20.

Я просыпаюсь и вижу, что Егора нет рядом. Сразу становится одиноко. Ночью он был со мной и, несмотря на усталость и сонливость, имел меня как сумасшедший. Возможно, поэтому я сейчас чувствую такую отвратительную тошноту и боль в теле.

Но сейчас мне это неважно. Вчерашнее плохое предчувствие никуда не испарилось. Почему же мне навязывается мысль о том, что Егор что-то скрывает от меня? А если мои страхи правдивы? Но что именно он от меня кроет, даже в голову не закрадывается.

Я все еще не знаю, кто он, чем занимается в целом и почему о нем так отзываются?

«Вы хоть понимаете, с кем связались?»

«Не боитесь?»

Чего же я должна бояться? Может, тот мужчина, Эдуард, имел в виду то, что за Егором охотятся какие-то уроды?

С этими мыслями я умываюсь, привожу себя в порядок и спускаюсь вниз.

— Доброе утро, госпожа Валентина, — тепло улыбается мне горничная и низко кланяется. — Как спалось?

— Спасибо, хорошо, — улыбаюсь я, ощущая противный вкус металла во рту, которое я тут же спешу растворить водой. Выхватываю стакан, наполненный прозрачной жидкостью, и делаю глоток.

Сидя за столом и завтракая, чувство тошноты не покидает меня. Это странно.

Я не знаю, почему мне так плохо. Может быть, это просто физическая усталость после бурной ночи. Или, может быть, я просто слишком сильно нервничаю из-за разных догадок. Я не могу избавиться от ощущения, что что-то не так.

Чувство тошноты усиливается, и я едва могу доесть свой завтрак. Я встаю из-за стола и поспешно иду в ванную. Стоит мне опереться, меня рвет, и я чувствую себя еще хуже. Умываюсь холодной водой, надеясь, что это улучшит состояние. Гляжу на себя в зеркале, и глаза наполняются слезами. Бледная, как мел, а тошнота все не отстаёт.

Выхожу из ванной и вижу, что Егор стоит в дверях. Он выглядит обеспокоенным. Подходит ко мне быстрым шагом и хватает моё мокрое лицо в свои ладони, внимательно разглядывая меня.

— Что случилось? Тебе плохо? — спрашивает он с тревогой в голосе, и я вижу, как его руки начинают дрожать. — Валя, не молчи!

— Успокойся, Егор, просто тошнит и вырвало, — говорю я и пытаюсь утихомирить его пыл. Трогаю его ладони, все ещё держащие меня за лицо.

— Почему? Что-то не то съела? Может, отравилась?

— Я не знаю, — пожимаю я плечами. — Может, не стоило вчера на ночь сладкое есть.

Егор с переживанием смотрит на меня и приобнимает за талию. Он успокаивающе поглаживает меня по спине и хмурится, словно что-то раздумывает.

— А возможно, это из-за алкоголя, — предполагаю, вспомнив, что давно столько не выпивала.

— Да, может быть. Пойдем, тебе нужно отдохнуть, — он ведёт меня в спальню, сдёргивает покрывало, и я ложусь на мягкий матрас. Кораблин устраивает подушки более удобно и накрывает меня простыней, присаживаясь возле меня. — Лежи, а я приготовлю тебе травяной чай, хорошо?

— Сам?

— Для тебя не жалко, — Егор целует меня в изгиб шеи. Он поднимается на ноги и смотрит на меня сверху вниз. — Я скоро вернусь.

Егор уходит на кухню, а я остаюсь лежать, пытаясь расслабиться. Гляжу на белоснежный потолок с озолоченным узором и устало вздыхаю.

Не проходит и века, как слышу, что Егор возвращается. Он ставит на тумбочку чашку с горячим чаем и садится рядом. Он протягивает мне чашку, и я беру её дрожащими руками. Горячий напиток обжигает, но я стараюсь сделать глоток.

