Глава 41. Без будущего.

Виктор Карбоне стоял в чёрно-белой форме для гольфа. Его чёрная футболка и белые шорты подчеркивали красоту итальянских кровей. Он дружелюбно и почётно общался с моей семьёй, наблюдая за игрой новой партии теннисистов. Делая маленький шаг, я всё больше ощущала, что мне не хочется быть здесь, находится рядом с этими людьми и красиво играть счастливую девушку. Всем своим сердцем я надеялась на Виктора, который захочет отказаться от брака.

—А вот и моя дочь, – мама взяла меня за руку, три раза крепко её пожала, будто предупреждая о хорошем поведении. Папа, вместе с мужчинами по бизнесу продолжал играть в гольф далеко от нас.

—Здравствуй, Виктор, – я развернулась к парню, всматриваясь в проницательные, чёрные глаза.

—Эвелин, – он взял мою руку, поцеловал тыльную сторону, продолжая пожирать глазами моё лицо и тело. Абсолютно не то. Рядом с Рэйденом меня накатывает такая стая мурашек, что от одного взгляда зеленых глаз я возбуждалась, расплавляясь как воск и становилась крепче металла.

—Прекрасно выглядишь, – я кивнула, мило улыбнулась, вызывая короткий и радостный смех у своей матери. Чёрт. Как же больно, как же трудно я улыбаюсь, прекрасно понимая, что любовь всей моей жизни находится в паре метров от меня в том помещении. Он остался стоять в одиночестве и с точно такой же болью отпустил меня. Я уверена. Рефлекторно повернулась на Себастьяна, рядом с которым возвышался Питер.

—...уже играла две игры, ты всё пропустил, Виктор, – я пришла в себя, только после того как Виктор сжал мою руку снова. Он продолжал держать её в своей руке, не отпуская и не давая мне отойти.

—Как жаль, хотел бы я посмотреть на твою игру в теннис, – теперь слова Виктора обращены ко мне. Он не плохой парень: богатый, красивый, ухоженный и имеет огромное будущее, в его списке самые дорогие машины мира, несколько домов в Нью-Йорке и Италии. Деньги, деньги и деньги.

У Рэйдена есть любовь ко мне, есть чувства и неподдельные эмоции, слова, которые я уж точно не услышу от Карбоне.

—Я слегка устала, чтобы играть третью игру, – объяснилась я, Виктор кивнул и усадил меня на белый стул рядом с собой.

Пока они разговаривали, мама, миссис Райт и миссис Карбоне обсуждали игру и другие семьи. Мои руки дрожали, хотя на улице стояла стойкая жара.

—Тебе холодно? Плохо себя чувствуешь? Мы можем покинуть игру, – наклонился Виктор, горячее дыхание коснулось моего уха.

—Нет, всё в порядке. Я бы выпила воды, – я подняла глаза на Себастьяна, с ухмылкой смотрящего на наше представление. Незаметно для всех он показал большой палец вверх, сделал неприятную гримасу и отвернулся. Чёрт!

—Можно нам воды? – крикнул Виктор, привлекая обслуживающий персонал, который тут же принес пару бутылок воды. Мы слушали наших мам, я смотрела на небо, раз за разом чувствуя прилив прохладного воздуха.

—Вы выглядите просто прекрасно вместе, Эвелин и Виктор, – сказала миссис Райт, смотря на нас с теплотой. Да о чём она говорит? Я смущённо улыбнулась, заставляя Виктора приобнять меня за талию. Такой жест не вызвал у меня отвращение, скорее наоборот, на виду у своей семьи я должна быть ближе к нему. Отвратительное поведение...

—Полностью с Вами согласен, – я услышала низкий голос, мой отец вышел из помещения без клюшки и кепки, направляясь быстрым шагом к нашей компании. Просто отличное воссоединение.

—Здравствуйте, мистер Палмер. Рад встречи, – Виктор пожал руку моему отцу, они перекинулись парой фраз, и он поздоровался с остальными. Игра в теннис остановилась и все затихли. Тот момент, когда я сидела рядом с Виктором и слушала маму, был затишьем перед бурей.

Отец встал напротив нашей компании, я сразу же обратила внимание на Себастьяна, будто пытаясь найти в нём спасение. Но он скрестил руки на груди и был погружен в начинающую речь Джона.

