2-6. Зелёные глаза, двусмысленные фразы, имена

Она медленно открыла глаза, пытаясь оглядеться и понять, где находилась. Последнее чёткое воспоминание — о разговоре с Джейком. Это было на улице, сейчас же... Она несколько раз моргнула — комната плыла перед глазами, во рту сухо, голова трещала. Ощущения как после похмелья. Только ещё и руки болели, словно кожу что-то резало при каждом неловком движении. Она попыталась вытянуть их, но быстро поняла, что боль — от верёвки. Комната — подозрительный подвал. Что же нужно было делать, чтоб оказаться в таком месте? Всему должно быть логическое объяснение. Искать его с больной головой странно и сложно, но ждать, пока станет лучше — не вариант. Возможно, это вообще её единственный шанс что-то сделать.

Итак. Она не у себя и не у ребят дома, даже не на улице и к тому же связана — вывод напрашивался сам собой. Не досмотрела и попалась этому типу в маске. Она жива, значит, чудовища Дасквуда ещё не заставили Виолу приехать. Но наверняка с ней связался Джейк — он точно знал, что произошло. Нужно довериться напарнику и... попытаться подать хоть какой-нибудь сигнал. Со связанными руками вариантов немного. Она повертела головой, в согревающей надежде найти хоть что-то полезное. Бессмысленно. Каменные стены, земляной пол, окно под потолком такое, что не пролезет и кошка, лестница, ведущая к наверняка запертой двери, и подозрительная куча тряпья, на которой пришлось провести последние... сколько она здесь? Ханна прислонилась затылком к каменной стене. Похоже, чудовища подготовились: нет ничего, обо что хотя бы в теории можно разрезать верёвку. Ещё и тело не слушалось. Великолепно. По всему выходило, что шансов сбежать у неё нет.

— Ну и ну, даже не попробуешь? Похоже, я проиграл этот спор.

Ханна вздрогнула, чувствуя, как по шее скатилась неприятная холодная капля. Как можно было не заметить, что всё время здесь был кто-то ещё?

Он и сам словно был частью густого мрака под лестницей. Отделившись от почти осязаемой тьмы, он скинул капюшон чёрного балахона. Ханна смотрела на человека, которого начала считать другом и не могла произнести ни слова. Ком в горле мешал даже вздохнуть полной грудью, желудок неприятно сжался. Быть не может, чтоб друг оказался чудовищем!

— Так теперь малышка Ханна будет меня игнорировать? Какая досада, — он подошёл ближе, склонился так, что даже в полутьме подвала она могла разглядеть его зелёные глаза. Не изумрудные, как у Айрис и Дженнифер, с заметным тёмным отливом. Двоякие, как он сам. — Доверчивость сыграла с тобой злую шутку, правда?

Чувства немного улеглись, и Ханна уже могла ответить, но говорить с ним не было никакого желания. Он просто предатель, который теперь ещё и насмехался над ней.

— Всё молчишь? Ну ничего. Держи свою игрушку, — он что-то кинул в ту кучу тряпья. Ханна на автомате посмотрела на предмет. Оказалось — телефон. Её второй мобильный — тот, который она использовала для расследования. — Пароль я сменил. Разгадаешь — можешь попробовать связаться со своим дружком-хакером.

От сердца немного отлегло. Значит, её обманули дважды?

— Но зачем?..

— Уверяю, никому не будет лучше, если ты начнёшь сходить с ума в одиночестве, пока ждёшь подружку, или загнёшься от передоза снотворного.

Когда он уходил, Ханна обратила внимание на две вещи: за дверью стоял кто-то ещё и под лестницей из стены торчал небольшой прут. Времени займёт не мало, но можно попробовать избавиться от верёвки.

***

Клео: Привет ещё раз, Виоль

Виоль: Клео! Ты меня ужасно напугала! Всё нормально?

Клео: Да, не переживай. Просто мой телефон вдруг решил вырубиться

Анна вспомнила, как однажды не могла даже посмотреть, не опаздывала ли на экзамен, потому что телефон выключился и отказался включаться на улице. Вздохнула: да, такое действительно могло быть. Уж в чём, а в этом она Клео верила.

