Глава 21.

— Габриэла.

Солнце раскрывало свои лучи на горизонте. Я не спала с четырех утра и все еще не чувствовала себя усталой, хоть и спала очень мало. Собравшись пораньше, я спустилась на первый этаж, где уже ходила Рианна. Обычно она вставала поздно, но сегодня стало исключением.

Она стояла у двери, ведущей на задний двор, облокотившись плечом на косяк. Казалось, она наблюдала за морем, что было видно вдалеке, и о чем-то думала. Рианна не знала того, что случилось между мной и Лоренцо. Сейчас, видя ее такой одинокой и отрешенной, мне стало не по себе от того, что мы скрываем от нее наши отношения. Мне даже показалось, что я отнимаю у нее внимание старшего брата, за что стала ругать себя.

Я медленно подошла сзади и стала рядом, тоже глядя на мягкие голубые волны, что уходили вдаль.

— Через два дня будет год, — вполголоса проговорила Рианна, продолжая задумчиво наблюдать за отдаленным пейзажем.

Я сразу поняла, что она говорила про Валентино. Про свою единственную любовь, которую она потеряла. А причиной тому был наш жестокий, беспощадный мир, который забирает слишком рано. Рианне всего недавно исполнилось только восемнадцать, но она старалась держаться изо всех сил и не показывать свою слабость.

— Ты ведь не забудешь его? — зачем-то спросила я так же тихо, словно могла спугнуть Рианну.

Она слабо качнула головой, будто даже на это она потратила все свои оставшиеся силы. Я повернула голову в ее сторону, наблюдая за ней и замечая, как ее темные зеленые глаза начинают блестеть. Поджав губы до побеления, она заставила себя не проронить слез. Рианна была сильной, и сдерживать свои эмоции во благо своей безопасности от чужих слухов и сплетен было ее способностью, которой могли позавидовать в нашем мире.

— Рианна, — на выдохе проронила я и повернулась к ней.

Я скрестила пальцы в замок и с горечью во взгляде посмотрела на нее. Отчего-то я чувствовала себя виноватой за то, что сразу не рассказала о том, что произошло у меня с ее братом.

Рианна вяло повернула голову в мою сторону, смотря на меня безжизненным взглядом. Мы договорились не говорить об этом, но я не могла молчать и общаться с Рианной, словно ничего не скрываю от нее.

— Прости меня за это, прости, что не сказала сразу, — вымолвила я, прижав ладонь к груди. — У нас с Лоренцо произошла связь.

Темные брови Рианны нахмурились, и она отшатнулась от косяка, подойдя ко мне ближе. Нежданно для меня она взяла мои руки в свои и слабо улыбнулась.

— Он выбрал тебя? — неторопливо спросила она, с интересом смотря на меня.

— Думаю, что это для него именно так, — кивнула я.

Уголки ее губ опустились. Лицо и взгляд вновь стали безжизненными, но никакого недовольства или недоверия ко мне не было. Лишь понимание. Рианна хорошо понимала, что я люблю ее старшего брата, и знала, что давно мечтаю быть с ним. Теперь она испытывала радость за нас, и это взбодрило меня.

Когда появился тот, кто знает о нас и нашей связи, это все стало по-настоящему реально. Больше не было дороги назад, и мы пойдем вперед, прокладывая себе дорогу в будущее с обилием чувств и эмоций вперемешку со страстью и рвением к лучшей жизни.

***

Наступила очередная ночь, когда я пробираюсь в комнату Лоренцо, пока все обитатели виллы спят в своих комнатах, видя не первый сон.

Лоренцо встречал меня объятиями и поцелуями и ими же провожал. Так проходила ночь за ночью. Я не высыпалась, потому что до самого раннего утра мы занимались любовью и наслаждались друг другом. Ночь была нашим временем. Днем нам все так же приходилось сторониться друг друга, дабы не дать никому повода задуматься о нашей возможной связи.

Я сообщила Лоренцо, что рассказала Рианне о нас. Он не обрадовался, но после смирился, когда я убедила его, что это лучше для их отношений, которые и так стали шаткими после того, как Ри потеряла Валентино.

