Глава семнадцатая

Мысли грызли изнутри, желая вырваться наружу, оставить опечаток чернил на белой бумаге. Страхи не имели границ – они сводили с ума, насмехаясь исподтишка. Одиночество предало, оставляя на растерзание волку. Антон стал рабом собственных желаний.

Ночь тянулась долго, кошмары не давали покоя. Всё казалось таким карточным. Антон по собственной воле остался у своего кукловода.

– Интересно, что дальше...

Шатен ухмыльнулся в темноту, но первая слеза стекла по щеке. У него больше не было дома. И эта мысль окончательно сломала парня. Слезы ручьем текли на подушку, но Антон и звука не издал, захлёбываясь в тишине. Теперь Страх стал его другом. Страх завтрашнего дня. Страх потерять то последнее. Единственное.

Страх потерять Арсения. Стать ненужным.

– Придурок, – сквозь слёзы и дрожащие губы прохрипел Антон. Он не знал, как убить это чувство в себе. Холод покрывал его изнутри и казалось, что уже ничто его не согреет. Потому что улыбка Арсения слишком ледяная, а в голубых глазах было только внутреннее отвращение, скрытое за ложной маской заботы.

Антон понимал – дольше он не протянет.

***

Выйдя утром из спальни, Арсений сразу же направился на кухню за чашкой кофе, пытаясь не споткнуться о хвост Шерлока, улёгшегося прямо у прохода. В гостиной, где спал Антон, было довольно прохладно, и Арсений сразу же понял, в чём дело.

Найдя Антона курящего на балконе, он не стал отбирать сигарету, заметив довольно бледный вид парня. Зелёные глаза вновь были опустошены, а губы парня сжаты. Арсений почувствовал стену между ними, что сразу же ему не понравилось. Но ведь у Страха есть свои последствия.

– Собирайся, отвезу тебя в школу, - кинул Арсений, собираясь пойти на кухню, но до его слуха донесся тихий голос шатена:

– Я не поеду.

Арсений на минуту застыл, всматриваясь в худой силуэт парня. Было ощущение, что сейчас перед ним стоит призрак. И стоило протянуть руку, как тот исчезнет. Впервые брюнету было непонятно, что творится в голове другого человека, и его это будоражило всё больше.

Ведь самая интересная игра — это русская рулетка. Всё или ничего. Азарт туманит разум. И кто-то впадёт в отчаяние, смирившись с неизбежным, а кто-то с улыбкой на лице сделает свой ход, ловя кайф от происходящего.

Арсений был хорошим игроком. Таких называют безумцами. Но на каждого безумца найдется свой псих.

– Ну что же, значит поедешь со мной в университет, – поставив шатена перед фактом, Арсений наконец-то пошёл за желаемой чашкой кофе, доставая сразу две кружки. Давно он не приглашал к себе в гости, а тем более – позволял остаться на ночь.

***

Выйдя из машины, Арсений обошёл её, открыв дверь Антону. Тот особо и не сопротивлялся. Идея провести день в чужом университете, а не в школе, казалась более заманчивой.

– Просто не высовывайся сильно. Тут преподаватели мало внимания обращают на студентов, но ты всё-таки слишком уж смахиваешь на школьника, – предупредил Арсений, ведя Антона за собой в поток студентов.

– Может, потому что я и есть школьник? – вздёрнул бровью шатен, но спокойно шёл за брюнетом. Тот лишь закатил глаза, прижимая парня ближе к себе. Казалось, никто не обращал на них никакого внимания, что позволило Арсению спокойно усадить Антона в конце аудитории и сесть рядом, но стоило им с удобством устроиться, как рядом с брюнетом села девушка, ярко улыбаясь.

– Давно не виделись, Арс. Как выходные? – спросила, смахнув прядь волос с лица, и ожидающе уставилась на однокурсника.

