32.Саша

На часах начало двенадцатого, и мне удается закончить все свои дела до полудня. Перед тем, как вернуться домой, заезжаю в цветочный и покупаю самый красивый, на взгляд флориста, букет. Настроение просто невероятное – я никогда не чувствовал такого бешеного желания жить и двигаться дальше. Любовь, бушующая внутри меня, вызывает желание свернуть горы и подарить весь мир девушке, настолько прочно завладевшей моим сердцем.

Сегодня утром, проснувшись, я долго не мог оторвать своего взгляда от спящей Сони. И еще никогда в жизни у меня не было такого сильного утреннего стояка. Она лежала там, в моей постели, вся такая разнеженная и сонная, с рассыпанными по подушке волосами, манила меня запахом своего тела и невероятной аурой сексуальности. Казалось бы, только вчера вечером произошел ее первый секс, но буквально с первой же секунды после ее оргазма она стала такой притягательной и прекрасной в своей женственности, что каждый взгляд на нее заставлял меня прокручивать в голове кадры нашей ночи и желать её все сильнее и больше с каждой секундой.

Покидаю цветочный магазин и натыкаюсь на яркую вывеску кондитерской на противоположной стороне улице. Не раздумывая, направляюсь к светофору и спешу туда, чтобы купить что-то сладенькое для своей, такой же, сладенькой девочки.

Но я не успеваю дойти до пункта назначения, как из соседнего помещения с яркой вывеской в виде детали женского нижнего белья, выходит Марина. Натыкается на меня взглядом. Но, вопреки моим ожиданиям, не тормозит и даже не теряется. Сразу же направляется в мою сторону, как будто это не мы с ней развелись не так давно почти со скандалом.

- Ну привет, Верховский, - довольным тоном протягивает она, а у меня буквально скулы сводит от ее эпатажа и манерности.

Всегда была такой, или я просто не замечал?

Я молчу, не желая вести с ней хоть какие-то диалоги. Эта женщина уже в достаточной мере показала мне свой характер, так что еще больше в ней разочаровываться я не хочу.

Так ничего и не ответив, обхожу Марину и двигаюсь в сторону кондитерской. Не хочу портить свое чудесное настроение послевкусием от встречи с бывшей женой. Но, кажется, у Марины другие планы.

- Ну как, все еще таскаешься со своей малолеткой?

Я не хочу никак реагировать на ее слова, выяснять какие-то отношения посреди улицы или, элементарно, давать ей повод думать, что она может задеть меня своими колкими выражениями. И пятилетнему ребенку будет понятно, что Марина просто хочет привлечь мое внимание, вывести на эмоции и сделать больно, лишь бы немного успокоить этим свои душевные раны.

Но я не подросток, и вестись на такие банальные провокации не намерен. Но Марина идет за мной, и я уже жалею, что решил пойти именно в эту пекарню – мог бы зайти в магазинчик у дома, тем самым избежав нежелательной встречи.

- Слышала, ты уволился из университета, - все продолжает канючить женщина, заходя за мной в магазин, - что, все же преподавательская этика – не пустой звук, да, Верховский? А нечего зажиматься со студентками по углам.

Она говорит это достаточно громко, чтобы привлечь внимание покупателей, что заставляет меня повернуться к ней и опалить максимально недовольным и угрожающим взглядом. На секунду, Марина застывает, но моментально собирается и самодовольно улыбается.

- Что, Сашенька, уже успел пожалеть, что связался с ней?

Меня начинает потряхивать от злости – чтобы прийти в себя, сжимаю в одной руке букет, а в другой бумажник.

- Марина, - проговариваю максимально серьезно и угрожающе, - если не хочешь выглядеть в моих глазах еще более низко и ничтожно, остановись.

- Почему я вообще должна волноваться, как я выгляжу в твоих глазах? – тут же вспыхивает она, тем самым выдавая себя. Я лишь хмыкаю, потому что осознаю, на кого потратил столько лет своей жизни. Грустно, но, кажется, я должен был это пройти, чтобы стать тем, кто я есть сейчас.

- Всего доброго, Марина, - мой голос звучит максимально расслабленно и безразлично, - надеюсь, ты не потратишь остаток своей жизни на что-то такое же бесполезное, как ненависть ко мне.

Покидаю кондитерскую, так и не дождавшись своей очереди. Стараюсь скорее вернуться к машине, пока бывшей жене не пришло еще чего на ум. По дороге до дома пытаюсь прийти в себя и унять вскипевшее внутри раздражение.

Покупаю все же пирожные в кондитерской у дома, ставлю машину на парковку и поднимаюсь домой. В квартире стоит тишина и обстановка все такая же, какая была, когда я уезжал на работу. Делаю вывод – Соня еще не проснулась.

Мою руки, убираю пирожные в холодильник и, прихватив букет цветов, тихой поступью иду в спальню. Останавливаюсь на мгновение в проходе, чтобы еще раз полюбоваться открывшейся картиной.

Соня спит на животе, повернув голову в мою сторону и спрятав руки под подушкой. Одеяло накинуто сверху, открытыми остаются половина спины и ноги ниже колен. Блэкаут шторы открыты наполовину, что сохраняет в комнате небольшой полумрак. Со своего места сканирую взглядом тело девушки и задерживаю взгляд на оголенных частях тела Сони, а во рту, как по сигналу, фантомно ощущаю вкус ее кожи.

Как будто почувствовав, что за ней наблюдают, Соня начинает вошкаться: отворачивает голову, переворачивается на спину и натягивает одело, чтобы прикрыть обнаженную грудь. Затем мило морщит носик и медленно открывает глаза. Еще пару мгновений приходит в себя, а затем взглядом находит меня.

