Глава 21. Разбитая душа

Тёмные катакомбы замка заполнились густой тенью, словно сама магия, созданная Тома, стремилась поглотить всё живое в этих стенах. Я стояла на грани, ощущая, как мир вокруг меня меняется. Тот момент, когда ты осознаёшь, что что-то важное рушится, что невозможное становится реальностью — это чувство теперь было моим спутником. Мы оба стояли на грани. Но он сделал свой выбор. И этот выбор стал для меня конечным.

Магия, которую Том вызвал, не была просто силой. Это было нечто большее, нечто неизмеримо древнее и темное. Когда его слова заполнили пространство, а энергия заклинаний пробудила мрак, я почувствовала, как что-то внутри меня обрывается. Казалось, сама душа замка сжалась в тугой узел, и я была частью этого обряда, частью его разрушения.

Я пыталась остановить его, но было слишком поздно.

Секунды, как и вечность, тянулись в том мракe, пока обряд не завершился. И когда магия стихла, я открыла глаза. Том стоял передо мной. Но это уже не был тот Том, которого я знала. Его взгляд, холодный и пустой, пронзал меня насквозь. Его лицо, ранее такое живое, теперь было лишено всякой теплоты, как если бы он сам вырвал из себя всё человеческое.

Его глаза. Я не могла забыть эти глаза. Они были, как две чёрные бездны, поглощающие всё светлое, всё хорошее, всё, что могло бы напомнить о прошлом. Он стал другим. Он не был человеком.

"Ты всё сделала правильно, Амелия," — его голос был глубоким и лишённым той легкости, что когда-то присутствовала в его тоне. Это была не просто пустота, это было нечто гораздо хуже — абсолютная отчуждённость. Его слова не были адресованы ко мне, они были словно зловещим эхом его собственного решения.

Я не могла сдержать дрожь, когда он заговорил. Он не был человеком. Он был чем-то, что не поддавалось пониманию. Его душа была разбита, как хрупкая ваза, упавшая на каменный пол. И он это знал. Он знал, что теперь он не был тем, кем был раньше.

— Том, что ты сделал? — голос сорвался с моих губ, и я не могла понять, было ли в нём больше страха или отчаяния.

Его глаза встретились с моими, и в этот момент я почувствовала, как его магия давит на меня, как если бы она пронизывала каждую клетку моего тела.

— Я сделал то, что должен был, — его слова были обрывистыми, как если бы он сам не верил в них. Но в его голосе звучала странная уверенность. — Я не могу быть слабым. Я не могу позволить себе быть тем, кем я был. Теперь я свободен. И ты тоже.

Я почувствовала, как его слова, поначалу произнесённые с холодной решимостью, теряли силу. Он уже не был тем человеком, с которым я могла бы разговаривать. Он стал чем-то... вне моего понимания.

Он подошёл ко мне, но его шаги были тихими, почти неощутимыми, как у тени. И в этом шаге было нечто зловещее — он был рядом, но одновременно был так далёк. Я не могла понять, как это возможно. Он был передо мной, но я не ощущала его. Я чувствовала лишь пустоту.

— Ты не понимаешь, Амелия, — его голос стал тихим, но я слышала каждое слово, как если бы оно было сказано прямо в моём сознании. — Ты думаешь, что я потерял что-то, что можно вернуть. Но я не потерял ничего. Я освободил себя. Теперь я — только я. И ты, возможно, никогда не поймёшь, что это значит.

Он остановился передо мной, его взгляд был острым, но безжизненным. Всё, что я когда-то видела в нём — амбиции, страсть, желание быть лучшим — исчезло. И на его месте осталась пустота. Я понимала это в тот момент, когда его глаза встретились с моими.

Я всегда боялась этого. Боялась того, что его стремление к силе может поглотить его, и что его тёмные желания однажды сделают его не человеком. Я боялась, что он когда-нибудь исчезнет, но я никогда не думала, что это произойдёт так быстро. И теперь, стоя перед ним, я осознавала, что, возможно, он уже не был тем, кого я любила.

Он прошёл мимо меня, его тень скользнула по моим плечам, но я не могла пошевелиться. Это было как предсмертное замедление, когда ты понимаешь, что всё уже решено. И он ушёл. Он исчез, оставив меня одну среди этого разрушения.

Я стояла в темноте, ощущая, как эта пустота сжимает моё сердце. Я не могла поверить, что всё кончено. Что Том, который когда-то был таким живым, таким настоящим, теперь стал лишь тенью. Я потеряла его. И, возможно, сама часть его души, которая когда-то была связана со мной, ушла навсегда.

Но я знала одно. Он был ушедшим. Он стал тем, кем был предначертан быть. А я осталась здесь, среди руин, пытаясь понять, что делать с тем, что осталось.

Но в ту ночь я не могла найти ответ.