Экстра глава №4

В комнате стояла тишина — мягкая, почти вязкая, как пар от горячей воды, всё ещё стелющийся из открытой двери душевой. Воздух пах чистым шампунем и чем-то лавандовым, еле уловимым. Со Хен вышла из ванной, на ходу сжимая полотенце, которым небрежно промокала мокрые волосы. Капли всё ещё сбегали по затылку и щекотали позвоночник. Белая хлопковая футболка прилипала к телу, обнажая силуэт под рассеянным светом лампы, а чёрные шорты из тонкой ткани плотно облегали ноги, став почти второй кожей.

Комната была тесной, но аккуратной. Это была студия — всё сразу: и спальня, и гостиная, и крошечная кухня, втиснутая в угол, где над раковиной висели белые полки, а на столешнице стояла половина грейпфрута в тарелке, забытая с утра. Простыня на кровати была не заправлена, а ноутбук всё ещё светился голубоватым экраном, выхватывая из полумрака углы.

Со Хен прошла босиком по прохладному полу и открыла кухонный ящик — среди коробочек и пузырьков взяла знакомую банку с витаминами. Встряхнула. Осталось буквально на пару дней. Она хмуро скривила губы, заглянула в холодильник — полупустой, словно отражение её головы. Один йогурт, немного салата, вода. Всё.

Она села на край кровати, уставившись в настенный календарь, висящий на гвоздике над розеткой. И тут взгляд наткнулся на выделенную красным дату. Завтра.

«Последний день проживания.»

Она сидела, всё ещё с полотенцем в руках, и смотрела на эти слова, будто на смертный приговор.

— Завтра... — прошептала сама себе.Пальцы бессознательно сжались на махровой ткани.

«Завтра нужно продлить. Или... снова вещи в чемодан? Может правда пожить у какие нибудь родственников?»

Она плюхнулась назад на кровать, вздохнув воздух из груди, словно что то давила. На секунду ей показалось, что комната стала меньше, стены придвинулись ближе, а потолок навис.

Деньги. Всё же не с воздуха берутся...

Мысль вырвалась сама, как холодное напоминание, и ударила по груди. Она смотрела на потолок, но перед глазами вдруг возник родной дом. Та самая лестница, которую она проходила каждый день. Мать на диване, суета тети Чхве по утрам и расписанная день по пунктам. Только от одной мысли об этом Со Хен крепко зажмурилась.

И всё же... Уйти вот так. Было ли это правильным? Ответ на ум не приходил, по крайней мере, Со Хен успешно его игнорировала. Он щемил внутри, но не складывался в чёткие слова.Она медленно кивнула, будто убеждала себя:

— Нет, всё будет хорошо. Я справлюсь. Я же уже начала...

Но в следующую секунду другая мысль, похожая на иглу, кольнула глубже:

«Вспомнила о матери только когда закончились деньги. Разве это не эгоистично?..»

Со Хен зажала лицо ладонями и осталась так на мгновение, тяжело дыша. Медленно перевернувшись на бок, девушка прикусила свои ногти, уставившись в пустоту. Мысль одна за другой накатывали и откатывались, как прилив.

— Что теперь?.. — едва слышно прошептала она.

Работать? Устроиться в кафе, на ресепшен, уборщицей, кем угодно... Но тут же вспомнить — экзамены на носу. Всего неделя. Просто неделя, которую нельзя трогать, нельзя растрачивать ни на что лишнее, потому что если провалится — всё будет зря.

Она выдохнула, тяжело, устало. Присела обратно на кровать, сжав полотенце в руках. Из-за сырости оно уже не сушило, а наоборот, начинало раздражать кожу. Пальцы подрагивали. Пульс откуда-то ушёл в горло.

— Либо агентство, — вырвалось вслух.

Глупо было бы забывать о том, что у неё уже есть профессия, возможность, связи, опыт. Мир модельных агентств всё ещё держал двери приоткрытыми для неё. Она знала: если напишет — её примут. Даже предложат контракт. Деньги будут.

