Глава 3

— Вообще, здесь не лучшее место дляразговора, — усмехнулся Гарри, отстранившисьот Гермионы. — Предлагаю зайти в однуочень уютную кафешку, она недалеко отсюда.— Я бы с удовольствием, но... — Гермионапочувствовала, как отчаянно краснеет.Почему-то фраза «меня муж ждет дома»казалась ей невыносимо детской. Может, из-за того, что мужем был Рон?.. — Если надолгозадержусь, дома начнутся расспросы. Боже,как это глупо звучит!— Ревнивый муж? — улыбнулся Гарри.— Да, он...— Рон?— Нетрудно было догадаться, да? —засмеялась Гермиона.— Знаешь... — начал было Гарри, но,перехватив поудобнее в руке пакеты, сменилтему. — Подожди меня, я отнесу пакеты вмашину и составлю тебе компанию вмагазине.— Только не вздумай сбежать, Гарри Поттер,— строго сказала Гермиона. — Учти, я знаютвои адрес и телефон.— О-о-о, узнаю прежнюю всезнайку, —засмеялся Гарри. — Не сбегу. Одну минуту, ясейчас.Проследив взглядом за уходящим Гарри,Гермиона глубоко вздохнула и опустилаголову, пряча от снующих вокруг людейсчастливую улыбку. Она просто не вериласвоему счастью — он вернулся! Конечно, ейпотребуется время, чтобы привыкнуть кновому Гарри, но главное, что он снова будетрядом.— О чем задумалась? — она вздрогнула, незаметив подошедшего Поттера.— О том, что рада, что ты снова будешьрядом, — честно ответила Гермиона и смольбой в глазах посмотрела на Гарри. —Будешь ведь, правда? Не бросишь нас ещераз?— Не брошу, обещаю, — тепло улыбнулся он и,приобняв подругу, направился в супермаркет.— Пошли уже, а то твой муж голодный сидит.Кстати, расскажи мне, Герми, как тыдокатилась до такой жизни?Опешив от серьезного тона, она подняла наГарри встревоженный взгляд, но, увидев егоширокую улыбку и блестящие озорствомглаза, стукнула кулаком по его груди изасмеялась.— Кто бы говорил!— Почему ты была в том торговом центре вовремя взрыва? Случайно? Или в волшебноммире опять какие-то Пожиратели объявились,и ты знала о готовящемся взрыве? — тихоспросил Гарри, подкатывая к Гермионепродуктовую тележку.— Нет, у нас все тихо, к счастью. Авроры,видимо, все-таки всех поймали, и уже год ниединого происшествия, — ответила Гермиона,выбирая на прилавке мясо. — А оказалась ятам случайно. Джинни в очередной раззахотела обновок и потащила меня с собой.Бедный Марк, как он... — тут она резкозамолчала, испуганно посмотрев на Гарри,однако на его лице не было даже тени грустиили разочарования. — Ты ведь не любил ее,верно? Иначе не ушел бы...Положив в тележку упаковку говяжьейвырезки, Гарри сделал непонятное движениеплечами и медленно пошел вдоль торговогоряда. Гермиона поспешила за ним.— Прости, я не должна была... Это такбестактно с моей стороны...— Нет, ты права.— ...лезть тебе в душу... Что? — Гермионачуть не упала, зацепившись за стенд сприправами, но Гарри вовремя ее подхватил.— Ты права, говорю, — продолжил он. Гарриоблокотился на ручку тележки локтями, и егоглаза оказались на уровне глаз Гермионы. Итолько сейчас она заметила, что они уже нетакие яркие и светящиеся жизнерадостностью.В его глазах она четко видела боль иогромнейшую тоску. — Впрочем, как и всегда.Тогда мне казалось, что отношения с Джинни— это нечто само собой разумеющееся, чтотак и должно быть. Мы вместе прошли черезвесь тот ад, и у меня и мысли не было, что вдальнейшем наши пути могут разойтись и чтомы найдем своих половинок где-то запределами Хогвартса, нашего маленькогомирка. Но спустя некоторое время, живявдали от магии, я понял, как сильно ошибался.