Сжигая мосты

 Виктор

От споров и разговора с Грин-де-Вальдом у меня разболелась голова. Мы в три горла кричали Гарри, чтобы он не забивал себе голову Дарами Смерти, но он был упрям.

— Тогда что вы предлагаете? — закричал он. — Отдать их вместе с медальоном Венере и надеяться на чудо? Так, получается?

Никто не спешил отвечать на этот вопрос.

— Твоя сестра тоже гоняется за ними, но ты не спешишь бросаться сломя голову и выбивать эти мысли из её головы! — уже обращаясь ко мне, сказал Поттер. — Мы так и не знаем, зачем они ей. И она не спешит делиться своими планами.

В этих словах, хоть и сказанных на эмоциях, была доля истины.

— Нам нужно решить до вечера, что делать, — раздался голос разума, которым, как и всегда, была Гермиона. — Погоня за крестражами закончена, Гарри. И что-то мне подсказывает, Венера не настроена на отказ...

Я взволнованно провёл ладонью по волосам. Бесконечные разговоры уже стали надоедать.

— Прошу прошения, что я прерываю ваш разговор, — раздался голос Елены.

Она тихо подошла к нам, делая вид, что не слышала наши крики.

— Венера вернулась, — добавила она. — И настоятельно просила, чтобы вы пришли к ней. Похоже, что-то пошло не так.

Подняв на меня взволнованные глаза, в которых плескалось самое настоящее отчаяние, она посмотрела на меня. Похоже, она чего-то недоговаривала.

— Прошу тебя, Виктор! — взмолилась она. — Отдайте ей Дары Смерти! Она не может ни о чём другом думать! Вместо того, чтобы заняться крестражами, она буквально одержима ими!

Ребята переглянулись, а у меня в груди что-то неприятно шевельнулось. Никогда не видел эту вечно спокойную и сдержанную ведьму в таком состоянии.

— У неё нет времени! Я вижу, что она едва держится. Ей нужно поскорее разобраться с Реддлом, но она думает совсем о другом.

— Что она собирается сделать с Дарами? — спросил Гарри. — Зачем они ей?

Елена упрямо поджала губы и опустила взгляд. Было ясно, что она не хотела отвечать на этот вопрос.

— Что ты имела в виду, когда говорила, что у неё нет времени? — спросил я, беспокоясь больше о сестре, чем об этих треклятых артефактах.

Елена грустно вздохнула и медленно подняла взгляд.

— Она проклята, Виктор, — тихо ответила она, а в глазах засияли слёзы. — Том Реддл проклял её, решив, что ее преданность ему пошатнулась. Он хотел её наказать таким способом.

Я шумно выдохнул, понимая теперь причину, почему она так устало и измождённо выглядит. К горлу подступил ком, мешая вздохнуть.

— Пока жив Реддл, она будет страдать, — продолжила Елена. — Прошу вас, отдайте ей то, что нужно. Она всё равно отберёт это силой...

— Пусть попробует, — буркнул Поттер. — Пока она не объяснит, я ничего не буду предпринимать.

— Мистер Поттер, — печально вздохнув, ответила Елена. — Вы и понятия не имеете, на что она способна. Поверьте, будет лучше, если вы найдёте общий язык и сможете прийти к соглашению.

Елена развернулась и направилась к замку, напомнив, что нас там ждут.

— Я не отдам их так просто, — упрямо заявил Поттер, смотря только на меня.

— Гарри... — начала Гермиона, но он ей не дал закончить.

— Идём, — бросил он, шагая к входу в замок. — Не будем заставлять нас ждать.

Мы последовали за ним. В голове мельтешили мысли: почему Венера ничего не сказала о проклятии и что вообще сделал с ней Реддл?

Нетрудно было найти сестру, мы просто шли на крики и отрывки разговора, который шёл на повышенных тонах.

— Убери от меня эти бесполезные склянки! — со злостью воскликнула Венера и выбила из рук Грин-де-Вальда флакон с зельем. — Мне они не помогут!

Она полулежала на низкой софе, но как только увидела нас, поднялась, слегка пошатываясь. По её лицу были размазаны слёзы. Трясущимися руками она полезла в карман, выудив оттуда небольшую баночку. Высыпав на руку горсть каких-то таблеток, она закинула несколько из них в рот, не обращая внимания, что большая часть посыпалась на пол.

— Что тут происходит? — спросил я, скрестив руки на груди. — Что случилось?

Венера только громко фыркнула. Даже не удостоив меня взгляда.

— Держи наготове экстракт бадьяна, — бросила она и, с силой дёрнув рукав свитера, оторвала его и зажала между зубами.

Елена ахнула и, прикрыв рот ладонью, поспешила выйти из комнаты.

— Ты уверена? — спросил Каркаров. — Можно сделать это как-то иначе?

