Сектант 1 часть

      По приезду в Киев все вернулось на круги своя. Так блестяще начавшаяся политическая карьера закончилась сразу же по прибытию в Киев. Как только остановился автобус, и мы выгрузились, я мельком оглянул толпу студентов. Я хотел сделать приветливое лицо, но я сам почувствовал, что это у меня не очень получилось. После, как заведено, захотел сказать студентам что то хорошее на прощанье, но нужных слов я так и не подобрал.

      Ребята же разбивались на группы по принципу: кто в какую сторону едет,  дружелюбно обнимались, выкрикивали веселые фразы, и сердечно жали друг другу руки. Я тоже решил, мне надо хотя бы с кем-то обменяться  рукопожатием, но в тот момент у меня перед глазами промелькнул гомик. Мы встретились взглядами, после чего он разогнался как перепуганная лань и скрылся за углом дома. Бесспорно, мне хотелось навалять ему хоть в Киеве, но играть с ним в перегонки, как я понимал, это была гнилая затея. Я внимательно посмотрел на свою ладонь, потом на руки студентов, которые уже успели проститься со своим голубым одногрупником, и немного подумав, резко спрятал правую руку в карман.

 - Завтра все на майдане!

 - Висим до утра!

 «Давай брат, скоро свидимся, ну мы и оторвались в Комсомольске на всю жизнь хватит воспоминаний!»

«Да там еще долго нас не забудут!»: доходили до меня веселые реплики студентов.  

     Где и как они отрывались, мною замечено не было, как их отрывали видел, надо сказать, довольно жалкое зрелище. То, что их там будут помнить, в это я еще мог поверить, такую толпу трусливых ничтожеств комсомольцы ни каждый день отоваривают. Вообще люди часто видят то, что хотят видеть и студенты эти не исключение.

     В это время из парка  выбежал Губа, куда он удалился опорожниться. Он на ходу застегивал ширинку, но это он всегда так делал,  и крикнул мне: «Че стоишь как вкопанный, бежим домой!»

     Мы пешком спустились на Подол, и все связанное с агитотрядом осталось позади. Губа шел уверенным шагом и очень спешил. Он был доволен жизнью и этого не скрывал, так как в одном кармане у него лежал на половину забитый коробок планом,  в другом - куча денег. В целом, все то, в чем он крайне нуждался, и ради чего просыпался каждое утро, у него было в наличии. И как тут не радоваться?

      По пути я осматривал приветливые улочки, старинные здания, высматривал знакомые лица, и на подходе к парадному пришел к выводу, что дома все в порядке.  Продолжать политическую деятельность мне, ясное дело, никто не предложил,  и вряд ли предложит, да я бы и не согласился, в Киеве всегда столько дел, и на такие пустяки у меня бы просто не было времени. «Но не дураки студенты, хорошую работенку себе придумали, лавэ на пустом месте заколачивают!»: признал я.

    Я занес домой сумку, пообщался с родителями, и уже через полчаса мы с Губой шли на горку употребить наш стратегический запас. Мы нашли укромное местечко возле ряда вырытых дикими собаками нор, где казалось нас никто не мог найти, и там решили остановиться.

      Подольские холмы - это уникальный подарок для здешней молодежи давно подчеркнул я, да и не только я. Это такой себе зеленый оазис, расположившийся в сторонке от каменных джунглей, где вечно рыскают своры голодных гиен в погонах, пытающихся отобрать у тебя твою добычу, стаи павианов всех разновидностей и классификаций, бестактно врывающихся в твою жизнь, и миллионы всяких мелких паразитов, всегда желающих попить твоей крови. От них можно было укрыться только здесь на горе. Особенно в летнее время, здесь можно было проделывать абсолютно все, что пожелаешь, чем подоляне и занимались. Надо выяснить отношения и провести спарринг - пожалуйста, затянуть жертву для гоп-стопа - очень удобно, его жалобные или гневные крики вряд ли кто то услышит, а если даже услышат, никому и в голову не придет идти в чащи на помощь. Надо провести сложные переговоры, тебе здесь никто не помешает, можешь громко высказывать свои доводы и не бояться быть подслушанным. А если кто то, за соседними кустами, что  то и расслышит, он уж точно не стуканет, и даже не заинтересуется, чтоб ты там не планировал.