А теперь дай угадаю, муж Джинни небеден идовольно известен?— Так это правда? — прошептала Гермиона,вспоминая, какую характеристику дал сестреРон. — Ты знал? Ты знал ее тягу к богатымзнаменитостям?— Я не вправе ее осуждать, — Гарри медленнокатил тележку, задумчиво глядя нанаполняющие ее товары. — Она росла внищете, и неудивительно, что мечтала одругой, безбедной жизни. Вопрос в другом...Она лгала всем — себе, мне, родным. Ей нуженбыл не я, а мальчик-который-выжил. Ей нуженбыл мой статус. Мне и так все кругом всегдаврали, не хватало еще и жены такой.— Могу тебя понять. Мало кто способенпростить ложь...— Ха! — повысив голос Гарри привлеквнимание двух девиц, выбирающих персикинеподалеку. — Да зачем вообще такаяспособность? Давай не будем о грустном.Лучше расскажи, как вы с Роном поживаете.— Хорошо... Сейчас хорошо, — ответилаГермиона, подходя к прилавку с фруктами. —Поначалу, конечно, тяжело очень было. Ронустроился в Аврорат, как вы с ним и хотели, —добавила она, взглянув на Гарри. — Покапрошел курсы, пока стажировался, сампонимаешь, заработка как такового и не было.А я в это время подносила в Министерствекофе да сортировала бумаги. Но, в итоге, онсейчас Старший Аврор, а я — начальникОтдела Популяций. И только тогда мы смоглинормально жить, купили дом в маггловскомрайоне. Сноб-Хилл, знаешь, наверное?Хорошее место, красивое, тихое, а какой тампарк... — Гарри внимательно слушал подругу.Как давно он не слышал этих «магических»словечек. Проникая в мозг, они одновременнои вызывали ностальгию, и причиняли боль.Перед мысленным взором замелькаливоспоминания, плохие сменяли хорошие инаоборот, что вынудило проснуться целуюгамму чувств. Гарри вдруг понял, что оченьскучает по Хогвартсу. Впервые за последниепять лет ему захотелось вновь почувствоватьэнергию и дыхание магии. — ...Гарри, ты меняслышишь? Где ты витаешь? Спустись наземлю.Поттер моргнул и посмотрел навзволнованную подругу.— Что? Прости, я задумался.— О чем, если не секрет? — Гермиона несводила с Гарри встревоженного взгляда.— О том, что рад, что сумел-таки выполнитьвозложенную на меня миссию, — соврал тот.— И волшебный мир может, наконец, спокойноспать.— Ты очень изменился, Гарри, — сказалаГермиона, положив в тележку замороженноекуриное филе.— Согласен, — вздохнул Гарри, и они пошлидальше. — Я пять лет один, выживал какмог...— А как же та злобная девушка? — неудержалась Гермиона и мысленно влепиласебе подзатыльник.— Энджел? — засмеялся Гарри. — Она незлобная, просто чудовищно ревнивая. Кстати,извини за тот инцидент. Я был полнымпридурком, просто твой визит оказалсяслишком неожиданным.— Перестань, я тоже хороша, — отозваласьГермиона, выкладывая продукты на кассе. —Заявилась без предупреждения, зная, что тыне хочешь больше иметь ничего общего снами. Но, с другой стороны, ты ведь узналменя тогда, после взрыва. Выходит, что еслибы я не была такой упрямой в своих попыткахнайти тебя, то мы бы так больше и невстретились? — появившееся в глазах Гарриволнение подсказало ей, что он понял, к чемуона ведет. — Я ждала все эти месяцы, а оттебя ни слуху, ни духу.— Уверен, что ты уже знаешь ответ, — Поттервзял пакеты с продуктами. — Я же говорил,что здесь не лучшее место для разговора.Слишком много всего изменилось, чтобы этоможно было обсудить за получасовуюпрогулку по магазину.