Глава 40.

***

Железная дверь со скрипом открылась. Я даже не подозревала о том, что в этом доме есть огромный подвал, в который можно было пройти по системе, напоминающей лабиринт. Когда Гарри впустил меня внутрь, я в последний раз посмотрела в его глаза. Он отвел взгляд в куда-то в сторону и сжал челюсти. 

— Все будет хорошо, я обещаю тебе, — прошептала я, а затем вздохнула, и он закрыл за собой дверь. Я предполагала о том, что Гарри останется за дверью, но он обещал мне, что уйдет. 

Внутри было довольно-таки темно и я не сразу могла привыкнуть. У меня итак не самое лучшее зрение, которым можно было бы хвастаться, а в такой темной обстановке я считала себя слепой. Сделав один шаг вперед, я сощурилась, внимательно стараясь разглядеть тело, которое было привязано к стулу. Волнистые волосы четко выделялись, а затем показалось заостренное лицо. Арнет подняла голову и ее насмешливый взгляд заставил меня вздрогнуть. 

Только теперь я поняла, что Гарри был прав: это плохая идея. 

— Пришла посмотреть на то, как я увядаю? Что ж, не дождешься, я все еще великолепно выгляжу, — произнесла она и ее голос хрипло отдался в моих ушах. Я приблизилась чуть ближе, чтобы лучше рассмотреть ее. 

— Не была бы так уверена, ты просто не видела себя со стороны, — холодно произнесла я, а затем заметила в углу еще один стул. Схватив его, я развернула к себе и села прямо напротив Арнет. Девушка сощурила свои глаза, а затем подняла подбородок вверх, внимательно осматривая меня. Она остановила взгляд на свитере, и усмехнулась.

— Уже примерила на себя его одежку? Выглядишь мило, — она вздохнула, а затем закрыла глаза. — И как у вас дела? Папочку закопали? — с насмешкой произнесла она. Я сжала руки в кулаки, медленно втягивая воздух через ноздри. 

Хотелось разорвать ее горло, потому что она должна была сдохнуть так же, как и убила моего отца.

— Гарри сказал, что в шкафу, позади тебя, есть парочка острых ножей. Я знаю, что не смогу убить тебя, пока не стану полноценным охотником, но не стану отказывать себе в удовольствии посмотреть на то, как кровь будет вытекать из твоего тела, — остановившись, я сделала паузу, чтобы проглотить воду, скопившуюся во рту. — Я знаю, что это будет больно, хоть и не убьет тебя, — глаза Арнет расширились, и она с испугом посмотрела на меня. 

— Ты не сделаешь этого, ты слишком слабая... — остановившись, девушка приподняла голову, сощурив свои глаза. — Что ты хочешь знать? Было ли мне приятно убивать твоего папочку? — она знала, куда надо давить, чтобы вывести меня из себя. Мне пришлось сдерживаться, поэтому, я сжала руки в кулаки. 

— Ладно, давай сделаем так: я спрашиваю у тебя и ты мне честно отвечаешь, никто не страдает, я получаю свою мать, а ты остаешься в подвале, — Арнет посмеялась над предложением, а затем вздохнула.

— Ты такая жалкая, Скарлет, даже не представляешь, как приятно смотреть на то, что ты стараешься быть сильной. Что ты мне доказываешь? Что тебе плевать на смерть своего папочки? Что ты такая сильная, смелая, да? Ты — никто, и была никем, — она остановилась, довольно улыбаясь. Выждав около пяти секунд, Арнет рассмеялась. — И смерть твоего отца сделала тебя еще безнадежней.

— Ну, держись, тварь, — я встала с места и стул с грохотом ударился об пол. Арнет занервничала и стала вырываться с места, когда поняла, что я собиралась сделать.

— Нет-нет! Стой, ладно, я все скажу! — закричала она, но мне было уже плевать. Я хотела сделать ей настолько же больно физически, насколько она сделала мне душевно. Выдвинув ящик из шкафа, в котором по указаниям Гарри были ножи, я вытащила три, осмотрев лезвия. Арнет что-то говорила, просила о чем-то, но мне было все равно. 

