28 Глава

Шагая по скрипучему снегу, я не перестаю ругаться в трубку:

- Он чуть ли не накричал на меня! А я просто хотела проверить свою подругу, его невесту, между прочим! Неужели он не желает ей скорейшего выздоровления? Мои объятия лучше любых мазей и таблеток!

- Клубничка, я не спорю, но ты же знаешь своего брата. Он вчера не дал нам с Мией поговорить!

- Ну тут его ещё можно оправдать. Матвей - жуткий ревнивец и собственник, а ты никогда не фильтруешь свои выражения.

- Да я и так общался с ней на уровне шестиклассника задрота, ни разу не слышавшего брани!

- Да, Тим, и это подтверждение тому, что ты в этой ситуации жертва.

- Стоп-стоп, любимая, никакая я не жертва.

- Жертва, жертва обстоятельств! - раздражённо вздохнув, я перекладываю телефон в другую руку и хочу уже звонить в домофон, как дверь распахивается. Из неё вылетает явно куда-то торопящаяся женщина, а я ярко улыбаюсь, ведь теперь не придётся звонить в домофон. Проскальзываю в подъезд и прощаюсь с Тимой, - Всё, радость моя, через минуту я буду в квартире, так что отключаюсь.

- Отпишись как доберёшься!

- Ага. - уже не слушая парня, нажимаю на красный значок.

Добравшись до нужной квартиры, жму звонок. Дверь открывается не сразу, а на пороге...

- Здравствуйте, девушка, вы к кому? - Золотоволосый мужчина с карими глазами с лёгким прищуром смотрит на меня. Взгляд скользит с его ног в домашних тапочках, по накаченному телу в серых спортивках и чёрной облегающей футболке, к лицу. Я одна вижу этот шедевр искусства?

На пару секунд повисает молчание. Наши глаза изучают друг друга. Только вот его взгляд гласит: «Кто это нахрен такая?», а мой: «Боже, кто же это такой?».

- Так к кому вы? Лицо у вас, кстати, знакомое. Вы не родственница Матвея?

- С-сестра... - с запинкой отвечаю. И почему у меня такой высокий голос?

- А, Лизок! Прости, не признал сразу. - ямочки возникают на его лице, освещая лицо. Мужчина пропускает меня в дом, пока я пытаюсь понять какого это: быть в рассудке. Я только что его лишилась. Господи, да это же Лёха, лучший друг моего старшего брата! Боже, это совсем не та история, где я должна была в него...

- Матвей, правда, на работе сейчас.

- Я к Мие, - наконец отмираю. Смотрю вниз на свои носочки с оленем. И дёрнуло же меня сегодня их напялить... Думает, наверное, что я малолетка без вкуса и мозгов, к тому же.

Стоп. Лиза, остановись. Ты и есть малолетка. Малолетка с парнем. С Тимой. Что же такое со мной?

Я поворачиваюсь к Лёше, который всё ещё улыбается, и мне жуть как хочется запрыгнуть ему на шею, и почему-то мой мозг считает это чем-то вроде как очевидным. Не искажается реальность, не кажутся мыли сумасбродными, будто это так, как должно быть.

Но нет.

- Она там? - указываю на дверь в гостиную, переключая свои мысли на изначальную цель прихода сюда.

- На кухне. - Лёша кивает в её сторону и проводит ладонью, пропуская меня вперёд.

Я по-дурацки заправляю остриженную короткую прядь чёлки за ухо и, зачем-то кивнув, прохожу к подруге. Белла Свон на минималках...

- Лиза? - Мия пытается подняться с диванчика. Но тут же морщится от боли и шипит.

- Чудо, опять ты на себя эту тяжесть взвалила.

- Подняться с дивана не должно быть тяжестью. - она улыбается ему, и он, аккуратно обхватив её талию, помогает ей встать.

Это вообще нормально, что он так её касается? Почему они одни дома, где Матвей? Что бы он на это сказал? И откуда у неё такая милая кличка от него? «Чудо»...

Видимо мои мысли отпечатываются на моём лице, потому что перед тем как меня обнять, Мия замирает.

