8. Серая личность.

Ася не хотела просыпаться. Во сне она могла быть, кем угодно, делать, что пожелает... быть с тем, с кем пожелает.

Возвращение в реальность приносило почти физическую боль. Здесь, хоть и в настоящей, но унизительной жизни у девушки была только одна цель – угодить ему, Максиму.

Наверное, Ася должна была ненавидеть его. Злиться каждый раз, когда на ум приходит он. Отвергать Макса, противиться его поцелуям, сопротивляться его похоти.

Но Ася не чувствовала ничего к нему. Какая-то странная апатия поселилась в её душе. Она не жила, а существовала. Её мало что волновало, нервировало, заставляло встряхнуться. Лишь две причины заставляли девушку оживать.

Никита.

И секс. В объятиях Максима Ася испытывала невероятные чувства. Девушка не могла описать их. Только тогда она могла почувствовать себя полноценной – странно, правда?

- Я же вижу, что ты не спишь, - тихо проговорил Максим, сжимая Асю в своих объятьях крепче.

Девушка подняла на него глаза и улыбнулась немного вымученно:

- С добрым утром.

- Нет, утро не доброе, - заметил Максим.

- Но поче?..

Ася не успела договорить, как Макс закрыл ей рот поцелуем. Девушка привычно ответила ему, обвивая руками шею парня, но Максим сжал её запястья одной рукой и закинул их за голову. Он ловко раздвинул ей ноги и вошел, без нежности и подготовки.

На глазах Аси выступили слезы – частично от неожиданного вторжения, частично от обиды. Но она терпела резкие толчки Максима, его прерывистое дыхание над ухом, периодичные наглые поцелуи. Не терпеть нельзя было.

Девушка чувствовала, что вот-вот Макс кончит, и уже приготовилась к временной, иллюзорной свободе от него до вечера, но парень сделал непредвиденную вещь. Он перекатился на спину, потащив за собой Асю, и теперь девушка сидела на нем верхом.

- Ч-что ты делаешь? – заикаясь, спросила Ася.

Максим положил руки девушки себе на грудь и отпустил их. Усмехнувшись, он сказал:

- Даю тебе простор для фантазии. Действуй.

Ася неуверенно приподнялась, затем опустилась. Когда Макс обхватил ладонями её бедра, девушка почувствовала себя уверенной, и задвигалась более решительно, однако все так же медленно, растягивая удовольствие.

Максим не отрывал своих ярких голубых глаз от лица Аси. Да и девушка, словно загипнотизированная, тихонько постанывая, смотрела в глаза парня. Она видела, как Максим стиснул челюсть, стараясь держать себя в руках. Однако долго он не протянул. Почти до боли сжав бедра Аси, парень со стоном кончил.

Все еще ощущая в себе член Макса, Ася легла ему на грудь, слушая его прерывистое дыхание и учащенное сердцебиение. Девушка закрыла глаза, неосознанно наслаждаясь этими звуками, когда Максим со смешком заметил:

- Вот теперь утро доброе.

Ася неопределенно хмыкнула.

- Может, пропустим завтрак? – игриво предложил Максим. – Весь детдом уйдет в столовку, и душ полностью в нашем распоряжении.

При упоминании душа Ася поморщилась. Ей не нравилось трахаться в душе – потом от кафеля оставались царапины и покраснения. Поэтому девушка глянула на Максима и надула губы:

- Ну уж нет, я голодна, и ни за что не пропущу завтрак.

- Херовая каша, сваренная черт знает из чего – предел моих мечтаний, - скривился Максим.

Ася засмеялась и покачала головой:

- Облом, Макс. Сегодня запеканка и омлет. Я у поваров вчера спрашивала.

- Омлет я люблю, - оживился Макс. – Пошли в столовку.

Девушка фыркнула и начала искать свои вещи.

***

Никита нашел себе друзей, и теперь он сидел с двумя парнями своего возраста. Они что-то бурно обсуждали, рьяно жестикулируя. Вот Никита что-то произнес, и двое других рассмеялись. Никита улыбался.

И поэтому улыбалась Ася.

Она была счастлива видеть, что Никита хоть немного привык к новой жизни. Это вселяло в девушку крохотную надежду.

Максим приобнял Асю одной рукой, а второй ковырялся вилкой в запеканке. Ася улыбнулась ему, и парень улыбнулся в ответ.