Венера застонала, скрючившись от боли. Упрямо мотнув головой, она подняла руку, на которой ярким пятном горела Чёрная метка, сильно контрастируя с её бледной кожей.

На кончиках второй руки вспыхнуло пламя, сразу же объяв всю ладонь. Меня бросила в холод от осознания того, что она собирается делать. Судя по сдавленному вздоху, раздавшемуся рядом со мной, не я один.

В то же мгновение она прижала пылающую ладонь к своей руке, прямо в том месте, что была Чёрная метка. Сдавленный крик сорвался с её губ, а сама она, не в силах терпеть боль, убрала руку.

— Ну же, девочка, — подтолкнул её Грин-де-Вальд и снова прижал её пылающую руку к предплечью. — Нужно выжечь эту заразу!

— Мерлин, что вы делаете? — в ужасе воскликнула Гермиона.

Я стоял, не в силах пошевелиться, наблюдая, как Венера и Грин-де-Вальд выжигают Чёрную метку. Всё это не заняло много времени, но эти секунды показались мне вечностью. Когда им это удалось, Грин-де-Вальд тут же залил ей руку экстрактом бадьяна. На месте метки теперь виднелся жуткий ожог. Стряхнув с себя оцепенение, я подошёл к сестре, опускаясь рядом с ней на софу. Тяжело и хрипло дыша, она прислонилась к моему плечу лбом. Всё её тело мелко дрожало, а лицо покрывали крупные капли пота.

Взглянув на Гарри, Рона и Гермиону, я увидел тот же ужас, что испытал и сам.

— Это было необходимо? — спросил Рон.

— Тёмный Лорд стал о чем-то подозревать, — ответил Игорь, уничтожая магией все следы того кошмара, что сейчас здесь произошёл. — Мы собираем сторонников, и для него это не осталось незамеченным.

— Я чувствовал, что его что-то тревожит, — подал голос Гарри. — Кого вы уже успели привлечь на свою сторону?

— Привлечь? — хмыкнула Венера, поднимая голову. — Привлечь удалось немногих. Оборотни, несколько волшебников. Но силу, которой буду противостоять Реддлу, я создала сама.

Грин-де-Вальд помог ей забинтовать руку.

— Что это значит? — спросила Гермиона.

— Поверь, ты не захочешь этого знать, — отмахнулась Венера.

— Мы должны это знать! — снова сорвался Гарри. — Ты просишь довериться тебе и отдать то, что тебе нужно, но ничего не объясняешь! Откуда мы должны знать, что ты действительно на нашей стороне?

Венера хрипло рассмеялась и тут же поморщилась, словно от боли.

— Ну, нет, Поттер, — фыркнула она. — Это я вам предлагаю занять мою сторону, ибо уверена в своей победе. А сейчас идёмте, раз уж вы такие любознательные и храбрые. Я дам вам такие желанные ответы.

Венера поднялась на ноги и, не смотря на нас, вышла из комнаты. Каркаров и Грин-де-Вальд пошли следом, но она взмахом руки показала, чтобы они остались здесь. Венера шла, тяжело дыша, словно ей до сих пор больно.

— Куда мы идём? — спросил Гарри.

— В Северное крыло, — злорадно усмехнувшись, ответила она.

Я помнил, что в это место она никого не пускала. Всё Северное крыло было запечатано магией, и почему-то у меня было чувство, что для этого имелись вполне веские причины. Подойдя к массивным деревянным дверям, Венера провела палочкой по руке, делая глубокий надрез, а после прижала её к двери, нараспев произнося заклинания.

— Надеюсь, ваши желудки достаточно крепкие, — с диким блеском в глазах бросила Венера, когда проход был открыт.

— Хотите знать, как я собралась противостоять Реддлу? — спросила она, остановившись напротив. — Зрелище не самое приятное.

— Хотим, — упрямо ответил Поттер.

Венера кивнула и направилась к лестнице, которая вела куда-то вниз.

— Я предупреждала, — безразлично произнесла она и толкнула дверь.

Она прошла в подземелье. Взмахом руки зажгла факелы, развешанные вдоль стен. Я прищурился, привыкая к яркому свету.

— Здесь только часть, — хмыкнула Венера.

Убрав руку от лица, я осмотрелся. Позади меня раздался крик Гермионы, а сама она отшатнулась назад, прижавшись к двери. И она была такая не одна. Гарри и Рон тоже отступили на несколько шагов, с ужасом смотря вперёд. Я же чувствовал себя так, словно в меня со всего размаху влетел бладжер.

Подземелье имело длинный коридор, но везде, докуда доставал взгляд, стояли инферналы. Они совершенно не обращали на нас внимания, словно находясь в трансе.

— Здесь их около нескольких сотен, — ответила Венера.