Мне же приходилось скрывать это от братьев. Реакция Рианны была положительной и безобидной для нас. Но ни Донато, ни тем более Витторио не понравится новость о том, что Лоренцо сделал меня своей вне брака и вовсе подпустил к себе.

— Мне кажется, Рианне не хватает твоего внимания, — рассуждала я, лежа в теплых объятиях Лоренцо.

После нескольких раундов секса мы любили лежать и болтать о вещах, которые нас волнуют. Делиться какими-то подробностями, предпочтениями и узнавать друг друга. Время, которое я так проводила с Лоренцо, было лучшим и самым приятным. То, о чем я так долго мечтала.

— Она отстранилась ото всех, не уверен, что ей нужна чья-то жалость, — нахмурив лоб, произнес Лоренцо.

Я приподнялась, прижавшись ладонью к его груди, и серьезно посмотрела в глаза.

— Не жалость, а поддержка. Ты помнишь, что я сказала тебе однажды? — игриво прищурившись, спросила я.

Лоренцо притворился, что задумался о чем-то серьезном, а потом, улыбнувшись, ответил.

— Мы все сильные по-своему внутри, но по-настоящему сильными мы становимся с людьми, которые всегда готовы быть рядом в трудные минуты, несмотря ни на что, — сказал он, чем удивил меня. — Я запоминал все, что ты мне когда-либо говорила, принцесса.

Лоренцо облокотился на локоть и, приблизившись ко мне, чмокнул в нос. Я сморщилась и улыбнулась, резко обняв его, обхватив сильную мужскую шею руками.

— Правда, — согласилась я. — Ей нужна твоя поддержка. Ты единственный, кто остался у нее из семьи, по-настоящему понимающий ее.

Он перестал улыбаться, и его тело еле напряглось. Но я хорошо поняла, что весь этот разговор о младшей сестре дается Лоренцо не так легко.

— Странно, — начал он. — Я уже давно ничего не боюсь, однако меня мучает скрытый страх внутри за Рианну. Вечные мысли о том, что я могу совершить ошибку снова и сделать хуже.

Я замерла, внимательно слушая Лоренцо, который открывал мне свою душу. Как и раньше, он не боялся показать и рассказать мне о своих переживаниях.

— Вина — это то, что приходит неожиданно, но давит сильнее всего, — посмотрев прямо ему в глаза, сказала я. — Ты не виноват в том, что случилось с Валентино, ты не мог знать, что такое произойдет. В первую очередь тебе нужно отпустить это событие и перестать корить себя.

Лоренцо вдруг потянулся ко мне и коснулся ладонью моих волос, проводя ею по шелковым волнам. Он заправил прядь мне за ухо и с обожанием посмотрел на меня. В его глазах теперь читалось большее. Не было холода и тех занавесов, под которыми он скрывал себя. Передо мной был Лоренцо со своими страхами внутри, недопониманиями и чувствами. Это все я так полюбила в нем, что не могла никогда потерять.

— Я виноват и перед тобой, — с тоской в голосе сказал он.

— Лоренцо, — упрекнула я.

— Столько лет я причинял тебе боль своими поступками и словами, а ты осталась со мной, несмотря на это.

— Я хочу не просто остаться, но и помочь тебе излечиться, — поддавшись вперед, я нежно и коротко поцеловала его в губы.

На этом Лоренцо решил закончить наш разговор, и через пару минут я лежала рядом с ним после оргазма, до которого он довел меня своим ртом.

— Завтра мы возвращаемся в Палермо, а через два дня я и Витторио полетим в Лас-Вегас, — говорил Лоренцо, пока я слушала и с интересом рассматривала его профиль в темноте комнаты.

— Вегас? — уточнила я, приподняв голову с подушки.

— Переговоры с кланом Клементе, — пояснил он.

— Сколько я не увижу тебя? — спросила я, стараясь не подать вида, но мой голос излучал грусть.

— Не думаю, что это надолго, — прижав меня к себе, улыбнулся Лоренцо. — Пару дней.

Я улыбнулась в ответ, когда у меня появилась идея, которая, я была уверена, не понравится ему.

— Что, если я полечу с вами? — опустив взгляд, неуверенно предложила я.

