Глава 3. Он тебя под монастырь подведёт, будь уверена

— Привет.

Зашедшая в туалет, чтобы посмотреть, не растрепалась ли коса, Лиза, затормозила в дверях. Встреча с Елисеевой, восседавшей на покоцанном подоконнике, девушку не особенно обрадовала. Никак нельзя было подумать, что Лена не нравилась Черкасовой, нет. Правильнее было бы сказать, что девушка относилась к подруге Белова несколько холодновато, возможно, из-за той откровенной непосредственности и лёгкости характера, которыми обладала Елисеева. Лизе эти черты казались несколько культивированными и утрированными, чтобы быть искренними. А, быть может, имела место простая женская зависть...

— Привет.

— На танцы идёшь сегодня?

Черкасова вздохнула, стараясь сделать это как можно более тихо. На танцы-то хотелось, даже очень, только вот музыкальную студию никто не отменял, так что перспектива развлечений развеивалась, словно лёгкий дымок.

— Нет, дела. А ты?

Елисеева тряхнула русыми волосами и потянулась.

— Все зависит от того, смогу ли я Сашку вытащить. Если он не захочет, то и меня одну не пустит.

Лиза понимающе кивнула и расстегнула портфель, чтобы достать расчёску — коса всё же немного растрепалась и выглядела не очень-то презентабельно. Черная торбочка с характерным стуком упала на пол, выскочив из кармашка, и тут же стала предметом любопытства — Лиза и опомниться не успела, как Ленка, ловко спрыгнув с подоконника, схватила помаду и молниеносно уселась обратно. Сейчас она напоминала сороку на ветке дерева.

— Ух ты! Откуда такая классная?

— Пчёлкин подарил, — Черкасова вздохнула вновь и отвернулась к зеркалу, расчёсывая топорщившиеся «петухи».

— Кто? Пчёла? — Елисеева присвистнула, рассматривая нежно-розовый оттенок помады. — И что же ему от тебя надо?

— В каком смысле? — Лиза отвлеклась от причёски и вопросительно взглянула на ученицу параллели. Ленка цокнула.

— Это же Пчёлкин, боже мой. Он просто так ничего никогда не делает. А тут такая штука дорогая. Да-да, видела, сколько за такие на рынке дерут, больше двадцатки.

— Просто я согласилась «взять его на поруки», — на последних словах Лиза изобразила пальцами кавычки. — И теперь его больше не третируют по поводу пропусков.

Лена громко фыркнула и протянула помаду законной владелице.

— Спорю на новые варёнки, что это — не та причина.

— Мне он так сказал.

— Да потому что ты — святая простота.

Черкасова сделала мину и отвернулась к зеркалу. Отсутствие какой-либо словесной реакции на её выпад не понравилось Ленке — вновь соскочив с насиженного места, она, предварительно проверив юбку на предмет повреждений от дряхлого подоконника, подошла к Лизе и заглянула её отражению в глаза.

— Мой тебе совет — держись-ка ты от него подальше. Я же к их компании имею отношение, знаю, что говорю. Он тебя под монастырь подведёт, будь уверена.

Хлопнув дверью, Елисеева покинула уборную, оставив Лизу стоять неподвижно у зеркала. Девушка тупо смотрела на своё отражение, словно оценивая его. Почему-то именно в эти минуты она, едва ли не впервые в жизни, всерьез задумалась над собственной внешностью. И синий фартук казался сейчас недостаточно выглаженным, и ресницы слишком редкими, и веснушки какими-то слишком явными... Что и говорить — серая мышь. Ленка, вон, и с минимум косметики умудрялась оставаться красивой и яркой, а она... Отвернувшись от ставшего противным зеркала, Лиза опёрлась спиной о холодную кафельную стену и прикрыла глаза. Держись-ка ты от него подальше. И что имела в виду Елисеева, говоря про монастырь?..

                                                                                                ***

—Лиз!

Черкасова обернулась на знакомый голос, так громко окликнувший её. У забора стоял Валера Филатов, приветственно махая ей рукой и явно зовя к себе. Девушка потянула носом тёплый весенний воздух, так приятно пахнувший сиренью, и двинулась к молодому человеку.

— Привет.

— Привет. Что-то случилось?

Филатов растерялся.

— В каком смысле?

— Ну, звал меня так активно...

— Да нет, просто ты единственная, кого я здесь знаю, кроме пацанов и Елисеевой. А никого из них нет, а одному стоять скучно.

Лиза улыбнулась и прислонилась плечом к забору, чтобы облегчить противную боль в оттянутом тяжёлым портфелем плече.