Клео: Около двери был Томас... и мы сейчас вместе в квартире Ханны...

Виоль: У меня ощущение, что ты хочешь сказать что-то ещё. Всё точно в порядке?

Клео: Давай поговорим об этом позже

Я напишу, когда приду домой

— Ну блеск. И что это было?

Анна растянулась на полу. Багаж прочитанных детективов не очень помогал в реальном расследовании. Она пыталась сопоставить слова друзей Ханны со всеми найденными на облаке файлами, но полноценного результата это не приносило. Картина преступления не вырисовывалась полностью, и к концу пятого дня это начало раздражать.

— Тебе обязательно это делать, да? — спросила Анна, почувствовав на спине несколько лишних килограммов. Шэдоу обожал забираться на неё и сейчас в ответ на недовольство привычно замурчал. Анна вздохнула и, пытаясь не обращать на это внимания, снова стала искать связь между событиями. Ханну точно не похитили ради наживы. Иначе точно связались бы с её родственниками, об этом узнали бы друзья. В чём тогда могла быть причина? Информация? Возможно, Ханна узнала что-то, чего не должна была, за это её решили нейтрализовать. Но что это могло быть? И почему её тогда просто похитили, а не убили? И почему все, включая саму Анну, уверены, что это просто похищение?

— Сползай на пол, любовь моя. Я хочу пройтись.

Сегодня Анна была на улице чаще, чем обычно за неделю. Но то были дневные прогулки, они не приносили такого результата. Анна — любительница ночных прогулок. До начала расследования она нередко брала рюкзак со всем, что могло пригодиться в дороге, и бродила по знакомым улицам. Ночь выворачивала привычный мир наизнанку, а на оборотной стороне порой можно найти ответы на глубинные вопросы.

Милтаун не из тех городов, что не спят ночами, но даже в поздний час обычно можно понаблюдать за редкими прохожими. Сегодня с наступлением темноты люди исчезли с улиц. Никого не было даже у руин на окраине городка, где так любили — особенно во время каникул — собираться старшие школьники и студенты. Трудно поверить, что всех так просто напугало это убийство.

Анна присела на низкий забор у руин, повертела головой. Никого. И откуда тогда непроходящее ощущение, что она не наблюдатель, а объект наблюдения?

***

Воскресенье началось так, как только может начаться плохой день: с длинного письма от начальства, суть которого можно было уместить в паре строк. Миссис Эрвуд в принципе была согласна с предложенным Анной планом мероприятия, но хотела, чтобы в него был внесён ряд изменений. В том числе неплохо бы прописать пункт с участием студенческого сообщества. Вопрос, где найти студентов, если часть из них сосредоточена на сессии, а часть разъехалась, повис в воздухе. Анна тихонько взвыла, пряча голову под подушкой. Миссис Эрвуд и её идеи... Надо было выключить все средства связи ещё ночью и не включать хотя бы до понедельника. Теперь уже поздно, письмо прочитано и надо что-то делать. Анна напечатала, что примет во внимание замечания, но некоторые из них считает невыполнимыми. Странно, что после этого миссис Эрвуд написала ей почти сразу — обычно ответа приходилось ждать несколько часов. Она предлагала обратиться к Ханне, ведь «девочка так заинтересована и тебе точно не откажет». Анна подумала, что ещё немного и у неё разовьётся аллергия на это имя.

Она повернулась на бок и поджала колени к груди. Был один из тех дней, когда не находилось сил на общение и повседневные дела. Зачем вообще что-то делать, если ничего от этого не изменится? Тратить ресурсы, создавая видимость ряби на воде мироздания... Бессвязный поток мыслей прервал забравшийся в кровать Шэдоу. Анна обняла кота одной рукой и уткнулась носом в мягкую шёрстку. Шэд требовательно мяукнул.

— Конечно, ты прав, — пробормотала Анна. — Это работа. Это надо. Хотя сегодня я официально могу тратить время впустую... эй, не кусайся. Шэд, уж ты-то знаешь, я скоро приду в себя.

