6/18 «Прогул»

Иногда перед школой Лиса любила прогуляться. В этот раз, пока бродила по знакомым улочкам, её голову посетила навязчивая мысль. Прошло довольно много времени, прежде чем Лиса, наконец, согласилась с самой собой — она этого хочет. Она хочет прямо сейчас увидеть Дженни. «Проводив» её вчера домой, Лиса выяснила, что до начала уроков вполне успеет доехать к ней на автобусе, а после позвать вместе пойти в школу.

Минут через двадцать Лиса уже подходила к дому Дженни. Не обнаружив поблизости машины «парня» Дженни, Лиса заулыбалась, но даже не заметила этого. А потом услышала крики. Лиса только успела сообразить, что они исходят из дома Джен, когда из него выбежала она сама в школьной форме. В кулаке она с силой сжимала ручку рюкзака. Лиса видела лишь часть лица Джен, но по красноте её и опухшим дрожащим губам было понятно, что она на грани слёз, а во взгляде её неподдельная ненависть. Лиса притаилась за кустиками, чтобы её не заметили.

Дженни замерла на пороге, не в силах сдерживать гнев, что в ней родители сами же и породили. Она выкрикнула маме, остановившейся в проёме:

— Я сваливаю! Делайте, что хотите! А-А-А! — истерично заорала Джен, до боли топнув ногой по земле — Это же ваш чёртов дом! Просто отстаньте от меня, психи!

— Дженни! — воскликнула мама почти возмущённо, но Джен слушать её не собиралась.

Она рванула было подальше от этого места, но не смогла сдвинуться с места, попав в цепкую хватку пьяного отца. Дженни невольно поморщилась от вони, которая от него исходила, и попыталась вырвать руку, но тщетно. А тот вдруг ударил Джен по щеке кулаком, заплетающимся языком ругнувшись. По щекам Дженни потекли слёзы, и она замерла в полусогнутом положении с распахнутыми глазами, не веря в произошедшее. Ей было очень больно и, кажется, во рту возник металлический привкус. И правда — в следующую секунду губы Джен изнутри, слегка выступая наружу, окрасились в кровавый цвет.

Мама что-то кричала отцу, моля его не сделать чего-то ужасного, однако для Дженни уже ничего не имело значения. Этот его поступок стал окончательной точкой в их отношениях, а мольбы мамы не делали её лучше, ведь она наверняка знала, что может сделать пьяный отец с неугодной дочерью, но даже не подумала его остановить.

Отец оттолкнул мать и вскинул руку в попытке снова ударить Дженни, но его тяжёлая рука рассекла воздух, потому что Лиса успела налететь на Джен с объятиями и увести себя вместе с ней в сторону. Потеряв равновесие, девочки покатились по траве, при этом лишь сильнее прижимаясь друг к другу. А потом одновременно открыли глаза. Заплаканная Джен с самым несчастным видом и успокаивающее улыбающаяся Лиса с грязным лицом — они снова глядели друг на друга всего несколько секунд, а показалось им, будто целый час.

— Ты ещё кто такая? — изумлённо обратилась мама Джен к Лисе.

Та, не вставая и не выпуская Джен из объятий, перестала улыбаться и, грозно повернувшись к ней, процедила:

— Не очень-то вежливо, аджумма.

— Какая я тебе «аджумма»?! — оскорбилась та.

Лиса раздражённо усмехнулась:

— Серьёзно? «Аджумма» — это единственное, что вас волнует?

Дженни разомкнула объятия и встала. Она отряхнулась как ни в чём не бывало и прошлась по родителям равнодушным взглядом, удивительным образом сохраняя морозную гордость даже в таком состоянии. На самом деле она их боялась, очень боялась. Возможно, по-настоящему осознала она это только сейчас, когда на её щеке болезненно пульсировал будущий синяк. Но она хотела сделать вид, что ей не страшно, желала, чтобы они оба почувствовали, какие жалкие. Лиса поднялась следом и, немного подумав, сплела свои пальцы с пальцами Дженни, а после шепнула ей:

— Ты правда сваливаешь?

Дженни замялась всего на мгновение, но запаха от отца стало достаточным, чтобы она кивнула.