—Я рад видеть всех вас на ежемесячной игре. Здесь собрались все мои близкие друзья, друзья по договору и деловые партнёры. У меня есть замечательная новость! – он поднял руку, будто держал в ней бокал шампанского. Я замерла, рука Виктора сжала мою талию, и я посмотрела на профиль его лица. Я не смогу жить с этим человеком, я никогда не выйду за него замуж. Зачем папа делает это? Почему никто в этой семье не спрашивает моего разрешения и мнения? Слёзы стояли на глазах, когда отец продолжил:

—Я счастлив объявить о контракте моей компании с компанией Карбоне. И в честь этого, сыграть свадьбу наших детей! Виктора и Эвелин-Анны, – все вздохнули, как после поверженной в шок новости. Все обратили на нас внимание, все смотрели как Виктор обнимает меня за талию и улыбается. Он улыбается... а на моих глазах слёзы, которые я обязана сдержать.

Пожалуйста, пусть меня спасут из этого ада.

—Вы очень красивая пара. Смотрю на вас и не могу оторваться! – сказал какой-то мужчина, видимо деловой партнёр отца.

—Полностью согласна, – добавила молодая женщина, я смотрела на всех этих людей, и тошнота быстро подобралась к моему горлу. Голова закружилась, но ноги крепко и плотно держали меня на земле. Рука Виктора ощущалась как обжигающий тело огонь. Мне стало плохо, морально тяжело переносить такую нагрузку.

—Спасибо, – спокойно отвечал Виктор, а после обратил внимание вниз, на меня.

—Не против, если я скажу речь? – спросил он у меня, и я кивнула, сама, не понимая, что он от меня хочет. Пусть делает, что вздумается. Я лишь кукла в домике Барби.

—Когда я узнал эту новость, то честно говоря, был в замешательстве. Я был против, отказывался от любого брака в таком раннем возрасте. Но когда я узнал, что моей женой будет прекрасная Эвелин-Анна Палмер, я был на седьмом небе от счастья. Она красива, добра и великодушна. Я благодарю свою семью и семью Палмер, за такую прекрасную дочь и мою будущую жену! – я удивлённо посмотрела на Виктора, он улыбался красивой улыбкой для меня. Наклонился чуть ближе, чтобы поцеловать, но моя голова сработала быстрее, и я повалилась с ног. Пульсация в висках, обжигающе сильная боль в голове и слабость.

—Эвелин! – Виктор держал меня впереди себя, удерживая двумя руками за талию. Спиной я чувствовала его грудь и биение сердца.

—Всё хорошо, – сказал мой отец, смотрящий прямо на меня. Нет, всё не хорошо. Я не в порядке. Глазами спасения я смотрела на своих родителей, искала поддержку в Габби, которого здесь не было. Боже, прошу, помогите мне. Я перевела глаза на Себастьяна, стоящего с сильно сжатой челюстью и злостью в глазах. Я приоткрыла губы, хотела сказать хоть что-нибудь, но издала лишь глухой звук.

—Моя дочь слишком устала, – решил сказать отец, смотря на моё бледное до посинения лицо. Я устала, действительно. Наши глаза с Себастьяном встретились, и он поддался вперёд, не успела я среагировать, как Виктор позади меня оказался на земле. Себастьян точно и сильно ударил его по лицу, вызывая вздохи и крики публики. Буквально секунду я смотрела на младшего Райта, как на своего героя и спасителя. Он крепко сжал мою кисть и бегом направился к выходу из площадки. Я обернулась, со смехом осматривая шок на их лицах. Пара людей подбежали к Виктору, обеспокоенно его осматривая. Карбоне принял сидячее положение и чёрными глазами провожал убегающих нас.

—Тебе смешно? – хмыкнул блондин, когда мы подбежали к чёрной машине Себастьяна. Он приехал на ней, а значит этот план был придуман спонтанно.

—Очень. Мне жаль Виктора, он не заслужил такого отношения к себе, но видеть лица моей семьи... – я подавила улыбку, наконец выдохнув сполна. Поправив платье, я отпустила руку Себастьяна и посмотрела в его голубые глаза. Такие кристаллические чистые, что возможно увидеть своё отражение.