— Это ты сделала? — спросила Гермиона тоненьким голосом. — Но это ведь запрещено!

Венера рассмеялась и сделала несколько шагов вперёд, а инферналы расступились перед ней, как море перед Моисеем.

— Если под «этим» ты подразумеваешь, я ли подняла их из могил, то да, — ответила Венера, раскинув руки в стороны. — И это ещё не всё. Я создала себе армию. Я сделала то, чего не делал ни один некромант — я создала инферналов не только из людей, но даже из великанов.

Венера смотрела на своих «детищ» с лёгкой, но безумной улыбкой.

— Это ведь очень тёмная магия, — произнёс Рон, смотря на живые трупы с опаской.

— Вы ещё не поняли, что я не остановлюсь ни перед чем? — ответила Венера. — Тёмная, светлая... Да какая разница? Магия есть магия.

— Давайте поговорим в другом месте? — предложила Гермиона, а я был с ней полностью согласен.

— Трусишь? — кровожадно улыбнулась Венера. — Правильно делаешь, Грейнджер.

Гермиона шумно втянула воздух и, развернувшись, дёрнула дверь, но она не поддалась. Рон принялся помогать, а Венера стояла не шелохнувшись и смотрела на их действия с некоторой иронией.

— Алохомора! — произнёс Рон, пытаясь отпереть дверь.

— Не утруждайся, Уизли, — рассмеялась она. — Дверь не откроется, пока мы не решим, как быть дальше.

Инферналы зашевелились, а вместе с ними волосы на моей шее. Сейчас даже мне стало немного не по себе. Мы были в ловушке, а моя чокнутая сестра, похоже, решила идти напролом.

— Зачем тебе Дары Смерти? — спросил Поттер, доставая палочку.

Это было бесполезно — против Венеры и инферналов у нас не было ни шанса.

— Вы не поймёте, — грустно усмехнулась она. — Никто не понимает.

— А ты объясни! — воскликнул Поттер. — Дамблдор оставил Воскрешающий камень мне! Он хотел, чтобы...

— Неужели ты ничего так и не понял? — жёстко рассмеявшись, перебила Венера. — Откуда ты знаешь, чего хотел Дамблдор? Поттер, не заставляй меня делать вам больно. Неужели твоя неприязнь ко мне настолько сильнее, чем инстинкт самосохранения? Вы узнаете всё, как только придёт время! Просто отдай мне их!

Под конец она сорвалась на крик, а огонь в факелах вспыхнул ещё ярче.

— Да хрен с ними! — воскликнул Рон. — Гарри, отдай их! Наша цель — крестражи! Мы должны их уничтожить!

Поттер недовольно поджал губы, переводя взгляд с инферналов на Венеру. Было видно, что он сомневался, но страх за жизнь себя и своих друзей немного поубавил его упрямство.

— Ты пообещаешь, что поможешь мне? — спросил он. — Я не хочу умирать... И не хочу, чтобы кто-то пострадал.

Венера прикрыла на мгновение глаза, немного успокаиваясь, и медленно кивнула.

— Клянусь магией, что мы попробуем отыскать способ вытащить из тебя часть Реддла, если ты отдашь мне свою мантию невидимости и Воскрешающий камень.

Инферналы снова замерли в неподвижности, а пламя на факелах пришло в норму, мягко горя и отбрасывая блики на каменные стены.

— Хорошо, — сглотнул Поттер. — Я отдам их, когда мы выберемся из этого подземелья.

Венера взмахнула рукой, и дверь открылась. Гермиона первая бросилась к ней, быстро поднимаясь по лестнице, остальные последовали за ней.

— И что теперь? — спросила Гермиона. Продолжая дрожать, когда мы оказались в коридоре.

— Будем думать, как помочь твоему другу, — бросила Венера и повела нас дальше по коридору, в противоположную сторону от той, откуда мы пришли.

Поднявшись на второй этаж, она открыла очередную дверь.

— Это лаборатория моего отца, — пояснила она, увидев, что никто не спешит заходить внутрь. — Никаких инферналов и других жутких тварей.

Пройдя внутрь первой, она направилась к пустующему портрету прямо за большим письменным столом. Я зашёл в комнату, подмечая, что это действительно лаборатория. Одна часть была отведена под рабочее место, где было нагромождено большое количество котлов самого разного размера, ножей, ступок, флаконов для зелья и других приспособлений для зельеварения.

— А теперь ждём, — сказала Венера, снова пуская себе кровь и измазав ей портретную раму.

***

Активировав портрет, я устало опустилась в кресло. Виктор и гриффиндорская троица опасливо осматривались, словно ожидая подвоха. Я их прекрасно понимала, но немного устрашения им не помешало бы.