— Позволишь мне сказать? — снова шепнула Лиса. Дженни понятия не имела, что у той на уме, но согласилась, потому что у самой слов не находилось. Тогда Лиса высоко вскинула подбородок и начала:

— Меня зовут Лалиса, я подруга Дженни. С этого момента она будет жить у меня и вернётся только за вещами.

Дженни откровенно опешила от такого заявления, но заметив затруднения и на лицах родителей, подыграла Лисе:

— Да, я же сказала, что сваливаю отсюда!

— Ну и вали, — пожал плечами отец, смотря куда-то в пол затуманенным взглядом — Без тебя будет лучше. Никто мозг пилить не будет.

И он просто вернулся в дом. Дженни почувствовала новый горький ком в горле. В глубине души она так хотела, чтобы отец попросил её остаться... И тогда она бы осталась. Но он просто ушёл. Дженни представила, что так бы он и на её смерть отреагировал, и заплакала, отвернувшись от Лисы и матери.

— Я соберу твои вещи, — вполголоса пообещала мать и тоже исчезла за входной дверью.

***

Равнодушие родителей оказалось гораздо большей болью, чем жестокость от них. Дженни осознала это в сравнении, когда впервые за долгое время вновь заплакала из-за них. Отец мог сколько угодно обзывать её и ругаться, но его незаинтересованность в судьбе дочери оказалась для неё настоящей пыткой. А послушное решение матери не останавливать Дженни, добило её.

И теперь они с Лисой шагали по тротуару на небольшом друг от друга расстоянии. Обе испачканные в земле, обе понурые и молчаливые. Лиса шла чуть позади, но так, что видела выражение лица Дженни. Лиса не могла объяснить себе этого чувства: что ей стало вдруг так же тоскливо от произошедшего, как и самой Джен. Она будто понимала все её чувства, знала, что творится у неё внутри. Но головой Лиса понимала — всё это лишь её догадки, и стоит для начала хорошенько обдумать, что можно такого Дженни сказать, чтобы ей стало хоть на капельку лучше.

А Дженни снова пыталась сдержать слёзы, из-за чего у неё начала побаливать голова. К её счастью, рядом оказалась Лиса, что подскочила сзади и взяла её под руку. Дженни лишь вопросительно на неё взглянула, но руку не одёрнула. Лиса мило улыбнулась, будто ничего не случилось, и произнесла:

— Ты и правда останешься у меня?

Дженни её слова показались просьбой, будто в этой ситуации не сама Джен должна была просить о помощи. Но она покачала головой, уверенная, что ей всё равно придётся вернуться домой. У неё была надежда, что отец перестанет бухать к её позднему возвращению.

Лиса заметила, что Дженни о чём-то невеселом задумалась, а потому осторожно поинтересовалась:

— Могу я спросить?

Дженни снова лишь кивнула.

— Что случилось? Ты говорила, что «надоела» своим родителям.

— И ты это помнишь? — грустно усмехнулась Дженни, искренне удивлённая, что Лиса запомнила её рандомные слова.

— Почему вы поссорились?

— А ты не видела?

— Может, перестанешь отвечать вопросом на вопрос? — вскинула бровь Лиса.

Дженни подняла голову к небу и вздохнула. Было светло и ясно, свежо от недавнего рассвета. Людей вокруг было совсем мало, а машин и подавно. В такое время все только начинали вставать и не спеша собираться, а Дженни уже брела по полупустой улице под руку с Лисой. Ей это неожиданно нравилось, несмотря на причину такой прогулки.

— Папа привёл домой своих собутыльников, а мама им прислуживает. Жалкое зрелище, — вынесла вердикт Джен и замолчала, очевидно, не желая больше говорить об этом. Ей было стыдно.

Впрочем, говорить об этом было и не нужно. Из её короткого объяснения многое становилось понятно. Лиса сочувствующе похлопала Джен по плечу. И тут Джен вспомнила. Она распахнула глаза и остановилась, подозрительно уставившись на Лису, будто на её лбу пытаясь найти ответ. Лиса ощутила, как от такого пристального взгляда её щёки покрываются румянцем, а сама она выдержать не может — проигрывает и часто моргает. Ветер обдувал ей лицо в попытке ласковыми движениями стереть розовый цвет с щёк, будто ластиком по рисунку.

— Кстати, а что ты делала рядом с моим домом? — так и не отыскав ответ, напрямую осведомилась Дженни и скрестила руки на груди, слегка поджав губы.