Девушка поймала задумчивый взгляд сидевшей напротив Кати. Рыжая спокойно поглощала еду, но не отрывала взгляда от Аси и Максима, словно просчитывая что-то в уме.

За отдельным от них столом сидел Игорь, а на его коленях была Вероника, всем видом показывающая, как отвратителен ей бритоголовый парень. Её правая щека постепенно становилась нормального цвета, хотя первые дни она была распухшей, как после укуса пчелы. Ася знала, что это сделал Макс, и ей было жаль армянку, но возразить парню она не могла. Кроме того, в наказание за ослушание Максим отдал Веронику Игорю, и Ася даже думать не хотела о том, что творит Игорь с армянкой за закрытыми дверями – ей хватало одного взгляда на прихрамывающую Веронику, чтобы не говорить об этом.

Заметив взгляд Аси, брошенный в её сторону, армянка прищурилась и глазами показала всю ту ненависть, что плескалась в её злобной душе.

Признаться, Ася боялась оставаться с армянкой наедине.

- О, смотрите, новенький! – с любопытством заметил Саня, самый нормальный из окружения Максима. Он сидел рядом с Катей, поэтому видел то, что происходит за спиной Аси.

Девушка обернулась и увидела в дверях парня, нерешительно переминавшегося с ноги на ногу. Внешностью он был совершенно обычен – короткие русые волосы, ни худой, ни толстый, среднего роста. В общем, совершенно примитивный. Однако глаза его смотрели со спокойной уверенностью в будущем. Ася позавидовала его уверенному виду.

- Макс, глянь, как он зал оглядел, - произнес Рома. – Как уродов увидел. Надо бы покалякать с ним.

- И не таких козлов обламывали, - с холодной усмешкой заметил Максим.

И хоть усмешка не относилась к Асе, у девушки поползли мурашки по коже от ужаса. Она хотела возразить Максиму, попросить его не трогать несчастного, но вовремя одумалась. Это только разозлит Макса и заставит его действовать по отношению к парню еще кровожадней.

- А что думаешь ты, Ася? – насмешливо спросил Рома, и все уставились на неё в ожидании ответа.

«Я думаю, что ты ублюдочный баран. Что этот парень ни в чем не виноват. Что детдом хуже ада».

- Я не думаю, - бесстрастно бросила Ася, продолжая жевать омлет. – Здесь Максим главный, вот пусть он и решает.

Рома передернул плечами, явно не поверив Асе. Саня едва заметно усмехнулся, переглядываясь с Максимом – именно так девушка поняла, что прошла тест на верность.

Однако Катя смотрела на неё, как на неодушевленный предмет. Никаких чувств не отразилось в её глазах, никаких эмоций. Она молча встала, взяла свою использованную посуду и направилась в другую сторону столовой, чтобы помыть за собой тарелки. Катя, должно быть, единственная, кто делал это.

Ася поцеловала Макса и спросила:

- Я пойду в свою комнату, ладно?

Макс кивнул, и Ася последовала за Катей. Она догнала рыжую только на крыльце здания.

- Эй! Катя! – позвала Ася. Когда Катя остановилась и повернулась к ней, девушка спросила: - Что-то случилось?

- Нет, все нормально, - ровным тоном ответила рыжая и уже собралась зайти в здание, когда Ася воскликнула:

- Тогда почему ты смотришь на меня так, как будто меня нет?

Катя внимательно оглядела Асю и спокойно пояснила:

- Ты умная девушка, и смогла приспособиться к детдому. Тебе пришлось занять место Вероники, хоть и не по своей воле. И ты полностью вжилась в роль, Ася. Я вот гляжу на тебя последние полторы недели, и вижу кое-что. Ты потеряла себя. Стала шлюхой Макса... а личность свою потеряла. Ты теперь для меня очередная куколка братца, серая личность, без собственного мнения. Ты себя в столовке слышала? Это же убого.

- Я сказала то, что хотел услышать Макс! – воскликнула Ася в растерянности.

- Макс захотел тебя по большей части из-за твоей непокорности. Однако поздравляю, скоро ты ему наскучишь и станешь брошенкой, а Вероника вернется в его постель, так как непокорность заводит Макса.

Катя зашла в здание, оставив Асю одну на улице в раздумьях.