Kiss of death

Кинжал с глухим стуком вонзается в манекен, едва не оцарапав юного циркача, благо, он успел вовремя отскочить назад.

- Будь осторожней, Скалли, - Энд улыбается, - мало ли, всякое может произойти в нашем странном мире...

      Скалл непонимающе хмурится, осторожно подходя к Энду ближе и заглядывая в золотые глаза снизу вверх:

- Что именно может произойти? - детский звонкий голос, с каждым годом становящийся более мягким и глубоким, заставляет Энда ненадолго прикрыть глаза.

- Всякое, - отвечает клоун расплывчато, отправляя в полёт очередной кинжал, - всякое: и доброе, и плохое...

      Кинжал входит в манекен по самую рукоять, точно в то место, где у человека должно находится сердце:

- И чтобы с тобой не произошло ничего... - Энд отводит взгляд, критично осматривая место попадания, - плохого, нужно быть хорошим мальчиком и уметь себя защищать. 

      Энд криво улыбается, нарочно делая акцент на "хорошем мальчике", фактически, пусть и не напрямую, предупреждая Скалла:

" - Не стоит лезть туда, куда не просят, мой мальчик. "- клоун облизывает губы, " - Иначе сорвёшься с каната вниз."

      Тонкие пальцы осторожно касаются его шарфа, зарываясь в приятную и тёплую шерсть, становясь так близко, что Энда бросает в жар, а в голове эхом проносится просьба:

- Научи меня.

      У Энда вышибает дух.

      Научить целоваться до потери сознания и критического недостатка воздуха в лёгких, научить стонать в голос от грубых толчков в самое нутро, научить смеяться, выплевывая ругательства и давясь слезами отчаяния, научить душить до летального исхода и потери пульса, научить задыхаться самому и подставляться холодным пальцам...

" - Чему именно тебя научить?"

- Научи меня защищаться, - произносит он, умильно поджимая губы.

      Ох, ну конечно же... и на что он только надеялся...

- Обязательно, мой милый Скалл!

      Улыбка Энда с трудом не превращается в разочарованный оскал.

***

      Энд осторожно поправляет положение рук Скалла, невесомо касаясь его пальцев, ведя:

- Вот так, нужно плавнее...

      Скалл послушно следует всем его указаниям, стараясь делать всё точь-в-точь как Энд, кинжал в руке чувствуется тяжело и не привычно, но ничего. 

      Привыкнет.

- А сейчас, - Скалл напрягается, - бросай!

      Кинжал со свистом пускается в полёт по пьяной траектории падая вниз и вонзаясь в пол.

- Эх, - мальчик вздыхает, отстраняется от клоуна и идёт за бедным кинжалом, что падал уже в чёрт знает какой раз.

- Не расстраивайся, Скалли, у меня тоже не всё сразу получалось. 

      Энд ободряюще улыбается, вспоминая свои неудачи на этом поприще:

- У меня даже пальцы судорогой сводило, представляешь?

- Угу, - мальчик кивнул, хотя едва ли вслушивался в его слова.

- И лезвия кинжалов ломались!

- Угу... - Скалл встаёт в стойку и прицелившись бросает кинжал.

      Промах.

      Очередная попытка и снова промах.

- Сейчас...

      Промах, промах, промах, промах...

- Аргх! - он ненавидел, когда у него что либо не получалось. От провалов кровь начинала бурлить в венах, а из недр души поднимался жгучий гнев, сжигающий нервы и ему и другим.

      Поэтому в такие моменты он предпочитал запираться в своём вагончике, лишь бы не сказать лишнего со злости и не обидеть ненароком никого из товарищей.

- Пойду прогуляюсь, - бросил он через плечо, выходя из шатра.

      Энд пожал плечами, наблюдая за тем, как обычно лёгкий шаг мальчика стал твёрже и размашистей из-за внутреннего напряжения и гнева.

      Ах, а ведь так хотелось побыть с ним подольше...

      Ловушка установлена.

***

      Однажды к цирку прибивается девочка по имени Эмма, с белокурыми локонами волос и большими голубыми глазами.

      Девочка с босыми ногами и пахнущая как весенний дождь.

- Привет, моё имя Эмма, надеюсь мы подружимся!

      Эмма трепетная и нежная, типичная куколка, которой не посчастливилось оказаться на улице без крыши над головой. Но уж лучше бы она и дальше блуждала по улицам, нежели оказалась в цирке. Ибо она привлекает внимание Скалла, что фактически влюбляется в неё с первого взгляда и неуклюже пытается добиться её расположения.