- Ты в порядке? - вопрошает удивлённо она. Будто я не имею права злиться из-за... Вот чёрт. Не имею ведь. Я тут же натягиваю обескураживающую улыбку на лицо и восклицаю:

- Вот дурная, это я должна тебя об этом спрашивать! - и я обнимаю её очень несдержанно. Мия пыталась скрыть боль, но писк её выдал.

- Поаккуратней, Лизок, сломаешь малышку брата. - он подмигивает мне, и я окончательно теряюсь. Замираю вновь и гляжу на него. Без благоговения. Просто любуюсь им, пока мысль о том, что этот мужчина почему-то не желает вылезать из моей головы, не начинает гложить меня настолько, что я уже почти записала себя в список ненавистных мне людей. Это считается изменой, думать о чужих руках, обнимающих тебя? Точнее пока не обнимающих, но в перспективе...

- Оставляю вас. - предупреждает светловолосый и покидает кухню.

- Мия... - я смотрю в глаза подруге, всё ещё стоящей довольно близко.

- Мне не нравится ни твой тон, ни взгляд. - она не понимает, что происходит, но видит, что со мной что-то не так. Женскую интуицию не обманешь

- Я честно не знаю, как так вышло. - отчаянно взмахиваю руками.

- Вышло что?

- Пока ничего, но мне кажется, что я хочу, чтобы вышло, но Тим, а он вообще друг Матвея, он меня пришибёт... Нет, он даже не примет мои чувства, я маленькая... Это какой-то кошмар, я не могу, что со мной?.. - мой взгляд просит помощи.

- Девочки, всё нормально? - слышу за спиной приятный баритон, но не оборачиваюсь.

- Всё хорошо, - улыбается ему Мия. Сладкий тон её голоса и меня утешает, - Ты иди телевизор посмотри или лучше разберись как Матвею последнюю версию тик-тока скачать, а мы тут пока о своём девчачьем поворкуем.

- Договор, дамы. - и шуршание тапочек удаляется.

- Я...

- Не начинай оправдываться, пока ничего не случилось, притянешь беду раньше положенного. - Мия разворачивается и, прихрамывая, идёт ставить чайник целой рукой. Нам обоим есть чем поделиться, но, чувствую, разговор наш начнётся не с чего должен был.

***

Смелости признаться в своих неожиданно вспыхнувших чувствах (а как будто они вообще когда-то подбирают момент) у меня так и не набралось. Я послушалась совета Мии и раньше времени никаких выводов делать не стала. Это просто мимолётное потрясение, которое за время нашего разговоре сошло на нет.

Подруга поделилась вспыхнувшей ссорой с Матвеем из-за разговора с Тимой, о котором я её вчера была от него наслышана, и, честно, я очень была удивлена реакцией Матвея на случившееся. Он никогда не убегал от проблем и не замалчивал ссор: с ним всё решалось прямо здесь и сейчас и никак иначе. Братец слишком ответственный для такого. Это нетипичное поведение вызывает подозрения, ведь не мог же он остыть к Мие или как там ещё сейчас оправдываются незрелые парни перед своими девушками?

Боже, конечно, нет. Я вообще о Матвее думаю?

- Он меня разлюбил, да? - Мия не шутит, в самом деле спрашивает меня об этом, поднимая трясущейся рукой стакан. Рукав толстовки съезжает, открывая передо мной вид на шрамы. Она тут же подтягивает кофту, заметив мой взгляд. - Это ошибки прошлого. Может, Матвей из-за них меня принять не может?

- Он примет тебя любой. Всегда. Он никогда не уйдёт от того, кого любит. Он даже от отца нашего не отрёкся, а, представь себе, причины были.

- Почему же он тогда ушёл?

- Извините, что влезаю. - в проёме показывается блондинистая голова, а затем широкие плечи и все остальные составляющие части тела Алексея. - Я правда не хотел подслушивать, просто кружка кофе опустошена. - он в самом деле демонстрирует нам опустевший сосуд. - Но Матвей уехал по срочным делам по работе. Ты же знаешь, Мия, - подойдя к кофемашине, он становится спиной к нам, - Он слишком сильно дорожит сохранностью своей компании.