— Знаешь, как больно, если ударить ножом в коленную чашечку? — спросила я. — Можно разорвать мышечный сустав и будет очень сильно болеть, — прошептала я, снова поднимая стул и садясь на него. — Знаешь ли ты, с каким удовольствием я буду это делать? Даже не представляешь! — не успела она что-либо ответить, как я вонзила нож в области колена, и она громко закричала. Этот крик врезался в мои уши пронзительно, но потом последовал ее смех, нервный, наигранный.

Кровь брызнула из раны, заляпав мою руку. Я видела, как в глазах Арнет блестели слезы и ненависть, лютая ненависть ко мне.

— Стерва, — прорычала девушка, кривясь из-за боли. — Может быть вытащишь нож?! — крикнула она. Я ожидала, что она заплачет, но Арнет просто не могла себе этого позволить. 

Это было довольно-таки странно... Словно я смотрела на свое собственное отражение и переживала все те эмоции. Казалось, что Арнет передавала мне частичку той боли, что испытывала. И эта боль была не только физической. Нам обоим было больно, правда, нам было больно лишь от наших же поступков. 

Она смотрела на меня, а затем снова издала протяжный глубокий вздох.

— Что ты хочешь знать, милая? — спросила она, прищурив свои глаза. Она была полной моей противоположностью, но, при всем этом, мы были чертовски похожи. 

— Где моя мать? — спросила я, а затем взяла в руки второй нож. — Удар в области ключиц тоже не из приятных, — тихим шепотом добавила я. Девушка рассмеялась, качая головой. Меня начинало раздражать такое ее поведение. На что я надеялась? Думала, что она мне все расскажет, но это не так. 

— Там, где ты ее никогда не найдешь, — произнесла она. Один локон упал на ее лицо, и это придало ей более устрашающего вида. Я вздрогнула, но поняла, что нельзя давать ей возможности запугивать меня. 

— Ключица, так ключица, — крик Арнет раздался по всему подвалу и оглушил меня своей пронзительностью. Мне было плевать. Я хотела видеть то, как она будет биться от боли, и пытаться вытащить нож, но она была так беспомощна передо мной, и лишь когда казалось, что боль утихла, она снова получала ту власть надо мной. Неконтролируемую власть над всем моим разумом, эмоциями. 

— Ты никогда не узнаешь о ее местонахождении, а даже если узнаешь, то будет уже поздно, — прошептала она. 

Как бы я не старалась ей сделать больно, ее слова резали меня без ножа. Она знала, что если я не смогу найти мать вовремя, то потеряю ее так же, как и отца. 

— Даже когда я здесь, есть люди, которые выполняют ту работу, что я им поручила, и находясь здесь, со мной, ты даже не представляешь, что могут они делать с твоей... Или нет, с нашей матерью, — Арнет громко рассмеялась, откидывая голову назад. Ее слова заставили меня разозлиться.

— Ладно, что тебе известно о проклятье Делинора? — спросила я, решая таким образом сдерживать свой гнев. Арнет прекратила смеяться и теперь стала выглядеть более серьезно.

— Я знаю чуть больше, чем вы все. Насколько известно, за некоторое время до своего полного превращения, Делинор меняет надписи на теле, цвет кожи и глаз. По легенде, существует место, именуемое родником человечности, но никто и никогда не видел его, — я опустила голову вниз, понимая, что когда наступит тот день его полного превращения, мы не сможем ничем ему помочь. Он станет неуязвимым монстром. 

— Что ж, чем смогла, Арнет, тем ты мне помогла, — я хотела уже уйти, но она меня остановила:

— Однако, к твоему счастью, мне еще кое-что известно, — посмотрев в ее глаза, я поняла, что она не врала.

В помещении было ужасно холодно. 

— Но ты ведь хочешь получить свободу, в обмен на информацию, так? — это было очевидно: Арнет бы никогда ничего не сказала просто так.

— Верно соображаешь, милая. Я хочу выбраться отсюда, чтобы завершить одно дело, которое так и осталось незаконченным. У меня около тридцати минут на все это, просто развяжи меня, — мой взгляд опустился на веревки, которыми она была привязана к стулу. 

— Если я тебя отпущу, ты даешь мне слово, что вернешь мне мать? — спросила я, приближаясь к ней. Арнет смотрела прямо в мои глаза и затем кивнула. Я коснулась пальцами веревки, как вдруг она рассмеялась. 

