🥀Глава 22

Егор.

Весь день Егор думал только о Кристине. На тренировке был сам не свой, за что получил от тренера. Из головы не выходили её лицо и голос.

Вроде бы и чувства прошли, их заменили неприязнь и полное отвращение. Но почему такая злость на Глеба? Конечно, по тщательно, но все равно не до конца замазанному лицу было видно, что побои не от косяка или лестницы. Да и кто, как не он, не различит, когда Кристина лжёт, а когда говорит правду? Злость на Глеба переполняла всю сущность Егора, и почти целые сутки он думал о том, как же ему поступить.

Сославшись на то, что будь это любая другая девушка, он бы поступил также, парень решил, что Глеб должен за всё ответить.

После тренировки Егор попрощался с командой и сразу же направился домой к бывшему лучшему другу. К счастью или сожалению он помнил адрес. Спустя несколько долгих и настойчивых звонков в дверь парень открыл.

Глеб был пьяный, еле стоял на ногах с бутылкой алкоголя и протер глаза.

— Что я вижу, вау...

Егор нагло толкнул Глеба и прошел в давно знакомую ему квартиру.

— Ну и видон у тебя, Смирный. От бомжей на улице точно не отличишь.

— Откуда такая дерзость, братан?

Егор скрестил руки на груди и облокотился на стену плечом.

— Я тебе уже давно не братан. Да так, дело к тебе одно есть..

Глеб нахмурился, и в ту же секунду получил мощный удар в живот. Может быть, Егору и повезло, что Глеб был пьян, так как особого отпора дать не мог. Послышалось что-то вроде "Ты чё, козёл?" и "Щас урою", но Егор игнорировал любой звук в свой адрес. Глеб замахнулся тоже, но безуспешно, за что и получил контрольный удар по лицу. Парень упал на пол, и Егор наклонился к нему.

— Больно, когда бьют, урод? Больно?! А ей было больно втройне! — таким злым он был редко, так как отличался сдержанностью и спокойствием. Но Смирнов переступил грань.

Глеб мерзко рассмеялся и встал. На удивление, бить бывшего друга в ответ не собирался и просто смотрел с насмешкой и окровавленным лицом.

— Нажаловалась, значит? Ну-ну..

— Чё ну-ну, козлина? Совсем укурился, на девчонку руку поднимаешь? Изменился ты, однако, да не в лучшую сторону!

— Все мы меняемся, братэлла.. а вот Кристинка заслужила. И получит ещё, если мне так будет надо. Отвечать тебе не буду, теперь всё честно. Тебя тогда отделали толпой, сегодня ты меня. Но запомни теперь раз и навсегда — Покровская моя целиком и полностью, а я со своим имуществом делаю всё, что хочу.

— Имуществом? Каким имуществом, ты понимаешь, что несёшь? — Егор с каждым услышанным словом был всё более шокирован. Не ожидал он, что Глеб станет таким человеком.

— Я понимаю, что несу. Если ещё раз узнаю, что вы были хотя бы в метре друг от друга — выпущу её кишки у тебя на глазах, а потом возьмусь за тебя. И ты знаешь, я шутить не привык.

Егор действительно знал. Одновременно ему стало и мерзко, и страшно за Кристину. Как она смогла связаться с таким чудовищем? Дабы больше не марать руки, Егор смачно плюнул прямо в ноги Глебу, оказав полное неуважение таким необычным образом, и молча удалился.

Шло время. Кристина больше не подходила к Егору, а однажды он даже увидел их с Глебом вместе. "Счастливых" и улыбающихся. Не желая смотреть на эту картину, Егор просто отвернулся и пошел дальше по своим делам. Пусть делают, что хотят. Больше Егор не коснется этих двоих.

— Значит так. Пельмешки пожаришь, если что. Тортик я приготовила, супчик на плите, салат в холодильнике. Думаю, дня на два хотя бы хватит. Так.. что ещё... Квартиру беречь! Костя должен прилететь со дня на день, созвонишься с ним. — озадаченно наказывала Саша брату, стоя у поезда.

— Я не понял, кто из нас вообще старший? — широко улыбнулся Егор в ответ, и Саша звонко рассмеялась.

— Ну прости, просто я очень переживаю, как ты тут будешь один. Ой, пора уже.. Всё, давай! — Саша чмокнула брата в щеку и широко ему улыбнулась.

— Береги себя и звони постоянно, поняла?

— Конечно! Люблю тебя, — сказала Саша и зашла в поезд.

Егор постоял еще несколько минут, помахав сестрёнке в окно и, тяжело вздохнув, направился на тренировку.

Настя.

Мысли о маме очень тревожили девушку. Она часто ходила домой, помогала ей и следила за тем, чтобы новый мужчина не обижал её. Но, видимо, что-то упустила. Всё чаще мама была грустной и озадаченной. Настя никак не могла понять, в чём же причина. Работу свою она очень всегда любила. В личной жизни, кажется, у неё все хорошо. Да, отчим действительно ей совсем не нравился, но было достаточно того, что мама его искренне очень любит. Так что с ней происходит?

— Слушай, ну а ты уверена, что у них всё в порядке? Не думаю, что она бы стала жаловаться и плакаться тебе. — сказал Ваня, когда Настя поделилась с ним своими переживаниями.

