🥀Глава 30

         Кристина.

   Отмечать новый год девушка даже не вышла к родным.    Она помогала готовить, помогла накрыть на стол, надела самую прочную маску, чтобы её семью никак не коснулись её тревоги.    Впервые в жизни в свой любимый праздник Кристине хотелось одного — исчезнуть.           Ведь даже в такой день он не давал ей покоя.

***

31 декабря, утро.

   С самого утра в квартире Покровских во всю шла подготовка, ведь этот год необычен тем, что к папе приезжает сослуживец с семьей.    И вот Кристина проснулась с твердым настроем на то, что хотя бы на один день она обязана забыть о своих проблемах и страхах. Сегодня она будет с единственными любимыми ею людьми в замечательной атмосфере.

   Мама с бабушкой уже давно стояли у плиты.

— Двум хозяйкам на одной кухне тесно, иди начни убираться, всё равно Кристинка спать до обеда будет, — с улыбкой сказала бабушка.

— А вот и не угадали. С наступающим! — воскликнула внезапно появившаяся Кристина, и женщины вздрогнули и звонко рассмеялись.

— Отлично, дуй в магазин, забыли вчера как обычно кучу продуктов.

— Слушаюсь и повинуюсь, моя королева! — Кристина театрально поклонилась маме и после — чмокнула её в щеку.

   Девушка быстро оделась и направилась в ближайший супермаркет.

   Сердце её едва не выскочило из груди, когда у своего подъезда она увидела машину Глеба Смирнова. Кристина резко остановилась, когда встретилась с ним взглядом, но в тот же момент разумом было принято решение хотя бы делать вид, что она не замечает этого человека.    Она всячески пыталась не выдавать страх и неуверенность, но у неё совсем не получалось.

   Глеб вышел из машины и пошел за ней. Догнать девушку ему ничего не стоило, поэтому в скором времени он уже шел с ней рядом.

— С наступающим, — негромко сказал он своим хриплым прокуренным голосом. Ответа не последовало. — Не рада меня видеть?

   Из-за полного игнорирования со стороны девушки молодой человек уже начинал злиться, но пока еще старался держать себя в руках.    Кристина все ускоряла шаг, дабы поскорее добраться до более людного места.

— Послушай, я правда сожалею, — он встал перед ней и не давал пройти дальше.

— Дай пройти, — прошипела она, не решаясь смотреть ему в глаза.

— Ты никуда не уйдешь, пока мы не поговорим.

— Серьезно? Уверен? — наглость молодого человека выводила Кристину из себя. Она часто задумывалась над тем, как изменился её своенравный характер с появлением Глеба в её жизни. И это Кристину невероятно злило. Больше так жить она не хотела.

   Девушка сильно толкнула парня в сторону и пошла дальше, но Глеб все-таки не выдержал. Он грубо схватил её за руку и притянул к себе.

— Это всё Протасов, да? Ты всё еще любишь его?

— Да пошел ты нахер, придурок! Тебя это не касается.

   Взгляд Глеба преобразился и на его лице появилась легкая усмешка.

— Я его убью. Не оставлю на нем живого места, а потом вывезу в лес и закопаю, — он говорил все это с улыбкой и горящим пламенем в глазах. Кристина больше всего на свете боялась этого взгляда. Слёзы заполонили её глаза. — Ты ведь знаешь, что мне плевать. Я сделаю это, и это доставит мне лишь наслаждение и удовольствие. Так вот если я завтра ровно в двенадцать часов дня не получу смс о том, что мы снова вместе, в этот же день я превращу Протасова в кровавое месево. И это будет преследовать тебя всю жизнь. И я тоже буду. Я ведь никуда не денусь.

   Кристина стояла и смотрела в пол стеклянными глазами, понимая, что ждет её впереди. Глеб начал удаляться, и Кристина словно очнулась.

— Как ты собираешься быть со мной, если я тебя не люблю? — крикнула она ему вслед, на что парень повернулся, ухмыльнулся и подмигнул.

— Стерпится — слюбится.

   Он сел в машину и уехал, а по щекам девушки стекали слезы, обжигающие лицо.

***

1 января, 12:00 АМ.

"Я согласна" доставлено.

          Александра.