       Также, если ты полюбил девушку, а ее родители тебя не любят, и даже на порог дома не пускают, а такое, почему то, очень часто случалось в жизни ребят моего окружения. Твои же родители, не только ее не любят, а и родного сына недолюбливают, и уверены, если эта девушка изъявила желание встречаться с их сыном, тем самым она наглядно всем продемонстрировала что она из себя представляет, и ласкового слова от его родителей она не дождется. Таким образом, ты попадаешь в патовую ситуацию. Денег снять квартиру на сутки или хотя бы час у тебя нет, даже если и есть, ты знаешь куда лучше их употребить, и за «клоповник» платить стоимость переполненного коробка планом, ты вряд ли согласишься. Прийти к  лучшему другу, у которого  съехали в село родители, тоже отпадает, так как ты трезво осознаешь, он направит все свои силы и энергию, стараясь организовать любовный треугольник или создать шведскую семью. И никакие уговоры его не остановят, так как он знает, в аналогичной ситуации ты поступил бы также. И тут несчастных Ромео и Джульетту, против которых, как всегда, ополчился весь белый свет, спасает наша, укрытая ветвистыми дубами и кленами горка.

        Также, когда группа парней договорились с девушкой о взаимности, они сразу задумались, куда же им идти. Этого, понятное дело, не поймут родители  любого их этих ребят, даже самых либеральных взглядов, ну и тем более, родители этой девушки, и опять спасает их наша горка. 

         Что то потянул на Житнем базаре, а за тобой погнался наглый барыга, вырвал в трамвае кошелек, а  потерпевший двухметровый зверь тебя спалил и погнался за тобой? Одно спасение - беги на горку там ты легко запутаешь следы и тебя никто не найдет, гора сделает все возможное, чтобы спасти своих любимых подолян. Тут же всегда можно, в спокойной обстановке, посчитать награбленное и поделить с подельниками.

         Ну и пожалуй самое главное - курить здесь драп, казалось что это место просто создано для этих дел. Во-первых, едкий дым не потревожит дебильных соседей как в парадном, где куда не приветливей этим заниматься. Также, заняв какую то высоту, ты можешь себя чувствовать спокойно и расслабляться на полную, так как все подступы хорошо просматриваются и ментовская облава тебе вовсе не страшна. Ко всему, в добавок, с любой стороны горы перед тобой открываются великолепные пейзажи: извилистые улочки древнего района, золотые купала старинных церквей и живописные колокольни, до которых, у коммунистов чего то руки не дошли. Чуть дальше видно величественный Днепр, а за ним многоэтажная Троещина.