Лоренцо издал грубый хохот, словно его и правда это позабавило, и посмотрел на меня с теплом. Я знала, что он ответит.

— Это невозможно, — замотал он головой.

— Почему же?

— Витторио не позволит тебе быть там, — убежденно ответил Лоренцо.

— Если попрошу я, он ничего не сможет сказать против, — твердо сказала я, хоть и в голове промелькнули сомнения.

Однако мне не хотелось расставаться с Лоренцо, когда мы только смогли воссоединиться. Впервые быть вместе. Я не скажу о нас Витторио, но попрошу полететь с ними.

С первым светом, просочившимся в темную комнату, я собиралась уходить. Лоренцо крепко обнял и поцеловал меня, а я ответила с той же чувствительностью.

Убедившись, что коридор пуст, я выскользнула из спальни Лоренцо и спешно направилась к своей комнате. В такие моменты мое сердце всегда начинало биться чаще, и я словно слышала его везде из-за мертвой тишины, что таилась в коридорах. Но сейчас я слышала не только стук своего бешено бьющегося сердца. Тяжелые шаги, которые вдруг появились откуда-то.

Я почти дошла до двери в свою спальню, но остановилась, обернувшись, пытаясь понять, откуда они доносятся.

Рядом никого не было, и это напрягло меня. Неужели кто-то мог следить за мной и видеть, как я покидаю спальню Лоренцо? Я стала нервничать.

Повернувшись к двери, я пискнула, когда увидела Флавио, стоящего передо мной. Мое сердце было готово выпрыгнуть из груди. Флавио резко схватил меня за руку, притянул ближе к себе и закрыл мой рот ладонью, чтобы я не издала больше ни звука.

Я бы и не смогла. Стоя в хватке Флавио, я удивленно уставилась на него, не переставая часто моргая, чтобы как-то успокоить себя.

— Я видел тебя, Габриэла, — прошипел Флавио.

Я слабо покачала головой. Момент, когда мое дыхание остановилось, а грудь сдавило тяжестью боли. Флавио узнал и понял. И теперь он второй, кто знал, и такую ценную информацию он применит так, как обвязывает честь. Доложит о тайне своему Дону. Моему старшему брату.

— Что ты делала в спальне Лоренцо? — почему-то улыбнулся он.

Я замотала головой еще раз, все еще не в силах говорить из-за ладони Флавио, лежавшей на моих губах и не давая ответить мне. Но Флавио не нужны были ответы, ведь эти вопросы были ни к чему. Было легко догадаться.

Наконец он отпустил меня и отступил на шаг. Взглянув на меня последний раз, Флавио развернулся и направился вниз по лестнице.

— Флавио, — негромко позвала я дрожащим голосом.

Но он или не услышал меня, или же проигнорировал. Я осталась одна в еще темном коридоре, ощущая глупый холод, заставлявший тело покрыться мурашками.

Обняв себя руками, я мялась, продолжая стоять в коридоре. Стоило мне прямо сейчас вернуться к Лоренцо и рассказать о случившемся. Или, чтобы не навлечь больше проблем, вовсе не говорить об этом. Возможно, Флавио не расскажет об этом никому, если, как я могла предположить, я хотя бы немного небезразлична ему.

Искать его и умолять не рассказывать об этом я не желала, поэтому отбросила все мысли и вернулась в свою комнату.

В обед все собирались возвращаться в свои города. Я нервно собирала вещи, думая только о том, что произошло сегодняшним утром. Брат или отец все еще не пришли ко мне с криками и обвинениями. Да и Лоренцо ходил рядом, и за него я могла не переживать, пока он был в моем поле зрения. Кто знает, что мог сделать с ним мой брат за то, что Лоренцо ослушался его и приблизился ко мне, несмотря на их долгую крепкую дружбу.

С возвращением в Палермо я больше не виделась с Лоренцо, но звонила Рианне и спрашивала про него. Так я иногда делала и раньше, поэтому никаких подозрений бы не вызвала. Однако теперь я знала точно, что обязана сделать все, чтобы полететь в Лас-Вегас с братом и Лоренцо и не оставлять его наедине с Витторио.