– Да вот, приглядывал за одним бродячим котом, которого нашёл рядом с работой, – уголками губ улыбнулся Арсений, а после улыбка мгновенно исчезла, оставив в голубых глазах отвратность. – Что тебе надо, Катя?

– В эту пятницу вечеринка у Серёжи. Придёшь?

– И по какой причине я должен идти туда?

– Ну, Серёжа же твой друг? – вздёрнула бровью девушка. Поправив лямку рюкзака, она встала с места и головой махнула в сторону тихо сидящего Антона. – И захвати этого ребёнка с собой. Милые мордашки всегда привлекают много внимания.

Екатерина обошла ряд и села рядом с подругами, пока Арсений метал в неё молнии.

– Интересная девушка, – подметил Антон, внутренне ликуя, так как Екатерина смогла задеть что-то в Арсении. Брюнет стал ещё угрюмее, только на этот раз взгляд голубых омутов был направлен на рядом сидящего шатена.

– Надеюсь, все уже тут. Что же, тогда начнём, – Антона спас пришедший преподаватель, который начал лекцию о Римской истории, даже не обращая внимания на аудиторию. Только вот Арсений не собирался отступать на этом. Положив ладонь на худое колено парня, он ухмыльнулся, заметив настороженность. Чуть пройдясь вверх по внутренней стороне бедра шатена, Арсений наклонился к нему, прошептав:

– А об этом мы ещё поговорим.

И Антон не сомневался, что разговор будет.

Арсений не спешил убрать руку с бедра Антона, наслаждаясь его замешательством. А Антон тем временем не знал, как ему поступить. Он хотел отодвинуть брюнета от себя, назначить границы, но он боялся потерять это тепло. Даже если оно было лживым. Даже если это ничто иное как самообман.

– И куда же ты дел свои коготки, мелкий? – поинтересовался Арсений, на что сразу же получил шлепок по руке и злобный взгляд, что заставило его только шире улыбнуться. – Вот это другое дело.

***

На протяжении следующих лекций, Арсений также не спускал взгляда с парня, будто играя роль сторожевого пса. И Антону это наскучило. Сказав, что пойдёт в туалет и оставляя Арсения сидеть в кафе с кружками кофе, шатен быстрым шагом направился в сторону выхода, с облегчением вдыхая запах свободы. Было лишь одно место, куда он мог пойти. Или, вернее, к кому. И он побежал в сторону остановки, куда уже подъезжал нужный автобус.

В ожидании шатена, Арсений достал книгу «12 лет рабства», которую всё никак не мог дочитать. А ведь после слов Антона книга заиграла совсем другими красками. Теми, которых Арсений не замечал раньше. Страницы обрели иной оттенок грязи, от которого хотелось блевать.

– Выглядишь заинтересованным, – Арсений прикрыл глаза, в мыслях считая до десяти, а после с наигранной улыбкой повернувшись к Эдуарду, в руках которого был стаканчик с кофе. Их взгляды пересеклись и оба поняли, что никто из них не хочет начинать этот диалог, но «дружба» требовала поддержать видимость общения.

– Выглядишь уставшим, – сталь в голосе Арсения заставила Эдуарда вздрогнуть. Силой сжав стакан в руке, парень не обратил внимания на то, что часть напитка пролилась на пол. Парня брала злость от надменного взгляда напротив. – Уже определился?

– А тебе это важно?

– Да не очень, если честно. Это твоя ответственность, – Арсений безразлично пожал плечами, вновь опуская взгляд на страницу книги. – Лишь надеюсь, что ты наконец-то возьмёшь себя в руки.

Эдуарда будто ледяной водой облили. В мгновение его друг стал совсем другим. Он не пытался казаться дружелюбным, не улыбался привычной улыбкой, не строил из себя актёра, жизнь которого и стала его великой игрой.

Арсений казался человеком.