      Он был очарован ею, схожестью их судеб и тронут лёгким голоском, что напоминал щебет птиц в лесу.

- Скалл! А ты знаешь, что некоторые лесные феи бывают злыми?

      Эмма была уступчива, добра и наивна, постепенно и она поддавалась чувству первой любви, с большой охотой принимая маленькие, пустяковые подарочки от Скалла, краснея и заикаясь вместе с ним.

      Энду это абсолютно не нравится.

      Каждый раз видя подобное зрелище, мужчина презрительно кривился и отворачивался, считая, что Эмма лишняя фигура на его доске, от которой нужно избавиться, пока она не принесла хлопот.

- Эмма! - Скалл подбегает к девочке, не крепко и бережно сжимая руки в замочке, - Я поймал бабочку!

- Правда? - Эмма восторженно оглядывает Скалла, восхищённо касаясь его пальцев, - Покажи!

      Ярость вскипала и затухала, в один день Энд непременно взорвётся.

      Совсем скоро.

***

      Скалл взрослеет, понимает Энд, и вполне ожидаемо, что его начали интересовать такие вещи, как поцелуи.

      С этой глупой, маленькой шлюшкой, недостойной даже его крохотного волоска.

      Энд с замиранием сердца ожидает неизбежного момента, когда эти двое, оставшись наедине, переступят черту простой детской симпатии и платонической первой любви.

      Готовый сорваться с места и раскинуть их по разным сторонам.

      Потому что Скалл принадлежит ему, и только ему. Не какой-то там Эмме, и не кому-либо ещё.

      Только ему.

***

      Одним июльским вечером этот момент всё же наступает.

      Дети стоят под пустующим шатром цирка, смущённые донельзя, неловкие и осторожные.

- На счёт раз, два, три...

      Скалл смущённо зажмурился, Эмма, поступает так же и они смыкают губы в поцелуе, ещё в таком невинном и детском.

      Это был первый поцелуй Скалла.

- Так-так-так, и что это тут у нас?.. 

      Энд взрывается, хватает жалкую девчонку за косы и жёстким ударом припечатывает девичью мордашку об стенку, больно бьёт коленом по позвоночнику так, что можно услышать хруст ломающихся позвонков.

      Зверь в ярости.

      Скалл вздрагивает, поражённо смотрит в пустые глаза Эммы и замирает от шока.

- Ты, ты!.. Да как ты!..

      Энд в гневе замахивается для удара, Скалл не реагирует, всё ещё скованный шоком, но клоун в последний момент останавливает руку. 

- Эмма?.. - шепчет Скалл, чувствуя, как деревенеют руки и ноги, как его хватают за плечо и разворачивают к себе, - Эм!..

      Горячие губы накрывают детские.

      Дичь загнанна в угол.

***

      Скалл отшатывается, широко распахнув глаза и в исступлении вытирая губы на которых остался след зелёной помады. 

      Судорожное биение сердца громыхало в ушах и путало мысли, завязывало их в узел, вертело из стороны в сторону и настолько резко расправляло их, что у Скалла закружилась голова.

- Ч-что... это было?.. - во рту пересохло, появилось жгучее желание срочно нахлебаться целым морем ледяной воды.

- Поцелуй, мой милый Скалли, - шепчет с трепетом, - прекрасный поцелуй...

" - Мой поцелуй, а не грёбанной сучки Эммы. "

      Энд с наслаждением облизывает свои губы, вспоминая краткий миг соприкосновения. У Скалла губы мягкие и тёплые, жаль только не успел распробовать как следует.

- З-зачем? - Скалл хрипит, слёзы застилают глаза, - Зачем ты?.. Эмма!.. Почему!?!

      Он не мог выразить все свои чувства, не мог подобрать нужные слова, чтобы задать вопрос, просто не мог понять, что такого сделала Эмма, чтобы Энд так с ней поступил?

      Что такого сделал Скалл, чтобы Энд так с ним поступил?

- Я столько лет ждал этого момента, - говорит Энд, золотые глаза наполняются безумием вожделения, - столько ждал, ты даже не представляешь, Скалли!.. Ждал подходящего момента, ждал, пока ты созреешь...

      Энд дёргается в его сторону, широко взмахнув руками, словно в попытке его обнять, но внезапно останавливается и зло кричит:

- А эта шлюшка Эмма посмела украсть твой первый поцелуй! Мой первый поцелуй!!! - Энд утробно рычит, - Поэтому не удивительно же, что я взбесился, да? Мм? Скажи, разве любой на моём месте не взбесился бы?! Не пожелал бы убить эту сучку, а?!!

      Энд кричит всё громче и громче:

- Ведь ты, мой милый Скалли, МОЙ!

