Глава 4

4. Джин Ишикава.

Ишикава Джин занимался тем, чем заниматься крайне не любил. Ожидание никогда не было его сильной стороной, и он пытался занять себя всеми известными способами. Когда во вторник — а с разговора с Каме прошло к тому моменту уже четыре дня — к нему без предупреждения заявился Юу, Джин пытался смотреть голографический фильм в домашнем кинотеатре их особняка. Занятие не самое интеллектуальное, но Джин не испытывал ничего, кроме скуки. Юу зашел в комнату и молча сел на кожаный диван, не прерывая фильма.

— Если ты хотел куда-нибудь поехать, мог бы позвонить, я бы... — не дождавшись приветствия, сказал Джин, но Юу махнул рукой, и Джин не стал договаривать.

— Как-то не тянет никуда, — после долгого молчания, признался Юу. Настроение у него было даже хуже, чем тогда, когда Джин вытащил его в клуб. Он был задумчив и выглядел мрачным.

— Что-то случилось? — спросил Джин.

— Слушай, — начал Юу, проигнорировав вопрос. — Ты в ком-то заинтересован в клубе? Когда мы приезжали туда в последний раз, ты хотел кого-то увидеть? Кого-то определенного?

— С чего ты взял? — Джин выключил звук, но голограммы продолжали двигаться молча. Вопрос Юу насторожил его, с чего вдруг такой внезапный интерес и не ради ли этого вопроса он вообще приехал к Джину?

— Так, значит, есть интерес? — не отставал Юу.

— Тебе Кэрри что-то сказала? Девушка с телекинезом, чье шоу ты смотрел? — Джин не собирался выкладывать Юу все свои тайны, но что-то в настроении друга его определенно настораживало.

— Шоу, да, — как-то странно хмыкнул Юу. — Нет, не говорила, но мне показалось, она как-то внезапно подошла к нашему столику. А что за шоу она тебе показывала в кабинке, ты ведь тоже приглашал ее?

— Поднимала в воздух предметы, а что она должна была мне показать?

— А свечи зажигала? — не унимался Юу.

— Нет, свечи не зажигала, — ответил Джин.

— Ясно... И ничего больше? — Юу как-то странно взглянул на Джина, но потом махнул рукой уже самому себе. — Нет, что за бред, ничего.

— Ты... — Джин не мог подобрать слов, но догадка пришла к нему сама собой, и он, совершенно не подумав, спросил: — Ты запал на нее?

— Джин, друг мой, я что, похож на идиота? — на мгновение вернулся прежний Юу. — Я знаю, что из подобных «западаний» не выходит ничего хорошего.

Джин хотел ответить, что именно на идиота он и похож. Что же там показала ему Кэрри, что так изменило его друга? Не поэтому ли он был так молчалив, когда они возвращались из клуба. Кэрри флиртовала, да, беззастенчиво и откровенно, но Юу к такому флирту был привычен и равнодушен. Сколько раз Джин наблюдал, как в «Оазисе» к нему липли девицы и как Юу отмахивался от них — как от назойливых насекомых и не реагировал на их ужимки. Нет, определенно дело было не в простом флирте, если уж его зацепила Кэрри, то чем-то другим. Да и Кэрри была не так проста, какой хотела казаться. Она вела себя легкомысленно, но такой не была. Джин слишком хорошо помнил, как она буквально вытащила Каме из переделки, как под ее сосредоточенным серьезным взглядом на головы отморозкам обрушились бутылки. Даже Джин в первое мгновение растерялся, а ведь он был копом. Но Кэрри сразу взяла ситуацию в свои руки.

— Так ради кого меня развлекала Кэрри? — спросил Юу, выводя Джина из задумчивости. Вот ведь прилипчивый, и какое ему дело до того, чем он занимался. Неужели он не отстанет, пока ему не преподнесут какое-нибудь удобное объяснение?

— Ладно, ты меня раскусил, — со вздохом, признался Джин. — Я скажу тебе, чего ради ездил тогда в клуб. Но ты должен пообещать, что твое мнение обо мне не изменится.

Джин вышел из кинотеатра и вернулся через пару минут с листом бумаги в руках. Точнее с портретом, который нарисовал в клубе Каме.

— Я слышал, что в клубе есть художник, вот и попросил позвать его. Теперь ты знаешь, — Джину пришлось показать портрет Юу.

Юу долго смотрел на портрет, рассматривая его в приглушенном свете от двигающихся людей-голограмм из фильма.

— Значит, все ради какого-то портрета, — тихо произнес он и безнадежно вздохнул.

— Вот сейчас ты очень похож на идиота, — сказал Джин. Как еще ему вывести Юу из этого состояния? Что с ним такое, с циничным скептиком «я наслаждаюсь свободой, пока могу»? — Тебя что, отшили?

— Знал бы ты, сколько женщин у меня было, — после секундной заминки, ответил Юу, но Джину его слова показались слишком надуманными. Юу, которого успел узнать Джин, мог бы выдать какую-нибудь ироничную шуточку, но сейчас он и сам не верил в то, что говорил.

— И где они сейчас, твои женщины? Может, стоило бы поехать к какой-нибудь из них, а не ко мне? — парировал Джин. — Если тебе так понравилась Кэрри — забудь, даже не думай о ней. Она из Гетто, и прости, что скажу это, но тебе не по зубам.

— Думаешь, я настолько глуп, — усмехнулся Юу. — Думаешь, не понимаю этого?

— Уверен, не понимаешь, раз пришел ко мне с такими вопросами, — резонно заметил Джин. — Я тебе как друг скажу, найди какое-нибудь другое увлечение, если это мимолетная симпатия, она быстро пройдет, даже не заметишь. Вы общались всего вечер, это не так уж и много.

Юу усмехнулся, хотел было что-то сказать, но промолчал, лишь как-то уныло кивнул.

— Спасибо за совет, — все-таки ответил он. — Ты настоящий друг.

Что на это ответить, Джин не знал. Знал только, что друг из него ужасный, что пользуется Юу в собственных целях, что правды о себе он ему не откроет, по крайней мере, в ближайшее время. Может, даже и советы давать не имел никакого права. Но знал он также и то, что миры Элиты и Гетто не должны пересекаться, слишком уж они разные, и ничего хорошего подобное нарушение границ не принесет. Вот Атсуко балансировала между двух миров и что из этого вышло? Да и та девушка из Гетто, Ким, неизвестно, откуда к ней пришла смерть, может быть, даже из Элиты. Джин снова вернулся мыслями к тому, о чем думал последние дни. А теперь и он сам просил Каме нарушить эти границы, заглянуть в прошлое, настолько далекое, что это могло убить его, не говоря уже, что одним своим присутствием в Элите он рисковал всем.

Да уж... друг из Джина, прямо скажем, был паршивый. Но он все еще тешил себя надеждой, что хотя бы коп из него получился неплохой.

— Оставайся, — заметив, что Юу собирается уходить, сказал Джин. — Выберем другой фильм, закажем пиццу. Одному тут жутко скучно.

— Пицца? Серьезно? — Юу с присущим ему скепсисом посмотрел на Джина. — Ты в Элите, друг мой, здесь такую еду не заказывают. Но тебе повезло, что мне тоже сегодня нечего делать. Я закажу то, что ты раньше точно не пробовал.

Ну вот, Юу, которого он знал, вернулся, и Джин почувствовал облегчение. Да и сидеть одному ему действительно надоело. Собственные мысли не давали покоя, а ожидание ответа от Каме — хотя Джин и предчувствовал, что Каме не согласится, — просто сводило с ума. Он не привык сидеть сложа руки, но что еще ему оставалось?