— Блин, ну а как мне узнать то? В лоб спросить что ли?

— Ну, а почему нет? Сядь с ней за стол и спроси, что происходит. Уверен, хоть что-то ты, но поймешь. Даже если она не захочет открыться. Давай прямо сейчас тебя отвезу?

— Да что тут везти.. Близко же дом. — девушка засобиралась, следуя совету Вани.

— Поехали, я говорю. Всё-таки ты мне теперь не чужая, и меня тоже волнует всё, что происходит в твоей семье.

Настя широко улыбнулась и , поддавшись чувствам, крепко обняла парня.

— Спасибо тебе за всё. Ты даже не представляешь себе, сколько делаешь для меня, Колосов.

Вот они. Те слова, что делают его самым счастливым человеком на земле. Он старался насладиться каждой секундой объятия, ведь такое происходит крайне редко.

— Погнали. Она сейчас как раз дома.

— Мамочка, привет. Как ты? — тепло улыбнулась Настя, заходя в квартиру.

— Привет, родная. Да всё хорошо у нас. — женщина чмокнула дочь в щеку.

Они прошли на кухню, и Татьяна начала наводить чай. В коридоре было темно, а сейчас мама стояла спиной к девушке, что немного смутило Настю. Она как будто прячется. Нужно как можно скорее начать разговор.

— А где Евгений? — Настя никогда не называла мужчину Женей, всегда лишь полным именем, словно подчеркивая свою отстраненность.

— На работе.

Женщина повернулась, и Насте бросилось в глаза потемнение на лице у мамы. Решив проверить, показалось ли ей, девушка встала из-за стола и подошла к ней.

— Мама.. Это что такое? — нахмурилась Настя, поняв, что ей не показалось. Под глазом у мамы был синяк, покрытый толстым слоем тонального крема, что тоже было очень заметно.

— Где?

— На лице у тебя, мам. Откуда у тебя этот синяк?

— А, это.. Да об угол тумбочки ударилась утром, ерунда.. — женщина опустила глаза и суетливо начала делать свои дела.

— Мам, ты прикалываешься? Какой угол? Какая тумбочка? Он что, тебя ударил?! — девушка повысила тон и почувствовала, как в горлу подступает ком.

— Что ты такое говоришь, Насть? Конечно, нет!

— Да ты же врешь мне! Я что, не вижу, что ты меня обманываешь? Мам, он поднял на тебя руку, какого черта его поганые шмотки здесь вообще делают?! — злость переполняла девушку. Мысль о том, что этот мерзкий человек позволил себе причинить боль её маме просто убивала Настю изнутри.

— Он случайно. Так получилось.

— Какой нахрен случайно, мама, как ты можешь?! Неужели ты такая бесхарактерная?! Он живет с тобой от силы два месяца и уже позволяет себе такое!

— Подумаешь, не сдержался. Тем более он признал свою вину. Букет вон какой дорогой подарил. И как ты вообще выражаешься, Настя?

Весь этот разговор казался Насте до боли абсурдным. Она не узнавала свою мать. Мало того, что та прощала ему унижения в адрес дочери, так ещё и простила насилие над собой же. Девушка молча развернулась, зашла в их спальню и начала вытаскивать вещи Евгения из шкафа.

— Настя, что ты делаешь?! Господи, да что же ты творишь?!

— Пусть катится отсюда к чертовой матери, урод! — девушка никогда не позволяла себе повышать голос на маму, но сейчас просто кричала.

В комнате начался настоящий переворот. Настя продолжала свои действия до тех пор, пока Татьяна не сорвалась.

— Я СКАЗАЛА ПРЕКРАТИТЬ! — Настя резко остановилась и подняла на мать глаза. Оказалось, они обе уже давно были в слезах, но сами того не заметили. — Это мой дом и моя жизнь. Могу я тебя попросить не вмешиваться в неё и не вытворять всё, что ты пожелаешь?! Сейчас же собери всё это, успокойся и наконец прими тот факт, что я люблю его в конце концов, и мы ни за что не разойдемся!

Настя смотрела на мать с пустотой в глазах, а потом медленно встала и подошла к женщине.

— Всего доброго. — произнесла она холодным и почти равнодушным голосом, после чего покинула квартиру, оставив маму в истерике.

Девушка выбежала из подъезда, заливаясь слезами. Оказалось, Ваня никуда не уехал и преданно ждал Настю у подъезда в машине. Увидев такую картину, парень округлил глаза. Она села в машину и заплакала навзрыд.

— Насть, что случилось? Что такое? — Ваня не знал, как на такое реагировать и боялся сказать или сделать что-то лишнее.

— Просто поехали отсюда. ПРОСТО ДАВАЙ СКОРЕЕ УЕДЕМ, ПОЖАЛУЙСТА!

Два раза просить не пришлось. Парень молча завел машину и уехал прочь.

Весь оставшийся день девушка пролежала в кровати. Ей казалось, что теперь мама предала не только её, но и саму себя. Ваня переживал за Настю больше, чем за себя. Вдобавок буквально через неделю должны вернуться родители, и да простят они сына, парень этого так не хотел! Он настолько привык к Насте, что, казалось, больше не мог жить без её постоянного присутствия. В этот день Ване пришло очень чёткое осознание того, что он бесповоротно и навсегда влюбился в эту девушку.