- Конечно, так все изменяющие герои и прикрываются: работой! - восклицаю я, пренебрежительно дёрнув рукой в воздухе, и тут же осекаюсь: на меня уставились четыре пары шокированных глаз. Одни из которых на мокром месте. - Мия... Боже, какая я дура, я не то имела ввиду! Прости... - я встаю с места и подхожу к подруге. Усаживаюсь перед ней на корточки. - Просто к слову пришлось. Матвей никогда бы так не поступил с тобой, ни за что! Да он скорее звезду с неба достанет и в сердце её себе вонзит, лишь бы та для тебя достаточно ярко сияла!

- Но он же был со мной, когда ещё кольцо на пальце носил. Алине он тоже...

- Волон де Морт! - завопил Лёша, повернувшись к нам лицом с уже приготовленным кофе. - Никогда имя этой женщины больше не зазвучит в этих стенах, ясно?! - он поставил свою чашку на стол и опустился на корточки совсем близко ко мне мне. Настолько, что наши колени соприкоснулись. Мурашки одолели моё тело, а дыхание сбилось. Разве что ладошки не вспотели, или...

Я со стыдом отвернула их лицевой стороной в пол. Лёша, что же ты делаешь?

А он тем временем, совершенно никакого внимания на мою дрожь не обращая, утешал невесту своего лучшего друга, убеждая её в безосновательности её выводов касательно жениха.

Когда тирада утихла и Мия наконец расслабилась, я засобиралась домой: беседы беседами, а вебинары по географии никто не отменял.

Вместе со мной на пороге обуваться стал и Лёша.

- Тоже куда-то уходишь? - прервала я затянувшуюся тишину очевидным вопросом, пытаясь не выдать всей моей заинтересованности в его делах.

- В смысле куда-то? Ты одна до дома добираться собралась?

- На такси.

- Сюда ты таким же образом добиралась? - меж его бровей залегла складка.

- А в чём дело? - не понимая натиска, я выпрямилась и уставилась в его глаза.

- И Михаил Лебедев так просто тебя отпустил?

- Папа же понимает, что я взрослая девочка.

- Именно из-за попустительства твоего отца за тобой и приглядывает старший брат. Да если только Матвей узнает...

- Не надо Матвею! - я тут же вскинула руки и замахала ими.

- Ты ехала в его квартиру, надеясь, что он не узнает о том, что ты через весь город не пойми с кем в машине одна ехала? Малая, он обязательно об этом узнает. Я лично ему доложу, лишь бы ты больше не рисковала собой так. Ты чего делаешь то вообще, Елизавета михайловна?

Я не на шутку испугалась и уже готова была упасть на колени и взмолиться об обратном, как на мою сторону встала Мия:

- Лёш, ну в самом деле... Сглупила разок, больше так не поступит. А если что к тебе обращаться будет при надобности. Да, Лиз? - она мягкой улыбкой обещает спасение, и я даже убеждаю саму себя в этом. - И ты, Лёш. Не откажешь же в помощи?

- Я всегда готов тебе помогать. - он обращается ко мне? Взаправду? - Обращайся, я готов ежедневно твоим водителем подрабатывать. Будем кататься с сиренами и мигалками на моей рабочей, только больше не смей собой рисковать, хорошо, Лиз? - и я теряюсь в его словах безвозвратно. Уже хочу было исполнить желаемое: обхватить его шею руками, завизжать и в порыве чмокнуть его от благодарности, как он завершает, - Ты ведь младшая моего кента как-никак. - и легонько поглаживает меня по волосам.

Ты испортил момент. Поздравляю

Я лишь киваю и на унылую гримасу натягиваю улыбку.

- Пока, Мия. Обнимать не стану, боюсь сломать.

- Пока-пока, а за матвея не переживай, мы ничего ему не расскажем. - заверяет меня напоследок, и мы скрываемся за дверью. Сразу, как только Лёша успевает раздать нравоучений Мие по поводу того как правильно запирать дверь.