Надо просто немного восстановить силы. Надо взять себя в руки и написать мисс Райт, предложить встретиться завтра. А кому оно надо?..

Анна прошаркала к ноутбуку, проверила прогресс восстановления очередного файла. Вернулась. Взяла с прикроватной тумбочки упаковку таблеток. Гадость, которую выписывал Лайнел. Вряд ли от этого хлама будет польза, надо бы выбросить.

Опять это «надо»...

***

Анна ждала за столиком, неприлично положив голову на руки. Слишком всё равно. Не вздрогнула и не подняла голову, когда плеча коснулась рука.

— Не похоже, что вы очень рады этой встрече, мисс Фрейзер.

Скрип стула напротив. Анна почувствовала, как её погладили по волосам и всё-таки выпрямилась. Не хватало ещё этих нежностей на публике.

— Здравствуй. Уж извини, что позвала.

— Ничего, у меня не было планов. Выглядите ещё более уставшей, чем обычно. Всё нормально?

— Уже не уверена. Тебе знакомо чувство, что окружающие ждут какой-то помощи, а ты просто не понимаешь, что должна делать?

— Ещё как. Может, вам стоит взять отпуск и рвануть куда-нибудь подальше?

— Если бы проблема была только в работе... Но спасибо. В любом случае, позвала я тебя из-за работы.

— А-а, не говорите. Я угадаю: бабуля Эрвуд снова пытается сделать вид, что студентам есть дело до её мероприятий?

Анна чуть качнула головой.

— И как ты это так легко угадываешь?

— Ну, миссис Эрвуд предсказуема в своих идеях, а вы меня по другим поводам не зовёте.

В обычное время Анна бы притворилась, что не слышала этого. Сейчас на это не было сил — она вздохнула и посмотрела в глаза Ханне. Ещё одна проблема на её голову.

— Слушай, мы с тобой это уже обсуждали, так? Общение — да, психоанализ — нет. Не приставай ко мне с этим, пожалуйста, юный последователь Фрейда.

— Ну, я должна была попытаться. Вы бы стали жемчужиной моей будущей дипломной, — Ханна улыбнулась и отвела взгляд. — Раз вы меня позвали, тема уже есть?

— Конечно, всё готово и одобрено начальством. Я принесла тебе копию.

Ханна пробежала глазами по плану.

— Ух ты, да мне даже нового ничего придумывать не надо, зачитаю часть готового доклада. Кста-ати, а мне стоит ждать обновлений в блоге?

— Конечно, но не в ближайшее время. Сейчас у меня совсем нет на это времени.

***

Телефон Анна включила только вечером, когда более-менее пришла в себя. На секунду ей показалось, что из-за вибрации от начавших приходить уведомлений телефон мобильный может улететь на орбитальную станцию. И о чём только они могли говорить настолько активно? Несколько сотен сообщений в групповом чате, десятков — в «Легендах Дасквуда», по паре от Джесси, Клео, повелителя... ещё и «серые чаты» обновились. И в каком порядке разбирать всё это добро? Занимаются ли чем-нибудь эти люди, кроме переписки?

Джесси жаловалась на местную газету: распродажа велосипедов им важнее, чем новость о найденном у озера теле! Анна, как и следовало наивной девочке, согласилась с тем, что в этой ситуации что-то нечисто, хотя сама видела вполне логичное объяснение. Пока идёт расследование, вся информация сосредоточена в руках полиции, представители которой вряд ли станут делиться полным объёмом полученных сведений. Во-первых, чтобы преступник точно не узнал о ходе следствия, во-вторых, потому что панику в городке разводить вряд ли кто-нибудь захочет. Появись в газете появилась полноценная статья, а не заметка на десять строк, Дасквуд бы всколыхнулся и потонул в волне слухов. Вот как случилось с Милтауном. Сейчас только и разговоров что о ужасающем жестокостью убийце. Хотя вообще-то никто точно не знал, как убили Лайнела.