Но вместе с этим внутри всё закололо. Мысли начали биться друг об друга — не ритмично, как шаги по подиуму, а в панике. Там, в том мире, она знала каждое правило наизусть: каждый твой шаг контролируют, каждый грамм на весах становится приговором, каждый снимок — новой причиной сомневаться в себе, с новыми комплексами. Снова подсчёт калорий. Снова камеры. Снова взгляды. Снова та, прежняя, Со Хен, которую она так долго пыталась оставить за дверью.

Её дыхание сбилось, ладони сжались.

— Я не хочу обратно, — прошептала она, скорее самой себе. — Я только-только начала дышать...

Телефон завибрировал на краю стола с настойчивой дрожью, вырывая Со Хен из затянутой паутины мыслей. Она чуть вздрогнула, обернулась.

— Мам? — шепнула она себе под нос, уже потянувшись за экраном, в груди будто на секунду что-то сжалось. Она даже не успела осознать, как её пальцы дрожащей привычкой разблокировали экран. Но, увы...

На экране вовсе не было имени матери. Вместо этого — нелепое, слегка раздражающе-дружелюбное уведомление:

«Неадекваты. Тестовая версия‼️»

– Что это за название? – Со Хен склонила голову, уже улыбаясь — бессмысленная тревога в груди понемногу отступала.

Чэвон: Я в шоке... как у нас до сих пор не было общего чата??Чэвон: Вы бы что вообще без меня делали(*¯︶¯*)Чэвон: Ну что, кто уже купил одежду для бала? (кроме Со Хен, ей уже платья я сделала, хихи)

Со Хен фыркнула и быстро набрала:

Со Хен: Ты открыла группу только из за бала, да? Со Хен: Признавайся.

Ким Чэвон сидела на мягком, слегка продавленном диване у себя дома, в вытянутой пижаме с зайцами, с тканевой маской на лице — зелёной, как чайный леденец. Она держала в руках чашку с горячими токпокки, обжигающе острыми и нелепо контрастными к её розовым тапочкам. Перед ней на столе — наполовину растаявшее мороженое в коробке, ноутбук, издающий усталое жужжание, и рядом — распечатанные бумаги с тестами.

— Какой бал, если у нас нет нормального чата?! — вслух возмутилась она, закидывая ещё одно сообщение.

Чэвон: Можно и так сказать (¬‿¬ )Чэвон: и вообще, где благодарность? я тут, между прочим, строю ваш светлый коммуникационный путь.

В это же время, Минги ловко застегнул куртку, стоя у мопеда. На голове — шлем с ярким красным логотипом доставки, а в руке — аккуратно собранный бумажный пакет с едой.

— Намсан-дон, двадцать второй, квартира триста шесть, — монотонно проговорил низким голосом Мин Хек, вручая Минги заказ.

— Есть, понял вас, — Минги кивнул и, отойдя на шаг, открыл телефон, чтобы проверить маршрут.

Экран мигнул — показывая кучу сообщении со группой, с дебильном названием. Он рассмеялся про себя, бегло прочитав сообщение Чэвон, и, не снимая перчатки, печатает:

Минги: Оо, теперь не придется каждому в лс писать. Минги: А на счет одежды,ещё не придумал даже.Минги: Стопэ.Минги: БАЛ УЖЕ 26-го?! (＃'Д')

С неподдельным эмоциям написал он, заодно проверяя дату. Ну почему время так быстро летит. Он еще не успел накопить достаточно денег для подарка, а если еще и над костюмом запариваться...

Вздохнув от некой несправедливостью, Минги застегивает шлем и, на ходу помахав мистеру Хвану напоследок, заводит мотор. Пакет — в сумку. Навигатор — в ухо. Мгновенье — и он уже исчезает за поворотом. К сожалению, работа сам себя не сделает.

Комната была залита мягким светом лампы. Юнхо сидел за письменным столом, склонившись над раскрытым учебником по биологии. Наушники валялись рядом, стул качался вперёд-назад, как и его мысли.