—Почему ты решил сделать это? – спросила я, Себастьян пожал плечами, облокотился о машину спиной и скрестил руки на груди. Сначала я подумала, что длинноволосый уйдёт от ответа, но парень начал говорить:

—Было тяжело смотреть на твоё состояние, когда Джон упомянул «контракт». Ты как-то сказала, что должна общаться с людьми, с парнями из-за контракта отца. И я предположил, что этот брак тоже случился по контракту, а твой вид только подтвердил мои мысли, – я улыбнулась, широко раскрывая руки и обнимая Себастьяна за шею.

—Теперь ты мой герой и я твоя должница, – искренне сказала я, а он молчал, я чувствовала, как напряглось его тело. Себастьян медленно и неуверенно положил руки на мою спину и погладил. Он пах сочетающимися средиземноморскими травами с цитрусовыми нотками.

Когда я отстранилась, снова обернулась на поле, но из-за притока машин, сложно было разглядеть хоть что-нибудь.

Парень снял кепку, а я продолжила стоять рядом с ним. Некоторые белые локоны волос упали на плечи, а остальные остались в пучке.

—Можно? – спросила я, протянув руку к белым волосам. Он помедлил, захлопал ресницами и небрежно кивнул. Я смогла его смутить! На щеках появились багровые покраснения. Не подав виду на смущённое лицо Себастьяна, я медленно сняла резинку с его волос и пригладила их сквозь свои пальцы, ощущая какие они шелковистые, мягкие и послушные.

—Я готова продать душу дьяволу, чтобы иметь такие мягкие волосы, – мы встретились глазами, и я улыбнулась, заставляя Себастьяна отвести взгляд. Я опустила руку и обернулась на шаги. Питер Райт подходил к нам размеренным шагом, смотря точно мне в глаза. Парень выглядел грозно и строго, но Себастьян остановил меня, когда я хотела сесть в машину и уехать. Видимо, отношения между ними действительно хорошие, раз он доверяет Питеру.

—Какого дьявола ты ударил Карбоне? Какого хрена ты творишь? – он остановился, захотел взять Себастьяна за ворот белой рубашки поло, но я остановила его, загородив собой.

—Это моя вина, – глаза Питера сверкнули, он успокоился и отошёл на шаг.

—Что по ситуации? – Себастьян прочистил горло, провёл ладонью по волосам и никак не отреагировал на мою защиту.

—Я смог отвлечь охрану... Пф, никогда бы не подумал, что вы двое за одно! – он фыркнул со злости, но улыбнулся, смотря на младшего брата с насмешкой.

—Отличный удар, – шепнул Питер, заставляя Себастьяна громко засмеяться. Я цокнула языком и недовольно их осмотрела. Какие гадкие. Виктор ни в чём не виноват, он сказал для меня красивые слова и всё равно получил по лицу.

—Какие вы ужасные, – пробубнила я, Себасьян замолчал, пробежался по моему платью глазами и прочистил горло.

—Могла остаться стоять там в таком состоянии и позировать, как мясо среди гиен, – пошутил он, я хмыкнула. Уже один раз представила себя в такой шкуре. Я мельком посмотрела на помещение, в котором встретила Рэйдена и беловолосый заметил мой взгляд.

—Он придёт? – тихо спросила я, будто спрашиваю у парня тайну всего человечества.

—Нет, он не сможет прийти, – я сглотнула и поджала губы, разворачиваясь спиной к Питеру и быстро села в машину. Оба брата пару минут поговорили, Питер закатывал глаза и вздыхал, пока Себастьян пытался объяснить ситуацию.

Чёрт. И что мне делать в таком положении? Всё как никогда плохо. Я открыла экран телефона и написала Габби о том, чтобы он не беспокоился и услышала, как хлопнула водительская дверь. Себастьян вздохнул, его грудь высоко поднялась и опустилась.

—И что нам делать? – хочу увидеть Рэйдена. Не смотря на все сказанные слова в мою сторону, Рэй сказал их только в порыве злости. Он слишком собственник и слишком ревнив. Я люблю его, и готова мириться с этим. Но нам стоит серьёзно поговорить, ещё более серьёзно, чем сегодня.

