Глава 10. Битва.

Драко

– Гермиона, поговори со мной. – Мне все-таки удалось словить ее, когда она шла с зельеварения на нумерологию.– Ты и так говоришь со мной, Малфой, – сухо ответила она и пошла дальше. Но я не отставал. Отлично, что здесь нет Поттера и Уизли.Но это не моя заслуга. Вчера вечером ко мне подошел Поттер:– Малфой, надо поговорить.– Я тебя слушаю, – я вспомнил, что Поттер знает, что я их человек.– То письмо... это правда, что ты его не выполнял? Ты любишь Гермиону?– Да... – только и смог вымолвить я.– Слушай, мне очень жаль, что ты не можешь никому рассказать. Ей рассказать. Я тоже не могу. Но я попробую помочь тебе. Она будет одна между зельеварением и нумерологией.– Гермиона, это письмо... это все не правда! – сказал я ей. Других аргументов у меня просто не было.– То есть ты хочешь сказать, что ты не Пожиратель Смерти? – я задумался. «Пусть все думают, что ты Пожиратель Смерти. Только в самый последний момент ты раскроешь себя...» – именно это сказал Дамблдор. Черт! Я даже не могу отрицать!Она молча ушла, а я решил, что больше нет смысла преследовать ее. Она все равно мне не поверит.– Здравствуйте, профессор, – я вошел в кабинет Снейпа.– Садись, Драко, – я послушно сел.– Как дела? – спросил Снейп.– Сейчас сами узнаете, – проговорил я и фыркнул, а Снейп ухмыльнулся.– Леггилеменс!Снейп увидел наш сегодняшний разговор с Гермионой. Но даже не до конца. Я вытолкнул его из своего сознания.– Молодец, Драко! Прекрасно! – сказал Снейп. – Мне кажется, что ты готов. Только с Темным Лордом все намного сложнее. Ты даже не почувствуешь, что он у тебя в голове. Тебе придется оставаться сосредоточенным все время. Я кивнул. Противостояние Снейпу отняло много сил. И у меня, и у него. – Мисс Грейнджер все еще не верит тебе?Я покачал головой.– Все это бесполезно. Она думает, что я Пожиратель. Хоть это и так, я на вашей стороне.Снейп горько улыбнулся.– Ты напоминаешь мне меня в детстве, – тихо сказал он. – Именно одна женщина спасла меня. Хоть сама об этом и не подозревала. – Завтра в десять утра мы пойдем к Пожирателям.– Мы?– Да.Значит, Снейп пойдет со мной. Хоть что-то хорошее.Я долго не мог заснуть, а когда уснул...Я стоял в Малфой-мэноре. Пожиратели плохо на меня поглядывали.– Драко? – спросил Волан-де-Морт. – Ты же предал нас...– Я не предавал вас.– Жаль. А у нас уже есть управа на тебя, – он указал на связанную девушку...– Гермиона! – она только с мольбой посмотрела на меня.– Авада Кедавра! – вспышка зеленого света - и Гермиона упала на пол.– НЕТ! – я проснулся в холодном поту. На часах было девять. Черт! А я еще хотел попрощаться с Гермионой. Мне было все равно, будет она меня слушать или нет. Я просто хотел увидеть ее. Вдруг меня убьют...Я быстро побежал по коридору. Отлично. Она только что вышла из кабинета Защиты от Темных Искусств.– Гермиона! – она обернулась.– Что? – она выглядела отрешенной.– Я просто хотел сказать...– Мне все равно, – оборвала она, – что ты хотел сказать! Просто ты мффмф... – она недоговорила, потому что я поцеловал ее. Как мне не хватало этих теплых нежных губ... Она оттолкнула меня:– Малфой!– На удачу... – тихо прошептал я и ушел.– Драко, ты опоздал! – сказал Снейп, когда я пришел в кабинет зельеварения. – Где ты был? Неважно... Трансгрессируем. И помни: тотальный контроль мыслей.Мы вышли в Хогсмид и трансгрессировали в мой замок.– Драко? – испуганно спросила Нарцисса. – Уходи немедленно! Он убьет тебя!– Нарцисса, успокойся. Драко был предан Темному Лорду все это время, – объяснил Снейп.