Часть 75. Встреча с оверлордом.

" Доброго дня.

Надеюсь, что не потревожил тебя и ты в порядке. Знаю, то, что случилось вчера, было ударом в спину, но это не стоит долгих страданий. Наверное, ты думаешь, что это Ад и здесь от всех можно ожидать чего угодно, однако я намерен доказать тебе обратное. Хотел бы вновь увидеться, но в более спокойной обстановке, если это возможно. Не тороплю и буду с нетерпением ждать ответного письма, как только ты будешь в настроении его написать.

С уважением,

Хаск.

P.S.: В следующем письме укажи, пожалуйста, номер своего секретаря или свой. Хотелось бы услышать тебя вновь".

Я перечитала письмо в руке раз пять, не меньше, и каждый раз мне казалось, что читаю его впервые. Несмотря на усталость, отсутствие ужина, позднее время, я схватилась за ручку, откопала среди этих листов чистый и стала писать ответное письмо. Спустя несколько минут и попыток, я взглянула на итоговый результат, но не решалась отдать его Эш. Непонятное волнение заставило меня перечитать написанное десятки раз и с каждым разом мне казалось, что написано оно было плохо. Лёгким, но нервозным постукиванием ногтями о стол я смахнула сомнения и перед тем, как пойти домой, отдала письмо секретарю.

Придя домой, я сразу пошла в душ. Только с ручьями раскалённой как лава водой с меня сошли последние терзания и мучения, которые стали преследовать меня с того случая в баре Хаска. Однако каждый раз, когда перед глазами вновь возникал тот день, меня брала дрожь и появлялось желание спрятаться и закрыть глаза и, словно молитву, повторять одни и те же слова, которые внушали мне, что это всего лишь мне мерещится. Однако это не всегда помогало. Смерть на лице Вины в то мгновение, когда сквозь неё проходила пуля, не пугала так, как лицо Валентино, нависающего надо мной. 

Запахнув халат потуже, я прошла на кухню и включила радио. Мгновенно по помещению заиграла нерасторопная мелодия тридцатых годов. Пока я думала, что можно быстро себе приготовить, музыка уже закончилась и оттуда раздался голос :

— Доброго вечера, дамы и господа. С вами вечернее кулинарное каннибал-шоу, и я, его ведущий, Радио-Демон!..

Я закатила глаза и потянула руку к радио, чтобы переключить канал. Меня не интересовал каннибализм.

— Итак, для сегодняшнего рецепта нам, к сожалению, не понадобится нежнейшее мясо грешников, а всего лишь парочка простых ингредиентов, что найдутся у каждого в морозильной камере. 

Я вновь переключила канал. И снова. И снова. На каждой частоте шла эта программа с надоедливым до чёртиков голосом. Сдавшись, я стала вслушиваться в слова и прокладывать ленивый путь к холодильнику. 

— Этой ночью мы с вами приготовим Croque Monsieur.

Рецепт показался довольно простым, да и не требовал много ингредиентов. Под диктовку знакомого голоса я приготовила себе то, что обычный человек назовёт сэндвичем, но это было что-то аппетитнее и на вид куда изысканнее.  Всего-то нужно было приготовить соус под названием бешамель, намазать масло на два ломтика хлеба, положить ветчину с сыром и обжарить на сковородке. А потом уже разложить сырный соус.

Голос из радио не торопился, словно настраивался под мой такт и ждал, пока я закончу с тем или иным процессом. В конце концов, я осталась довольна ужином, во время которого продолжали играть устаревшие песни, разыгрывающие аппетит.

Я выключила радиостанцию, потушила свет и отправилась спать, зная, что утром на работе получу звонок от Хаска. Пугало ли меня это? Да. Радовало ли меня это? Тоже да. Было тяжело принять решение, за которым потом не последует что-то такое, что потом будет снится мне в кошмарах; в таких кошмарах, которые я вижу по сей день и по нескольку раз в месяц; в таких, от которых я всё ещё изредка просыпаюсь с криком и влажными глазами, а потом не могу заснуть, рыдая в подушку.

Эта ночь тоже была такой. Но разум решил со мной поиграть. Мне привиделся Хаск, его улыбка, уверенный тон, я видела, как он садится напротив меня в каком-то ресторане, а потом просто всаживает мне пулю в грудь. Просто так. Без причины. А может, это его банально развлекало.

Утром идея дать ему мой рабочий номер телефона уже не казалась мне такой привлекательной. Да и в общем продолжение общения с ним не была таковой. Если даже эти отношения начнутся, а я была уверена в том, что симпатия взаимна, то они в какой-то момент закончатся. Возможно, наихудшим образом. Мне казалось это жизненным уроком. В первый раз я была лишь развлечением, игрушкой, которую потом заперли на восемь лет. Во второй раз мне подсовывали любовное зелье. Что же будет в третий? Измена? Ложь? Смерть? Не важно чья, любая.

Если в истории любви нет ничего трагичного, то это не любовь, так ведь?

С другой стороны, да, они закончатся. Вероятно, это будет стоить того. Может, ему следует дать шанс не потому, что я снова готова доверять, а потому, что теперь я под защитой Радио-Демона. Аластор взаправду пообещал мне сохранение жизни. И он пока что держит слово. 

Наверное, да. Я готова попробовать ещё раз. 

Когда я пришла в офис, я занялась своей работой, то и дело каждые пять секунд поднимая взгляд на телефонный аппарат в надежде, что он вот-вот затрещит и я сниму трубку, а в ней окажется низкий хрипловатый голос, от которого мне будет становится и нервозно, и хорошо.

Но пока звонка всё не было, а стопка со сделанной работой увеличивалась. Так и не дождавшись трезвона ближе к полудню, я покинула кабинет и направилась на встречу, о которой мне ещё час назад напомнила Эш. 

***

В этой части города я никогда не была, однако он показался мне более спокойным, чем другие районы. Инфраструктура здесь была хорошо развита. Промышленность процветала. Улицы — чисты и полны рабочих. Среди них даже были рождённые!!!

Я пришла в назначенное время по нужному адресу. Меня встретили две девушки-демоницы. Я отметила их юный возраст, однако с работой они справлялись неплохо. Одна из них была тёмненькой с чёрными кудрями и алыми глазами. Вторая почти такая же высокая, но с блондинистыми волосами, собранными в хвост. Вторая была одета в белый халат и чёрные перчатки. На носу сидели очки с круглыми стёклами. 

Мы обменялись парой слов и девушки провели меня внутрь здания к кабинету. Здание было большим, напоминающим усадьбу. Зал —  обширен, с колоннами, поддерживающими балкон в тёмно-серых и лиловых тонах. Ступени лестниц были невысокими, однако длинными. Царила тишина, прерывающаяся стуком моих каблуков и обуви девушек.