Глава 19.

— Габриэла.

— Это ни к чему, Габриэла, тебе лучше вернуться к себе, — сухо произнес Лоренцо, пройдя мимо меня, подошел к своему столу возле одинокого окна.

Я проследила, как он поправил какие-то бумаги в папке, лежавшие на светлой поверхности стола. Он всячески хотел сделать вид, что я не интересую его, но я чувствовала совсем другое. Он не мог обмануть меня.

— Ты моя зависимость, Лоренцо, — сдержанно проговорила я. — Ты мой запретный плод, к которому так и тянет, хоть и знаешь, что нельзя. Желание отведать чревато последствиями, но влечет так, что разум отключается и ты не можешь ничего подделать. Мне ничего не остается, как нырнуть и тонуть.

Руки Лоренцо, что перебирали бумаги, замерли, как и мое дыхание тут же. Я не знала, что последует дальше, от этого накал эмоций становился больше. Мне казалось, жар наполнял мое тело и витал вокруг.

— Чего именно ты хочешь от меня, Габриэла? — неуверенно спросил он, развернувшись ко мне лицом.

— Я могла бы попросить ночь или близость, как все другие девушки, с которыми ты был, но это не то, что мне нужно, — я сделала шаг к нему. — Близость нужна для того, чтобы воссоздать иллюзию сближения, но я знаю, что мы давно близки и совершенно на другом уровне отношений. Мы давно стали открытыми перед друг другом, мы вместе проходили через трудности. Все это сблизило нас, привело друг к другу, это судьба, от которой нам не стоит отворачиваться или пытаться изменить.

Лоренцо колебался. Раздумывал, не переставая наблюдать за мной и присматриваться. Молчание накаляло обстановку. Жар сменялся холодом.

— Что, если последствия всего этого необратимы? — хрипло прошептал он, оттолкнувшись от стола позади себя и сократив расстояние между нами до предела.

— Разве еще не стало ясно, что я готова идти до последнего и не побоюсь последствий, какими бы они ни были? — уверенно произнесла я. — Я готова бороться ради нашего будущего, и если мы сделаем это вместе, то обязательно получим его.

Моя сила духа возрастала и, мне казалось, наполняла и Лоренцо. Я потянулась к его руке и коснулась запястья, чувствуя его бешеный пульс. Неожиданно резко он, словно хищник, прильнул ко мне, как к своей добыче, хватая последние кусочки.

Губы Лоренцо овладели моими, а его рука схватила меня за волосы на затылке, слегка оттягивая. Я не привыкла к такой резкости, но забыла про это, понимая, что желание Лоренцо насладиться мной слишком велико. Он сдерживал себя, а теперь мог испробовать меня до последней капли. И я дам ему это, позволю, наслаждаясь сама.

Наш поцелуй был таким грубым и страстным, что мои ноги стали подкашиваться, а разум отключился полностью. Мы соединяли наши души и тела, позволяли забрать по частичке у друг друга. Этот момент был незабываем и невероятен.

Лоренцо прикусил мою нижнюю губу, оттянув, а потом прошелся по ней языком. С моих губ сорвался не тихий вздох, что удивило меня.

Мои губы распухли, как и губы Лоренцо, что теперь глядел на меня с пониманием. Наши лица находились в паре сантиметрах друг от друга. Так близко и приятно еще никогда не было. Мои веки прикрылись, а ресницы порхнули от наслаждения этими секундами.

Мои руки обвили шею Лоренцо, и я вдохнула его идеальный парфюм, окутавший меня. Теперь я пахла им, что казалось для меня прекрасным.

— Сделай больше, Лоренцо, прошу, — вымолила я и слегка коснулась его губ своими.

Когда я отпустила его, он обошел меня, остановившись за моей спиной. Мое дыхание стало прерывистей. Почувствовав, как пальцы Лоренцо нежно проходят от моего плеча к запястью, вовсе заставляя задрожать от предвкушения.