***

Спустя час я слышу как замок в двери щёлкает. Встаю с кровати и выхожу в прихожую, собираясь встретить Лёшу, но никак не Матвея. Я уже успела решить, что он не вернётся до самой ночи. Молча смотрю на него, а он ведёт себя безучастно. Не запирая за собой двери, только и говорит:

- Собирайся.

- Вернёшь меня в общагу?

- Что? - он на секунду теряется, а затем возвращается к состоянию равнодушия.

- Нет, конечно. Отвезу тебя в одно место.

- Я не хочу никуда ехать.

- Мия, дай мне пожалуйста шанс исправиться.

- Кифа с собой берём? - сдаюсь, даже не удосужившись достойно с ним поспорить.- Да, где он? - и как по зову малыш появляется проходе, счастливо махая хвостиком, встречая хозяина.

- Переодеться можно?

- Как хочешь.

- Переоденусь.

- Помощь нужна?

- Справлюсь. - и по завершению диалога тут же скрываюсь в нашей с ним спальне.

Одеться выбираю в свою самую короткую юбку и свитшот на одно плечо. Назло ему, пусть покривится, представляя какие взгляды я могу этим образом собрать. Может ещё волосы накрутить, чтобы он точно меня здесь запер, доказав этим свою нездоровую одержимость.

Расправившись с домашней одеждой, я влезла в юбку и правой рукой, натянув её на себя, застегнула молнию, сверху на лифчик надела свитшот и почти была горда собой, как поняла, что забыла о колготках.

- Вот чёрт. - прошипела я. глядя на них. Как бы я не относилась сейчас к Матвею, назло ему обморожение зарабатывать не хочется. Я со вздохом усаживаюсь на кровать. Беру колготки в правую руку и гляжу на левую согнутую.

- Это издевательство блин... - пытаюсь просунуть ногу, но ткань ускользает от меня и переворачивается. - Я справлюсь! - ещё несколько жалких попыток, и я, проявляя все прелести своего темперамента, бросаю колготки на пол и закрываю лицо руками. Не передать как я зла на них.

Быстро придя в себя, всё же собираюсь подняться и снова попытаться справиться со своим положением и в кои то веки с колготками, как проход заполняет собой мой мужчина. Он поднимает настрадавшиеся колготки с пола и садится с ними в руках на одно колено передо мной. Собирает ткань так, что она формируется почти что кружочком и убирает в правую руку. Левой ставит мою ногу себе на колено, растягивает ткань по ноге. То же делает и с другой, а по завершению молча подаёт мне руку, с помощью которой я встаю, и натягивает колготки мне на ягодицы.

- Комфортно себя чувствуешь? - всё ещё стоя на одном колене, спрашивает он. Я киваю. - Ты выглядишь неотразимо, детка.

Я уже хочу поблагодарить его за комплимент, но моя гордость вспыхивает, обдавая жаром грудную клетку и твердя мне, что это худшая затея, - таять перед ним после совершённого. И я просто молча смотрю в его шоколадные глаза.

Матвей подаётся вперёд, касается лбом моего живота, а руками очень нежно обхватывает талию.

- Я так виноват перед моей девочкой...

- Ты выпил? - он поднимает на меня глаза.

- Я никогда бы не завалился домой в нетрезвом состоянии. Зная, какой это для тебя триггер и страх, я никогда к алкоголю больше не притронусь. И за год до зачатия нашего первого малыша брошу курить.

- Перейдёшь на чупачупсы? - я отвожу взгляд куда-то в сторону и не касаюсь его самостоятельно. Я всё ещё очень зла.

Он усмехается, радуясь тому, что я в принципе с ним заговорила.

- Слышала, от зависимости избавиться невозможно. Клин клином. Одно обычно меняют на другое.

- У меня лишь одна зависимость, от которой я никогда не избавлюсь. - я кидаю на него взгляд.

- Значит, хочешь, но не можешь? А хочешь зависимость сама тебе поможет и уйдёт? - он крепче сжимает мою талию, намереваясь ответить, но я лишь кривлюсь, - Не надо, убери руки.

И он отпускает. Поднимается с колен и кивает на дверь. Я покидаю комнату, и он идёт за мной.

