Часть 41

Пэйтон, не сдержавшись, крепко прижал её к себе. Его руки, дрожащие от напряжения, обняли Лили так сильно, будто он боялся её потерять. Он наклонился к ней и, не думая, поцеловал её в лоб, тихо шепча успокаивающие слова. Сам он не до конца осознавал, что чувствует — страх, облегчение, любовь, — всё смешалось в один вихрь эмоций.

Лили вся тряслась, её тело отзывалось на каждое прикосновение Пэйтона, но не от страха — от осознания, что всё кончилось. Что больше не будет этого человека, который держал её в постоянной тени страха. Он мёртв. Всё закончилось.

Джейден поднял с земли пистолет, осторожно рассматривая его, и его взгляд стал настороженным.

— А где Дилан? — спросил он, нахмурившись. — И откуда у тебя его пистолет?

Лили немного отстранилась от Пэйтона, но всё ещё оставалась в его объятиях. Её тело невольно искало в нём опору. Она посмотрела на Джейдена, затем на пистолет, и смущённо улыбнулась.

— Ну, он оказался немного слабее, чем я думала, — сказала Лили с лёгкой усмешкой, но в её голосе всё ещё чувствовалось напряжение.

Из-за её спины уже подошли Чейз и Ник. Ник усмехнулся, глядя на пистолет в руках Джейдена.

— Неужели нашего младшего уложила девчонка? — его голос прозвучал с лёгкой насмешкой, но в нём не было злобы, только удивление.

Лили перевела взгляд на Пэйтона, который по-прежнему держал её, будто не желал отпускать. В её голове было слишком много вопросов, но один вырвался наружу, неожиданно громко.

— Вообще, у меня вопрос... — она замялась, пытаясь подобрать слова. — Почему у тебя подвал выглядит, как для... — её голос затих, и она не смогла закончить фразу, но все вокруг сразу поняли, что она имела в виду.

Лили опустила глаза и тихо добавила:

— Он весь в крови...

Мужчины на мгновение переглянулись. К этому моменту к ним уже подошёл Джон, отец Пэйтона. Его взгляд был спокойным, но тяжёлым. Он бросил быстрый взгляд на Лили, а затем на остальных.

— Думаю, об этом тебе расскажут позже, — спокойно сказал он, его голос был твёрдым, но не осуждающим. — Иди лучше покажи, где Дилан, и поднимайтесь в зал.

Лили кивнула, не зная, как на это реагировать. Её голова была тяжёлой от мыслей, её эмоции бурлили внутри, но она держалась. Шок, который она испытывала, казалось, скоро обрушится на неё с новой силой, но сейчас она сосредоточилась на том, что нужно делать.

Они направились к дому. Лили шла медленно, шаг за шагом, пытаясь собрать свои мысли. Её взгляд был сосредоточен перед собой, но в её голове всё ещё звучали последние слова отца, и этот момент повторялся вновь и вновь, как зацикленная лента. Она убила его. Она сделала это, и осознание того, что её жизнь больше никогда не будет прежней, медленно захлёстывало её.

Пэйтон шёл рядом, и каждый раз, когда его плечо касалось её, Лили чувствовала вспышку тепла. Он был рядом, и это хоть немного давало ей сил. Он молчал, как и остальные, не зная, что сказать. Слова сейчас были лишними.

Они подошли к тому месту, где лежал Дилан. Лили остановилась, указывая на закрытую дверь в подвал.

— Он там, — тихо произнесла она, не поднимая головы. — Я не знаю, в каком он состоянии...

Джейден медленно открыл дверь подвала, и полумрак, царивший внутри, тут же накрыл их густой, тяжелой атмосферой. Свет пробивался лишь из небольшого окна под потолком, отбрасывая тусклые тени на стены, придавая всему происходящему зловещий оттенок. В центре комнаты, на холодном полу, неподвижно лежал Дилан. Его руки были крепко скованы за спиной наручниками, а ноги туго перевязаны верёвкой, испачканной чужой кровью. Хотя Дилан был цел, его тело выглядело измождённым, а мышцы напряжены от длительного пребывания в неподвижности. Он мог только издавать тихие стоны и едва шевелить головой, поднимая взгляд на вошедших.

Чейз первым заметил его положение и с усмешкой бросил взгляд на остальных.

— Ну что, великий Дилан, не ожидал тебя вот так увидеть, — произнёс он с явной насмешкой, от которой остальные парни рассмеялись, разрядив напряжённую атмосферу.

Ник тоже не удержался от комментария:

— Похоже, что даже девчонка оказалась сильнее тебя, а?

Дилан лишь буркнул, хмуро сверля их взглядом.

