эпилог.

Прошёл месяц. Самара жила своей суетливой жизнью: жара медленно спадала, на деревьях уже начали желтеть листья, а люди спешили по делам, не замечая, как быстро лето уходит. Но для Марьяны время будто остановилось на том самом утре в лагере — когда автобус увозил её прочь от Вики, а сердце разрывалось от бессилия.

Первые дни после лагеря были мучением. Она ловила себя на том, что каждую минуту ждёт сообщений, проверяет телефон по сто раз на день. И Вика писала. Каждое утро. Каждую ночь.

«Ты проснулась?» «Как у тебя день?» «Я скучаю так, что мне физически больно.»

Иногда Марьяна просто сидела на кровати, улыбаясь в экран, и мама удивлялась: «Что это ты сияешь, как солнышко?» Но она не могла объяснить — это было больше, чем просто переписка. Это было дыхание, ниточка, соединяющая два сердца.

И вот однажды Вика написала: «Хватит. Я не могу больше видеть тебя только через экран. Встретимся.»

Марьяна даже не успела осознать — как уже согласилась.

***

Они встретились в центре города, на набережной. Сначала обе смущались — месяц всё же не шутка, а реальность всегда резче мечтаний. Но как только Вика увидела Марьяну, её глаза засверкали тем самым светом, который Маша помнила по лагерю. Она бросилась к ней, обняла так крепко, что у Марьяны пропал воздух, и прошептала:

— Я обещала. Видишь? Я всегда сдерживаю обещания.

И Марьяна поняла: да, это не лагерь, не временная иллюзия. Это правда. Это настоящее.

Они гуляли до позднего вечера, сидели у Волги, болтали обо всём на свете — о книгах, о планах, о глупостях, смеялись, спорили, перебивали друг друга. Но самое главное — не отпускали рук. Казалось, что пальцы сами нашли друг друга и больше не могли разжаться.

— Знаешь, — сказала Вика, глядя на воду, — я сначала боялась. Думала, что всё закончится. Что вернёмся домой, и это растворится, как летний сон. Но... — она повернулась и посмотрела Марьяне в глаза. — Оно не растворилось. Оно только сильнее стало.

Марьяна кивнула, и слёзы сами потекли по щекам.

— Я так боялась, что ты забудешь... что для тебя это просто лагерь.

Вика мягко стёрла слёзы большим пальцем.

— Ты для меня не лагерь. Ты для меня — дом.

С этого дня они уже не пропадали из жизни друг друга ни на секунду. Встречались каждые выходные, звонили каждый вечер. Учили друг друга смеяться даже в плохие дни.

Илья с Владом иногда подшучивали в переписке с девочками.

— Ну что, голубки, когда свадьба?

А Оля, Соня и Лина скидывали в общий чат старые лагерные фото и писали.

— Смотрите, вот так всё начиналось.

Но ни подколки, ни расстояния не могли разрушить то, что завязалось в тот август.

«Есть люди, которых ты встречаешь летом, а они остаются с тобой на всю жизнь.»

И для Марьяны и Вики это была не просто фраза. Это стало правдой.

Они держались за руки — теперь уже не тайком от администрации, не украдкой под луной. Они шли вместе по улицам города, по жизни, и знали: что бы ни случилось, они нашли друг друга.

А значит — уже никогда не потеряют.

***

Некоторые истории рождаются в лагерях, но заканчиваются не у ворот. Настоящее чувство не знает смен, сезонов и расстояний — оно просто остается, растет и становится частью тебя. И если ты встретил своего человека, то лето никогда не кончится.