33. Полезная штука

А что было дальше? Да ничего особенного, хотя как ничего... Антон на протяжении нескольких дней был поистине шёлковым. Он исправно учил свои завальные предметы, а потом благодаря Арсению, который выбивал ему поблажки, оправдывая парня тем, что он был одним из основных ведущих игроков в школьной команде по волейболу и участвовал в единичных олимпиадах по английскому и литературе, представляя лицей, переписывал эти контрольные не без помощи ловких пальцев, острого зрения и телефона под партой, конечно же. Но это вовсе не обязательно знать учителям и Арсению, который при любом удобном случае напоминал парню про недавний инцидент и грозился повторить, если надо будет. Вот это и мотивировало, по правде говоря.И вот наступил день, когда должны были выставлять отметки за полугодие. Шастун уже был уверен, что как минимум зачёты по всем предметам у него уже в кармане, а остальное и не колышет.

***- Блять, походу мозг отказывает, - на выдохе выдал Шастун прямо посреди урока истории, когда вокруг сидел абсолютно тихий класс, а у доски распинался историк, наблюдая эти «счастливые» лица одиннадцатиклассников.- Ты чё? - отозвался рядом сидящий Димка. - Да в башке всё крутятся эти грёбаные интегралы, - хмуро тряхнув головой, ответил мальчишка. - Так ты ж уже переписал полугодовую по алгебре, нет разве? - Да в том-то и дело, а эти ёбаные методы интегрирования зачем-то до сих пор бесят меня...- Шастун! Очень интересно нам слушать твои искромётные речи, конечно, но мог бы ты хотя бы потише быть, а? - утомлённо как-то послышалось от историка, которому самому давно было не в кайф рассказывать что-то полуспящим подросткам на седьмом уроке. - Ага, - небрежно бросил мальчишка и тут же вернулся к этой лёгкой беседе с другом, только бы не расползтись такой же лужей по парте, как их одноклассники. - Ты, получается, все долги закрыл? - Ну типа. Даже геометрию на троечку удалось сдать, - зевнув и потянувшись, ответил парень.- Шаст, серьёзно? То есть Арсений вставил тебе пиздюлей, и ты начал учиться? - со смехом задал новый вопрос Позов. - Бля, Поз, отвали, - закатив глаза, отмахнулся Шастун. - Если бы я не сдал все хвосты, он бы из меня точно душу вытряс, клянусь. - Уж верю, - с пошловатой ухмылкой отозвался Дима, откинувшись на спину стула с руками за головой. - Придурок, - хохотнул в ответ мальчишка, ткнув того локтём в бок.- Слышь, давай на крышу сгоняем? - вдруг предложил Димка. - Курить хочу, прям... - хотел было договорить Позов, но тут к нему неожиданно обернулась Катя с самым что ни на есть суровым взглядом. - То есть... подышать. Подышать хочу. Воздухом свежим, - в момент исправился парень, заставив Антона расплыться в улыбке. Да. У кого-то Арсений, а у кого-то Катя...- Ну, правда подышать, Катюх, - усмехнулся Антон, тоже пытаясь оправдаться в её глазах. Девушка пронзила обоих взглядом, но с улыбкой повернулась обратно. - Дмитрий Владимирович! - громко окликнул учителя Шастун. Тот остановил своё нудное повествование и повернулся в сторону ребят.- Чего ещё, Шастун? - устало вздохнул мужчина. - А можно нам выйти? - Вдвоём, что ли? - хмуро спросил историк. - Ну типа, - усмехнулся в ответ подросток. - Ой-й-й, идите вы куда хотите, а то языками чешете, людям вон спать не даёте, - небрежно отмахнулся он, опять отворачиваясь к большей части класса. - Спасибо, Дмитрий Владимирович! В век не забудем Вашей доброты! - улыбчиво заявил Антон, поднимаясь из-за парты. Димка пошёл следом. Нет, ну а что? Если есть шанс провести двадцать минут на крыше, а не в душном классе под монотонную и усыпляющую речь учителя, то почему бы и нет, собственно? Особенно, когда хочется курить и дышать морозным воздухом на пару с другом.

