Глава 4

Проснувшись утром, Джордж и Гермиона обнаружили на подоконнике портал до Лондона и записку: "Желаем любви и счастья!".Часы показывали десять, и Гермиона заторопилась. С Джорджем она простилась у дверей своей квартиры в Сити. Она пригласила его войти, но он отказался. Она не знала, что сказать, потому смущенно улыбнулась и:- Спасибо за вчерашний день, Джордж. Лучший день в моей жизни!- Тебе спасибо за отличную компанию.Они попрощались - довольно скомкано, и Джордж аппарировал, а Гермиона закрыла дверь и прижалась к ней спиной. Сердце бешенно колотилось...Проходя в ванную мимо гостинной, Гермиона заметила на полу возле камина белый лист бумаги. Она подняла его и прочитала: "Прости меня. Я дурак. Люблю тебя. Давай встретимся в "Трех метлах" в обед. Рон".Он отправил эту записку ночью, когда она была у Джорджа дома. Наверное, опомнился, одумался. Если бы Гермиона прочитала ее перед отъездом в Грецию, она не поехала бы. Гермиона себя знала.Но она не прочитала.А сейчас все изменилось.

Месяц спустя.***Все как-то закрутилось – Хогвартс, знакомства с преподавателями - новыми и старыми (заново), расписание, планы занятий, студенты… Если в общем – школа затянула в себя с головой. На мысли о Джордже просто не было времени, особенно первые две недели. Нет, Гермиона постоянно помнила о нем, но что-то делать, какие-то шаги навстречу своей любви – для этого у нее просто не хватало никаких сил. А если честно, она боялась. Между прочим, с Роном все было окончено – раз и навсегда. Они все-таки встретились после ее возвращения из Греции, но Гермиона пошла на эту встречу лишь для того, чтобы убедиться – она не любит Рона.Она в этом убедилась, и он тоже. В общем-то, они неплохо поговорили, и расстались, по крайней мере, не врагами. Эрос был прав…Но от Джорджа не было вестей, и Гермиона тоже не решалась что-то делать. Она считала, что если он предназначен ей судьбой, он должен как-то дать ей понять, что она дорога ему…Но ничего не происходило. И Гермиона с головой погрузилась в работу.Однажды вечером в дверь ее лондонской квартиры постучали.Это был курьер, который передал ей посылку-коробку.Гермиона села за стол на кухне и уставилась на коробку. Отправителем значился Джордж Уизли, Хогсмид.Наконец, усилием воли взяв себя в руки, Гермиона открыла коробку и увидела стопку «живых» фотографий из Греции. Она перебирала их, с удовольствием разглядывая – она забыла фотоаппарат у Джорджа, и забрать свою сумку не хватало времени (или мешал страх…). Фотографии были замечательные, а на одной из них была запечатлена она, стоящая на причале, глядящая вдаль… Ветер шевелил ее волосы… Такая красивая фотография – неужели это Джордж ее сфотографировал?Между фотографиями лежал сложенный вчетверо белый лист пергамента. С гулко бьющимся в груди сердце Гермиона развернула его и прочитала:- Не страшись высоты,В ней поэзия чувств.И на крыльях мечтыЯ к тебе полечу.Все твои страхи своей мечтойОбезоружить хочу.Не грусти в темноте –Ночью много огня.Может быть, на ЛунеТы увидишь меня.Осмелюсь ярким пятном в ночиТвой чудный сон охранять.Не тревожь пустоту,Не пытайся прогнать.Как слеза я придуОстудить и понять.На влажном зареве щек твоихЯ буду страстью пылать.Это было признание. Такое нежное и страстное... Гермиона расплакалась от переполняющих ее чувств благодарности, облегчения, а главное - любви.Стихотворение было приглашением - в дом Джорджа, а если точнее - в его жизнь. И он не сомневался в обоюдности их чувств, в ответе Гермионы на это приглашение, потому что в коробке была открытка с видом на Акрополь, которая, как только Гермиона ее заметила, засветилась голубоватым светом.Портал. Джордж ждет ее. И она идет к нему.Гермиона со счастливой улыбкой взяла открытку в руки... Переход. Переход к новой жизни, новому счастью.

Два месяца спустя, середина дня, Косая аллея. ***- Смотри, Джордж, впереди идет Рон. - Точно он. Эй, Рон! Не слышит...- Так он не один, а с девушкой.- Ты про златовласку рядом с ним?- Именно. Постой... это, случайно, не... Эви?!Златовласка вдруг обернулась и помахала парочке рукой. И подмигнула, весело глядя на их ошеломленные лица.

Конец