—Давай проведём время вместе? – предложила я, сверля взглядом бардачок. Заметила, как он вскинул брови, удивленный моим ответом и пару секунд раздумывал.

—Что ты... Имеешь ввиду? – запнулся, смущённый и обеспокоенный. Он открылся передо мной совершенно, с другой стороны. Милой и смущенной. До чего же он всё-таки ребёнок.

—Свидание. Как насчёт дружеского свидания, – предложила я, а он улыбнулся грустной, подавленной, но смешной улыбкой. Покачал головой, заставил меня хихикнуть и завел мотор машины.

Вечер. Время, когда все самые откровенные мысли хочется воплотить в реальность. На улице стойкая жара, а мы выезжаем из пригорода и едем прямиком в сторону Нью-Йорка.

—Ты уже выбрал место? – он одной рукой вёл машину, а другая облокотилась о дверку. Волосы растрёпанные, летят назад из-за открытого окна. Себастьян подумал, сделал милое задумчивое лицо и кивнул.

—В первую нашу встречу с Рэйденом, мы поехали на берег, открывающий вид на Бруклинский мост и ели еду из затравленной забегаловки. Именно тогда я понял, что счастлив, – поделился со мной парень, от чего я тепло улыбнулась, таков характер Рэйдена. Мне кажется, парень сам не понимает, как меняет людей и делает их жизнь счастливой. Чёрт возьми, я влюбилась в него ещё в тот день в переулке, когда аккуратно вложила свою руку в его грубую ладонь.

—Давай я покажу тебе другую жизнь, Анна. Чего ты желаешь на самом деле? – опасный тон выбил меня из раздумий, Рэйден протянул мне свою изящную руку. Я заметила татуировку на руке и костяшках пальцев.

Я влюбилась в преступника именно тогда, по сей день его грубые руки кажутся мне самыми родными на свете.

Мы подъехали к проливу Ист-Ривер, высокий и длинный мост возвышался над нами.

—Пугающе, – как только мы вышли из машины, ветер из-за воды стал заметно холодным, но это только подняло мне настроя. Через пару минут мост должен загореться, включить фонари и лампы для освещения. Главное не упасть в обморок от резкости.

—Тебе принести хот-дог или бургер? – Себастьян смотрел на меня с улыбкой, он хотел узнать мою реакцию на его предложение.

—Я никогда не пробовала ничего из названного, – призналась я, Себастьян удивился, приложил руку на сердце, театрально изображая смерть от шока. Я посмеялась, села на тёплый капот машины.

—Ты серьёзно никогда не пробовала традиционные блюда Америки? – традиционные? Качнув головой, я вздохнула, стало стыдно и не уютно. Моя жизнь затмила абсолютно всё, даже самый простой бургер и хот-дог.

—Ужасно! Что с тобой сделали? – шуточно сказал Себастьян и с весёлым настроением подошёл к вагону с едой. Бруклинский мост загорелся, я вздрогнула, хоть он и загорался постепенно.

В моих глазах огни, яркие лампы и шум машин. Прекрасно. Каждому человеку хоть раз в жизни стоит увидеть мост, соединяющий Бруклин и Манхэттен. Через пару минут Себастьян вернулся с двумя хот-догами в бумажной упаковке. Мы коснулись руками, и я взяла горячий хот-дог в свою руку.

—Пахнет странно, – принюхалась к пшеничной булке с сосиской, приправленной кетчупом и овощами. Себастьян рассматривал моё заинтересованное лицо, приблизился ближе и убрал мои локоны волос со лба и губ.

—С волосами он точно не будет вкусным. Пробуй, – советовал он, а я попятились от мимолётного прикосновения его руки к моим губам, но не стала подавать вид. Чёрт. Себастьян Райт прямо сейчас сидит на капоте машины рядом со мной и угощает меня первым в своей жизни хот-догом. Я уверенно откусила большую часть и закрыла глаза. Я и до этого знала, что хот-дог, как и бургер – вкусная вещь, н о хот-дог из маленькой забегаловки имел самый лучший вкус в мире. Традиционное быстрое блюдо американцев за пару долларов не сравнится ни с одним самым дорогим удовольствием.

