Глава 56. Отец и сын (Часть 1)

Взгляд Демина упал на младшую сестру, которая резко повернулась к нему.

Грейс закатила глаза, чтобы сказать:

- Я не рабыня, чтобы быть наказанной. Я член этой семьи, и вы не можете наказать меня.

- А почему бы и нет? Семья это или нет, но нас всех учат тому, чему и как следовать. Очевидно, здесь вы не поняли, что нужно наступать на те границы, которые у нас есть.

Холодно сказал Демиан и снова посмотрел на отца.

- Разве вы не помните, как однажды отец наказал Мэгги за то, что она не слушала то, что ей говорили?

Мэгги, которая молчала после того, как мачеха несправедливо обвинила ее в том, что она плохо обращается с этой женщиной, подняла глаза от стола и уставилась в стену, вспоминая, о чем говорил Демиан. Воспоминание было таким же свежим и красочным, как и несколько часов назад.

И Мэгги, и Демиан были маленькими детьми. С ней был маленький волк, которого ей не суждено было найти в лесу, но она все равно принесла его домой. Волк, которого она выбрала, был диким, но проблема была не в этом. Это была мать волков, которая охотилась возле моста, убив троих своих слуг. Мать-волчица была убита, и, чтобы преподать Мэгги урок не приносить животных домой, волка бросили в камин этой самой столовой, где камин был заперт и закрыт, где она все еще могла слышать плач маленького волчонка, убитого в огне прямо у нее на глазах.

Ее единственная ошибка, приведшая волка домой, стала причиной пяти смертей, и она была полностью ответственна за это.

Мэгги плакала в ту ночь, когда мать гладила ее, чтобы она уснула, потому что это было самое страшное зрелище, которое она видела в этом возрасте. После этого она была крайне осторожна. В отличие от Демиана, Мэгги обладала чертами, которые она разделяла, как и другие люди, что делало ее менее похожей на ночное существо, по сравнению с двумя другими ее братьями и сестрами.

Демианн взглянул на свою старшую сестру Мэгги, которая некоторое время смотрела в стену, а потом вернулась к еде. Улыбка на ее губах не показывала ничего из прошлого, что могла бы сказать Грейс.

- С каких это пор передача приказов приводит к наказанию владельцев?

- Кто чей хозяин, Грейси?

Демианн щелкнул языком во рту. Позже его глаза встретились с глазами отца:

- Только не говори мне, что ты одобряешь это, отец. Эта девушка-исключительно моя рабыня, и никто другой, и я уверен, что каждый раз давал ей это понять. Может быть, ты хочешь, чтобы я прочел это в твоей голове, сестра, чтобы ты больше не путалась с этим?

- Грейс, не трогай вещи своего брата.

Сказал их отец, и Демиан торжествующе улыбнулся, как будто знал, чем все это закончится, а молодая вампирша резко повернула голову, чтобы посмотреть на своего отца.

- Но, отец...

Грейс замолчала, ее брови нахмурились, прежде чем она спокойно продолжила свою трапезу.

Пенни же, напротив, застыла от предыдущего обмена словами в комнате. Она невольно взглянула на Леди Мэгги, которая не принимала участия в их не очень вежливом разговоре. Казалось, что, как и у многих других домов, у этого были воспоминания, погребенные под фальшивой гранью и словами, которые скрывали себя внешне.

Леди Флеренс явно была недовольна своим мужем. Ничего не говоря, она вышла из столовой вместе со своей драгоценной дочерью Грейс. Леди Мэгги была следующей, кто пробормотал слова благодарности дворецкому, который помог ей вовремя отодвинуть стул, чтобы она могла встать. Как и ее приемная семья, она не разговаривала с отцом, а только поклонилась ему, как будто собиралась уходить из столовой.

Таким образом, остались только Демиан, его отец, Пенни и несколько слуг, которые уносили еду и использованные тарелки из комнаты обратно на кухню. Дворецкий прошелся по комнате, указывая служанкам, что брать, а что нет со стола. Если бы Пенни могла, она бы вышла из комнаты и чтобы подышать свежим воздухом. Но она не могла ... в конце концов, она была рабыней. Если только ее хозяин не разрешит ей остаться рядом с ним.

Покончив с завтраком до последнего зернышка в миске, она обвела взглядом комнату, насколько позволял сейчас ее рост.

Точно так же, как ее глаза изучали людей и вещи вокруг нее с того места, где она сидела на полу. Она увидела двух служанок, которых встретила на кухне. Те самые девчонки, которые сквернословили о ней. И хотя они находились в одной комнате, глаза служанок или даже слуг никогда не отрывались слишком далеко от того места, где они стояли. Они были обучены таким образом, чтобы подчиняться и следовать правилам домашнего хозяйства.

Это не было странным для Пенни, поскольку она сама когда-то получила возможность служить богатой семье, где все должны были соблюдать приличия в доме. Но она прослужила в доме меньше двух недель, прежде чем уехать. Это был дом людей, но, тем не менее, строгость и правила были не слишком далеки от того, что было в доме вампира.

И как в любом другом месте, горничные и слуги были такими же любопытными, как и в любом другом месте, как будто это было соревнование в сплетнях. Пенни называла их торговцами сплетнями. Люди, которым больше нечего было делать в своей жизни, кроме как придираться и смеяться над вещами, которые их не касались, ничего не делая правильно. И сколько бы горничная ни сплетничала, слуга никогда не мог говорить с таким же пылом в присутствии своего хозяина.

Пенни, которая была в своем собственном мире, глядя на людей, наконец почувствовала, что мистер Куинн смотрит на нее, что даже ее хозяин поймал.

- Фалькон.

Сказал Демиан.

Отведи ее обратно в мою комнату.