— Но, Гарри... — протестующе началаГермиона, когда они уже вышли из магазина иеще по-зимнему холодный воздух окутал их,заставляя поежиться после тепла. Поттеррезко повернулся к ней, и она невольновздрогнула. Он был значительно выше ее, и вблестящих под черной челкой зеленых глазахразноцветными бликами отражались огнистоянки, что в плохо освещенном крыльцесупермаркета у Гермионы ассоциировалось ссамим дьяволом. У нее мелькнула мысль, чтотакого Гарри испугался бы и сам Волдеморт.— Не надо обвинять меня в том, в чем самане уверена, Гермиона, — негромко заговорилГарри, но она, несмотря на окружающий гулмашин и голосов, слышала его очень четко,как будто его голос раздавался у нее вголове. — Хочешь знать, почему я не навестилтебя в больнице? Я навестил, но мнесообщили, что родственники забрали тебя вкакую-то другую больницу, утверждая, чтоспециалисты там куда лучше. Мне не стоилотрудов догадаться, что тебя забрали в Мунго.Понятное дело, что туда я не пошел. Главное,что я узнал, что с тобой все будет хорошо. Яне искал контакта с тобой эти месяцы, потомучто мне больше нет места в волшебном мире.Кто я там? Вечный мальчик-который-выжил-и-победил? А здесь я обычный маггл, и мнеэто нравится. Никто не пялится на меня, какна слона в зоопарке, и никто не тычет мнепальцем в лоб, видя шрам. Да, мне не хваталои не хватает тебя, Рона и всех остальных, ноимею я право пожить для себя, а не на благоволшебного общества?Под конец его монолога Гермионапочувствовала, как по щеке стекает слезинка.Она еще раз удивилась тому, насколько онизменился. От юношеской вспыльчивости неосталось и следа. И сейчас Гарри был прав.Действительно, в мире магов он былнациональным героем. Несмотря на егоисчезновение, книги с его биографиейогромными тиражами уходили с прилавковкнижных магазинов, а в «Пророке» то и делоупоминалось его имя. История магии вХогвартсе стала одним из любимыхпредметов школьников, потому что профессорБиннз полностью преобразился и теперьвместо заунывного бурчания чуть ли некаждый урок бодро и ярко описывал вторуювойну с Волдемортом и то, как Гарри с нимсражался. И почти каждый магазин в КосойАллее посчитал своим долгом привлекатьклиентов, используя имя Гарри Поттера. Запять лет волшебный мир ни на день незабывал своего спасителя.Порыв ледяного ветра выдернул Гермиону изразмышлений, и она быстрым движениемвытерла мокрый след от слезы.— Знаешь, Гарри, ты абсолютно прав.Волшебники ни на день не забывают про тебя.К тому же сейчас ты являешься самымсильным магом современности...Последнее слово утонуло в оглушительномхохоте Гарри.— Герми, очнись! Какой сильнейший маг? Япять лет не пользовался магией, сразу жесломал свою палочку и сейчас, наверное, невспомню, как выполнить простейшееочищающее заклинание, — Гарри все ещеподрагивал от смеха, и Гермиона невольнозаулыбалась.— Как бы то ни было, но твое появлениепросто взорвет волшебный мир.— Вот именно поэтому, — Гарри сновасерьезно посмотрел на подругу. — Я надеюсьна твое благоразумие.— Конечно, я никому не буду говорить, чтонашла тебя, но... Как же Рон?— С ним я с удовольствием повидаюсь, нобольше никто знать не должен. Знают двое,знает и свинья, знаешь ли, — Гарри опятьулыбался, и Гермиона расслабилась. То, какимон стал уверенным и властным, с непривычкипугало ее. — Ну что, госпожа волшебница, небуду предлагать подвезти вас до дома. Чтовам наши машины с вашим-то умениемаппарировать.