      Скаллу страшно. Таким Энд предстал перед ним впервые. Безумный, яростный, злой, бешеный. Псих. Неужели он, на самом деле, всегда был таким и лишь виртуозно играл свою роль? Неужели, всё это время Скалл находился на грани жизни и смерти?

- Ах, твоё личико так прекрасно! А эти глаза, мм? Такие выразительные, а ещё твои губы... губы! Мягкие... - клоун восторженно затараторил, его голос срывался на громкий шёпот, - И твоя шея, ах, эта шея!.. Чудесная, такая тонкая, такая бледная и нежная... её, наверное, так удобно душить!.. Одна фантазия о том, как я сжимаю её в своих руках заставляет меня ловить экстаз!..

      Скалл отступает назад, в страхе смотря на Энда. Энд продолжает говорить, Скалл же фактически ничего не слышит.

      Не желает слышать.

- Ох, а ведь ты едва не раскрыл нас... - Энд улыбается неестественно широко, - знаешь, мы... все мы... любим убивать! Любим, когда жертва... затихает и в последний раз так откровенно, так великолепно, с ужасом смотрит тебе в глаза, понимая, что это конец!..

      "Мы" цепляет внимание Скалла, сосредотачивает его на себе и мальчишке ещё сильнее становиться не по себе от одолевающих его догадок.

- Ты сказал "мы"... кто эти "мы", Э-энд?..

- Оу, а разве ты ещё не понял, мой мальчик? - клоун усмехается, - "Мы" - это весь цирк, дорогуша! Мы цирк убийц в бегах! 

      Скалл давится всхлипом.

      Разбитый пазл собирается в единую картину ужасной реалии.

- Ты ведь замечал это правда? Я знаю, что замечал! Помнишь Генри? Помнишь крики из его вагончика и кровь? Помнишь его пальцы? Так вот, тогда Генри и вправду убил человека, тебе не послышалось и не привиделось! Ты был абсолютно прав, Скалли! Но из-за того, что ты заметил его, из-за того, что ты его чуть не раскрыл, мне пришлось наказать его и отнять кое-что!

      К горлу подступает тошнота, Скалл сгибается в три погибели.

- Ты не учёл лишь того, что мы все тут заодно!..

      Энд громко хохочет, окончательно слетая с катушек многолетнего воздержания. Ему хотелось сейчас же завалить Скалла и трахнуть, трахнуть бешено, разрывая его изнутри, трахнуть так, чтобы в яйцах звенело от возбуждения, а пальцы размазывали слёзы и слюну по щёкам мальчишки.

      Один поцелуй. Скалл отдал свой первый поцелуй Эмме и совершил катастрофическую, фатальную ошибку, срывая весь самоконтроль, все маски дружелюбия и спокойствия с Энда.

      Ошибка, искалечившая жизнь Эмме и вот-вот сломающая его.

      Скалл осознаёт это и пытается бежать.

"- Если я не сбегу, я - не жилец."

- Куда? Разве я позволял тебе уходить?!

      Холодные пальцы в перчатках хватают Скалла за запястье, притягивают к себе и не дают сбежать, сколько бы мальчик не брыкался.

- Ну, что ты, Скалли, - Энд ласково проводит языком по нежной ушной раковине, - зачем бояться меня?..

      Он вздрагивает, замирает на секунду, и сумев извернуться бьёт острым коленом по бедру клоуна, и пока Энд не успел среагировать, вырывается из его рук, с размаху впечатывая хрупкий кулак в живот мужчины.

      Секунда, и Скалл бежит.

      Энд рассмеялся, подбирая с пола кинжал и бросает его в сторону мальчика.

      Крик срывается с его уст. 

      Кинжал протыкает край брюк, едва оцарапав ногу и вонзаясь в пол.

- И куда это ты собрался, милый мой?

      Энд оказывается рядом слишком быстро, едва Скалл вытаскивает кинжал и хватает его за ворот рубашки, опрокидывая на спину, бьёт по рукам, придавливая их своими, оставляя синяки.

      Он чувствует, что находится на грани истерики.

      Скалл пинается, с каждым разом отчаянее и сильнее, пока Энд не откидывается назад.

      Страх сжимает его горло, от паники дыхание спирает и тело быстро растрачивает свою энергию.

      Он пытается встать на ноги, но клоун снова хватается за него и притягивает к себе, надёжно перехватывая руки и ноги:

- Ска-а-алли~

      Горячее дыхание сжигает здравый рассудок, оставляя после себя лишь пепел отчаянной паники.

      Ловушка захлопнулась