***Следующие два часа самоподготовки тоже тянулись неимоверно долго. Уже даже книжка его не могла отвлечь, он просто хотел расслабиться. И как раз после звонка с самоподготовки Антон попрощался с друзьями, собрал вещи и, как только опустел весь класс, на цыпочках дошёл до двери, повернул в ней ключ и так же тихо прошёл в лаборантскую, где прямо со звонком скрылся Попов. Шастун хитро улыбнулся, беззвучно прикрыв за собой дверь и впритык подошёл к мужчине, что стоял у шкафа и увлечённо разглядывал какой-то староватый учебник. Парень уверенно прижался грудью к крепкой спине и плавно повёл ладонями от чужих плеч к паху, приятно шурша тонкой белой рубашкой, которая так круто смотрелась на Арсении.- Шастун, что ты делаешь? - как бы ничего не понимая, но в то же время сверхобыденным тоном спросил литератор, листая книжку с пожелтевшими страницами.- Я? Ничего, - невинно ответил мальчишка, примыкая влажными губами к такой соблазнительной шее.- Анто-о-он, - протянул старший, даже не пытаясь сопротивляться телом, хотя голос говорил только об обратном.- Арсений Сергеевич, а я закрыл все хвосты, - обжигая чужое ухо горячим дыханием, прошептал подросток.- Уверен?- Угу... - послышалось в ответ, а поцелуи и эти зазывающие движения ловкими руками всё продолжались. Арсений медленно развернулся лицом к парню, отложив сейчас вообще не нужную книжку в сторону.- А мой предмет? - ухмыльнулся он, сняв очки и опёршись одной рукой на выступ шкафа.- А что с ним не так? - без какого-либо удивления Антон продолжал диалог, глотая слюни и часто вздымая грудь, при этом параллельно водя пальцами по подкаченному торсу, что ощущался сквозь облегающую рубашку, и не сводя глаз с его обладателя. Один этот вид учителя его просто убивал - слишком горяч он даже сейчас, даже уставший и вымотанный, даже на работе.- Твоё последнее сочинение меня вообще не устроило, Шастун. Не твой уровень. Максимум четвёрка... - надменно фыркнул литератор, хитро щуря глаза и устремляясь ими в эти ярко-зелёные, где на самом деле пылал самый настоящий огонь, а не какой-нибудь огонёк.- А я-я-я... могу отработать... Хотите? - шептал подросток, намеренно ни на секунду не сдаваясь в этой борьбе взглядов.- И как же ты собрался это делать? - хмыкнул Попов, скривив губы в пренебрежительной ухмылке. Антон ответил такой же и медленно пополз своими цепкими пальцами вниз по рёбрам к поблёскивающей пряжке от ремня. В пару касаний он ловко расстегнул его, всё так и не опуская взгляд ни на мгновение. Оба смотрели друг на друга и просто пожирали глазами, не отвлекаясь даже на такие ужасно возбуждающие действия с каждой стороны.- Вы не против, Арсений Сергеевич? - сладко прошептал младший, сжимая чужой стояк.- Мхм-м-м... - только и ответил тот, закрыв глаза и прикусив губу. Он первым сдался в этих спонтанных «гляделках» - это факт. Антон победно улыбнулся и опустился на колени. Как бы странно это и ни звучало.Уже в следующую секунду юркие пальцы скользили по чуть вздувшимся венкам члена, что уже вовсю налился кровью и твёрдо стоял. Шастун лукаво выглянул исподлобья, встретившись с растерянным взглядом голубых глаз, и уверенно прильнул губами к розовой головке, выбив из мужчины стон одним только трепетным касанием. Этот звук заполонил всё, что когда-либо было перед глазами Антона и вообще в голове. Он просто хотел слышать такого Арсения снова и снова.Не жалея слюны, младший начал наращивать темп, помогая себе руками, и вбирать плоть полностью, совершенно безбоязненно упираясь им по самые гланды. После каждого толчка Попов готов был растаять на месте и упасть на пол, может, по этой же причине он почти сразу одной рукой крепко схватился за светлые волосы и больше не отпускал их, а второй мёртвой хваткой уцепился за край внешней полки шкафа. Он уже ничего не думал, не знал, не слышал, он только временами видел эти вызывающие зелёные глаза, в которых вовсю плясали черти, пока его органы зрения теряли свою основную функцию, видя вместо чёткой картинки сквозь очки только бесконечные вспышки салютов и темноту, за исключением - чёрную дымку. Шастун же усердно и так, что на удивление, «правильно» и «опытно» продолжал сосать, изредка отрывая губы только для того, чтобы отдышаться. Но когда он без задней мысли шумно вдыхал новую партию воздуха и утирал запястьем слюну, тоненькими ниточками тянущуюся уже по подбородку, Арсений сгорал, видя этого развратного подростка. Но не успевал он ничего говорить, ведь парень опять обхватывал твёрдый орган губами, старательно втягивая без того худые щёки и делая всё ту же манипуляцию, которая с каждым разом действовала всё сильнее и будто на пробитие.