   Вблизи Троещина мало вызывает приятных ассоциаций, я бы даже сказал, вообще не вызывает. Но когда чуть стемнеет, с другого берега Днепра невероятно интересно наблюдать за сотнями домов, и как поочередно в их окнах начинают загораться тысячи огоньков. Я всегда любил всматриваться в эти огоньки и вдумывался, каждый огонек - это не то что человек, а целая семья. И у них сейчас свои вопросы, проблемы. У кого то счастье - родителю дали зарплату, и вся семья радостно прыгает вокруг папы. В другом окошке, сын наркоман вынес телевизор, и семья из пяти человек вынуждена слушать радио «Проминь». Потухшее окошко - к дамочке пришел друг семьи, муж дальнобойщик в это время далеко - далеко за рубежом дерет темнокожих шкур. Но жена в накладе не осталась и, по цепочке, передала заграничную болезнь мужа его лепшему другу. В тех окошках отмечают день рождение, в других годовщину, там смех, там слезы, там радость там горе. Сколько ж много людей вокруг тебя, и каждый со своей историей, думал всегда я в такие моменты. Так много человеческих судеб скрыты за этими огоньками вдали, а если вдуматься глубже, как эти судьбы похожи и ничем не примечательны. Вырастил детей, и, увидел, как отрок сделал в парадном свой первый укол, но это, допустим, не повезло с детьми. Другое, хороший сценарий, как сын вернулся из армии и пошел как ты на завод, ну сейчас заводов мало, на склад коммерческой фирмы, и в точности повторит твой бездарный жизненный путь, на котором ничего не было, а все яркие эпизоды - это в твоем исковерканном воображении красиво разрисованная бытовуха. Жизнь по типу - чем дольше прожил, тем больше настрадался. И какие мы все разные, а с другой стороны, какие же мы все одинаковые и какая же это жизнь - приходить домой пожрать, поспать  и завтра в 8 утра на завод. И так до пенсии, смотреть как твоя жена на глазах стареет и тупеет, как наглеют дети, переставая уважать отца, как все идет в одном направлении и наживаешь ты за жизнь только седину, живот и больную печень. Хорошо, что не до всех это доходит, так как  надо было бы быть человеком со стальными нервами, чтобы это из года в год мужественно выдерживать, а не просто взять и сигануть с балкона вниз, даже имея слабую надежду, что там в неизвестности есть лучшие миры. И попробуй здесь не спиться?

       И я так мог с горы часами смотреть вдаль и наблюдать, как эти огоньки постепенно зажигаются, потом поочередно начинают тухнуть. И в конце остаются несколько огоньков, которые никогда не гаснут. И когда я вижу эти последние огоньки у меня появляется слабая надежда, что кто то вырвался из этого адского режима, и предпринимает попытки пожить как то иначе. И как бы ни было по другому - это уже гораздо лучше чем так.

    Так Губа взорвал косяк. После долгого переезда в вонючем автобусе от пары напасов мне так стало хорошо и приятно, что я даже не знал, что вообще может быть лучше. Мы просто молча сидели и стеклянными глазами смотрели на позолоченный крест монастыря, который практически был с нами на одном уровне.

    Через какое то время я вообще ничего кроме этого креста не видел. Неожиданно на нем появился Иисус. Возможно, это был не Иисус, а святой Андрей. Я слышал, что в древности на одной из этих гор его видели. Так что с уверенностью сказать не могу, кто это был. Но судя по одухотворенному лицу и приветливому взгляду точно не коренной подолянин. Я все же сошелся на мысли,  что это Иисус.

- Сука, это не просто план, Желтый туда что то добавил! - сразу понял я, так как знал, только его примести могут выводить на такой уровень восприятия действительности.

Иисус самостоятельно слез с креста и по воздуху пошел в нашу сторону. Мне как крещенному православному сидеть перед богом было не прилично, я ж не какой то там невежа католик, и я предпринял попытку, как полагалось это делать в его присутствии, стать на колени.

- Да сиди уже! - не открывая рта, сказал он мне.

- Спасибо бог! - искренне поблагодарил  я его. Действительно, так не хотелось в белых штанах становиться на колени в грязь. Никто ж из знакомых не поверит, увидев меня спустившегося с горки с грязными коленями, что я на коленях стоял перед самим богом. Начали бы всякую гадость фантазировать и распространять пошлые шуточки.

Он подошел к нам и, по-босяцски, присел на корточки. Я посмотрел на Губу. Губа сидел со слипшимися глазами, на всю ширину открытым ртом и похрапывал. Я его не стал будить, я знал его повышенную религиозность и влечение к влиятельным людям. Его только разбуди, сейчас как начнет доставать бога просьбой наделить его материальными благами, в замен чего пообещает прославлять его имя. 

Пользуясь случаем, я решил исповедоваться и попросить прощения за все свои грехи. Когда еще представиться такая возможность?