— Вот дурак, даже не знает, когда бал... — пробормотал он, кидая взгляд на экран телефона, где уже виднелись новые сообщения в чате.

Он только собрался ответить, как дверь в комнату распахнулась без стука, и на пороге появился младший брат:

— Хен! Помоги с математикой! Мама сказала, она занята!

— Так я тоже занят! Дверь закрой! — отозвался Юнхо, даже не поворачиваясь. Но младший, встав на носочки и вытянув голову, четко увидел как тот сидел в телефоне. И дьявольская улыбка сразу появился

— Тогда я скажу маме, что ты не учишь уроки! — прозвучал возмущённый голос, и в следующее мгновение малыш, высунув язык, умчался прочь по коридору.

— Вот мелкий засранец... — буркнул Юнхо, вставая, но перед тем, как выйти, всё же быстро отправил:

Юнхо: А я напоминаю, Минги, про наш спор. Готовь деньги. Со Хен: Какой спор? А на что проспорили? Чэвон: Лучше тебе не знать ┐(︶▽︶)┌

Минджон сидела на старой металлической качели, тихонько покачиваясь вперёд-назад. Тонкие прутья скрипели при каждом движении, словно повторяя её нерешительные мысли. В одной руке она держала тающее мороженое в вафельном рожке — обычное ванильное, без украшений, как она и любила. Другой рукой она листала сообщения в телефоне, пока экран не мигнул от нового упоминания.

@Минджон, а ты что наденешь? — сообщение от Чэвон, как всегда прямолинейное и без подготовки, выскочило неожиданно.

Минджон слегка поперхнулась, кашлянула, глядя на экран, будто от смущения даже забыла, как говорить. Пальцы медленно пробежались по клавиатуре:

Минджон: Не знаю... я тоже ещё не думала...— и на мгновение зависли, прежде чем отправить.

Но все же решившись и отправив, она опустила телефон себе на колени, уставилась в землю и замерла, позволяя лёгкому качанию убаюкивать её. Тень от ближайшего дерева закрывала часть лица, но даже под ней можно было уловить тихую грусть, что плотно легла в уголках глаз.

Но, на самом деле, конечно думала. Просто не хотела себе признаваться. Последние дни только и занималась тем, что листала фото нарядов, представляла, как бы она выглядела... если бы пошла и если бы было достаточно средства. Но, вопрос в другом — пойдёт ли она вообще? Сонхва до сих пор ничего не сказал. Ни слова. Ни намёка. И даже если весь класс соберётся — какой в этом смысл, если тот, кто занимает всё её внимание, будто и не думает о ней в таком контексте?

В это время, в другом конце города, в просторном спортзале, залитом ярким электрическим светом, Сонхва стоял на беговой дорожке, сосредоточенно уставившись вперёд. Белая спортивная форма сидела на нём идеально — тонкая ткань почти прилипла к телу от пота, подчёркивая широкие плечи и рельефные руки. В ушах — наушники, но музыка давно стала фоном, а мысли, как назло, стали громче.

Он перечитывал чат. Его взгляд невольно остановился на коротком сообщении Минджон.

«Не знаю... я тоже ещё не думала...»

Почему-то от этих слов внутри кольнуло. Она явно ждала приглашения. Он ведь это знал. Чувствовал. Даже хотел... но так и не решился. Что-то останавливало. Как будто слова застревали в горле, как будто приглашение значило слишком много. Слишком опасно.

«А что, если... если я приглашу её, а потом всё закончится?..»Он машинально потянулся к бутылке с водой, но так и не открыл её. «После школы мы все разойдёмся, — пронеслось в голове. — Может, если я просто... не скажу ничего — забуду?»

Сонхва покачал головой, резко, как будто встряхивая себя. Прогони эти мысли. Прогони её образ. Он снова посмотрел вперёд и нажал кнопку ускорения. Беговая дорожка издала громкий гул, мотор взвыл чуть громче, и тело в движении, наконец, заставило сердце замолчать.