—Ну как? – спросил он, мои глаза блестели, а желудок приятно запел, тоже отвечая на эйфорию чувств.

—Это...это неожиданно вкусно, – выдохнула я, продолжая делиться впечатлениями с набитым ртом. Себастьян смеялся, постоянно упрекал меня, чтобы я не подавилась во время своих лекций о вкусе булки и сосиски.

—Хочу ещё! – после первого съеденного хот-дога я вскрикнула, он улыбнулся, встал и через пару минут принёс мне ещё три. Я осмотрела его, но как только поняла, что он больше не притронулся к хот-догу, нахмурилась.

—Почему ты не ешь? – он пожал плечами, встал и выпрямился. Себастьян худощав, а в плечах слишком широкий.

—Я купил их для тебя, – лишь сказал парень и обошел машину, открыл багажник и вытащил из него чёрную кофту.

—Возле воды всегда холоднее, – прошептал он и моих плеч коснулась тёплая кофта, я вскинула брови.

—Так мы что-то типа друзей? – держа в руке половину хот-дога, я посмотрела в его голубые глаза.

—Ты ведь сама сказала – «Дружеское свидание», – он показал скобки в воздухе и снова сел рядом со мной, облокотившись локтями о капот. Я продолжала смотреть на его лицо, обводить глазами линии скул и волосы. Гляделки продолжались пару минут, пока он не стукнул меня своей ногой по моей ноге. Я вскрикнула, злобно ударив его свободной рукой в бок.

—Прости, – прошептала я за то, что ударила его и отвернулась. Себастьян в эту же секунду засмеялся.

—Я удивлён. Вот о чём рассказывал Рэйден, когда говорил, что ты странная, – я странная? Это я странная? Да за кого они меня принимают?

—Когда бьёшь людей, разве не нужно извиниться? Это не культурно, – буркнула я, а он засмеялся ещё громче мелодичным и заразительным, детским смехом.

—Ох, чёрт. Тогда каждый раз как убивать людей, я буду говорить: «Прости», – он пошутил, я прищурила глаза, кидая в него овощ от хот-дога.

—Вы с Рэйденом абсолютно разные, – подметила я, после чего он замолк, прочистил горло, но продолжал улыбаться. Смотря на голубое небо и на перисто-слоистые облака, там, где возвышались небоскрёбы, острая макушка Эмпайр-стейт-билдинга выглядывала и отличалась от всех остальных зданий. Где стояли небоскребы, цвет неба имел желтоватый оттенок.

—Я знаю. Когда мы впервые встретились, мне казалось Рэйдену лет тридцать пять. Хотя он старше меня всего на два года, – я отложила хот-дог и с удовольствием посмотрела на Себастьяна.

—Это очень вкусно, – еще раз утвердила я, он посмеялся, достал из кармана сухие салфетки и протянул мне. Аккуратно убирая весь соус с лица, в глазах мелькнул блик изумруда на кольце.

—Себастьян, – проговорив его имя, я вытерла с себя остатки кетчупа и смотрела в землю. То, что я спрошу дальше, причинит мне боль. В груди от волнения затрещало, а пульс участился, в горле пересохло. Он подал звук, похожий на «М?».

—Почему он отказался от меня? – в миг мои глаза стали стеклянными, я по-прежнему не смотрела на него и боялась, ответит мне правду или будет лгать. Ведь он не знает, как сильно я ненавижу ложь.

—Эвелин, Рэйден не простой парень с района. За его спиной куча смертей, он пережил смерть лучшего друга, его бросила родная мать... После такого у каждого человека появится травма, он просто... боится. Думаю, что Рэйден боится быть брошенным. Всякий поступок имеет огромные последствия, и когда он впустил тебя в свою жизнь, когда доверился тебе, узнал, что ты выходишь замуж за другого парня, ему было трудно это пережить, – я взглянула на его серьёзное лицо.

—Но ведь я не бросила его и никогда не брошу, – я верила, что и Рэйден гордо возьмёт меня за руку и не отпустит.

—Он желает тебе лучшей жизни. Для такого, как он, счастливого будущего не существует, – парень покачал головой и сжал челюсть, ему тоже больно принимать это.

—Для такого, как он? – переспросила я. Что он хочет сказать этим?

—Для убийцы, Эвелин.