Гермиона засмеялась и взяла у Гарри своипакеты.— Раз не предлагаете, то буду аппарировать.Но в следующий раз обязательно прокатишь.Гарри, приходи завтра к нам на ужин.— Я бы с радостью, но до пятницы я работаю.Позвони мне в пятницу, тогда и договоримся.Гарри обнял Гермиону на прощание ипроводил взглядом до ближайшего темногоуголка, откуда подруга могла незаметноаппарировать, а сам сел в машину и завелмотор. И никто из них уже не слышалнескольких легких хлопков...* * *Мужа Гермиона дома не застала, что ее какудивило, так и обрадовало. Ей необходимобыло переосмыслить произошедшее наедине,в тишине. Она разобрала пакеты и приняласьза приготовление ужина. С одной стороны, ейхотелось поскорее сообщить Рону радостнуюновость, что Гарри вернулся к ним, но сдругой... С другой — она боялась навредитьдругу. Она видела, как отчаянно он борется завозможность спокойно жить, свободно ходитьпо улице, не боясь нарваться на толпуфанатов. Да и вся эта история с Джинниочень тяготила.От мыслей Гермиону отвлекли раздавшийся вгостиной хлопок и последовавший за нимгромкий взволнованный голос Рона.— Герм! Герм, ты дома? Мы засекли его! —Рон вбежал в кухню и схватил жену за плечи.Глаза его сияли ярче новенького галлеона. —Мы засекли магию Гарри! Может, он решилвсе-таки вернуться!Гермиона засмеялась и поцеловала мужа.— У меня для тебя тоже есть хорошаяновость. В конце недели Гарри навестит нас.Рон резко сел на стул, не сводя глаз сГермионы.— Откуда ты знаешь?— Не поверишь, я так долго гонялась за ним, асегодня просто-напросто столкнулась с ним вмаггловском супермаркете, — она резкоумолкла, сообразив, что сболтнула лишнее,ведь Рон не знал о ее постоянных вылазках кбазе службы спасения. Однако, пораженныйновостью, он этого не заметил.— А не в «Линии» ли это было? — чутьприщурившись спросил Рон.— Да, именно там, — задумчиво ответилаГермиона. Она ведь была уверена, что Гарриникакую магию не применял. Тогда о чемговорил Рон? Или Гарри сделал что-то послеее ухода? Если бы она вспомнила о том, какчетко слышала тихие слова Гарри, несмотряна окружающий шум, то сразу поняла бы, чтоот переизбытка эмоций тот неосознанноприменил легилименцию. Или осознанно?Рон молча сидел за столом, сцепив пальцы взамок. Столько лет он надеялся, что однаждынаступит этот долгожданный момент и лучшийдруг снова будет рядом... Так почему жесейчас эта всепоглощающая радость резкосменилась тревогой и волнением? Рон поймалсебя на мысли, что совершенно не знает, очем говорить с Гарри, как себя с ним вести.Он не знает, каким тот стал, что в немизменилось, а что осталось прежним. Будут лиони, как и раньше, близкими друзьями, илипропасть, образовавшаяся за эти годы,навсегда разделила их?Гермиона поставила перед мужем тарелку сдымящимся ароматным ужином и селанапротив.— Странно, правда? — негромко заговорилаона, ковыряя вилкой в тарелке. — Никогда быне подумала, что наступит тот момент, когдая буду волноваться перед встречей с Гарри.— Ты просто читаешь мои мысли, Герм, —грустно хмыкнул Рон. Поднявшись, он достализ холодильника бутылку красного вина иналил им по бокалу. — Но ты хотя бы его ужевидела. Каким он стал?— Он очень изменился. Не осталось ничегообщего с тем тощим взбалмошнымочкариком, да простит меня Гарри, —засмеялась Гермиона. — Жизнь вдали от мирамагов пошла ему на пользу, как бы это нибыло грустно. И он не планирует сюдавозвращаться. Он сказал, что хочет в кои-товеки пожить для себя.