– Арс... Ты... Когда ты последний раз был счастливым? – Эдуард слышал стук собственного сердца, а в горле застрявший ком не позволил больше проронить ни слова. Он ожидал увидеть обычную улыбку друга. Ту, которую он видел постоянно. Услышать ироничный смех и посмеяться с собственных слов. Но...

В голубых глазах друга не было ни капли веселья. Там был мрак и отчаяние. То, что парень не замечал долгие годы.

Сколько же Арсений прятал это в себе?

И Эдуарду стало противно от самого себя. Ведь он никогда подумать не мог, что его близкий друг давно перестал искренне улыбаться.

– Счастье? Довольно абстрактное чувство, ты так не думаешь? Счастье от встречи с любимым или счастье от обретённой свободы. Как в этой книге, – Арсений пальцем показал на обложку, подняв её вверх. Его оскал заставил Эдуарда нахмуриться. Казалось, вот она правда, которую он искал. Так почему от неё так воротит? – Так о каком счастье мы говорим? Неужто о той свободе? Свобода... Её отнимают каждый раз, как только я пытаюсь вырваться из клетки! Каждый раз, как сбрасываю с себя кандалы чужих ожиданий! Каждый раз, когда я пытаюсь бороться за свои желания, их просто топчут, давая понять, что все они – пустышка! Пустышка, как и я сам! – кулаком стукнув по столу, Арсений сжал губы, с прищуром уставившись на друга, который перестал дышать от потрясения, ведь видеть, как Арсений теряет контроль, было слишком большим потрясением. – О таком счастье ты говоришь? Тогда, увы, мне не дано его обрести.

Захлопнув книгу и собрав вещи, Арсений быстрым шагом направился прочь из кафе, не желая продолжать данный разговор. Да и было понятно, что Антон не вернётся. Но у Арсения не было желания бегать за ним. Больше нет. Больше он не собирался возиться с ним.

Он возьмёт то, что ему положено.

***

Тяжело вздохнув, Антон постучал в дверь палаты, но, не услышав ничего в ответ, просто зашёл внутрь. Взгляд сразу же упал на спящего Дмитрия, который выглядел слишком уставшим для того, кто лежал в больнице. Мертвецы и то живее его.

– Он отказывается от таблеток, - послышалось со стороны и шатен резко повернулся, встречаясь с грустной улыбкой матери Дмитрия. У Антона сжалось сердце при виде женщины, ведь несмотря на то, что мать друга была строгая, она всегда с любовью относилась к сыну и Антону, заменив ему семью.

– Я могу чем-то помочь? – проглотив ком горечи, поинтересовался Антон, садясь на другой стул рядом с кроватью. Женщина устало потёрла глаза. Видимо, шатен разбудил её, отчего почувствовал ещё больший стыд.

Мама с любовью взглянула на спящего сына, и, взяв его за руку, повернулась к Антону, который сидел как на иголках, желая помочь хоть чем-то.

– Никто из нас не сможет ему помочь. Мы лишь должны быть терпеливыми.

Антон поник, несмотря на то, что знал об этом. Обреченность окутала их обоих. Не в состоянии помочь самому близкому человеку, они могли только ожидать, что всё наладится. И как надолго? Сколько месяцев?

Им были известны фатальные последствия биполярного расстройства.

– Антон, сделай мне одолжение...

***

Девушка сидела в студии, увлеченно печатая новую статью для журнала. Она была довольна фотографиями. Да и всей суматохой, которая творилась вокруг – она любила собирать материал и писать истории о людях. Порой самые печальные, но зато истинные.

Вряд ли она когда-нибудь и правда станет журналистом, ведь сплетни – это совсем не её.

Краем глаза она заметила открывающуюся дверь, а после её внимание привлёк Егор, в руках которого был букет ромашек.

– Ты что тут делаешь? – удивилась Оксана, ведь они редко общались. Да и то, в основном из-за Антона.

Егор подошёл к девушке, положив букет цветов на стол и спокойно улыбнулся, вглядываясь в экран компьютера, где видел знакомые моменты с вечера.