— Что? — глупо переспросила Лиса. Отвела взгляд, громко выдохнула, ошеломившись своей реакции просто на такую внимательную Дженни, а после протянула — А... Я у президента класса узнала, где ты живёшь, и пришла, чтобы вместе в школу пойти.

Дженни не поверила.

— Откуда Пак Чеён знать, где я живу?

— Она у учителя Ю попросила твой адрес! Так можно!

Дженни знала, что уточнять, правда это или нет, она у Чеён не станет, а потому решила просто поверить Лисе на слово. Дженни решила не забивать этим мысли, потому что у неё в любом случае было много забот, а то, что Лиса нашла её дом, особо не имело значения. Имело бы, не знай Лиса о ситуации в семье Джен или имей гнусные мотивы, но это не являлось правдой, а потому было даже неплохо. Дженни улыбнулась почти незаметно, но Лиса это сразу заметила, будто Джен была цветочком, просыпающимся ото сна.

— Тебе уже лучше? — не скрывая радости, поинтересовалась Лиса.

Дженни смутилась, но сдержанно кивнула. Она старательно, больше даже для себя, делала вид, будто ей не приятна такая искренняя забота со стороны Лисы. Они направились дальше. В какой-то момент Лиса спросила:

— А почему ты так рано в школу вышла?

— Я каждый день так выхожу, — ответила Дженни и резко замолчала, чтобы не сболтнуть о том, что у неё дома даже питаться нечем. Она думала о том, как бы ей хотелось довериться Лисе и рассказать ей всё, но не могла. Она посчитала бы себя слабой и беспокоилась о том, что допустила ошибку, будто Лиса не просто так рядом.

— Так мы в школу сейчас? — заметив сомнения Джен, снова заговорила Лиса.

— Нет, сюда, — и Дженни указала на супермаркет, виднеющийся неподалёку — Я покупаю свежий кимпаб, от другой еды меня тошнит по утрам.

Дженни соврала. Она бы не отказалась от маминого завтрака со всем положенным и таким вкусным, домашним. Кимпаб же был не очень дорогим и, пусть изрядно надоел Джен, казался единственным оптимальным выходом. Лиса же просто понимающе покивала, не заподозрив ничего странного.

Девочкибыстро поели, но, когда вышли из супермаркета на узкую улочку, окружённую невысокимидомами и бесконечными проводами, и Дженни шагнула в сторону школы, Лиса вдруг схватила её за запястье. По её удивлённому лицу становилось очевидным, что она этого сама от себя не ожидала, но отступать было поздно. И Лиса отступать не хотела. И, как только Дженни к ней повернулась, Лиса рванула в противоположную от школы сторону, увлекая ничего не понимающую Джен за собой.

— Да куда мы бежим?! — растерянно крикнула Дженни после нескольких попыток заставить Лису просто отцепиться.

— Я не знаю! — внезапно сообщила та, не сбавляя скорость.

Дженни нахмурилась и попыталась остановиться. Попытка в каком-то смысле оказалась удачной, потому что остановиться у девочек действительно получилось, вот только не совсем тем способом, на который рассчитывала Дженни. От резкого торможения и Лисы, бегущей вперёд, Дженни запнулась о собственную ногу и полетела вниз, теперь уже потянув Лису за собой. Лиса в испуге успела обернуться, расцепив пальцы на запястье Джен, и грохнулась на спину, слегка ударившись, а Дженни упала сверху, впечатавшись лицом в живот Лисы. Первые секунды девочки лежали молча, пытаясь осознать произошедшее, а после Лиса тихо, неуверенно захихикала. Приподнявшись на ладонях, Дженни тоже не сдержала смех, и вскоре они уже просто хохотали.

— Похоже, мы останемся без формы, — сквозь смех промямлила Лиса, осматривая запачканные юбку и пиджак: свои и Дженни.

— И наши причёски... — выдавила Дженни, поправив белый ободок так, что он лёг ещё кривее. Это невинное действие вызвало у Лисы новую волну смеха.

Поуспокоившись, они поднялись, и Дженни поинтересовалась у Лисы, что же та хотела сделать. Лиса начала со слов:

— Я не хотела, чтобы ты отказала.

— В чём?

— Давай прогуляем школу?