Мы вошли в зал, где на огромном царском кресле восседал Волан-де-Морт.– Здравствуй, Драко, – поприветствовал он и улыбнулся улыбкой серийного убийцы.«Тотальный контроль мыслей... тотальный контроль мыслей...» – твердил я.– Здравствуй, мой повелитель, – сказал я и склонился.– Ты не исполнил мое задание. Я жду объяснений, – спокойно продолжил он.– А я с радостью вам их предоставлю, мой Лорд. Дамблдор догадался, что я служу вам. Он приставил ко мне хвост. Все время за мной следили. Я не мог даже отправить вам сову... А я решил, раз уж мне приходиться бездействовать, я могу попробовать добиться доверия Дамблдора. Я думал, что вам это будет полезно. Я сделал вид, что очень раскаиваюсь. Что никак не хотел этой метки.– Ты хороший актер, Драко, – сначала мне показалось, что меня раскрыли, – раз сумел провести этого старого маразматика, который в каждом человеке видит только хорошее.Я в мыслях облегчено вздохнул, но все еще контролировал себя.– Мой Лорд, вы верите мне? – в надежде спросил я.Волан-де-Морт пристально посмотрел мне в глаза, а я закрыл свой разум, как меня учил Снейп.– Конечно, я верю тебе, Драко. Я знаю, что ты не мог предать меня. А теперь я просвещу тебя в свои планы. Мы нападем на Хогвартс через два дня. Мы нашли способ обойти защищающие заклинания. Пожиратели войдут в Хогвартс. Никто не сможет трансгрессировать оттуда или воспользоваться камином. Там будет Дамблдор, а, главное, Поттер, – все Пожиратели заржали. – Война начинается. Северус, у тебя особое задание. Ты можешь туда отправляться, – Снейп трансгрессировал.Так вот почему Дамблдору понадобился шпион. Снейп не будет с Волан-де-Мортом все время. А я буду.Совсем незаметно прошли эти два дня. Я аккуратно отсылал Дамблдору сову с письмами, где говорилось количество Пожирателей, точное время начала сражения. В общем, все, что я знал. Но Волан-де-Морт не был глупцом. Он не рассказывал много сведений Пожирателям, а еще каждый день заглядывал в разум любого, с кем разговаривал.– Началось! – взревел Темный Лорд, когда все Пожиратели Смерти оказались в Хогвартсе.И все с криком побежали в Большой Зал. В Большом Зале собралась куча учеников. Все Пожиратели были одеты в черные мантии. Я поразился, когда увидел, что все ученики, которые остались сражаться, и все мракоборцы были одеты в ярко-красные мантии. Я стоял в одном из первых рядов. Я нашел ее. Она храбро держала палочку. Моя Гермиона... Мне нужно было как-то перейти на сторону Дамблдора, но как? Они же все в красных мантиях, а я в черной! Я решил поменьше думать, а следовать плану Дамблдора. Я достал из кармана мантии три «круглых штучки», как называл их я. Или три гранаты, как говорил Дамблдор. Конечно, я мог бы использовать взрывающие заклятья, но Дамблдор сказал, что гранаты будут менее заметны, чем искры из моей волшебной палочки. Не знаю... Но я верил ему. Я глазами отыскал Гермиону. Мы встретились взглядом. Она с ужасом на меня посмотрела, а потом упала в обморок. Поттер и Уизли ее подхватили и куда-то унесли.И я решился. Я кинул эти три гранаты в Пожирателей, предварительно отцепив кольца. Все отвлеклись на странные взрывы, а я быстро перебежал на другой конец зала, который с помощью магии Дамблдор сделал в сто раз больше. Я только сейчас это заметил. Пока я перебегал на сторону Дамблдора, в меня полетело какое-то заклятье. Я думал, что это конец, но нет. Это заклятье со мной ничего не сделало. Вообще ничего. Только потом я заметил, что это заклинание окрасило мою мантию в красный цвет.