Антон и сам почти не отрывался от лица учителя, разглядывая того, запрокинувшего голову, стискивающего губы и зубы, даже веки глаз, когда он пытался сдержать поистине безудержные стоны. И вот снова Шастун уловил, как тёмные от возбуждения глаза закатились кверху, тело Арсения поразила дрожь, именуемая волной удовольствия, и в ту же секунду на язык и губы парня мощной струёй, сопровождаемой тягучим стоном, плеснула белёсая жидкость, которую младший сглотнул, преданно вглядываясь в тёмно-голубые глаза. Он неспешно облизнул губы, ощутив солоноватый вкус спермы ещё раз, и поднялся на ноги, всем телом прижавшись к литератору, который до сих пор тяжело дышал, стараясь отойти от того, что только что произошло.- Ну что, ещё на балл подтянете, а, Арсений Сергеич? - спросил мальчишка с самым невинным видом и голоском. Только похотливый взгляд выдавал его с потрохами. Если бы не он, Арсений реально купился бы.- Блять, ты сумасшедший... - хрипло сказал старший, полностью опёршись на шкаф и запрокинув на его дверку голову.- Ну что за слова? Не стыдно Вам? - усмехнулся подросток, игриво водя юркими пальцами по открытой шее, усыпанной родинками.- А тебе? - вдруг Попов опустил голову обратно и заглянул в блестящие зелёные глазки, что продолжали гореть. - Тебе семнадцать. Откуда такие познания и навыки вообще? Ничего мне рассказать не хочешь?- Не-а, - задиристо ухмыльнулся мальчишка, нежно прикасаясь влажными губами к таким желанным, которые были совсем близко.- Обожаю тебя... - с придыханием прошептал учитель, а после нагло протолкнул язык в чужой рот. И пока он шаловливо его исследовал, вторая рука Арсения, что не лежала на тонкой шее, потянулась к джинсам подростка. Он наскоро расстегнул пуговицу с молнией и освободил парня от штанов и белья. Шастун ничего не говорил, он просто незатейливо отвечал на поцелуи и поддавался властной руке на своём члене, временами изгибаясь и постанывая от пробивающих до дрожи движений.- Давай же... Я уже не могу... - с одышкой вторил мальчишка, слепо тычась носом то в шею, то в щёку, пока Попов мастерски усыпал его поцелуями. В глазах у парня явно потемнело, он уже будто был близок к потере сознания из-за этих мучительно медленных движений.- А ты попроси, - дьявольским хрипом отозвался мужчина, замедляя руку на члене.- А-а-арс, - нетерпеливо выл подросток.- Не-е-ет, не так, - коварно сверкнув белыми клыками, усмехнулся тот.- Папочка? - робко спросил мальчишка, сам уже пытаясь толкаться в чужую руку, но ничего путёвого из этого не выходило. Тело Арсения прошибло будто бы разрядом тока, дыхание участилось, глаза расширились и ещё больше потемнели, а руки продолжали ещё более властно ползать по тонкой талии и более крепко сжимать твёрдый член, заставляя Антона выгибаться и стонать, закусывая щёку.- Как-как? Что ты сказал, мой хороший? - излишне ласковыми словами и излишне хриплым сексуальным тоном переспросил Попов.- П-папочка... пожалуйста... - уже вовсю изнывал младший, тяжело выдыхая горячий воздух в ухо учителю, которому сорвало крышу от такого поворота событий. Антон откровенно заскулил, когда рука заскользила быстрее, вызывая сдержанное мычание. И наконец Шастун вздрогнул, запрокинув голову, и со сладким стоном кончил прямо в сжатую ладонь. Парень вздохнул полной грудью, бессильно падая на литератора, что продолжал выцеловывать его шею, оставляя красные отметины.- Как насчёт совместной недели мод в водолазках? - усмехнувшись, прошептал старший, соприкоснувшись с парнем лбами и заглянув в глаза друг другу.- Никогда не понимал, нахер тебе лаборантская, если ты препод по русскому... Теперь забираю свои слова обратно, полезная штука, - с одышкой и улыбкой сказал подросток.- Что за чертёнок, - фыркнул учитель и нежно поцеловал того в губы.