Бег. Только бег.

Чэвон: Ну что, уже балл через пару дней, а там и экзаменыЧэвон: Вы вообще начали повторять? Или мы все вместе провалимся, как и обещали друг другу(╥﹏╥)

Со Хен, по-прежнему полулежа на кровати, облокотившись на локоть, лениво пролистала вверх, прежде чем набрать:

Со Хен: Я думала мы умрём раньше, чем экзамены наступят.Со Хен: Ну чуть-чуть читаю по вечерам.

Она невольно покосилась в сторону стопки учебников, аккуратно сложенных в углу. Они там и остались — не тронутые с понедельника. Но писать «ничего не делаю» тоже как-то неловко. Она убрала прядь с лица, прикусила губу и добавила:

Со Хен: Хотя... я намереваюсь начать. Это уже какой то шаг.Чэвон: Ты всегда так говоришь, а потом как всегда бал +90 ┐(￣ヘ￣)┌Со Хен: _:('ཀ'」 ∠):_

Минги, снова взобравшись на байк после очередной доставки, одним глазом взглянул на экран, примерно взглянув тему обсуждения:

Минги: Я пока не начал, но собирался. Как раз после бала. Минги: Или после летаМинги: Или после армии( ˙▿˙ )

Чэвон: Ты хотя бы выучил танец, Минги?

Минги: В последний раз танцевали в доме Сонхва. Думаю вспомню на ходу.

Со Хен: Йа, и что это значит?

— Вроде бы там смотрят и на костюмы и на танец тоже. — вставила Минджон, прислонившись к качелям и машинально облизнув почти растаявшее мороженое. Пальцы на экране чуть дрожали, ведь холод хоть и не заметный на первый взгляд был.

Сонхва, скосив взгляд на всплывшее сообщение Минджон, будто почувствовал, как сердце дернулось. Он замедлил бег, сдвинул наушник и, тяжело дыша, просто посмотрел на экран. На секунду задержал палец над кнопкой «написать», но потом резко убрал его. Вместо этого он вернул наушник, громко вздохнул и переключил беговую дорожку на более высокий темп, словно пытался убежать от собственных чувств.

Юнхо сидел на полу комнаты братика, (которому все же пришлось помогать по математике)подперев подбородок и уставившись в один из учебников по биологии, где раздел о нервной системе давно уже ассоциировался у него с его собственным состоянием. Он машинально печатал:

Юнхо: Я не хочу жить. Юнхо: Зачем человеку три экзамена за день? Это антигуманно (°ㅂ°╬)

Чэвон:: Так ты же ботан.Чэвон: Тебе только в радость.

— Да ну,— протянул Юнхо, быстро печатая в ответ.

Юнхо: Не оскорбляй меня так. (￣_￣)・・・

Юнхо: Если я ещё раз услышу слово "митоз", я митозируюсь на атомы.

– О, боже, я только дошла до этого раздела... — простонала Минджон, прижимая телефон к груди на секунду. Она сильно выдохнула и чуть сильнее раскачалась на качелях, устало всматриваясь в вечернее небо, будто оно могло подсказать ответы на билеты.

— А у меня даже тетрадей нет, — фыркнула Со Хен. — Угадайте, кто забыла их у доме мамы.

— Если учитель Ким решит проверять тетради в конце семестра, тебе крышка, — язвительно написала Чэвон, одновременно слизывая с пальца соус от кимбапа, который ела, не отрываясь от дивана.

— Ну нет, не напоминай, — Со Хен не дописала, лишь добавила эмодзи с глазами в пустоту.

Минги уже сидел на обочине рядом со скутером, потягивая воду и смотря на вечерний шумный город.

Минги: Кто пойдёт со мной после экзамена в 24/7 раменный? Минги: Традиция же.

Юнхо: Если я сдам хоть один предмет, пойду. Юнхо: Если не сдам — тоже. Так что считай, я в деле.

