ГЛАВА 28. Первый поцелуй

Фонарик отбрасывал пляшущие тени на потрепанные обои моей комнаты, превращая знакомые узоры в причудливых монстров. Я подтянула одеяло повыше к подбородку, стараясь согреться не столько от холода, сколько от тревоги. Бабушка снова ворчала сегодня, проходя мимо моей комнаты. Я знала, что она говорила о Диме. О том, что "Не пара" мы, что "Нечего ей шляться по ночам", что "Голова должна быть полна учебой, а не мальчишками".

Книга, которую я держала перед собой, была почти нечитаемой. Сердце колотилось слишком громко, заглушая слова автора. Я не могла перестать думать о Диме. О его широкой улыбке, о ямочках на щеках, когда он смеется, о том, как он смотрит на меня...

Внезапно, тишину прорезал тихий стук в окно. Я вздрогнула и едва не выронила фонарик. Затаив дыхание, я подползла к окну и выглянула сквозь щель между шторами.

Он. Дима стоял внизу, закутанный в темную куртку, его лицо казалось бледным в свете уличного фонаря. Сердце подпрыгнуло к горлу.

Я осторожно открыла окно и прошептала:

— Дима? Что ты здесь делаешь? Бабушка услышит!

Он поднял на меня свои темные глаза, полные какой-то виноватой решимости.

— Я волновался. Ты уже несколько дней не выходила. Что случилось?

Я опустила взгляд.

— Бабушка... Она не хочет, чтобы мы общались. Говорит, что мы слишком разные.

В его голосе прозвучала обида.

— И ты позволишь ей решать за тебя? Разве тебе самой не хочется меня видеть?

Я закусила губу. Конечно, я хотела. Больше всего на свете.

— Хочу, но...

— Тогда впусти меня, Насть. Просто на минутку. Я хочу поговорить.

Я колебалась. Бабушка спала чутко. Если она узнает... Но как я могу отказать ему, когда он вот так стоит в темноте ради меня?

— Хорошо, — прошептала я, чувствуя, как дрожат руки. — Только тихо.

Я открыла окно пошире. Дима ловко вскарабкался вверх и через мгновение уже стоял в моей комнате.

Он выглядел  встревоженным. Я закрыла окно и повернулась к нему.

— Ты сумасшедший, — прошептала я, стараясь говорить сердито, но голос предательски дрожал. — Что, если бы бабушка проснулась?

Он притянул меня к себе и обнял крепко-крепко.

— Я должен был тебя увидеть. Я не мог больше молчать.

Я уткнулась лицом в его куртку, чувствуя знакомый запах. Все страхи и сомнения на мгновение отступили.

— Я скучала, — выдохнула я.

Он отстранился и посмотрел мне в глаза.

— Я тоже скучал. Очень, — его взгляд стал серьезным. — Насть, я... я не знаю, как это случилось, но...я люблю тебя.

Я замерла, не в силах вымолвить ни слова. Этого я ждала, боялась и мечтала одновременно.

Не дожидаясь моего ответа, он наклонился и поцеловал меня. Это был мой первый робкий, нежный поцелуй, от которого все внутри перевернулось.

Мы целовались и шептались всю ночь. Обо всем и ни о чем. О глупых бабушкиных предрассудках, о наших планах на будущее, о звездах, которые мы когда-нибудь обязательно увидим вместе, о том, как сильно мы любим друг друга.

Под утро, утомленные, но счастливые, мы заснули в обнимку под моим одеялом. Я ощущала его тепло рядом, его дыхание на моей щеке.

Впервые за последние несколько дней я чувствовала себя по-настоящему в безопасности и по-настоящему счастливой. Но в глубине души я знала, что завтра снова придется столкнуться с реальностью. С бабушкой,  с запретами. Но сейчас, в этот момент, у меня был Дима. И это было все, что имело значение.