Я готов скупить для нее весь мир.

Это свобода, которую я хочу тебе подарить.

***

Сегодняшнее утро началось как-то необычно. Я снова осталась ночевать у Миши. Но всё было по-другому. Мужчина постоянно разговаривал с кем-то по телефону и при этом постоянно отходил от меня подальше.

-Миш, что происходит? Ты раньше никогда не уходил, чтобы поговорить по телефону. - обиделась я, - у тебя какие-то секреты от меня?

-Ты чего, малыш, какие секреты? Просто у меня для тебя есть подарок.

-Какой? - спросила я.

-Скоро увидишь, - ответил Миша, сев рядом и поглаживая меня по ноге. - А ещё у меня есть к тебе очень важный разговор.

-Ты меня пугаешь: то уходит от меня, что-то скрывая, то теперь важный разговор. Что случилось?

-Это ты у меня очень переживательная просто, - Миша чмокнул меня в висок. - Вообщем, я хочу, чтобы ты всегда жила со мной. Я зависим от тебя, я хочу, чтобы ты была рядом со мной каждую секунду.

-Я так давно ждала этого предложения, - тихо сказала я, поглаживая пальцами руки мужчины.

-То есть ты согласна?

-А ты думал, я могу отказаться?

-Я просто не хотел спешить, - Миша нежно поцеловал меня.

-Теперь осталось только перевезти все мои вещи.

-Займемся этим сегодня же.

-Я обожаю тебя!

-Я тебя тоже!

***

Я перекатывал в кармане тяжелый брелок, и металл казался необычайно холодным, несмотря на то, что мои ладони горели от предвкушения. София стояла рядом, прищурившись от яркого закатного солнца, и в её глазах застыло то самое детское любопытство, которое я так любил.

-Миш, мы стоим около дома уже пять минут. Ты собираешься объяснять, зачем мы здесь? - она улыбнулась, поправляя выбившийся локон.

Я не ответил, потому что увидел подъезжающий к дому автомобиль.

Черный глянец кузова мгновенно вспыхнул под лучами уходящего солнца, отражая небо. Я видел, как расширились её зрачки, как она замерла, боясь сделать вдох.

— Это... что? — прошептала она, едва шевеля губами. - Ты купил такой же мерседес, как у тебя только в другом цвете?

— Да, только этот для тебя, Соф.

Я подошел сзади, положив руки ей на плечи, и почувствовал, как она мелко дрожит. Но я ждал не просто радости от новой игрушки. Я ждал момента, когда она заметит главную деталь.

София сделала несколько неуверенных шагов к машине, словно проверяя, не растает ли она как мираж. Она обошла её спереди, коснулась пальцами капота и вдруг застыла, глядя на номерной знак.

Её рука взлетела к губам. Она перевела взгляд на мою машину, стоявшую неподалеку, а потом снова на свою. Те же буквы, те же цифры. Зеркальное отражение моей идентичности, теперь принадлежащее ей.

- Номера... - выдохнула она, оборачиваясь ко мне. В её глазах заблестели слезы. - Миша, они как у тебя. Один в один.

Я подошел вплотную, чувствуя, как внутри разливается теплая волна триумфа и нежности.

- Теперь, где бы ты ни была, все будут знать, чья ты. И я всегда буду знать, что ты где-то рядом, даже если я тебя не вижу. Ты - часть меня, Соф. Мое продолжение.

Она поняла всё: теперь она моё отражение, мы одна команда, один почерк на двоих.

Ее пальцы, когда она коснулась капота, дрожали так сильно, что это передалось и мне. На её щеках проступил нежный румянец, а в уголках глаз заблестели слезы - те самые, которые бывают только от переизбытка того, что невозможно удержать внутри. Она обернулась ко мне, и в её взгляде была такая обезоруживающая нежность и безмолвное «спасибо», что я понял: я готов скупить для неё весь мир, лишь бы видеть этот свет в её глазах снова и снова. Она не бросилась мне на шею сразу. Она стояла, прижав ладони к груди, будто пытаясь унять бешено колотящееся сердце, и смотрела на меня так, словно я только что подарил ей не машину, а ключи от целой вселенной, где мы — и только мы - задаем правила.