— Его можно понять, — отозвался Рон,прожевав кусок мяса и делая глоток вина. —Волшебный мир все никак не успокоится. Пятьлет прошло после войны, а статьи про Гарритак и публикуют в каждом выпуске газет. Авсе эти плакаты, куклы... Я уже молчу обогромном вознаграждении, которое обещает«Пророк» тому, кто сообщит хоть какую-нибудь информацию о Гарри! И его деньрождения стал национальным праздником. Даокажись Гарри в Косом переулке, он свихнетсячерез пять минут!— Именно поэтому мы должны сохранить еготайну, Рон, — серьезно сказала Гермиона.Рон задумчиво кивнул и поднял на нее взгляд.— Ты не представляешь, как мне хочетсясообщить это Джинни, просто ткнуть носом вее ошибки и наслаждаться ее мучениями!— Никогда не замечала за тобой такихкровожадных наклонностей, — нахмуриласьГермиона и вздохнула. — Кстати, Гарри сказалмне про нее то же самое, что и ты. Когда ясообщила ему, что Джинни замужем, яожидала услышать в ответ все, что угодно, отразочарования до злости, но он лишь хмыкнули ответил, что уверен, что муж Джиннинебеден и знаменит. Я не понимаю, я что,одна, кто верила в искренность чувств Джинник Гарри?— Как видишь, дорогая, в мире таки естьвещи, которых ты не знаешь, — засмеялсяРон, получив в ответ гневный взгляд жены. —В любом случае, я рад, что Гарри такнастроен. А про ту девушку, что так тебе непонравилась, ты спросила? Они женаты?— Не знаю, не спрашивала. Знаю только, чтоее зовут Энджел и что она очень ревнивая. Ксчастью, в магазине он был один. Еще однувстречу с ней я не выдержу, — проворчалаГермиона, вызвав новый смешок у мужа.— Ну, знаешь, если они поженятся, то теберегулярно придется с ней видеться. Будемходить друг к другу в гости.— Упаси, Мерлин, — опять буркнула Гермиона,палочкой отправляя посуду в раковину.* * *Придя на следующий день домой с работы,Гарри обнаружил, что Энджел находится вужасном настроении. В воздухе уже буквальнопахло скандалом. Устало вздохнув, Гарриотправился на кухню. Глоток виски поможетему пережить надвигающуюся бурю. Ссоры сЭнджел были неотъемлемой частью ихсовместной жизни. Причины были разными —будь то вспышка ревности или истерика из-завоображаемого недостатка внимания. За двагода их отношений Гарри успел порядкомустать от неуравновешенности девушки ипоследние полгода мучительно ее терпел.Несмотря на то, что Энджел училась воФранции и они часто разлучались, тихой испокойной в это время жизнь Гарри назватьбыло нельзя. Энджел постоянно названивалаему, и стоило только хоть раз не взять трубку,— причем, Энджел вовсе не волновало то, чтов это время ее парень, возможно, вытаскивалребенка из горящего дома, — вскоре следовалтакой разбор полетов, что Гарри думал, будьу Энджел волшебная палочка, она составилабы серьезную конкуренцию БеллатриссеЛейстрендж — более ненормальной инеадекватной женщины Гарри не знал.Налив стаканчик виски, Гарри зашел вгостиную, где Энджел невидящим взглядомсмотрела в экран телевизора. Чувствуя, каквнутри начинает нарастать раздражение,Гарри сделал большой глоток и сел рядом сЭнджел, решив, что этот скандал будетпоследним.— Ну, начинай, — произнес Гарри, делая ещеглоток.Энджел дернулась и повернулась к нему.— И начну, Гарри! Начну! — сразу наповышенных тонах объявила она. — Тебявчера видели в «Линии» с той спасенной, и выобнимались! Ты со всеми, кому жизньспасаешь, потом поддерживаешь такиеблизкие отношения?