  Прошла неделя, шел седьмой день января. Заниматься мне нельзя было еще месяц, и я, наконец, приступила к учебе, к подготовке к экзаменам. И только это отвлекало меня от постоянных мыслях о Паше.   Наверное, Оля права, и я просто его достала. Сколько еще ему нужно было приходить, чтобы я соизволила его хотя бы на метр подпустить к себе? Конечно, его терпение попросту лопнуло.   Все вроде бы логично и правильно, но почему тогда так дерьмово?    После того, как вместо имени Петр в сочинении я написала слово Паша, моё терпение исчерпалось, и я отбросила черновик в угол стола. Это уже слишком. Тяжелый вздох, опущенные ресницы, злость на саму себя. Сама все испортила, а теперь удивляюсь и переживаю.    Резко из коридора послышался сначала громкий хлопок дверью, а после — снова какие-то грохоты. Я округлила глаза и направилась посмотреть, что же там происходит.

   В коридоре на полу сидел Егор, запустив руки в волосы. Его тяжелое дыхание я слышала даже будучи в трех метрах от него.    Я подбежала к брату и села рядом.

— Егор, что случилось? Ну, что? Не пугай меня! — Егор игнорировал меня, словно не слышал. Не решившись на дальнейшие расспросы, я просто молча сидела рядом.

   Через минуту Егор поднял голову, и я увидела слезы в его глазах.

— Да что происходит?! Что-то с Милославскими? — меня охватили ужас и паника.

   Брат помотал головой и еле выдавил из себя:

— Кристина снова со Смирновым.

   Не успела я ничего ответить, как вдруг он снова подскочил и вылетел из квартиры.

***

   После длительных размышлений над происходящим мною было принято решение поехать к Паше. Я не знала, дома ли он, в этой ли вообще стране, ведь он может быть у родителей в Америке. Но то, что нам нужно увидеться и поговорить я осознавала очень точно.

   Сумерки уже опускались на город, но было довольно тепло.    Волнение охватило меня несколько раньше, чем планировалось. Я не знала, что скажу ему. Не знала, зачем вообще еду и несколько раз разворачивалась, чтобы вернуться домой, но что-то поворачивало меня в прежнее направление. Ноги сами вели меня к нему.   Извиниться, рассказать все, что происходит в моей голове, поделиться мыслями, да и просто посидеть молча. Он тот человек, с которым мне комфортно просто молчать. Люди не обращают на это внимание, но это очень важно и ценно во взаимоотношениях.

   Мои руки дрожали. Все, что я планировала сказать мгновенно забылось. Успокойся, Саша. Это всего лишь он.

   Когда я оказалась на нужной мне лестничной площадке, очень отчетливо услышала женский крик.

— Пошел ты, идиота кусок! Я тебя в психушку сдам, только подожди немного! Я тебе устрою сладкую жизнь!

   Я подошла к двери Нальковских и поняла, кто тут орет на весь подъезд. Дверь в их квартиру почему-то была приоткрыта. Я затаила дыхание. Да, подслушивать некрасиво. Ну извините, тут мне не до этикета и воспитания!

— У тебя пять секунд выйти отсюда, или я тебе мозги расшибу прямо здесь.

   Мои глаза непроизвольно округлились. Его голос был таким холодным и жестоким, словно с ним говорила не его родная сестра, а самый страшный враг.

— Не сомневаюсь. Ты родного отца то готов замочить, парня невинного чуть не убил, в коме лежит второй месяц. О чем тут вообще говорить?

   Ком в горле, казалось, не давал мне дышать. Далее я услышала громкий шлепок, шумный вздох Валерии и все тот же, вселяющий ужас, тон:

— Не твоё дело.

   Не в силах больше слышать ни слова, я медленно приблизилась к лифту, смотря в одну точку, и унеслась прочь оттуда.

***

— У тебя все в порядке, дорогая? — обеспокоенный ласковый голос Оли вернул меня в реальность. — Ты мешаешь сахар в чае уже пятнадцать минут.

   Я оставила в покое ложку и посмотрела на Олю.

— Что-то случилось? Я же вижу, — она села за стол напротив меня и нахмурилась.

— Оль, ты когда-нибудь разочаровывалась в человеке? Ну, знаешь.. Узнавала о нем что-то страшное, что тебя отпугивало? — неожиданно для самой себя спросила я.

— Конечно. И не раз. Когда-то ошибочно, когда-то очень даже верно. А почему ты спрашиваешь? В ком это ты разочаровалась?

— Что значит "ошибочно"?  

— Знаешь такую поговорку: "Слышишь звон, не знаешь, где он"?