       Но как ни странно, последние дни я перед ним был чист. Да что скрывать, я курил траву, проросшую на земле, которую сотворил его отец, помогли ей вырасти и обрести нужные качества солнце и дождик, тоже его рук дело. Так что в этом ничего греховного я не видел. Если бы даже нас двоих приняли, в соответствии с криминально-процессуальным правом бог, как изготовитель, был куда больше виновен чем я - как потребитель. Так что я еще мог получить условно, а он в любом случае поехал  бы на этап. Правда, если деньги предложил, мог бы продолжать свою деятельность, но деньги за такое берут не малые.

      Библия не была моей настольной книжкой, такой правда у меня вообще не имелось, но я знал наверняка, что в известных десяти заповедях пункта – «не курить плана» точно не было.  Это алкаши мусора сделали из травы криминал. Но дай им только волю, так они вообще придумают статью для тех, кто по утрам воду с под крана пьет.

 -Пока он не ушел надо покаяться! - продолжал я вспоминать не хорошие моменты из своей жизни.

- О вспомнил!

- Ничего что мы отоварили Гуся, но ведь барыга самогон разбавлял, что тут говорить,  сами ж знаете? - раскаявшимся голосом обратился я.

Иисус недоверчиво посмотрел на меня.

- Ну да, мне лично не продавал, но Гарик с девятины рассказывал, что со своей кобылой чуть не сдохли! – как мог, выкручивался я.

- Простите? - попросил я.

Он смотрел на меня и улыбался.

- Ну не только побили, пару рублей еще забрали! - неохотно добавил я, понимая, что скрывать что то от бога бессмысленно.

-И это все?

Я опять начал думать о своем  грехопадении.

- За гомосека извиняться не буду! - посмотрев ему в глаза, серьезным тоном заметил я.

Он не возражал, как я понял, он сам таких  недолюбливал.

     Действительно, бог специально для тебя козла создал женщин, наделил их прелестями, разработал казалось на любой вкус: худые, толстые, длинные, мелкие, черные, белые, желтые, с сиськам, и практически без них, тупые, умные, полоумные, молчаливые, разговорчивые, жадные, легкодоступные, похотливые, фригидные, что еще надо, зачем же ты падло засматриваешься на себе подобных? Ну за колючкой людей еще можно понять, там такого выбора нет, не по своей воле вынуждены лепить женщин из того что есть под рукой, а на воле такое делать грешно, с чем - чем, но с этим пунктом я был полностью согласен.  Прямо открытое неуважение к создателю, тот старался, тратил свое драгоценное время, а эти на тебе, не обращают на это все внимание и норовят друг другу засандалить в места, совершенно не предназначенные для таких функций. Я представляю себя на его месте, создатель ведь все в человеческом организме до мелочей разработал, все продумал, чтоб тебе в радость жилось, а тут на тебе нашлись уроды и давай свои детородные органы в прямую кишку совать. И зачем это делать, какой смысл и тот ведь как не старайся, не родит, и другой, сколько бы не пытался, папой не станет? Представьте  реакцию инженера, который всю жизнь свою положил на создание автомобиля, а когда показал его общественности, на нем захотели поплавать, или изобрел самолет, который люди начали  использовать как полевой трактор. Я представляю, как нашему создателю противно, каждый день сверху наблюдать весь этот срам, как глумятся над созданным и доведенным до совершенства его руками телом.  Действительно эти педики его доведут, и всемирного потопа нам не избежать. 

         Если бы нуждались в моих услугах, с удовольствием помогал бы чертям варить их заживо в чистилище. Я даже захотел ему это предложить, но быстро воздержался, побоялся, что черти и для меня найдут причину, чтоб закинуть в котел с кипящей водой.  

