляд на сестру, словно желая что-то сказать, но так и не произнеся ни слова, он грустно улыбнулся и вышел из ванной, оставляя Мелиссу наедине с домовым эльфом.