Вместо тёплой шубки я надеваю короткую куртку с удлинёнными рукавами и прорезями для пальцев, еле достающую до резинки на юбке, благодаря которой та вообще на мне держится. Назло, чтобы он вспыхнул, чтобы наговорил гадостей, чтобы сорвался, чтобы отчитал, но он лишь молча за мной наблюдает.

Также как с колготками помогает обуться в шерстяные полуботы - единственную тёплую вещь на мне.

До машины мы идём в тишине, дверь я открываю себе сама. Показательно.

Едем тоже в тишине. И только когда заезжаем на знакомый мне участок, я не удерживаюсь и спрашиваю:

- Это наш дом? - я поднимаюсь в кресле и высматриваю новогодние украшения на нём. Их не было раньше.

Матвей тормозит и выходит из машины. В этот раз я позволяю ему поухаживать: он открывает мне дверь и подаёт руку. Я пользуюсь его помощью и еле переступаю ногами: настолько поражена красотой, открывшейся моим глазам. Я хочу рассмотреть всё, каждую гирлянду, каждый фонарик и фигурки оленей, но из-за пронзающего ветра и моих капронок этого сделать не удаётся.

- Позволишь прикоснуться? - раздаётся голос над ухом. - Хочу сделать всё как должно было быть в наш день. - наш... Он хоть привезти меня сюда после свадьбы?

Я оборачиваюсь к нему лицом и спрашиваю:

- Когда ты всё это приготовил?

- Большая часть была сделана в начале февраля, сегодня я внёс немного коррективов и добавил кое-что от себя. - Его тёплая ладонь касается моей замёрзшей. - Хочешь посмотреть?

- Это не будет значить, что я тебя простила.

- Конечно нет.

- Ладно. - я топчусь на месте, не зная как мне дальше себя вести, в то время как Матвей быстро сообразил: подхватил меня на руки как пушинку. Очень хрупкую пушинку. Его касания очень нежны. Запахло ментолом и духами. Я уткнулась холодным носом ему в шею и вдохнула несколько раз.

- Ангельская. - только и зашептал он.

Дома он разул меня, усадив на тумбочку в прихожей, и снял с меня куртку. Убрал свои и мои вещи в шкаф. Я не слезала, дождалась, пока он сам это сделает. Всё же истосковалась по прикосновениям.

Оказавшись стоящей на своих двух, я задрала голову вверх заглянула в его глаза, ища в них то родное, что когда-то нашла.

- Пойдём? - мужчина протянул мне руку, и я взяла его за неё. Думала мы так и пойдём, но нет же. Матвей закружил меня и подхватил на руки.

- Так всё должно было быть? - спрашиваю

- Тебе нравится?

- Пока да.

- Значит так.

И он вошёл со мной в гостиную. Я ахнула, увидев украшенный мишурой камин, на котором висят носочки для Санты, огромную тёмно-зелёную живую ёлку с разноцветными шарами и гирляндой, пёстрый домашний ковёр, словно вырезанный и вставленный прямиком из девяностых в наше десятилетие, на полу, разложенный стол-книжку посередине комнаты с чёрно-красной скатертью и гирлянду-дождик на окнах синего цвета.

Прошла вглубь комнаты, несколько раз покрутилась вокруг своей оси, рассматривая убранство и наконец взглянула на жениха.

- Это же как...

- Как в том ресторане. Ты сказала, что хотела бы в своём доме на новый год такую атмосферу. С Новым годом я слегка запоздал, но решил порадовать тебя этим на свадьбу. Но и с ней у нас не получилось. Поэтому когда ещё, если не сейчас. - риторический вопрос, на который никто не даст нам ответа. Он и без того очевиден. - Как насчёт других комнат?

- Украшены и другие?

- Да. Кухня, спальня, ванная, обе душевые на первом и втором этажах и ещё одна комната. Все, кроме будущей комнаты для нашего ребёнка.

- Что за «ещё одна комната»?

- На втором этаже. - он кивает в сторону лестницы, ия прохожу вперёд. Матвей идёт сзади, придерживая меня за спину.

- Киф! - восклицаю на пол пути и оборачиваюсь. - Мы забыли его в машине!\

- Не забыли, он на первом этаже на кухне. Убежал, как только мы зашли.

