Часть 2. Глава 1: «Беспокойные ночи»

Дорогие читатели, судя по отзывам, вы хотели увидеть счастливый финал для Элотиэль и Леголаса. И вы его получите! Надеюсь, вы будете удовлетворены новым финалом, где решения не приведут к той трагедии, которая развязалась в оригинальном сюжете. Эта часть и все её главы будут брать начало между 11 и 12 главами первой части истории, а решения и цепочка событий, конечно, будут иными. Буду стараться выкладывать главы как можно чаще, но это будет зависеть только от моей загруженности на учебе.Приятного прочтения♡

Ночное небо было свободно от туч, которые покрывали собой Эрин Гален несколько последних дней, и казалось, что звезды сияли ярче, чем в любую другую ночь. Их холодный свет на чёрном полотне пробивался в сознание, пытаясь окутать его и скрыть все тревоги.

Леголас откинулся на спинку стула, что стоял на балконе его покоев, и прикрыл глаза. Нет, даже дорогие звезды, которые могли указать ему путь в самые тяжелые мгновения, не справлялись с сожалением, которое все нарастало и нарастало с возвращением во дворец.

Как только наступил следующий день после отъезда Элладана, Элрохира и Элотиэль в Ривенделл, Леголас не стал задерживаться на поляне вместе со свитой короля. Он с самого начала не собирался присутствовать там, не находя это хорошей затеей, по крайней мере из-за того, сколько времени пришлось бы проводить со старшей принцессой из-за всех придворных глаз. Но после он увидел, как Маннавиэн суетливо несла вещи в сторону конюшни, а Фаруэл сонно ковылял по коридору, ведя Варзафа под руку. И Леголас точно знал, что они не последовали бы за старшей принцессой, только за Элотиэль, которая, правда, оставила их на самовольное попечение.

Леголас покачал головой. Он обидел ее, ну конечно. Как можно было сорвать с ее губ еще один поцелуй, а на следующее утро топтаться у шатра ее сестры? Теперь оставалась надежда только на письмо, переданное через Элладана, иначе посещение Имладриса для Элотиэль могло затянуться надолго, раз она была там желанным гостем.

Слишком мало времени было проведено наедине, но... Леголас поджал губы, боясь произнести слова вслух. Но это теплилось внутри с самого начала, как только он увидел ее в зале во время пира. Увидел сиреневые глаза, которые блестели от огней, которыми всё было украшено. Как серебристые волосы спадали с ее плеч, но не скрыали ее лицо, наполненное далекой от празнества радостью. И даже не смог ей ничего сказать, оцепенев и пытаясь усмирить сердце, которое внезапно начало кричать о неправильности всего.

Почему же он раньше не думал, что могло скрываться за простым "младшая принцесса"? Почему не пожелал даже краем глаза взглянуть на неё, слушая рассказы о том, как же были не похожи две сестры? Это ведь могло изменить всё.

И было еще не поздно. Хоть она и покинула Эрин Гален, еще было время, чтобы всё исправить. Чтобы именно она была рядом с ним, как того требовало нутро. Чтобы именно ее глаза смотрели так, как ни у кого другого.

- Im melin hîn, - прошептал Леголас, делая глубокий вдох.

"Я люблю ее", - единственное, в чем он теперь был уверен. В чувстве, которое ни одна другая эльфийка не смогла бы вызвать у него к себе, сколько бы пыталась и сколько бы договорённостей для этого не было совершено.

Если заговорить о разрыве помолвки со старшей принцессой, то она наверняка скажет ему о долге перед королевствами, что она готова обойтись без любви, но в понимании. Нужно было говорить с его отцом, и не как с королем, которому он дал обещание и согласие на помовку, а как с родителем, который, вдруг, смог бы понять его.

Элотиэль не было в королевстве, и это значило, что о возможном допросе со стороны как сестры, так и короля, который дал ей дозволение остаться в его дворце, не могло идти и речи. Она была бы просто не причастна в их глазах - простая гостья, которая проявляла уважение к любому из эльфов. Он сам всё это начал, и она останется в стороне от всех разбирательств.

Взглянув последний раз на звезды, Леголас покинул балкон, думая теперь о том, как же преподнести всё королю, когда тот вернётся. Но перед этим нужно будет сбить его пыл за отсутствие сына во время лесного выезда и подобрать правильные слова, которые не поднимут бурю.