Битва продолжалась очень долго. Я убил несколько десятков Пожирателей. Ни Гермиона, ни Поттер, ни Уизли не появлялись. Странно...И все же Волан-де-Морта убил Дамблдор. Пожирателей отправили в Азкабан. Некоторые сбежали. Моего отца приговорили к пожизненному заключению. Дамблдор поблагодарил меня, но я попросил его, чтобы он не распространялся о том, что именно я кинул три гранаты в Пожирателей.– Гермиона! – я влетел в больничное крыло. Около ее кровати стояли Поттер и Уизли. – Что случилось? Она жива?– Да. Она жива, – я облегченно вздохнул. – А на тебе красная мантия.– Да. Я сражался за вас, – ответил я Уизли. – Что с Гермионой?– Не знаю, – сказал Поттер. – Она упала в обморок.– А где вы были, когда все... – я не закончил, потому что меня перебил Уизли:– У нас было куда более важное задание, чем убивать Пожирателей.Я лишь пожал плечами.– М... – Гермиона начала приходить в себя. А я-то знал, из-за чего она упала в обморок!– Гермиона, – начал я. Я думал, что она простит меня, когда узнает, что я сражался за них.– Малфой? – как-то сонно проговорила она. Когда до нее дошло, что я – Малфой, она закричала: – Малфой, убирайся! Что он здесь делает! Он Пожиратель Смерти! Гарри! Рон! – у нее началась истерика.Я молча указал на красную мантию.– Я сражался за вас.– Я не верю... – она уже плакала, – я же видела тебя... там... с ними... Вон! Уходи!Поттер виновато на меня посмотрел, а потом тихо прошептал:– Она еще не пришла в себя. Потом поговорите.Я понял намек и ушел. Она и сейчас не верит мне. Что мне делать? Я ведь еще никогда никого не любил... А она изменила меня. Перевернула все у меня внутри с ног на голову! Без нее я уже никто.– Мистер Малфой, – это была МакГонагалл. – Ваши данные оказались не совсем точными. Вы сказали, что наступление начнется в десять, а оно началось в девять. Из-за этого мы не успели эвакуировать некоторых студентов!– Простите, – я действительно раскаивался. – Волан-де-Морт решил подстраховаться. Он сказал всем Пожирателям, что наступление начнется в десять.– Я вам не доверяю, мистер Малфой, – сказала она и осталась такова.– Блейз! – я увидел его, и мы обнялись. – Ты сражался на стороне Дамблдора?– Драко! Я боялся, что тебя убили... Как дела? Да. Мы с Панси сражались на стороне Дамблдора.– Вот только что МакГонагалл встретил.– И что она?– Она такая вредная! Не верит мне! Вечно строгая и святая... Как она меня бесит! Не то, чтобы ее мнение хоть что-то для меня значило... И вообще, я не обязан перед ней отчитываться.– Вот именно, – посоветовал Блейз. – Просто не обращай на эту скучную стерву внимания.– Как у вас с Панси? – хитро улыбаясь, спросил я.– У нас? Никак. Родители отменили помолвку.– Как такое может быть? – я очень расстроился.– Вот так... Но перед битвой я сам предложил ей руку и сердце, – Блейз просто сиял.– А она? – конечно, я знал, что Панси согласится.– Согласилась! – Блейз так радостно улыбался. – Панси Забини...– Не звучит, – поддел я.– Ой, да ну тебя! – Мы с Блейзом пошли в гостиную слизерина.– А как с Гермионой?– Она нашла письмо, в котором мне нужно было втереться к ней в доверие, и обиделась. Она думает, что все это ложь. Но это не так! Если бы не она, я бы сражался на стороне Волан-де-Морта.– Да. Это так. Ничего. Я уверен, что она поверит. Просто нужно предоставить ей такое доказательство, чтобы она не могла никак его оспорить.– Но какое?Этот вопрос так и остался без ответа.