— Как же ты наивна! Ты жалкая, я ведь говорила тебе об этом? Мне нельзя доверять, а ты была готова выпустить меня, услышав слова о своей дорогой мамочке! — прокричала она мне в лицо. Я отшатнулась назад, и, не удержав равновесия, упала, прямо перед ней. 

— Заткнись!

— Знаешь, чем я лучше тебя? Я не беспокоюсь о ком-либо, и готова предать всех, лишь бы спасти себя. Я ценю свою жизнь, и это самое главное, — она замолчала. Сама того не понимая, я вытерла слезы со своих щек. Она никогда не отдаст мне мать.

— Я лучше тебя, Арнет, потому что я ставлю жизни других выше своей! Я готова пожертвовать всем, что у меня есть, потому что я знаю такие ценности, как любовь, дружба, помощь, а что известно тебе? Половину столетия ты пролежала без движения, тебя предавали и обманывали, поэтому ты мстишь, верно? Потому что у одной из нас лучшая жизнь? — я поднялась с пола, вытирая пыль. 

— Твоя жизнь превратится в один сплошной Ад, когда Делинор полностью превратится, — прошептала она.

— Что ты об этом знаешь? — я спросила, внимательно смотря в глаза Арнет.

— Я знаю только то, что существует карта к тому месту, где и находится родник человечности, но, карту может прочитать только лишь один человек. И он и есть носитель этого «сокровища». А так, чтобы остановить его нужно лишь двадцать золотых ножей в сердце и железные цепи, потому что он будет неуязвимым и убьет каждого. Даже твоя любовь не спасет его, — она закрыла глаза, откидывая голову. — Ты свободна, я хочу спать.

— Я говорю с тобой! — закричала я, а затем схватила ее за горло. Эта ситуация была неконтролируемой, и я боялась, что натворю глупостей о которых буду жалеть потом. — Отвечай, что ты знаешь?

— Твои угрозы такие пустые... Я ничего не знаю, а что надо было, я уже сказала, — она улыбнулась. 

— Ты никогда, слышишь? Никогда не выберешься отсюда, и единственное, что ты сможешь делать — гнить, находясь тут! — я отпустила ее, а затем развернулась, выходя из помещения. Стоило мне захлопнуть дверью, как я столкнулась лицом к лицу с Гарри. 

— Мне жаль, — прошептал он, обнимая меня. Я громко всхлипнула, давая волю слезам и эмоциям, которые скрывала, находясь внутри с Арнет. 

— Ты все слышал, да? Ты ведь слышал нас, — произнесла я, сильнее обнимая его. — Мы ведь даже не знаем, сколько времени осталось до того, как совершится твое полное превращение! — громче добавила я.

— Все будет хорошо, я обещаю тебе. Со мной все будет хорошо... Мы найдем твою мать, и...

— Нет, нет и нет, мы должны найти того, у кого будет карта, разве ты не слышал? Гарри, единственным, кто сможет помочь мне, являешься ты, а если вдруг ты начнешь становится огромным монстром посреди дня, или того хуже, прямо сейчас, тогда я никогда не увижу свою мать, а ты будешь убивать каждого, — произнесла я на одном дыхании. Он внимательно посмотрел на меня, словно раздумывая над тем, что делать в первую очередь.

— Мне стоит поговорить с ней, потому что мне она не станет ни лгать, ни угрожать, ни смеяться, потому что я смогу вырвать ее печень, или сердце, что больше по душе, — только он сказал это, и собрался войти внутрь, как я перехватила его руку.

— Если она умрет, то мы никогда не узнаем о карте и о моей матери, — предупредила я. Гарри выругался, а затем потащил меня наверх, за собой. 

— Мы найдем способ того, как убить ее и узнать все прежде, чем кому-то смогут навредить, — уверил он меня. 

Только мы поднялись из подвала, как замерли. 

— Что вы все тут делаете? — спросила я, а затем посмотрела на Рене, который выглядел очень бледным. — Что с тобой? — спросил он. Сэнди сделал шаг вперед, а затем посмотрел на меня.

— Дело в том, что с Рене что-то происходит, и мы не можем понять, что именно, но... Я предполагаю, что это все зависит от того, что Гарри совсем скоро превратится в, скажем так, монстра. Он ведь контролировал Рене, и сейчас, Рене принимает на себя некоторые побочные эффекты, которые должен был принять Гарри... Он, кто-то вроде защиты, — произнес Сэнди. Я развернулась, смотря на Гарри. 