– Решил поблагодарить тебя. Ты же любишь ромашки? – спрятав руки в карманы куртки, Егор сел на край стола, следя за реакцией девушки сверху. Оксана же не сразу поняла сказанное, поэтому лишь спустя пару мгновений она протянула руку, взяв букет и потянув его к себе, вдыхая приятный аромат. На лице девушки появилась счастливая улыбка и она с благодарностью взглянула на парня.

– Спасибо, Егор. Но... За что благодарность?

– За то, что Антон вновь взял фотоаппарат в руки. Спасибо, – и, кивнув, Егор направился в сторону выхода, оставив девушку работать дальше. Оксана же осталась сидеть в полном шоке, хоть и понимала, что Егор имел в виду.

Ведь она и сама замечала эту ужасающую безжизненность в глазах шатена.

***

– Когда Дима придёт в стабильное состояние, помоги мне уговорить его к переезду.

Слова женщины всю дорогу крутились в голове. Антон не ощущал мороза, полностью утонув в своих мыслях, которые вводили его все глубже в пустыню, откуда он уже не видел выход. И лишь резкий звук тормозов привел его в чувства, заставив встать столбом посреди дороги.

Водитель выглядел злым и, подняв голову, шатен заметил, горел красный, пока он спокойно переходил дорогу.

– Тебе жить надоело, сопляк? Проходи, пока я тебя не переехал! – крикнув водитель сквозь открытое окно, но Антон только бросил на него надменный взгляд, продолжив путь к нужному дому.

А ждал ли его Арсений вообще?

– Ха, – Антон не сдержал насмешки, ведь ожидал увидеть свои вещи на улице. Никто не будет возиться с проблемным ребёнком. Он и сам бы отказался от себя. Но, к его удивлению, вещей на улице не оказалось, а позвонив в нужную квартиру, входная дверь открылась. – Да неужели.

Лениво идя к лифту, Антон даже не стал заморачиваться о причине, по которой ушёл, ничего не сказав. Арсений сам дал понять, что это игра. Сказка, которая скоро закончится. Он игрушка, не более. Значит, и вести себя будет соответственно.

Когда двери лифта открылись, Антон хотел выйти, но его встретил с виду спокойный брюнет, одетый в черные джинсы и черную футболку. Весь образ напротив напоминал Антону ворона, и вмиг захотелось прочитать творчество Эдгара Аллана По.

– Давно не виделись? – махнул рукой шатен, но взгляд напротив остался неизменчивым. – Ну что же, я соберу вещи и уйду, так что больше не нужно...

Но не успел Антон договорить, как Арсений схватил его за руку, потянув на себя и закидывая на своё плечо. Происходящее было слишком неожиданным, и шатен не сразу понял, что его как куклу несут в квартиру, поэтому и отпираться начал не сразу, но стоило зайти в квартиру, как он, не жалея сил, попытался пнуть брюнета коленом, только вот ничего не получилось, ведь силы были неравны, а стальная хватка Арсения стала крепче.

– Ты что творишь, пусти! – шипел парень, вертясь в разные стороны, тем самым нанося вред больше себе, чем сопернику, ведь силы быстро потратились, оставив тяжелую отдышку.

Кинув Антона на кровать, Арсений сразу же навис над парнем, не дав тому возможность выбраться. Хищный оскал голубоглазого ввел парня в дрожь, а ремень, который брюнет достал из черных джинсов, опасно сверкнул перед носом шатена, заставив того забиться в угол кровати.

– Пустить? Ни за что, кот, - опасный взгляд, ловкие движения – и руки Антона мгновенно оказались сжаты крепкой хваткой и связанны тем самым кожаным ремнем.

Антон беззащитный.

Антон слабый.

Антон в клетке самого настоящего Демона.

– Давай уже закончим эту сказку, Алиса?