  Я посмотрел в сторону Губы. Он продолжал сидеть с закрытыми глазами, его нижняя губа вытянулась, с нее подобно водопаду стекали слюни. С носа пошли сопли. Выражение на лице было крайней дебильности. Для полноты картины ему не хватало обоссать штаны и сходить под себя. Наглядный пример для диспута - а стоило ли Иисусу идти на такие жертвы ради такого вот человечества? Но это физиология, с каждым может случиться. Другое дело, что это за человек. Человек как многие верующий, заповедей не соблюдает, тоже как все верующие. Невероятно трусливый, и только эта трусость не позволяет ему нарушать эти заповеди так часто как ему хотелось бы. А хотелось это факт. На день отменили бы статью изнасилование, так он бы не только возжелал, желал он всегда, а воспользовался бы всеми женщинами, встретившимися у него на пути и даже не задумывался, жены они ближних или не ближних. Мусоров он ненавидел, но криминального кодекса он боялся, бога он всем сердцем любил, но его заповедей не чтил. Искренне верил в существование ада и рая, чистилища, а больше всего боялся тюрьмы и лагерей. Если бы он был один такой, я бы еще понял, но таких правоверных я встречал повсеместно. Других, к сожалению,  не встречал.  

       Жил бы в Иудеи в то время, за 30 серебряников не только бы сдал сына бога, если бы доплатили, еще приволок бы связанного прямо к дому Понтии Пилата.  На что он был готов, это на прямую зависело лишь от того,  какой тогда был курс и на сколько коробков травы хватило бы этих 30 серебреных монет. Если один к одному с долларом, думаю, Губа бы вытиснил из истории  Иуду. И сейчас вместо Иуды все бы ругались словом Губа.  «Будь ты проклят Губа!» или так «Поцелуй Губы» И просто не знаешь как обидеть плохого человека, назови его Губой.

    Почти две тысячи лет прошло после той известной жертвы. Человечество об этом поступке наслышано, но никак на него не прореагировало, продолжило жить как и прежде.  Многие правда поверили в существование единого бога, начали по праздникам воздавать ему почести, но, все равно, жить по другому не начали. Так что, как ни крути, поступок бессмысленный. Какой в нем смысл, если он никак не повлиял на массы, не мотивировал их жить по другому?  Все ж признают, за два тысячелетия грешить люди меньше не стали, может даже больше стали, и это притом, что знают про эту жертву и верят в эту религию и, соответственно, грешат уже сознательно, отдавая отчет своим действиям. Какой толк для тебя от частного репетитора английского, если ты слова английского не запомнил за два года занятий? Какую пользу принес тебе учитель вождения, если ты не научился водить?

        А если еще копнуть глубже и  задуматься - такая ли это большая жертва, отдать жизнь за человечество, наперед зная, что ты бессмертный и воскреснешь? Мало того, зная что ты попадешь в рай, где в разы лучше, чем в выжженной солнцем Иудеи с ее злобными обитателями. Нелегалы с Африки реально рискуют своей единственной жизнью, понимая, не туда свернешь в пустыне и запросто на органы порежут, а эта смерть ни чем не легче чем на кресте. И делают они это даже не по дороге в рай, а просто чтобы за копейки убирать улицы и сортиры городов Европы и, в свободное от работы время, удовлетворять похотливые страсти прикрывающего нелегалов европейца. Даже страшно представить, на что они были бы согласны, если бы им пообещали велфэр в США.

   Отдать последнее это всегда поступок, а как вообще бессмертный может отдать свою жизнь? Как можно умереть, если ты по природе своей не можешь умереть? Если ты умер, а потом воскрес - это нелогично, это значит что ты попросту не умирал и не правильно диагноз поставили. Выходящему из комы или проснувшемуся утром ведь не говорят, что он воскрес.

      Как я могу кому то дать миллион, если у меня его нет? Как я могу заявлять, что прыгнув с высотки вниз я выживу? Как я могу пообещать сделать что то, что в принципе сделать не могу. Так что бессмертный не может ни пообещать умереть, ни умереть, также и смертный не может стать бессмертным, разве что в памяти. Это все чем то напоминает цирковой аттракцион с распиливанием девушки пилой на две части и жульничеством попахивает. Возможно, христиане это давно просекли и, в свою очередь, хитрят, втихаря нарушая все заповеди, как только представиться малейшая возможность, но при том, даже не оспаривают свою глубокую веру.

