19 глава

|Чонгук|

Вернувшись вечером последним, я припарковал свой металлический кусок дерьма на улице. Югём отрабатывал смену на местном грузовом заводе. Мы не знали, когда он вернется домой. Однажды я совершил ошибку, припарковавшись на подъездной дорожке. Вместо того чтобы отогнать мою машину, Югём сбил зеркало с водительской стороны.

Свет горел в каждом окне дома – плохой знак.

Я зашел в крошечную гостиную и заметил кровавые полотенца.

— Какого хрена?

Тут же сбоку от меня появился Минхо.

— Этот ублюдок избил ее.

— Я в порядке.

Голос Дахён дрожал. Она сидела на кухне, рука вытянута на столе. Ее тетя Сынри обрабатывала несколько порезов и ожоги от сигарет.

Дахён колотило словно в припадке. Правая часть ее лица была синей, поцарапанной и опухшей, глаз заплыл. Ее любимая футболка пропиталась кровью. Девушка подняла сигарету ко рту и глубоко затянулась.

— Мамин новый хахаль носит кольцо выпускника. Наверняка спер у кого-то.

— Сукин сын! Какого черта ты пошла домой, Дахён? Ты же знала, что от этого козла ничего хорошего ждать не придется. — Я быстро подошел к девушке и опустился перед ней на колени.

Она сделала еще одну затяжку, и из ее левого глаза покатилась слеза.

— У мамы сегодня день рождения, а этот тупой придурок не хотел ею делиться, так что… — Девушка сникла и ссутулилась.

Меня накрыло волной ярости, каждый мускул напрягся в предвкушении драки.

— Когда приедет полиция?

— Не приедет, — ответила Сынри, накладывая повязку на ожог.

Я едва сдерживался.

— И почему же?

— Дахён шестнадцать, мать при этом присутствовала. Их обоих посадят – мою сестру и этого парня. Я не согласна с ее образом жизни, но не буду отправлять ее в тюрьму. Моей племяннице этого тоже не нужно.

Я ждал, что Дахён подтвердит ее слова. Девушка раздавила окурок в пепельнице, засунула новую сигарету в рот и начала возиться с зажигалкой. Та несколько раз щелкнула, пока она безуспешно крутила колесико. Я забрал у нее зажигалку и одним быстрым движением помог прикурить сигарету.

— Спасибо, — онп слабо кивнула.

Завибрировал мобильный Дахён. Дрожащими пальцами девушка смахнула пепел.

— Она продолжает названивать. Хочет, чтобы я вернулась домой.

— Зачем? — прошипел я.

— Избив меня, он устал и лег спать, отключился, – не важно. Наверное, уже проснулся и соскучился по своей тренировочной груше.

Я раздраженно потер шею.

— Звони в полицию.

— И что, по-твоему, будет с тобой и Минхо, если она это сделает? — На кухню забрел Югём, после недавнего душа его темные волосы были зачесаны назад. — В последнее время твой соцработник часто совала к нам нос, Гук. Если мы вызовем полицию, они поймут, что Дахён все это время жила здесь. Тогда все что нам останется, это попрощаться с тобой и Хо.

Голос Дахён надломился:

— Я не могу потерять вас, ребята.

Вот в чем было дело. Она сидела и истекала кровью потому, что любила меня и Минхо.

Я встал и поцеловал девушку в макушку.

— Ты готов, друг?

— Я уж думал, ты никогда не предложишь. — Минхо открыл входную дверь, его глаза излучали холод и опасность.

Здоровый глаз Дахён округлился.

— Нет, — прошептала она.

— Я вас спасать не буду, парни, — предупредил Югём.

— Мы и не просили, — ответил я и вышел за дверь.

По улице вильнула машина и влетела на газон у переднего крыльца. Пассажирская дверь распахнулась до того, как машина остановилась, и оттуда выскочила мама Дахён. Ее тёмные волосы были растрепаны, глаза – красными, под правым глазом набухал синяк.

— Я хочу увидеть свою девочку! Я должна сказать ей, что мне жаль.

— Иди к черту, — рыкнул Минхо. — Она не твоя кукла, чтобы играть в переодевания.

Фары машины продолжали гореть. С водительской стороны показался крупный мужчина.

— Закрой рот! Сонхи хочет свою дочурку-шлюху. Скажите ей, чтобы выходила, или я сам за ней пойду.