***

Перед самым закатом вдалеке раздались голоса эльфов, которые возвращались во дворец. Леголас быстро ускользнул из конюшни от Солнечного Света, не желая сталкиваться даже с конюшни, которые в скором времени стали приводить лошадей в их стойла. Последнюю неделю его редко кто мог увидеть в коридорах дворца, и даже эллет, приносившие еду, не могли дождаться его выхода к ним и покидали его покои. Раздумья о разговоре с отцом слишком сильно поглотили его, но даже мелкое чужое вмешательство могло сбить их.

Поднос с ужином уже был на столе, когда Леголас вернулся, но преступать к нему не собирался. Чуть нервно постукивая ногой, он попытался собрать всё, о чем думал, воедино, ведь король уже был здесь. Вдруг он подумает, что Леголас просто испугался всей отвественности как ребенок? Но ничего не выходило. Вдруг его слов не хватит, и отец не встанет на его сторону?

Опустившись на кровать, Леголас закрыл глаза, теперь стараясь отвлечься. Он вернулся в первый день выезда, когда бродил меж шатров. В момент, когда он наткнулся на Элотиэль, которая не знала дороги. Тут же вспомнился ее смех от того, как он себя повел, как она нахмурилась, качая головой. Как она смотрела, не имея возможности выказать слов...

С ужином было покончено, а за окном уже поднялась луна в сопровождении звёзд, которые вселяли в него ту же уверенность, которой и поддерживали его каждое решение. Надев камзол, который покоился на спинке стула у письменного стола, Леголас покинул покои. Коридоры были пусты, - время было позднее, и никто из придворных не застал бы его за прогулкой перед сном, который должен был идти уже довольно продолжительное время.

По обе стороны от кабинета короля стояли два стража, но по другую не было и намека на чужие голоса. Сколько бы Леголас не пытался прислушиваться, более чем шуршание пера о бумагу, он не мог услышать. Выдохнув, Леголас уже намеревался подойти к двери, как оба стража тут же преградили ему путь. Удивляться этому не было смысла - в этом и заключалась их работа, но такое резкое движение не могло не смутить и чуть сбить уверенность.

- Его Величество велел никого не впускать, - спокойно, но четко проговорил один из стражей, заставляя Леголаса немного отступить назад.

- Боюсь, что тебе придётся ослушаться и пропусть меня дальше, - как можно ровнее, без беспокойства сказал Леголас, смотря на него, - у меня важное дело к королю, которое не стерпит отлагательств.

Страж лишь покачал головой.

- Простите, мой принц, но я не могу ослушаться приказа.

Леголас перевёл взгляд на второго стража, который тут же отрицательно качнул головой.

- Поверьте, я бы не пришёл сюда, не имея на то веской причины, - как можно мягче попытался уверить их обоих Леголас, но стражи и не думали открывать ему проход к двери. - Я не стал бы обращаться к королю, когда у него есть заботы после недельного выезда всего двора и отложенных за это время дел.

По другую сторону двери донесся скрежет стула о пол, от которого стражи расступились и повернулись в ожидании короля. Шаги, казалось, раздались у самого выхода, но никто к ним не вышел.

Леголас чуть нахмурился и поджал губы от напряжения, которое повисло между ним и стражами, и от голоса, что они услышали, сердце внезапно начало биться быстрее.

- Пустите его, - издалека скомандовал король.

И теперь стражи не смели ослушаться. Они поклонились Леголасу, который тут же вошёл в кабинет и плотно закрыл за собой дверь.

Рабочая комната короля была погружена в полумрак, который был освещен только свечами на столе, что позволяли видеть бумаги, разбросанные по столу. Сам же король не отрывался от сведений с границы с людьми, даже не поднял глаза, когда Леголас сел напротив него.

- Ты рано уехал. Даже слишком, учитывая, что все только вернулись и были необычайно озадачены, куда же ты делся с поляны... И всё же, что привело тебя ко мне в такое время? - нарушив тишину, спросил Трандуил, и беря еще один лист, который был полностью исписан мельчайшими иероглифами. - Что за дело, которое нельзя обсудить, например, завтрашним утром?

Леголас чуть замялся.

- Завтра утром, например, тебя может и не быть во дворце, - проговорил Леголас, усаживаясь поудобнее, ведь разговор мог занять достаточно времени.