Я киваю и шагаю дальше наверх. Матвей, забравшись следом, указывает на дверь с правой стороны в самом конце.

- Надеюсь, это красная комната. - говорю вслух, вызывая у него смешок.

- Моя девочка и такое хочет?

- Ты бы знал, что нравится твоей девочке, если бы чаще интересовался тем, что ей необходимо, а не исходил из принципа как тебе будет комфортнее в той или иной ситуации. - я ускорила шаг, но всё же у самой двери притормозила. - Что за ней?

- Загляни.

- Матвей,если там в самом деле красная комната...

- То ты будешь безмерно рада, знаю. Заходи, Мия, тебе понравится.

Я всё никак не решаюсь, отчего-то мне кажется, что за деревянным куском с ручкой прячется что-то, что заставит меня простить матвея, а я не уверена, что хочу этого прямо сейчас, вдруг я совершаю ошибку, выходя за него замуж? Выбирала ли я этого человека или просто схватилась за первую попавшуюся мне возможность заткнуть гештальт с одиночеством? Люблю ли я его? Хочу ли носить на пальце кольцо, а в паспорте его фамилию?

- Не могу... - я с бессилием поворачиваюсь к нему. - Я не могу, Матвей, правда, я не... Не получится у нас ничего. Я не смогу быть с тобой. Я... Я люблю тебя, но не хочу прощать! Ну пожалуйста, прекрати...

- Малыш, малыш, ты чего? - он опускается на корточки и высматривает в моём лице причину тревоги.

- Что там?

- То, что я сделал для тебя.

- Для меня или для того, чтобы я простила тебя? Потому что если это будет что-то дорогое, что-то, что очень мне понравится, что обрадует, то я обязана буду тебя простить, ведь моя совесть съест меня. Ты знаешь как тяжело мне принимать всю твою заботу и то, что ты даришь мне. Это тяжело, практически невыносимо, и я не хочу заходить туда до того, как мы разберёмся с тем, что происходит в наших отношениях. Не хочу, чтобы мой выбор зависел от того, что я там увижу.

- Я понимаю тебя, Мия, прости если это показалось тебе манипуляцией. Я лишь хотел увидеть твою улыбку. Это эгоистично с моей стороны требовать от тебя радости, но твоя боль... Я принимаю её всю, я перенимаю её. И также как и тебя, она разрушает меня, прожигает дыру в области сердца, которую я пытался заполнить работой, но на пути в офис передумал и решил заткнуть её счастьем. Счастьем, что подарило бы мне осознание, что я могу осчастливить тебя. Единственную, для кого я работаю, единственную, о ком я думаю, не прекращая, единственную, ради которой я спешу домой, единственную, ради которой я стараюсь, единственную мою Мию. Единственную, кого я люблю. Иначе нет смысла в моей жизни. Ты и есть мой смысл. И раз одна твоя улыбка способна заткнуть дыру здесь. - он берёт мою руку и кладёт на своё сердце. - Значит я создам миллион поводов, которые заставят приподняться уголки твоих прекрасных губ вверх. Потому что моё существование зависит от одной тебя. Потому что я люблю тебя, моя любимая жена. - он целует тыльную сторону моей ладони и припадает к ней лбом. - Прости меня за мой поступок, я искренне раскаиваюсь и готов понести любое наказание.

- Поднимись с колен и открой эту дверь. Я прощаю тебя, Лебедев.

- Лебедева Мия, сегодня я заново в тебя влюбился. - он снова целует мои пальцы и медленно поднялся с колен.

- Над наказанием я подумаю. - поднимаю глаза с пола на него. - Поцелуй меня уже. - нетерпимо переминаюсь на носочках, и он аккуратно захватывает мои губы своими, склонившись при этом в три погибели. Я упираюсь спиной в дверь, когда он напирает на меня своим весом и постанываю, когда тот проникает языком в мой рот. Дверь тем временем не выдерживает и поддаётся нашему натиску. Я резко распахиваю глаза и поворачиваюсь в руках жениха на 180. Увиденное моим ожиданиям не поддалось.