      Вообще как я считаю, что главная недоработка в христианстве - это очень жесткие заповеди, которые как не хочешь, а за жизнь не раз нарушишь. Степень тяжести нарушений разная, а наказание одно, даже страшно такое произнести вслух, уголовный кодекс справедливей. Это убивает инициативу, не стимулирует исправляться. Убьешь – в ад, позавидуешь – туда же, возгордишься,  что не сделаешь - дорога одна в ад.  Так что старайся соблюдать ничего не получится, все равно сорвешься и будешь обречен на вечные мучения. И многие думают, все равно в ад, хоть здесь повеселюсь от души.  Но с другой стороны, можно ж отмолить в церкви любые грехи убил – отмолил, украл - отмолил. И смысл мучатся, ограничивать себя и соблюдать эти заповеди, если всегда можно, при помощи не сложной процедуры, получить благословление? При таком раскладе, покажите мне хоть один стимул их соблюдать?

    У меня вообще накопилось много вопросов ко всем религиям. Вот меня всегда волновал такой вопрос - смертник шахид, который взорвался по дороге к пункту назначения, и соответственно погиб один, не задев ни одного неверного и, таким образом, не принесший этим поступком никой пользы своему движению. Такое часто показывают в новостях. Куда он попадает такой нефартовый террорист в рай как планировал, или у ворот ему там говорят - извини братело, ты полный мудак  а не святой мученик, вали в ад.

    Другой вопрос - рай у христиан и мусульман находиться в одном месте или в разных. Если в разных, есть между ними какое то сообщение. Контактируют ли они. Если контакт есть, то мне искренне жалко праведных христиан, так как контингент святых мусульман попадающих туда, посолидней мужики, могут доставить массу хлопот безгрешным христианам. Также, вот те обещанные праведнику мусульманину непорочные девы гурии, без телесной грязи и душевных недостатков, которые его будут вечно ублажать в раю, по описанию, мне всегда очень напоминали праведных христианок, деяниями своими удостоившиеся рая. Никто не задавался вопросом - это они или нет?

       Как трудно жить малообразованным и невежественным, такие иногда глупости в голову приходят.  

Я еще раз внимательно посмотрел на Губу, тот видно задумался, так как выражение на лице стало еще более дебильней.

  «Чтоб за таких подвергнутся малейшим страданиям, это действительно отчаянный поступок,!»: все ж признал я.

     Не смотря ни на что, я тоже, в глубине души, считал себя христианином. А что я тупее других, мне тоже хочется в рай.

      Наш странный гость вообще не интересовался моими умозаключениями и продолжал безмолвно смотреть куда то вдаль.  Видать за последние две тысячи лет, ему такие умники порядком надоели. В средневековье было проще, добрый инквизитор всегда готов был жаждущему правды протянуть руку помощи, у него было много инструментов, помогающих разобраться во всех теологических не состыковках.

        Когда я уже угомонился, сын божий включил какой то мегамощный магнитофон и в моих ушах зазвучала божественная мелодия. И там мы молча сидели, вслушиваясь в эту прекрасную музыку.

       В состоянии полной нирваны мы пробыли не долго, вдалеке я услышал хруст поломанной ветки и мгновенно повернул туда голову. От резкого движения у меня помутнело в глазах, но я все же рассмотрел два силуэта. Вначале я испытал легкий испуг, погон на голубой рубашке я не рассмотрел и снова успокоился.

«Привет пацаны!»: услышал я знакомый голос.

       Это был Марик, местный бродяга, видно вынюхавший в свежем воздухе запах конопли.