— Что это значит, Гарри? — только он хотел что-то сказать, как вдруг раздался сильный грохот из того места, где был подвал. — Что это? 

Еще один звук раздался немного сильнее. Я толкнула кудрявого в сторону, намереваясь спуститься вниз, как вдруг меня ударили головой об стену. Я зажмурила глаза, замечая силуэт. Арнет, как она выбралась? Снова раздался какой-то шум, а затем я отключилась. 

***

— Где она?! — я поднялась с дивана, резко хватаясь за голову. Сэнди схватил меня за плечо, укладывая назад. — Пусти меня! Сэнди, куда она пошла? Что случилось? 

— Она сказала, что у нее осталось незаконченное дело, — произнес откуда-то Крофенвольф. — Я полагаю, что Арнет что-то скрыла от тебя и поэтому сбежала. Возможно, она испугалась, что Гарри выпытает это у нее, — закончил он. В голове не укладывалось только одно...

— Как она вышла, ведь вы все могли поймать ее? — холодно произнесла я. Из-за спины Сэнди появился Гарри. 

— В подвале, она смогла вытащить нож, который ты оставила в ее коленке, а затем разрезала веревки, и нашла дымовую шашку, которую я так же держал в подвале, — ответил он. Ярость охватила мое тело, и я поднялась, убирая руку Сэнди. На стульях сидели Оливер-Скотт, Крофенвольф и Джейми. 

— Мне жаль, но она перехитрила нас. Она знала, что ты придешь туда и будешь ее мучить, она сказала тебе что-то, но часть утаила. Значит, она знает то, что заставило ее уйти, — сказал Крофенвольф. — Всегда восхищался тем, какие же двойники умные, — тишина заполнила дом. 

— Я не могу находиться здесь, зная, что эта тварь разгуливает где-то. Я иду искать ее, — схватив со стула куртку, я накинула ее на плечи, намереваясь выбраться из дома, как вдруг мне загородил путь Гарри. — Пусти меня.

— Ты никуда не пойдешь, — грубо отрезал он. — И это не обсуждается.

— Нет, это — обсуждается! Я иду искать Арнет, Сэнди и Оливер останутся тут с Рене, а ты, Крофенвольф и Джейми пойдете искать мою мать. Я почти уверена в том, что Крофенвольф справится с этой задачей. Отведи его ко мне домой, отдай одну из вещей моей мамы, и он найдет ее по запаху. Я должна сама разобраться с двойником. Без обид, но это чисто женское дело, — я оттолкнула его, а затем вышла, захлопывая за собой дверь.

Если Арнет знала что-то, что могло ее заставить сбежать из-за страха, значит я должна выяснить то, что же это такое. Без оружия, без защиты — я направлялась не зная куда. Но что-то мне подсказывало, где ее можно было найти. 

— Центральная площадь, — прошептала я себе под нос, думая о том, что она может оказаться именно там. У нее оставалось полчаса для того, чтобы совершить что-то. «Если я сделаю это, твоя мамочка окажется жива», — что же она должна была сделать? Соврала ли она? 

Откуда она знала который час, уверенная в том, что ей осталось около тридцати минут? 

— До чего же тридцать минут? — я остановилась, понимая, что почти у места. Центральная площадь, на которой находился старый собор, а сейчас здание суда и часовня. Приблизившись туда, я подняла глаза наверх, как вдруг замерла: Арнет стояла на самом верху, шепча себе что-то под нос. 

Нет, если она упадет оттуда, то я никогда не узнаю о том, что она скрывает и где находится моя мать. Девушка глядела вниз, все еще говоря себе что-то под нос. 

Я ринулась вперед, надеясь быстро подняться и оттащить ее, а потом отключить на время. Пробежав около трех метров, я подняла глаза туда, где стояла Арнет. 

— Нет! — тело двойника упало прямо передо мной и я запаниковала. Если нас кто-то увидит, то они неправильно поймут. Черт! Оттащив ее тело к зарослям, я стала бить ее по щекам, надеясь на то, что она очнется. — Зачем ты это сделала? Зачем?!

Ответа не последовало: двойник перестала дышать. Она умерла, зная что-то, что пугало ее. И теперь, главный вопрос: касалось ли это меня, моей семьи, и, самое главное — касалось ли это Гарри?