На мне был мой короткий розовый шелковый халат, и Лоренцо стянул его с моего плеча, оголяя его. Его губы коснулись кожи в этом месте, обжигая меня. Так нежно и ласково мог целовать только он. Только он был способен вызвать во мне эти ощущения.

Когда поцелуи Лоренцо дошли до моей шеи, я позабыла обо всем на свете. Для меня существовал только он и я здесь, в темноте этой комнаты, где мрак перемешался с жаркой страстью и лаской.

Инстинктивно я схватила руку Лоренцо и приложила его ладонь к низу своего живота. Повернув голову в его сторону, я положила ее к нему на грудь, умоляюще глядя. Мне хотелось, чтобы ласки Лоренцо оказались в более интимных местах. Чтобы я смогла чувствовать его везде всем своим телом. Хотела его всего. С ним сейчас я позабыла о каком-либо стеснении и смущении, не боясь открываться для этого мужчины в полной мере.

Его пальцы проскользнули ниже к краю моей такой же, как халат, ночнушки выше колена. Он поднял ее край и остановился тогда, когда открыл вид на мои кружевные белые трусики.

Дыхание Лоренцо оказалось на моей шее, когда он прошептал мне на ухо, вновь заставив задрожать.

— Я разрушаю твою невинность, Габриэла, — с ноткой вины сказал он.

— Сделай это, — резко вздохнула я и прижалась ближе к нему. — Если не ты, тогда кто-то другой сделает это со мной. Ты же не позволишь им этого?

— Не позволю, — прорычал Лоренцо и вцепился твердым поцелуем в изгиб моей шеи. — Но знаешь, что со мной сделает твой старший брат за это?

— Знаю, как и ты, однако ты примешь это ради меня, — прошептала я, ощущая, как внизу живота тянет, а между ног горит от жажды.

Лоренцо проскользнул ниже и коснулся меня через ткань трусиков. Из меня вырвался неожиданный стон, но я поспешила заглушить его, прикусив губу.

— Приму все что угодно до последней капли ради тебя, — прорычал он, прикусил мочку моего уха и провел пальцами по моим складкам через мокрую ткань.

Я выгнулась назад от ощущения, касаясь задницей паха Лоренцо, и ощутила его невероятную напряженность через темные шорты, в которых он тренировался до этого.

Лоренцо вновь зарычал от возбуждения и, не сдерживая себя, проник в мои трусики, нежно коснувшись моих губ. Я задрожала в его руках, не веря в ощущения, что он вызывает во мне своими прикосновениями. Чтобы ни делал Лоренцо, он всегда будет влиять на меня.

Он пробирался к моим складкам, собирал влагу, выходящую из меня от необыкновенного возбуждения, касался бугорка нервов и клитора, доставляя удивительное удовольствие.

Наши губы слились в поцелуе, когда из моего рта стали вырываться неукротимые стоны. Лоренцо коснулся моего входа, а другим пальцем потирал самое чувствительное место, и я чувствовала, что приближаюсь к концу. Из меня был готов вырваться долгий стон, когда все тело задрожало от сильного оргазма, пока Лоренцо нежно не прикусил мои губы и не завладел ими в яростном прекрасном порыве.

Я отдалась ему полностью, без остатка. Сначала отдала сердце, потом душу и теперь тело. Я была в его власти, и мне нравилось это. Лоренцо — единственный мужчина, которому я буду принадлежать, и другие мне были не нужны. Только один он существует для меня.

Он вытащил руку из моих трусиков и коснулся моих губ пальцами, на которых осталось доказательство моего возбуждения.

— Открой рот, Габриэла, — возбуждающим голосом произнес Лоренцо, и я тут же повиновалась. Готова всегда для него.

Он проник пальцами в мой рот, и я ощутила свой вкус. Мой язык сам провел по его пальцам, вычищая все. Этот момент вновь возбудил меня до потери разума. Наши взгляды встретились, и Лоренцо внимательно смотрел на меня, пока я сосала его пальцы, что были в моих соках.