       Я перевел взгляд в сторону Иисуса, но его уже не было. Он исчез, я его по своему понимал, мало найдется на свете людей, желающих добровольно находиться в компании Марика.  Если бы я обладал такими способностями как и он, я тоже бы конечно исчез.

«Идея!»: возрадовался я. Я закрыл глаза, настроился  и моментально стал невидимым.

«Саня смотрю у тебя новые кроссы!»: услышал я голос Марика. 

        Как я догадался, с задачей я не справился и оставался видимым. Я вновь открыл глаза и рожа Марика меня расстроила. Предыдущий собеседник был  в разы по приятней.

     Марик был в компании неизвестного мне человека. Эта парочка непрошенных гостей полностью вытянула меня из расслабленного умиротворенного состояния и нарушила искусственно созданную абсолютную гармонию. Это не могло меня не разозлить. Но, с другой стороны, после долгого отсутствия, мне и хотелось поговорить со своими районными корешами, и, несмотря на то, что Марик был далеко не самым желанным собеседником, я этой встрече был больше рад, чем огорчен. После Марика, его друг протянул мне руку и что то невнятно прохрипел, типа представился.

«Как?»: громко переспросил я его.

Он опять, что то пробубнил себе под нос, еще более невнятней. Я понял, что это дохлый номер, пытаться выпытывать у незнакомца его имя и отказался от этой затеи. По большому счету, мне было всецело параллельно, как его зовут и даже кто он такой.

      Марик был нас на пару лет старше и считался всем подолянам другом. Думаю - это он так считал, по крайней мере, от так себя вел. Я уверен, все его рассматривали никак иначе как хвостовика и прилипалу. Кто он был вообще по жизни, это была загадка для всех, его нельзя было описать хороший он, плохой, добрый или злой, в общем человек без характеристики. Единственное что я мог подчеркнуть, он был человеком целеустремленным, а цель у него похоже была одна – упасть кому либо на хвост. И проделывал он это так естественно, без лишних слов, объяснений, просто ты собрался куда то идти, тут откуда не возьмись, появился Марик, и ты бессилен что либо сделать чтобы от него избавиться, все твои уловки  и отмазки он прочитывает издалека, и ты понимаешь, что тебе приодеться идти с ним. И его не волновало к кому падать на хвост, и по какому поводу праздник жизни.  Идут курить драп и он тут, собрались варить ширку и Марик не возражает и даже окажет большую помощь в организации процесса, поволокли девушку в кусты и Марик уже ждет своей очереди, кто то грабит пьяного бедолагу в проходняке неподалеку от разливайки, и Марик появился из темноты как призрак, и  уже снимает с него часы. А кто он был, что, с кем он, я толком не знал, и чем он еще в жизни занимался, кроме как высматривания перспективных друзей на вечер, также не известно. Видно падать на хвост это была его единственная задача, такой себе план на жизнь. И падал он на хвост абсолютно ко всем, и это у него всегда удавалось, не смотря на социальный статус и род деятельности выбранной им компании. Он  и на студенческие вечеринки запросто попадал, свадьбы и дни рожденья, где он абсолютно никого не знал, выпускные в школах, так он успевал за ночь с десяток обойти. А о том, что он был в этом деле спец, говорило лишь то, что он и к рэкетирам умудрялся падать на хвост. Я несколько раз наблюдал, как он прыгал в девятку к Славику и Пыжику и после рассекал  с ними целый день по району. Марик своего добивался не при помощи красно язычества, которым явно не обладал, весельчаком-шутом - душой компании он тоже не был, я сказал бы даже больше, он был всегда угрюмый, и я лично считал, что он обладает гипнотическими способностями и злоупотребляет ими, другого объяснения у меня  не было. Кто у него был близким другом или его компания я не знал, и думаю, никто не знал, была у него подписка, влиятельные покровители тоже не известно, так что вывод один - увидел Марика терпи его до конца дня. Кстати, а вести тактично он себя умел, он был такой незаметный, что иногда казалось, что его и нет вовсе.