Мы с Минхо стояли бок о бок в молчаливом согласии, что убьем его прежде, чем он доберется до входной двери. Перед глазами возникли лица моих братьев. Как бы мне ни хотелось защитить Дахён, я должен защищать и их.

— Уходи, пока я не вызвал полицию.

Этот урод встал нос к носу со мной и с Минхо. От него разило алкоголем, глаза нервно бегали из стороны в сторону, а по телу проходили судороги.

— Он под наркотой, чувак, — пробормотал Ли.

Мужчина размял шею.

— Вперед, вызывай. Все меня любят. Я не попаду в тюрьму.

— А ты, случайно, не тот придурок, которого вытурили из команды неудачников в паре часов езды отсюда? — сказал я, пытаясь его отвлечь.

Мужчина пару раз моргнул, словно его разлагающийся мозг на целые три секунды понял, что полузащитник весом не меньше центнера не должен избивать шестнадцатилетнюю девчонку и драться с ее двумя друзьями-школьниками.

— Я устал от этой фигни, друг, — прошептал мне Минхо за секунду до того, как рванулся вперед и ударил ублюдка в челюсть. От такого я бы уже рухнул наземь, но этот ублюдок просто повернул к нему голову. Все это было жутко отстойно.

Придурок поднял кулаки, чтобы дать сдачи, но я схватил его за колени, и он рухнул наземь. Мелькнула мысль, что стоит поблагодарить своего тренера, мистера Квона, за три недели инструктажа по футболу. Я откатился в сторону до того, как мужик успел нанести удар. Но Минхо подошел слишком близко, и качок сбил его с ног, а затем врезал по почкам.

Крики мамы Дахён безумно раздражали.

Мужчина поднялся одновременно со мной, и я врезал ему в живот до того, как у него появился шанс пнуть Ли, который лежал на земле и пытался отдышаться. Наш соперник повернулся и махнул ручищей, целясь мне в голову, но я увернулся и еще раз вмазал ему в живот. Он застонал и покачнулся, но устоял на ногах.

Мне нужно было уложить на землю этого неудачника. Я попытался схватить его снизу, но не успел нагнуться, как качок дважды саданул меня по ребрам, и боль взорвалась у меня в животе. Мы врезались в его машину. В этот момент подоспел Минхо, который нанес мужчине удар кулаком по спине.

Тихую ночь нарушил звук выстрела. Мы с Ли застыли. Я молился богу, чтобы ничего теплого и мокрого не начало покидать мое тело, и я имел в виду не мочу.

— Сонхи, забирай свое дерьмо и валите, это моя собственность, — проговорил Югём удивительно спокойным голосом. Он стоял на верхней ступени крыльца, сжимая в руках охотничье ружье. — Мальчики, вы как?

— Прекрасно, — процедил Минхо сквозь стиснутые зубы.

— Лучше не бывает.

— Заходите в дом, пока Дахён не закатила истерику, — приказал Югём.

Я оттолкнулся от машины и изо всех сил постарался не споткнуться по пути в дом. Ли шел рядом со мной.

* * *

Дахён выплакалась и заснула… на руках у Минхо.

Югём и Сынри предупредили, чтобы Сонхи сюда больше носу не казала и что завтра они заберут вещи Дахён. У этой парочки имелись недостатки, но в душе они были хорошими людьми.

Дахён хныкала, ворочаясь во сне. Минхо успокаивал ее тихим бормотанием и гладил по волосам. Девушка крепче стиснула руки вокруг его груди и всем телом почти что устроилась на нем. Ли продолжал гладить её по спине.

— Как давно ты втрескался в нее?

Тот уперся головой в стенку.

— Давно. Боялся сказать ей, но теперь… Я не могу позволить ей тусить с теми парнями, которые просто ее используют, или молча смотреть, как она идет к маме, когда ей нужно почувствовать себя любимой. Что мне делать, чувак?

— Не того парня спрашиваешь.

Что я знал о любви? Только то, что Дженни Ким не выходила у меня из головы.

Без сомнений, я хотел ее. Не мог избавиться от фантазий о том, как ее тело будет извиваться от удовольствия под моим. Голос этой сирены, шепчущий мое имя. Но она привлекала меня не только в физическом плане. Я любил ее улыбку, сияние в ее глазах, когда она смеялась, как справлялась с моими нападками.

— Если поймешь, скажи.