Я коснулась его руки, когда он вытащил пальцы из моего рта, а после поцеловала его ладонь несколько раз. Его рука обвила мою талию, и он прижался ко мне своей эрекцией в шортах. Я чувствовала, как влага снова накапливается между ног, а тело начинает дрожать от желания продолжать изучать друг друга и вкушать по кусочку.

— Мне нужно в душ после тренировки, — прошептал Лоренцо.

— Как и мне после твоих невероятных пальцев, — слегка улыбнулась я.

Лоренцо усмехнулся и, коснувшись моих губ, поцеловал. Я бы никогда не подумала, что этот мужчина может быть таким нежным с кем-то. Но только со мной он мог становиться таким.

Лоренцо взял меня за руку и повел меня к двери, ведущей в его ванную. Он включил душ, настроив теплую воду, и повернулся ко мне, ожидая. Я мялась у раковины, резко перестав чувствовать себя так же уверенно, как в темной комнате пару минут назад. Лоренцо подошел ко мне, наклонившись ближе.

— Ты стесняешься своего тела? — вдруг тихо спросил он.

Сначала я не поняла, с чего он так решил, но то, как я сжимала край своей ночнушки одной рукой, а другой закрывала свой халат, говорило о многом.

Я ничего не ответила, лишь опустила взгляд в пол, а Лоренцо коснулся обоих моих рук и убрал их в сторону. Он стал настолько близко, что наши тела соприкасались, и, прильнув к моим губам мягким поцелуем, коснулся моего халата и стянул его, заставив упасть на пол к моим ногам. Дальше, не отрывая поцелуя и тем самым отвлекая меня, он задел лямку моей ночнушки, и теперь и она валялась на полу с халатом.

Я осталась перед ним в одних трусиках, но то, как с жаждой и необъяснимым желанием Лоренцо рассматривал мое тело, я больше не желала закрыться от него. Я отдала ему свое тело, и он примет его, каким бы оно ни было. Даже если оно не такое, как у всех тех девушек, с которыми был Лоренцо. Он был старше и опытнее, и это дарило мне чувство комфорта и безопасности. По-другому с Лоренцо не могло быть.

— Лоренцо.

Невинная Габриэла, что все еще казалась такой даже после того, как я касался ее и довел до оргазма, стояла передо мной обнаженная и смущенная.

Ее руки лежали по обе стороны, она больше не пыталась прикрывать свое тело, а я не мог перестать любоваться каждой деталью ее тела, что было совсем другим. Не таким, как я думал, оно может быть. Всегда я видел и считал Габриэлу маленькой девочкой, принцессой.

Но на самом деле она была королевой, девушкой с добрым мягким сердцем, светлой душой и идеальным телом. Ее небольшая аккуратная грудь, розовые возбужденные соски, нежная, с легким золотым загаром кожа, густые волосы, спадавшие на хрупкие плечи золотыми волнами. Идеально стройные ноги и невероятные ягодицы.

Тело Габриэлы было тем, чего хотели все, но мог получить только я. Теперь так оно и будет. Я стал первым, кто коснулся Габриэлы, и я буду последним.

Вода в душе напомнила о том, зачем мы здесь, поэтому я стянул с себя серую облегающую футболку и разобрался с черными шортами, оставаясь в боксерах.

Взгляд Габриэлы упал вниз, впиваясь в мой пах и рассматривая меня. Я коснулся светлой выбившейся пряди ее волос и заправил за ухо.

— Мы не будем делать ничего, что тебе не понравится, — прошептал я и нежно поцеловал ее в лоб. Это был мой первый раз, когда я позволял себе подобное с девушкой.

Я вовсе никогда не желал касаться девушек, с которыми оставался, но с Габриэлой все было совершенно иначе. Она была другой в моей жизни, особенной, и стала такой давно. Как бы я ни пытался отрицать это и не бороться, я проиграл. Проиграл любви и этой девочке. Девушке, которой я хотел видеть своей.