— Эй, хватит шутить, развяжите меня уже, — пробормотал он с раздражением, хотя в его голосе не было злобы. Он понимал, что проиграл, и не держал обид.

Джейден подошёл к нему, и, слегка приподняв брови, взглянул на верёвки, всё ещё пропитанные кровью. Он вытащил из кармана нож и, одним резким движением, перерезал верёвки на ногах Дилана.

— Держи, брат. Твоя гордость может остаться целой, — с усмешкой добавил Джейден, убирая нож обратно.

Лили тем временем стояла у двери, сжавшись в себе. Она наблюдала за происходящим, её дыхание оставалось частым и неглубоким, а руки слегка дрожали. Она оглядывала всех своими большими глазами, словно пытаясь найти опору или что-то, что вернёт ей покой. Но мир вокруг неё казался чуждым, и каждое слово, каждая шутка только усиливали её внутреннее напряжение.

Когда все закончили с Диланом, они поднялись наверх, и Лили двинулась за ними, всё ещё слегка колеблясь. Она чувствовала, как в голове кружатся мысли, но попытки их собрать были бесплодными. Каждый шаг был как в тумане, и всё, что она могла сделать — это просто двигаться вперёд.

Наверху их уже ждал Джон. Он стоял прямо у выхода, его лицо было мрачным и серьёзным. Взгляд Джона задержался на Лили, которая подошла чуть позже остальных. Он был спокойным, но что-то в его глазах заставляло её сердце сжаться.

— Проходите, — сказал он, кивая в сторону комнаты, где их ожидала беседа. Его голос был низким, и в нём чувствовалась некая тяжесть.

Лили заняла место чуть позади всех, оставаясь рядом с Пэйтоном, который всё это время держал её за руку, даже не отпуская. Она не сопротивлялась, наоборот, чувствовала, что его прикосновение было единственной вещью, удерживающей её на плаву в этом хаосе.

Джон молчал некоторое время, осматривая всех присутствующих, а затем начал говорить. Его голос звучал твёрдо, и каждое слово было словно удар по сознанию Лили.

— Я думаю, пора объяснить, что на самом деле происходит, — начал Джон. — Лили, ты недавно узнала правду о том, чем занимаются такие люди, как мы. Я понимаю, что для тебя это было шоком. Но сейчас пришло время сказать всё прямо. Бизнес, в котором мы замешаны, — это не только деньги, это не только сделки и контракты. Это власть. А там, где есть власть, всегда будет грязь.

Он сделал паузу, давая всем время осознать сказанное, затем продолжил:

— Всё, что ты видела сегодня — это лишь малая часть того, что происходит за закрытыми дверями. Власть — это всегда борьба. Кровь, предательства, подставы... Мы вынуждены делать то, что другие не понимают и не принимают. Убивать, если нужно. Защищать своё влияние любой ценой.

Лили медленно подняла голову, её взгляд был полон вопросов, но она всё ещё молчала, осмысливая сказанное. Джон взглянул на неё с отеческой строгостью, но в его глазах было что-то, что заставляло её понять — он знал, о чём говорил.

— Ты сейчас чувствуешь себя виноватой, — продолжил он, пристально смотря на Лили. — Ты убила своего отца. Но я скажу тебе одну важную вещь: иногда, чтобы выжить, нужно стать жестоким. Бизнес — это война, Лили. И в этой войне всегда будут жертвы.

Его слова ударяли её по нервам. Каждое слово, как игла, вонзалась в её разум, заставляя снова и снова вспоминать момент, когда она нажала на спусковой крючок. Миг, когда её отец рухнул на землю. Но в то же время, Джон словно освобождал её от той вины, которую она чувствовала.

— Я не говорю, что это правильно, — добавил Джон. — Но это то, что есть. Мы живём в мире, где слабость не прощается. Твой отец был сильным человеком, но его слабость заключалась в том, что он не видел дальше своей жажды власти. И в итоге это его погубило.

Лили сжала руку Пэйтона сильнее, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. Она знала, что он прав. Но от этого не становилось легче. Её мозг медленно начинал осознавать, что это был неизбежный финал.

— Ты сделала то, что было необходимо, — тихо сказал Джон, его голос стал мягче. — Это не делает тебя плохим человеком. Это делает тебя сильной. Ты справилась.

Её дыхание стало неровным, и она закрыла глаза, позволяя себе на мгновение утонуть в этой тишине. Шок всё ещё был с ней, но теперь к нему примешивалась решимость. Решимость продолжать жить, несмотря на все ужасные моменты, что она пережила.

Джон отступил на шаг, давая Лили время осознать его слова, и посмотрел на остальных.

— А теперь, думаю, вам всем стоит отдохнуть. Завтра будет новый день.