-Спасибо, спасибо, мой любимый! Она такая! Такая классная! - Софа без умолку повторяла эти слова и обнимала меня так крепко, так нежно, что я готов был умереть в её объятиях.

-Я очень рад, что ты счастлива.

-Это ты делаешь меня такой счастливой! А ещё ты ужасный собственник! Ты знаешь об этом?

-Знаю, - гордо ответил я и прильнул к её губам. -Ну что? Поедем за твоими вещами на новой машине?

-Конечно, конечно! Нужно срочно похвастаться родителям!

***

Примерно пять часов мы собирали вещи моей девушки и слушали её восхищения от новой машины. Родители хвалили меня и радовались, что им очень повезло с зятем. А я был рад находиться в их семье. Только вот для сегодняшнего дня это было не последнее запланированное событие.

Скоро Софа станет моей невестой. Кстати, об этом. Я уже давно купил кольцо, но никак не мог решить для себя, в каких обстоятельствах я должен предложить Софе стать моей женой. Коробочка с кольцом, лежащая в кармане моих брюк, казалась мне тяжелее, чем слиток свинца. Я сотни раз принимал волевые решения, подписывал контракты на безумные суммы и выходил сухим из воды в ситуациях, где другие теряли голову. Но сейчас, глядя на Софию, которая собирала свои вещи, чтобы переехать в мой дом.  В наш дом, чтобы создать свою семью, я чувствовал себя мальчишкой, который впервые в жизни не знает, с чего начать разговор.

Всё должно было быть идеально. Подарок с машинами был лишь прелюдией, проверкой связи. Я видел, как она радовалась тем одинаковым номерам — для неё это стало символом того, что мы навсегда вместе. Но кольцо... Кольцо — это уже не про символы. Это про то, что я готов отдать ей всё своё «завтра», до последнего вздоха.

В голове, как зацикленная пленка, прокручивались десятки сценариев.

Может, на крыше небоскреба, когда под ногами будет сиять весь город? Нет, слишком пафосно, слишком «как у всех». София — она про искренность, про те моменты, когда мир вокруг замирает.

Может, просто дома, утром, когда она, сонная и такая родная, тянется за чашкой кофе? Чтобы этот момент принадлежал только нам двоим, без лишних глаз.

Я смотрел, как она смеется, что-то печатая в телефоне, и моё сердце пропускало удар. Внутри меня боролись двое: один — привыкший доминировать и контролировать ситуацию «Михаил», и второй - «Мишка» - тот, кто до дрожи боится увидеть в её глазах малейшее сомнение. Хотя я знал ответ. Я видел его каждый раз, когда она смотрела на меня. Но этот страх... он был каким-то сладким, живым.

«Черт возьми, Миш, ты просто трусишь. Как давно ты стал таким?», — усмехнулся я про себя.

Я хотел, чтобы этот день она помнила через пятьдесят лет. Чтобы, когда она взглянет на свою руку, она чувствовала ту же защиту и уверенность, что и тогда, на парковке у новой машины. Я хотел, чтобы она поняла: одинаковые номера на авто — это была лишь метка на территории. А это кольцо — это обещание, что я никогда не выпущу её руку из своей.

Мой план? Его не было. Точнее, он перестал иметь значение. Я просто понял одно: неважно «где» и «как». Важно, что прямо сейчас. Я не могу прожить больше ни минуты, не зная, что она официально, бесповоротно и навсегда — моя жена.

Квартира Софии была похожа на поле боя, которое вот-вот оставят победители. Всюду стояли коробки, мотки скотча, стопки одежды. Это был хаос, но для меня он был прекрасен — каждый заклеенный ящик означал, что она становится ближе ко мне. Совсем скоро её вещи заполнят мой дом, превращая его в «наш».