— Устала?

— Семь уроков было, любой бы устал.

— Не знаю, у нас максимум урока три в день.

— А остальное время как же? — Черкасова удивлённо вздёрнула брови. Нет, она, безусловно, знала, что Валера учился в спортивном интернате, так как был сиротой, но неужели всё свободное от учёбы время...

— Тренировки, — кивком подтвердил мысли девушки Валера.

— Я бы умерла.

— Если бы занималась этим с детства, то нет. Организм-то привыкает к нагрузкам. Я скорее без спорта умру теперь, нежели с ним. А ты здорово выглядишь, кстати. У наших девчонок ни у кого таких волос длинных нет.

Черкасова моментально раскраснелась и в первые мгновения даже не знала, что и сказать в ответ на комплимент.

— М-м... а почему нет?

— Неудобно, ухаживать за ними некогда.

— Ты... ты ведь ребят ждешь? Пойдёте куда-то? — Лиза искренне не знала, как продолжить разговор, поэтому и спросила первое, что пришло в голову.

— Ну да, там у Коса с Витей дело есть одно. Надо помочь.

— Какое дело, конечно же, не скажешь?

Филатов нахмурился, и Лиза поспешила пояснить:

— Просто с меня все учителя постоянно спрашивают, где они вечно пропадают, а я не знаю, что и сказать.

— Соври.

— Соврать преподавателю? С ума сошел, — Лиза всплеснула руками, словно отгоняя вредный совет куда подальше, как назойливого комара.

— Ну, или спроси у них напрямую. Просто это не моё дело, я только на подхвате, поэтому и говорить не могу, прости.

— Да ладно, ничего, — Черкасова переминулась с мыска на пятку и посмотрела на маленьких девочек, прыгавших в резиночку в паре метров от неё. — Мне они всё равно ничего не скажут, только пошлют, куда подальше.

— Пчёла не пошлёт.

— С чего ты взял? — ставшая со временем привычной кличка, произнесённая парнем, резанула слух, и Лиза оторвала взгляд от игравших детей.

— Ну, просто знаю, и всё. Спроси по-серьёзному, должен расколоться.

— Это что-то незаконное, да?

— Каждый по-своему может это расценить, — Филатов пожал плечами и махнул куда-то в сторону. Обернувшись, девушка заметила продиравшегося в их сторону сквозь толпу «мелюзги» Космоса.

— Ладно, я пойду.

— Уже? — Валера заметно растерялся, словно не желая, чтобы девушка его оставляла наедине с мрачным товарищем.

— Он меня не очень-то любит, если честно, — шепнула Филу на ухо Лиза, и, подхватив портфель, поспешила скрыться в толпе — так, чтобы Холмогоров её не заметил. Впрочем, стоило ей чересчур увлечься «побегом», как откуда ни возьмись на её пути возник Пчёлкин, которого девушка, впрочем, заметила слишком поздно.

— Ай!

— Прости.

Лиза поморщилась и потёрла ушибленную руку — совершенно не заметив Пчёлу, она буквально врезалась в него, ударившись о крепкое плечо. Покачнувшись на каблуках, Черкасова и вовсе едва не упала, благо, Витя вовремя придержал её за локоть.

— Твои уже собрались.

Всё ещё державший старосту за руку Пчёлкин вдруг сжал тонкое плечо сильнее и нахмурился.

— В каком смысле «собрались»?

— Ну... вон, у забора стоят. А ты что имел в виду? — Лиза попыталась высвободить локоть, но не тут-то было.

— А, это... просто не так тебя понял, извини.

— Странный ты какой-то, Вить.

— Что?

— Странный, говорю. Случилось что-то?

— Да так, проблемка кое-какая... неважно. Иди.

— Руку-то отпусти.

Пчёла непонимающе взглянул на одноклассницу, и та кивнула на руку, всё ещё им сжимаемую. Выпустив локоть, Витя почесал затылок.

— М-да, день сегодня хреновый... не обращай внимания, в общем.

— Пчёл, мы тебя только ждем! — чуть поодаль раздался злобный голос Космоса — всё это время он нагло наблюдал за молодыми людьми и не испытывал ровным счётом никакого смущения. — Заканчивай там свои сцены.

— Иду! — Витя повернулся к Лизе и чмокнул ту в щёку. — Пока.

Черкасова покачнулась и нахмурилась. Обернуться не хватило смелости, поэтому девушка так и осталась стоять неподвижно, словно не понимая, что случилось, и с чего вдруг Пчёлкин её поцеловал. Пусть даже в щёку.

Он тебя под монастырь подведёт, будь уверена.