***- Слушай, до Нового года пара дней. У нас даже ёлка не стоит. Может, заедем за игрушками, украшениями, ну и за ёлкой? - уже по пути из лицея спросил Арсений, рассматривая за лобовым стеклом падающий снег, который на самом деле снегом назвать было трудно - только если «мокрый белый дождь».- Ладно, - безразлично пожал тот плечами, залипая на бегущего человечка на светофоре.- Ты в порядке? - подозрительно нахмурился учитель.- Да! Конечно! Ты чего? Поехали в магазин! - резко переменился подросток, не желая заострять внимание на своём том состоянии. Попов снова смерил парня задумчивым прищуром и тронулся с места.- Тош, точно?- Понимаешь, - спустя паузу тяжко вздохнул Шастун, утыкаясь взглядом на руки, что беспрестанно перебирали кольца и браслеты, - не умею я праздники справлять, максимум могу напиться и отключиться... Говорят, типа Новый год - семейный праздник, а я... Не знаю, короче, Арс. Не важно это. Всё нормально будет, - под конец своих слов он снова перешёл на вынужденную улыбку, а Арсений понял всё, говорить больше не нужно было ни слова.- Будем учиться вместе, - мягко улыбнулся литератор, не отрываясь от дороги. - Я в последний раз Новый год как положено праздновал в Омске. Пора бы уже и здесь жить по-человечески, как думаешь?Антон не ответил, он только искоса следил за этим умиротворённым лицом и не мог поверить своему счастью: рядом с ним есть человек, который знает о нём всё и понимает с полуслова.

***Первые их минуты в гипермаркете прошли максимально сдержанно. С помощью какого-то консультанта Арсений выбрал ёлку, сантиметров на сорок ниже его роста, а потом они пошли по бесконечным рядам с украшениями. И снова Шастун не решался браться за эти разноцветные игрушки, только смотрел и кивал, когда учитель сам что-то разглядывал. А вот спустя кучу слов, наподобие «а я один буду наряжать?», «это же наша ёлка», «мы же вместе будем это делать», парень разошёлся. Неожиданно его глаза заблестели и он начал носиться от прилавка к прилавку, беря почти каждую игрушку, чтобы хотя бы рассмотреть. Такой Антон поднял настроение и Арсению.- Арс! Арс! Смотри, гномики! - так по-детски пищал от восторга мальчишка, показывая на пластиковую упаковку с тремя гномами на верёвочках.- Бери! - смеялся старший, кивая на тележку, что вёз перед собой. - Не уверен, что у нас вообще уже осталось свободное место на ёлке, но ничего. Куда-нибудь повесим...- Ну ты посмотри, какие они классные! Особенно зелёный!- Да вижу, вижу, - усмехнулся литератор, потрепав того по русым кудрям.- Стой! - резко выпалил Шастун, ухватившись за плечо Попова.- Чего?- Я, кажется, нашёл подарок для Поли... - тихо ответил подросток и стремительно двинулся вперёд. Арсений задумчиво пожал плечами и пошёл за ним, а пришёл, как оказалось, к большому стеллажу с детскими коньками.- Коньки?- Ага, - довольно кивнул парень, пока его глаза разбегались между стольких видов обуви.- Прости, конечно, а ты уверен, что они ей нужны?- Все уши мне прожужжала в последние дни. Кто-то из ребят в её классе рассказывал, как на каток ходил, и она вся загорелась. Говорит, что хочет кататься.- Ого, - вскинул тот брови.- Так что, коньки подарю, а вот каток... - тут парень, улыбаясь через силу, поник. Это не осталось не заметным и для Попова. Глаза и голос явно изменились и не подходили даже этой псевдоулыбке.- Давай сначала купим коньки, м? А потом разберёмся, - улыбчиво подмигнул старший, приобняв его за плечо.- Хорошо, - Антон взялся за первую ярко-розовую пару, которую он разглядывал всё это время. - Вот эти я знаю, хорошие. Только... у неё размер тридцать второй, а нужно на два больше. Короче, ищем коробку с тридцать четвёртым.- Ничё себе! - удивлённо повёл бровью учитель. - Откуда такие познания?- Я в Воронеже на прокате коньков месяц проработал, - усмехнулся младший, водя пальцем по коробкам в поиске нужной цифры.- И опять нелегально? Антон, ты же несовершеннолетний! Как ты мог работать там!- О-о-о, завёл пластинку старый дед! - иронично засмеялся мальчишка, вытаскивая с полки нужные коньки.