— Конечно, мама все время мне так говорила, когда я встревала во взрослые разговоры, — я невольно улыбнулась, вспомнив мамин теплый взгляд.

— Ну и вот. Не понимаешь, о чем я? Услышать можно все, что угодно. А вот правильно понять... выходит редко. Твой крестный однажды...

   Я уже приготовилась слушать очередную историю из жизни Милославских, что очень любила, как вдруг позади Оли что-то огромное медленно направлялось под наклоном куда-то вниз.    Через считанные секунды раздался грохот, и Оля в ужасе повернулась, а я мигом подскочила.    Огромная искусственная ёлка валялась на полу, а наша маленькая Софья стояла около нее и хлопала своими огромными карими глазами.

   Любая другая мама уже бы закатилась криком, но Оля лишь покачала головой и тепло улыбнулась.

— Моя ж ты катастрофа!

   Я помогла тёте привести ёлку в порядок и ушла к себе в комнату, так и не услышав заветную историю.    Сколько же мыслей крутилось в моей голове.. особенно после слов Оли. Я поняла, что она имела в виду, но не слишком верила в то, что в подслушанном мною диалоге было что-то неясное. Что здесь непонятного? Меня снова пробрала дрожь при воспоминании о жестоком ледяном тоне Паши. Я была в настоящем ужасе и не знала, как после этого мне относиться к этому человеку.

   Сама того не заметив, я провалилась в глубокий сон.

   Передо мной просторная детская комната. В углу у окна стоит небольшая односпальная кровать, а напротив нее маленький деревянный комод , на котором стоит несколько фотографий в рамочках. Под окном сидит русоволосый мальчишка лет пяти и катает по полу машинки в то время, как за дверью раздаются крики и звуки битого стекла, заставляющие вздрагивать меня каждый раз. Но мальчик выглядит невозмутимым.    Вдруг сквозь ругань взрослых послышался тоненький детский плач, и, услышав это, мальчишка подскочил и вылетел в коридор прямо мимо меня. Я, словно невидимый призрак, иду за ним.   В узкой комнатке на кровати сидела маленькая девочка, поджав ноги, и горько плакала. Мальчик подбежал к ней и крепко обнял, на что крошка, словно почувствовав защиту, затихла.   Из коридора послышался громкий грохот. Мальчик что-то шепнул сестренке и выбежал в коридор, а я снова последовала за ним.   Меня охватил настоящий ужас. На полу лежала хрупкая молодая девушка, а высокий широкоплечий юноша душил её, повиснув над ней сверху. Девушка била его по лицу, царапала и брыкалась, но помочь себе никак не могла. И я тоже не могла ей помочь. Паника и бессилие зажали меня в угол.    Мальчик побежал к отцу, и начал колотить его своими маленькими ручками, защищая маму, а потом и вовсе залез на него сверху и стал бить его по лицу.    Мужчина перебросил мальчишку через себя на пол, словно мешающую ненужную вещь. Настолько он был увлечен своим объектом издевательств.    Ребёнок лежал обездвиженным. Наверное, сильно ударился головой.    Девушка с криками подскочила и бросилась к сыну.

   Я открыла глаза и с шумом вдохнула воздух. Холодный пот стекал по лицу и перемешивался со слезами. В ушах до сих пор звучал голос девушки, а перед глазами стоял мальчик, всё лицо которого было залито слезами. Моё дыхание понемногу восстанавливалось. Вытерев лицо от слез, я встала и пошла выпить воды.

   Так как кухня, гостиная и коридор у нас были совмещены, я, стоя у стола со стаканом воды, увидела, как в двери медленно поворачивается замок. В квартиру зашел брат и вздрогнул, увидев меня.

— Ты чего не спишь, кукушка?

— Сам ты кукушка.. — устало ответила я, не желая ни с кем вести диалогов, так как отходила от жуткого сна.

— Опять кошмары?

— Типа того. А ты где был? — я нахмурилась, посмотрев на время: 3:03.

— Да так.. С пацанами был.

— Ты пил? — я подошла к нему близко и почувствовала запах алкоголя.

— Нет, Саш, я не пил.

— Чего ты врешь то?

— Фак, почему я должен перед тобой отчитываться? Ну пил, и что?

— Ничего! — я сунула стакан ему в руки, развернулась и ушла к себе в комнату.

   А из головы не выходил этот сон и его значение.Что это было?