- Доброе утро, - слегка охрипшим голосом проговаривает она, и мое эго тайно радуется от осознания того, что, отчасти из-за меня, её голос слегка сорван.

Наконец схожу со своего места и иду к ней – обхожу кровать и присаживаюсь с Сониной стороны. Девушка привстает на локтях и упирается спиной в изголовье кровати. Как только устанавливает со мной зрительный контакт, сразу же прижимаюсь губами к её. Дальше не захожу, потому что понимаю – могу завестись сполоборота, а Соня ко второму заходу еще не готова.

Еще пару раз чмокаю ее сладкие губы и отстраняюсь. Засматриваюсь на нее: она еще не отошла ото сна, губы припухли и от этого кажутся малиново-сладкими на вкус и цвет, щеки пышут румянцем, а глаза горят ярким пламенем.

- Это тебе, - вспоминаю про букет цветов и укладываю его ей на колени. Соня тут же берет цветы в руки и утыкается лицом в букет, делая глубокий вдох. Внутри все сжимается от этой невероятной картины, и я решаю для себя, что буду дарить ей цветы как можно чаще, просто чтобы видеть ее улыбку, блаженство и счастье на лице.

- Спасибо большое.

Соня сама тянется ко мне и еще раз целует, только задерживаясь губами чуть дольше, как будто ждет, что я сам углублю поцелуй. Но я этого не делаю, и девушка отстраняется, заглядывая своими пронзительными зелеными глазами мне прямо в душу.

- Что-то случилось? – внезапно спрашивает она. Вскидываю брови, тем самым показывая, что не понимаю, с чего она могла такое предположить, - ты немного напряжен, разве нет?

Вспышками в голове возникает встреча с Мариной, но я никогда и ни за что не испорчу такой чудесный момент, рассказав об этой любимой девушке. Соня просто не заслуживает того, чтобы на следующее утро после первого секса слушать о том, как я встретил свою бывшую жену, и ей удалось немного подпортить мне настроение.

- Я расстроен от того, что мне пришлось оставить тебя сегодня утром и уехать на работу, - это отчасти правда, так что я даже не успеваю почувствовать себя виноватым, потому что Соня снова утыкается в букет носом.

- Тогда, можно я приготовлю для тебя завтрак? – я хмыкаю, подтягиваю Соню за талию к себе и чуть ли не усаживаю ее себе на колени.

- Уже полдень, милая, - целую Соню в область шеи и затягиваюсь сладким запахом ее тела, - нужно съесть что-то более сытное.

Чувствую, как девушка в моих рукам немного напрягается от того, как неоднозначно звучат мои слова, а мне смеяться хочется, потому что я сам веду себя как извращенец или пацан в пубертате. Зажимаюсь с понравившейся девчонкой, кидаю пошлые и неоднозначные шуточки, возбуждаюсь от каждого прикосновения. Сумасшествие...

- Я купил тебе кое-что сладенькое... - продолжаю я, но уже с плохо скрываемым смехом в голосе. Соня тоже понимает, что мои слова теперь на девяносто процентов состоит из игривых шуток, поэтому расслабляется, - я приготовлю нам обед, а ты пока сходи в душ.

Забираю с колен девушки цветы, чтобы поставить в воду, и только когда покидаю спальню, слышу, как Соня поднимается с кровати и, закутавшись в простынь, идет в ванную.

Пока девушка в душе, а я накрываю на стол, подмечаю, насколько сильно изменилась даже обстановка в квартире после переезда ко мне Сони. Все стало куда более живым и наполненным: я больше не прислушиваюсь к тишине в доме, не считаю тиканье стрелок часов, не сижу в пустой квартире на кухне один. Теперь рядом со мной есть человек, которого я люблю, и который не позволит мне утонить в своих тягостных думах.

А собственно, если так подумать, есть ли у меня сейчас какие-то действительно серьезные тягостные думы? Теперь Соня – моя девушка, я не работаю в университете, и она не является моей студенткой. Я не женат и мне не приходится морально грызть себя за то, что я поступаю ужасно, любя другую девушку и находясь при этом в браке. Мои родители здоровы, друзья в порядке. Так, есть ли у меня действительно тягостные думы, которые настигнут меня, стоит мне остаться одному? Думаю, нет, и от этого я очень счастлив.

- Так вкусно пахнет, - вплывает Соня в кухню, и буквально все помещение и весь воздух вокруг меня заполняется ароматом ее тела после душа. Горло пережимает спазм, и вся кровь спускается к паху.

Кажется, девушка не сделала ничего особенного, не одета как-то откровенно, чтобы вызвать у меня чувство возбуждения, но даже стоя передо мной вот так – в простой домашней футболке и свободных шортах до середины бедра – ей удается вызвать внутри меня желание прикоснуться к ней, поцеловать, прижать к себе.

- Как ты себя чувствуешь? – спрашиваю, когда замечаю, как, слегка прихрамывая, Соня доходит до стола и присаживается на стул. Пытаюсь отодвинуть на задворки сознания картинки того, что именно Соню довело до такого состояния, и концентрируюсь на её состоянии, но шаловливый разум постоянно соскальзывает на горячие картинки, только усугубляя ситуацию.

- Немного тянет мышцы, как после тяжелой тренировки, но терпимо, - лицо Сони заливается румянцем, и я не могу себе отказать в возможности еще немного смутить ее.

- Ничего, в следующий раз будет лучше. Ты привыкнешь.

Девушка заливается румянцем и пытается скрыть лицо за глотком кофе, но у нее плохо получается. Я, напротив, не скрывая своего замечательного настроения, принимаюсь за еду, широко улыбаясь.