— Вот, выпей, — говорит он, внимательно следя за мной. Я беру чашку в руки и делаю глоток. Чай действительно помогает, но тошнота всё ещё не отпускает полностью. — Ты уверена, что всё в порядке? Может, врача вызывать?

— Не надо, — отрицательно качаю я головой, стараясь звучать упорно. — Просто немного нехорошо, должно пройти.

— Если что-то будет беспокоить, скажи мне, — говорит он, наклоняясь и целуя меня в лоб. — Я не переживу, если с тобой что-то случится, ты же знаешь это, жемчужинка?

Его милые слова и пронзительный взгляд трогают меня за живое, в самую глубину души проникают и растекаются по венам вместе с кровью, ускоряя пульс.

— Теперь знаю, — киваю я. — Ну всё, Егор, прекращай. Мне станет гораздо лучше, если ты ляжешь со мной и обнимешь!

— Но...

— Ну пожалуйста, — прерывая его, с мольбой тяну я, и мои губы невольно дуются от обиды. — Немножечко!

Егор, как бы ни пытался держать серьёзный вид, не сдерживает милой улыбки и валится рядом со мной на кровати. Крепче-крепкого, нежней-нежненейшего обнимает меня за талию и притягивает ближе к себе, поглаживает все места на моем хрупком теле. Егор укладывает меня на спину, его руки ласково касаются моего лица, гладят скулы, лоб, щеки. Его глаза светятся теплом и заботой, словно он пытается передать мне всю свою любовь и поддержку. Я чувствую, как его дыхание становится ровнее, а взгляд — мягче.

— Ты знаешь, что бы я сделал, если бы с тобой что-то случилось? — шепчет он, наклоняясь ближе. — Я бы перевернул весь мир, убил бы каждого, кто встанет у меня на пути....Лишь бы ты была здорова, невредима и счастлива. И главное, чтобы была моей.

Я улыбаюсь, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза, которые я отчётливо пытаюсь скрыть. Его слова трогают меня до глубины души. Я кладу руку на его грудь, ощущая, как сильно и ровно бьется его сердце.

— Ой, как романтично, — говорю я и дрожащим голосом смеюсь, прижимаясь к нему. — Мне так хорошо с тобой.

Егор улыбается и целует меня в губы. Его поцелуй нежный, но в то же время страстный, как будто он пытается передать мне всю свою любовь. Я отвечаю на поцелуй, чувствуя, как внутри меня разливается тепло.

Мы лежим так несколько минут, наслаждаясь друг другом. Егор крепче обнимает меня, его дыхание становится ровным. Я закрываю глаза, чувствуя, как постепенно отпускает напряжение.

— Ты действительно сделал бы ради меня одной всё, что только перечислил? — спрашиваю я, нарушая тишину.

Егор приподнимается на локте и смотрит на меня с улыбкой.

— Действительно сделал бы. Ради тебя всё сделаю, разве не в этом заключается любовь? — спрашивает он, приподняв густую бровь и ухмыльнувшись.

Я киваю, чувствуя, как на душе становится спокойнее. Его слова действительно помогают. Я верю ему, верю в его любовь и заботу.

— И я люблю тебя, — снова говорю я, прижимаясь к нему еще крепче. — Я так счастлива с тобой, как не с кем.

Егор улыбается и накрывает меня своим теплым телом. Его руки продолжают нежно гладить меня, его дыхание становится все более ровным. Я чувствую, как засыпаю, чувствуя себя в безопасности и любви. Тошнота слегка отошла, отставив за собой неприятные следы. Но это не так важно.

Я открываю глаза и вижу, что комната залита мягким светом. Егор все еще спит рядом со мной, его дыхание ровное и спокойное. Я осторожно выскальзываю из-под его рук и иду к окну. За окном открывается прекрасный вид на сад, окруженный высокими деревьями. Я смотрю на этот пейзаж, чувствуя, как сердце наполняется радостью и благодарностью.