Чэвон: Берём Сонхву с собой. Чэвон: Он гад, все сообщения читает но не отвечает (⇀_⇀)

Сонхва вздохнул так громко, что один из ребят, бегущий рядом, обернулся. Он достал телефон и коротко написал:

Сонхва: Если будет время пойду.

А потом, глядя на экран с тем самым сообщением Минджон — про то, что она даже не знает, идти ли на бал — снова почти нажал на «ответить». И снова — нет. Он вытер лицо полотенцем, убрал телефон в карманы и закончив с кардио, пошёл в душ.

И в этот момент Чэвон снова написала, только ему в личку:

Чэвон: Серьёзно, пригласи ты уже её. Ты же не дурак, Сонхва.

Металлический щелчок двери душевой, влажный воздух вырвался наружу, завихрением обдав прохладную раздевалку. Сонхва, вытирая волосы полотенцем, вышел босыми шагами по кафелю, капли воды стекали по плечам и груди, оставляя за собой тонкие следы на полу.

На нём было только полотенце, небрежно повязанное на бёдрах. Кожа блестела от влаги, а волосы липли к лбу, сбитые после горячей воды. Он подошёл к скамье у шкафчиков, сел, бросил полотенце на плечо и, не торопясь, потянулся за телефоном.

Экран мигнул — новое сообщение.Сонхва фыркнул, пальцем стёр каплю с уголка экрана, и, не спеша, открыл чат.

Чэвон: Серьёзно, пригласи ты уже её. Ты же не дурак, Сонхва.Чэвон: Я вижу что ты в сети, хватить игнорировать.

Он уставился на первое сообщение. Простой вопрос. Слишком прямой. Как всегда у Чэвон. Он протёр лицо полотенцем, будто это могло очистить мысли — но те всё равно оставались.

Парень мог бы как всегда проигнорировать в своем репертуаре, даже не думая что ответить, но сейчас что то заставило его задуматься и сесть на стул. С Чэвон он не чувствовал скованность поэтому даже не пытался скрыть очевидное. Поэтому он неспеша тыкнул по клавиатуре.

Сонхва: А если она не хочет?

Чэвон что уже перешла к сладкому и смотрела телевизор, тут же вскочила с места, увидев что ее сообщение прочитали и даже ответили. Удивительно.

Чэвон: А ты спрашивал? Или мысли читаешь теперь?Чэвон: Сонхва, камон. Ты ведь сам хочешь пригласить её.

Он провёл пальцем по ободку бутылки с водой, чуть вздохнул и прислонился спиной к холодной плитке стены.

Сонхва: Не знаю.Сонхва: После школы мы разойдёмся — не будет ли хуже, если я сейчас начну?

Долгая пауза.Он даже подумал, что Чэвон обиделась или отступила. Но потом пришёл её новый ответ.

Чэвон: Сонхва. Неужели тебя только это останавливает? Чэвон: А на свои чувства вообще плевать?

Он уставился на эти слова. Будто она вырвала у него мысли, которые он сам боялся признать.Где-то за дверью кто-то шумно зашёл, стукнули кеды. Он отвернулся, уткнувшись лбом в колени, потом снова посмотрел на экран.

Сонхва: А если она откажет?

Чэвон: Ты когда-нибудь видел, чтобы Минджон отказывала тебе хоть в чём-нибудь?Чэвон: Серьёзно. Встань. Открой личку. И напиши ей.Чэвон: Сейчас. ヽ( ･∀･)ﾉ_θ彡☆Σ(ノ 'Д')ノ

Он медленно выдохнул. Вот честно, он даже перед отборочным так не переживал как сейчас. Словно мама снова начнет отчитывать за оценки. Почему он так боится? Задавал себе этот один вопрос, тысячи раз он.

Пальцы зависли над экраном. Он даже открыл чат с Минджон, с которой они разговорили три дня назад. Но пока — Сонхва просто смотрел на старые сообщения, читая их в голове. Но сообщения он так и не написал, не решился.