Я стоял в дверях её комнаты, наблюдая, как она пытается запихнуть любимый плед в уже переполненную сумку. Волосы выбились из пучка, на щеке — след от пыли, а в глазах — легкая грусть по дому, который она оставляла.

Её родители были тут же. Они помогали, перенося коробки в коридор, но я чувствовал их взгляды. В них была и радость за дочь, и та тихая тревога, которую испытывают все родители, отдавая своего ребенка в другую жизнь.

В кармане жгла руку маленькая коробочка. Я понял: лучшего момента не будет. Здесь, среди её прошлого, перед лицом людей, которые подарили ей жизнь, я должен был пообещать ей будущее.

Я глубоко вздохнул, стараясь унять дрожь в груди, и подошел к её отцу. Он как раз ставил тяжелый ящик на пол.

-Александр Викторович, - негромко, но твердо произнес я.

Он выпрямился, вытирая руки, и внимательно посмотрел на меня. Тишина в комнате наступила мгновенно - София замерла с пледом в руках, а Татьяна Васильевна прижала ладонь к губам, будто уже всё поняла.

- Я увожу Софию к себе, - начал я, чувствуя, как пересохло в горле. - Но я не хочу просто забрать её. Я люблю вашу дочь больше жизни. И для меня очень важно... я прошу вашего согласия и благословения на то, чтобы она стала моей женой.

Отец девушки замер. Несколько секунд, показавшихся мне вечностью, он изучал моё лицо. Его взгляд был строгим, испытывающим, но затем его плечи расслабились, а в уголках глаз появились добрые морщинки. Он коротко кивнул и посмотрел на дочь.

Я повернулся к Софии. Она стояла неподвижно, её глаза наполнились слезами, а губы подрагивали от немого изумления. Она явно не ожидала этого здесь, среди скотча и коробок.

Я подошел к ней, медленно опустился на одно колено прямо на ковер, по которому она бегала еще ребенком. Достал кольцо. Алмаз вспыхнул под ярким светом, отражая весь свет этого момента.

-Софа, -мой голос стал тише и нежнее, - я хочу, чтобы в наш общий дом ты вошла не просто как моя девушка, а как моя будущая жена. Я хочу, чтобы ты знала: ты — мой мир, мой дом и моя жизнь. Я очень, очень сильно люблю тебя. Бусинка, ты выйдешь за меня?

Она всхлипнула, выронила плед и закрыла лицо руками. Тишина в комнате была такой густой, что слышно было, как бьется моё сердце. Через мгновение она бросилась ко мне, обнимая так крепко, что мы едва не повалили одну из коробок.

- Да! Конечно, да! - прошептала она мне в шею, и я почувствовал её горячие слезы.

Я обнял её, чувствуя невероятное облегчение и триумф. За её плечом я увидел, как отец обнимает плачущую от счастья мать. Теперь всё было правильно. Теперь мы были по-настоящему вместе.

-Я люблю тебя, Калинин! - шептала девушка, целуя мочку моего уха.

-Я тебя сильнее, Калинина!

-Я ещё не Калинина, - усмехнулась девушка.

-Хочешь, я сделаю так, что ты уже сегодня будешь с моей фамилией?

-Ну, конечно! Да! Прямо сейчас и сыграем свадьбу. Я буду вот в таком виде, - смеялась она, указывая на свои взъерошенные волосы и домашнюю одежду.

-Да, плевать. Все равно самая красивая, - серьезно сказал я и упоительно поцеловал любимую.

-Миш, береги её, пожалуйста, также как берег я. - сказал папа перед нашим уездом.

-Обещаю. Она в полной безопасности, не волнуйтесь.

-Хорошо, сынок, - сказал папа и крепко обнял меня, а затем Софу.

-Детки мои хорошие, я так рада за вас! - прослезилась мама девушки. - Будьте счастливы и любите друг друга, а к нам почаще приезжайте в гости!

-Мамуль, - Софа тоже заплакала и крепко обняла родителей. - Я люблю Вас! Вечером созвонимся!