Короля, казалось, не тронули его слова, - он продолжал разбираться в бумагах, которые были отложены как не самые срочные до его возвращения, хоть и некоторое недовольство прошлось по его лицу от того, что Леголас тянул время. Не смотря на него, Трандуил махнул рукой, давая понять, что Леголасу следовало продолжать, и ответ его жесту не заставил долго ждать.

- Я не могу жениться на старшей принцессе, - как можно проще сказал Леголас, смотря за тем, как перо резко перестало скользить по бумаге, и сам Трандуил замер.

Звенящая тишина наполнила собой кабинет. Перо было отложено в сопровождении с шумным выдохом, от которого по лицу короля пробежало мелкое недовольство. Его глаза, которые исподлобья смотрели на Леголаса, казались непроницаемы, но всё же упустили удивление, что не могло не дать хотя бы крошечную надежду.

- Я еще не говорил с ней об этом, но она ясно дала понять, что и для неё это тоже не предел желаний, - проговорил Леголас, страясь смягчить разговор, а возможно и бурю от него. - Прошло достаточно времени, чтобы понять, что этот долг - непосильная ноша...

Леголас остановился, пытаясь понять, что чувствовал Трандуил, но тот лишь бросил "продолжай", складывая руки в замок перед собой на столе.

- Я не могу заставить ни ее, ни себя идти против воли сердец... быть вместе только потому, что так было решено почти тысячу лет назад, - Леголас осекся, проклиная себя за слова о сердцах и надеясь, что это не стало крючком, на который он практически попался. Нельзя было говорить о том, что происходило на самом деле, иначе его отец мог догадаться.

- И что же изменилось? - склоняя голову в бок, спросил Трандуил. - Ещё в начале лета ты был согласен, а по разговорам со старшей принцессой я могу сказать только то, что ничего против тебя она ничего не имеет... Просто так ты не мог принять такое решение. Ты никогда не действуешь, не подумав ни об обстоятельствах, ни о последствиях, а значит должна быть причина.

Они оба молчали, и Трандуил выжидающе смотрел на Леголаса. Или все же стоило рассказать ему?

- Говори прямо, Леголас, - настолько мягко, насколько мог, сказал Трандуил, - сейчас ты не перед королем, а своим отцом, который, честно признаться, даже напуган тем, насколько быстро ты потерял всю решимость.

- Ты не прав. Один раз я не задумывался, - проговорил Леголас, опуская глаза. - И не жалею об этом, правда... Тот необдуманный поступок, кажется, самое лучшее, что когда-либо случалось со мной... только... - он снова посмотрел на отца. - Теперь для меня сердце стоит выше договорённостей и долга. Не только моё, но и той, из-за кого оно бьётся быстрее даже при мимолетной встрече. Я понимаю, что я был согласен на всё, и что встаю поперек всего, что выстраивалось столетиями, но ни один договор не заставит меня отказаться от... от другой.

Трандуил кивнул и откинулся на спинку кресла.

- Уверен ли ты в ее намерениях настолько же, насколько и в своих? - спросил он.

- Я был бы идиотом, если бы не был уверен в этом и пришёл сюда, чтобы просто рассказать о своих переживаниях, - теребя край камзола вне поля зрения отца, сказал Леголас. - Я бы промолчал, как и промолчал на торжестве, когда она только появилась.

Кабинет снова наполнился тишиной, которую рассекали только раздумья каждого из них. Пока Трандуил пытался уложить все в голове, правильно понять, Леголас думал о том, что придется делать, если сказанное им всё равно не будет иметь значения.

- Могу сказать только то, что расторжение помолвки займёт уйму времени, - кивая самому себе, проговорил Трандуил. - И еще нам придется надеяться, что такое решение не повлечёт за собой объявление войны.

Леголас чуть нахмурился и поджал губы от слов о войне в неуверенности таких событий, но говорить ничего не стал. Это бы вызвало только лишние вопросы.

- Ты можешь идти, - сказал Трандуил, но, когда Леголас был уже у выхода, остановил его. - Ты не назвал ее имени.

- Что ты собираешься писать северному королю? - Леголас повернулся к отцу.

- Что нашему союзу конец, ведь сердце моего сына принадлежит другой, а против этого я не могу пойти. Но к чему этот вопрос? И не увиливай от ответа про имя, - Трандуил опустил руки на подлокотники.

- Напиши, что я обручен не с той принцессой, которая заставляет думать о себе даже тогда, когда ее нет в этом королевстве, - и пока Трандуил не успеь ничего сказать, Леголас вышел из кабинета.

25.09.2025г.