— Зачем нужно было это делать? — хмуро спросил Виктор, неприязненно смотря на меня. — Неужели желание обладать этими Дарами настолько сильно поглотило твой разум, что ты была готова бросить нас на растерзание этим тварям?

Мне была неприятна мысль, что брат допускает подобные мысли. Я давно поняла, что он разочаровался во мне, но знать и видеть это наяву — две совершенно разные вещи.

— Считай это весомым аргументом, — усмехнулась я. — В любом случае, я бы не оставила вас там. Возможно, я бы воспользовалась грубой силой, но после такого не стоило бы надеяться на мою помощь.

— Аргументом! — негодующе воскликнул Рон. — Ты чокнутая, ты в курсе?

— Полагаю, — раздался вкрадчивый голос, заставивший всех, кроме меня, вздрогнуть, — у тебя должны быть веские причины, чтобы бросаться в адрес моей дочери подобными словами.

Пряча улыбку, я смотрела, как четыре пары глаз уставились мне за спину, едва ли не открыв от удивления рты.

— Позвольте представить, — произнесла я, не оборачиваясь к портрету. — Мой отец — Салазар Слизерин.

— А про меня ты, конечно же, забыла, — раздался ехидный голос рыжей бестии, о существовании которой я, к сожалению, не забыла, но очень хотелось бы.

— Увы, это случится лишь в моих мечтах, — вяло огрызнулась я. — И Венера ле Фэй, дочь Морганы. Об этом лучше не спрашивать, это очень длинная история, которую я сама не слышала полностью.

Бросив недовольный взгляд назад, я заметила, что рыжая ведьма нисколько не обиделась, наоборот, одарила моих гостей широкой обворожительной улыбкой.

— Приятно познакомиться, — вежливо произнёс брат. — Меня зовут Виктор, а это Гарри, Рон и Гермиона. Мы...

— Виктор мой названый брат, а остальные — студенты Хогвартса, — пояснила я, не желая зацикливаться на этом. — Гриффиндорцы до мозга костей.

Отец понятливо хмыкнул.

— И что эти молодые люди здесь делают? — спросил отец, хотя я была уверена, что он и так догадывается.

— Гарри, — позвала я. — Отдай мне их. Отдай мне Дары Смерти.

Поттер глубоко вздохнул и, засунув руку в карман, вытащил оттуда небольшой камень. Он несколько секунд смотрел на него, словно собираясь с мыслями. В нетерпении я вцепилась в край стола, готовясь в случае чего отобрать его силой, но Гарри подошёл к столу и положил камень на стол, а после полез за пазуху, вынимая оттуда очень лёгкую, переливающуюся серебристую ткань. С ней он тоже не спешил расставаться, пропуская ткань сквозь пальцы.

— Ты мне её вернёшь? — спросил он. — Это одна из немногих вещей, которые достались мне от родителей...

Я поджала губы, понимая, что не могу этого обещать, и прекрасно понимала, какие сейчас терзания царят в его душе.

— Я не могу этого обещать, — честно ответила я. — Я не знаю, что с ней будет после того, как... после того, как всё закончится.

Поттер кивнул и нехотя, но положил её на стол рядом с Воскрешающим камнем. Я вздохнула с облегчением, от которого даже закружилась голова. Скоро. Уже скоро всё решится. Но за облегчением последовала боль от проклятия, заставляя меня с шумом втянуть воздух — проклятие становилось всё сильнее с каждым днём. Или же просто я слабела.

— Наконец-то, — тихо произнесла я и потянулась к двум Дарам Смерти.

— Не клади только туда палочку, — предупредил отец. — Сначала нужно подготовить место призыва.

— Палочку? — удивился Гарри. — Ты нашла бузинную палочку?

Я усмехнулась, доставая её и покручивая между пальцев.

— Я просто отобрала её у прошлого хозяина, — сказала я. — Отобрала честно, между прочим, обезоружив прошлого владельца.

— Но это ведь палочка Дамблдора! — удивился Гарри. — Значит, всё это время она была у него?

Меня радовало, что Поттер всё-таки иногда включал мозг и начинал им пользоваться.

— Верно, — кивнула я. — А до этого она была у Грин-де-Вальда. И, возможно, могла оказаться у Тёмного Лорда, не вытащи я в своё время Грин-де-Вальда из тюрьмы.

— Зачем Ему бузинная палочка? — удивился Рон.

— Насколько мне известно, палочка Реддла и палочка Гарри своего рода близнецы. К тому же, думаю, ему льстила мысль обладать Старшей палочкой. Признаться, с ней он был бы действительно непобедим.

Позади меня послышалось вежливое покашливание, напоминая, что сейчас не время разговоров.

— Ты готова? — спросил отец, а я кивнула.

— Что мне делать? — спросила я, чувствуя небывалое напряжение.

Сегодня я сделаю это. Я верну Геллерта.