Но тут то не было, сверху экрана вспыхнула новое сообщение:

Чэвон: Ты же не хочешь, чтобы кто-то другой пригласил её первым?

В этот момент он застыл на месте, словно даже забыв дышать лишь уставившись в экран, и внутренне, тихо — как будто сам себе — сказал:

«Нет. Не хочу.»

Пустая площадка будто вымерла. Ржавые качели скрипели под порывами ветра, едва слышно постанывая, словно им тоже было немного одиноко. Минджон сидела, чуть сутулившись, на одной из них — одна, в пушистой куртке, с закутанным шарфом горлом, держа уже почти растаявшее мороженое, которое медленно капало на салфетку, зажатую в другой ладони. Есть мороженое зимой это конечно ошибка, но законом не запрещено. Её пальцы слегка покраснели от холода, но она не спешила уходить. Слегка раскачиваясь вперёд-назад, она смотрела в телефон, лениво просматривая чат: переписка стихла, все будто бы по своим углам разошлись, уткнулись в дела. Тишина зависла над экраном, как перед дождём.

В этот момент сзади послышались торопливые шаги, тяжёлое дыхание, и чей-то голос хрипло позвал:

— Нуна! Вот ты где!

Минджон обернулась и увидела запыхавшегося Бомгю, своего младшего брата, который замер перед ней, вытирая лоб рукавом и расправляя плечи, словно пробежал марафон.

— Я тебя везде искал! — с упрёком выдохнул он.

— А? Почему? — удивилась Минджон, вставая с качели. Она поспешно сунула ладони в карманы, спасаясь от холодного ветра, и наклонилась к брату.

— Мама зовёт. Сказала, что вода опять течёт... — Бомгю закатил глаза, устало вздохнув, как взрослый человек, уставший от бытовых проблем.

Минджон хмыкнула, понимающе кивнув:

— Ладно, пошли.

Они уже двинулись в сторону дома, медленно, не торопясь, когда в кармане завибрировал телефон. Девушка рефлекторно достала его, ожидая, что это — очередное уведомление из группы, где, возможно, вновь Чэвон скинула мем или Юнхо затеял спор с Минги. Но, едва скользнув взглядом по экрану, она застыла на месте, как вкопанная.

Имя в шапке сообщения, короткое и обыденное, но почему-то сердце мгновенно забилось чаще. Это был Сонхва.

Минджон, не веря глазам, перечитала сообщение раз, другой, третий. Оно было короткое, как дыхание между строк:

Сонхва: Ты идёшь на бал?Сонхва: Если да, может пойдём вместе?

В следующую секунду она прижала ладонь ко рту — чтобы не закричать от неожиданности. Но слишком поздно. Возглас сорвался с её губ — высокий, радостный, почти детский. Бомгю подпрыгнул от неожиданности.

— Чего ты орёшь?! Напугала же! — сердито выпалил он.

Но Минджон не могла остановиться. Она бросила телефон обратно в карман и схватила брата в объятия, закружив его на месте, как будто он был подарком судьбы. Смеялась, визжала, прижималась к нему, будто именно он только что сделал её самой счастливой на свете.

— Он пригласил! Он! САМ! — взволнованно шептала она, не в силах сдержать улыбку, румянец вспыхнул на щеках.

Бомгю смотрел на неё с открытым ртом.

— Чего? Кто? Нуна, ты чего...

Но она уже, с сияющим взглядом, взяла его за руку и покачала в стороны.

— Пошли в магазин! Куплю тебе что хочешь! Любую сладость! Хоть две! Нет, три!

— О, правда? –глаза мальчика загорелись. – Тогда давай быстрее! Не знаю кто тебя так порадовал, но я его обожаю!

А она только засмеялась, будто не помнила, когда в последний раз чувствовала себя такой — лёгкой, счастливой, любимой. И даже если бы сейчас пошёл снег, она бы не удивилась — всё внутри было белым, чистым и искристым, как в сказке.