Сейчас мы были вместе, и мы позволили друг другу эту близость, но теперь нам предстояло рассказать об этом Витторио и отцу Габриэлы, и я чувствовал, что могу стать покойником. Однако я бы вновь повторил это с Габриэлой.

Сейчас я понимал, что был трусом. Я желал Габриэлу так давно, и давным-давно она поселилась в моей голове и душе, но я отступал. Габриэла пыталась сделать все ради нашего соединения и нашего общего счастья, не боясь последствий, к которым это может привести. А я же не хотел бороться. Правда думал, что смогу забыть, и даже когда не получалось, пытался убедить себя в обратном. Я терял счастье все это время и отдалял его наступление. Я был рад, что Габриэла наградила меня своей силой, и сегодня я сдался судьбе, но несмотря на это знал, что мне еще предстоит бороться за Габриэлу и счастье с ней.

Вдруг подойдя ко мне ближе, Габриэла неуверенно коснулась моей груди, проведя пальцами вниз, коснулась кубиков пресса, очерчивая их очертание, с неподдельным интересом изучая мое тело.

Я перехватил ее руку и, начиная от запястья, стал целовать нежную кожу, наслаждаясь вкусом тела Габриэлы. Она всегда останется для меня такой бархатистой и податливой. Такой невероятной, и даже слов не найдется, чтобы мне описать, какой она была сейчас со мной здесь.

Моя вторая рука коснулась ее живота и, опустившись вниз, пальцами зацепила край ее белых трусиков, которые, я был уверен, уже стали мокрыми. Она позволила мне снять их с нее, и я сделал это.

Сняв свои боксеры, мы зашли в кабинку душа, позволяя воде намочить наши тела теплой водой. Габриэла не переставала с интересом наблюдать за моей твердой эрекцией, пока я мыл себя гелем для душа с сандаловым деревом вперемешку с мускусом.

Смывая гель со своего тела, я больше не смог терпеть заинтересованный взгляд Габриэлы на себе. Не сдержавшись, я развернулся к ней и резко прижал к мокрой стене душа, впиваясь в ее губы, сладкие, пухлые. Я пожирал ее и облизывал и уже представлял, как могу сделать все тоже самое с ее киской.

Моя ладонь проскользнула между ее ног, где Габриэла текла, заставляя мой член напрячься сильнее и желать освобождения. Я развернул ее спиной к себе и опустился на колени, начиная целовать каждую из ее ягодиц. Я кусал влажную кожу, пока рукой мял другую ягодицу. Габриэла то и дело громко вздыхала и стонала. Мой язык проник глубже, и я провел по ее половым губкам.

— Могу я сделать это? — с нетерпением спросил я.

Почти неразборчивое «пожалуйста» Габриэлы стало лучшим словом, которое я услышал за сегодня. Я, раздвинув ее ягодицы, прошелся несколько раз по ее губам, чтобы потом сделать то же самое с складками и отправиться к входу, чтобы слегка проникнуть в него кончиком языка.

Габриэла стала извиваться и приближаться своей попой ближе к моему лицу. Она желала освободиться, как и я. Но пока я хотел закончить с ней, проигнорировав свое напряжение.

Я просунул руки между ног Габриэлы, трогая ее клитор, и продолжал махинации языком. Наконец, когда я почувствовал ее соки, которыми стали покрыты мои губы и язык, я усилил давление на клитор, пока ноги Габриэлы не задрожали от экстаза.

Я схватил Габриэлу за бедра и развернул к себе, лишь на секунду оторвавшись от ее киски. Прильнув к ней снова, я пожирал ее, впитывая вкус соков. Я не мог оторваться. Никогда мое желание сделать девушке приятное не было настолько сильным, как сейчас. Стоя перед ней на коленях и доводя до нескольких оргазмов, я знал, что всегда принадлежал ей и всегда буду.