— С чего ты взяла, что это та спасенная, какты выразилась? — спокойно спросил Гарри.Причину скандала он понял, но отпираться иливыкручиваться было бесполезно. Энджел —маггла, и толково объяснить ей, кто такаяГермиона, не получится.— Мне ее подробно описали. Ты что, все этимесяцы тайком с ней встречался? Это и естьтвои ночные дежурства? — Энджел уже почтиперешла на визг, и Гарри неприязненнопоморщился.— Ты как всегда напридумывала многолишней ерунды, — сдерживая злость, ответилон. — Ее зовут Гермиона, и она моя оченьдавняя подруга. Подруга, а не любовница, —добавил Гарри, видя, как Энджел ужераскрыла рот, чтобы съязвить. — Мы знакомыс одиннадцати лет, вместе учились. Послеокончания учебы разъехались кто куда и невиделись пять лет. И вот спустя столько лет ядостаю ее полуживую из-под руин магазина,она потом узнает в конторе мой адрес. Это тыуже знаешь. А вчера в магазине мы случайностолкнулись, и это была вторая наша встреча.Я удовлетворил твое любопытство? — спросилГарри, закрыв глаза и устало массируяпереносицу.— Нет, — вполне ожидаемо ответила Энджел.Она и не думала успокаиваться. — Тыобнимаешься со всеми подругами?— Энджел, хватит. Я устал от твоихпостоянных истерик.— Ха! От истерик он устал, видите ли! А яустала от твоих похождений!— Каких похождений? — Гарри не выдержал ирезко встал с дивана. Ярость внутри него таки рвалась наружу, и он боялся, что можетпроизойти вспышка магии. — Ты совсемсвихнулась от своей ревности!— Да ты просто боишься признаться, — такаябурная реакция Гарри напугала ее. Онапривыкла, что он молча выслушивал еепретензии, а потом целовал, успокаивал иувлекал в спальню. Но в теперешней историичто-то было не так, и бешенство в глазахГарри лишь служило доказательством того,что она права и между ним и той особой что-то есть. Энджел решила не показывать свойстрах, хотя слова давались ей уже с трудом.— Все мужики трусы! Ну же, давай, признайся,что она твоя бывшая или первая любовь, илиеще кто и что сейчас у тебя вновь вспыхнуличувства.— Нет.— Вот видишь...— Нет, потому что она моя близкая подруга изамужем за моим лучшим другом. Энджел,говорю тебе первый и последний раз, либо тыпрекращаешь свои дикие выходки, либо...— Либо что? — теперь уже подскочилаЭнджел. Она поняла, к чему клонит Гарри, ипоняла, что проиграла в битве с соперницей, всуществовании которой не сомневалась нисекунды. — Бросишь меня?Гарри смотрел в блестящие злостью глазанекогда любимой девушки. Подсознательно онхотел увидеть в них боль и страх расставания,но видел лишь злость и неприязнь, и поэтомуон не изменил своего решения.— Называй это как хочешь, Эндж, но я большене хочу слышать ругани в своем доме.— Ты лжец, — тихо заговорила Энджел. — Тыврал мне с самого начала. Ты врал мне, когдаговорил, что любишь.— Нет, не врал, — так же тихо ответил Гарри.— Я тебя действительно любил, но твоипостоянные скандалы и обвинения способныуничтожить любые чувства.— Ага, значит, я во всем виновата, а ты белыйи пушистый, — Энджел вновь начала закипать.— Знаешь что... Да пошел ты!Она резко вскинула руку для пощечины, ноГарри перехватил ее. С силой выдернув руку,Энджел развернулась и выбежала из комнаты.Через пару минут послышался грохотзахлопнувшейся входной двери. Гарри глубоковздохнул и, принеся из кухни бутылку виски иналив еще стаканчик, устроился поудобнее надиване и, вытянув ноги на пуфик и сделавглоток, закрыл глаза.