- Я удивляюсь, как ты до семнадцати дожил вообще, - мужчина ворчливо покачал головой.- Ну, вот благодаря этому и дожил. Знакомых постарше было много, где-то кого-то подменял, где-то меня просто устраивали...- Мда, мало тебе приключений на задницу... Всё время что-то новенькое ищешь, - вздохнул учитель.- Эй-эй! - чуть посторонился мальчишка. - Ты задницу мою не трожь, она только зажила после твоего садизма...- Ах, садизма! - сквозь смех возмущался старший.- Да! - игриво задрав нос, отвечал Шастун.- А кто до этого садизма вывел меня своей безответственностью ко всему подряд?- Да хорош, я же исправился, - даже слегка обиженно склонил голову подросток.- Ну, правильно: после нашей воспитательной «беседы» ты и исправился, а так...- Ой, ну всё-всё! Ты как всегда прав! - закатив глаза, устало отмахнулся мальчишка.- Вот то-то и оно, - довольно улыбнулся Попов. - И вообще, ты выбрал тот жизненный путь, где твой зад далеко не в безопасности... - лукаво повёл бровью литератор, чуть ли не прошептав эти слова, хотя рядом почти никого не было, а играла лишь бесючая музыка, характерная для больших магазинов.- И этот человек ещё меня называет пошлым! - с усмешкой обернулся к нему парень, вызвав и у Арсения улыбку до ушей и хитрый прищур.- Так что, определился?- Охренеть, ты темы меняешь, конечно... - Антон удивлённо вскинул брови, а Арсений продолжал беззаботно рассматривать высокий стеллаж с коньками. - Слушай, я чё-т протупил, с собой деньги не взял. Я тебе дома уже отдам, ладно? - неловко почесав затылок и отведя глаза в сторону, спросил парень.- Шастун, ты обалдел? - в секунду с лица учителя пропала прежняя улыбка умиротворённости и спокойствия, а сменилась она на сердито нахмуренные брови. - Ещё раз заговоришь про деньги, и ты узнаешь, что такое настоящий садизм. Понял? - строго сказал он, выхватив из рук подростка коробку.- Ну нет, Арс! Подожди! - Шастун уже догонял спину литератора, что резко взялся за тележку и опять поехал куда-то. Неужели обиделся на такие слова? - Ну я сам хочу купить! Понимаешь? Это же для неё! А ты и так для меня делаешь... всё! Да даже больше! Ну А-а-арс! Ну чё ты сразу злишься?- Хорошо... Не злюсь я, прости, - на выдохе отозвался мужчина, замедлив шаг.- Ага, - неверяще закивал тот, - вот с таким лицом ты выходишь только после трёх уроков подряд с семиклашками всей параллели и с совещания, где эта годзилла заёбывала всех.- Антон! - шикнул Попов, всё же отвесив лёгкий подзатыльник кудрявой голове.- Ай, блин! Но тут правда по-другому не скажешь...- Так, по порядку, - снова выдохнул учитель, - во-первых, всё нормально, я тебя понял, мы договорились. Во-вторых, с матом твоим, будем считать, что тоже разобрались. А в-третьих, что за «годзилла»?- А... Ты не знаешь, что ли? - опешив, сдвинул брови подросток. - Ну, это Тамара Георгиевна... Математичка которая...- Ну и что за кличка? - недовольно нахмурился Арсений. - Не стыдно тебе так со взрослым человеком?- Это не кличка... Это факт, - Шастун еле сдерживал накатывающий смех от воспоминаний того, как на биологии в их с Димой светлые головы пришла такая ассоциация. - Ой, а хочешь сказать, не похожа?- Вот как дать бы тебе! - тоже сквозь плотно сжатые губы, которые так и хотели растянуться в улыбке, сказал он и безобидно махнул ладонью в сторону уже прыщущего смехом мальчишки.- Арсений Сергеевич, ей-Богу, потерпите до дома, там и дадите. Не при людях же, ну... - абсолютно серьёзным тоном, но достаточно тихо проговорил парень, шагая в ногу с учителем, который двигался к продуктам.- Ага, щас! Варежку прикрой! - ничуть не растерялся старший, но и Антон решил не сдаваться, когда аккуратно придвинулся поближе.- А вот... А о какой именно варежке Вы сейчас говорите?.. - плутовато улыбнулся он.- Фу! Шастун! - притворно осуждающе скривился учитель, толкая того локтём в бок, и оба звонко рассмеялись. Антон буквально навалился всем телом на Арсения, особенно точно пряча нос в сгибе чужой руки, а Попов только прижимал его ближе и трепал по непослушным волосам.