В групповом чате спустя несколько дней отсутствия всё-таки объявился Томас. Сказал, что был в полиции — тело принадлежало не Ханне — и снова вышел из сети. Ребята ещё долго обсуждали, стоило ли им так переживать. Анна вздохнула и, не дочитав до конца, очистила чат: вчитываться в чужие споры не было настроения.

В «Легендах Дасквуда» Джесси и Ричи продолжали обсуждать нестрашную легенду о человеке без лица и в конце концов пришли к выводу, что этой зацепкой действительно стоило заняться. Только следовало быть осторожнее и пока не говорить остальным. Анна не удержалась и прокомментировала.

Виоль: Привет. Участник группы, про которого за полтора дня забыли, тоже не против. Спасибо за проявленный интерес 😛

В одном из «серых чатов» Фил продолжал ворчать на Джесси. Анна закатила глаза. Ну не вышел Дэн на работу — ему бы и высказывал. Джесси на няню для взрослого парня не похожа. Видимо, продолжение этой истории было где-то в групповом чате, потому что следующая часть серых сообщений начиналась с извинений Дэна. Он обещал загладить свою вину и сводить Джесси в ресторан. Анна тут же заинтересовалась, на какие средства. У Дэна, похоже, проблемы с работой, а «Чёрный лебедь», судя по сайту, — заведение не из дешёвых. Впрочем, это касалось её в меньшей степени. После двусмысленной переписки Дэна и Лили Анна думала, что этих двоих связывало нечто большее, чем дружба. Ситуация... И Джесси ничего не скажешь — это точно вызовет ненужные вопросы. С другой стороны, тем вечером Дэн и Лили могли заниматься чем угодно — хоть обои клеить.

Дальше Клео. Чат с ней Анна читала с неподдельным интересом, ведь она сообщила немало полезной информации о Томасе, Ханне и охоте за зацепками в квартире пропавшей.

Напоследок Анна оставила чат с парнем-загадкой. Он написал всего пару сообщений субботней ночью и, видя, что Анна не выходит на связь, прекратил попытки.

Виоль: <Документ-облако2><Фотография>Привет, повелитель. Возможно, ты уже в курсе, но ситуация с Клео прояснилась. Она всё мне рассказала

Повелитель интернета: Привет, Анна.

Я уже начал переживать.

Виоль: Ну вот, теперь мне стыдно... Всё хорошо, просто иногда в конце месяца у меня нет сил ни на какие проявления жизни

Повелитель интернета: Кажется, у тебя были новости?

Виоль: Клео рассказала, что произошло, когда отключился её телефон. У двери был Томас. Он сказал, что зашёл с помощью запасного ключа, но Клео уверена, что это не так. За пару недель до похищения Томас и Ханна серьёзно поссорились, он вернул копию ключа, но не учёл, что девчонки обычно делятся такими проблемами с лучшими подругами

Повелитель интернета: Это важная информация. Но почему она не рассказала раньше?

Виоль: Не хотела, чтобы у меня сложилось неверное впечатление о Томасе

Повелитель интернета: Мне кажется, в твоём сообщении была опечатка.

Виоль: В моём сообщении была косвенная цитата. Но это ещё не всё. Томас забрал что-то из дома Ханны. Клео не рассмотрела, что именно, но мне эта деталь показалась любопытной

Повелитель интернета: Ты права, это тоже важно. Ты молодец, Анна. Мы обязательно выясним, что он забрал. Но сейчас у нас есть и другие темы для обсуждения.

Виоль: Как скажешь. Что насчёт номера Поука?

Повелитель интернета: Мне нужно ещё немного времени. Пока можем обсудить заметку, которую ты отправляла в прошлый раз.

Я перечитывал не раз, но смысл всё равно ускользает от меня. Это будто зашифрованное послание.

Виоль: А у меня есть пара идей. Мне кажется, Ханна была на распутье, когда писала это. Выбор между какими-то значимыми для неё вещами, необходимость сделать который вгоняла её в отчаяние. Кстати, это ведь могло быть связано с Томасом и чем-то чем она занималась в дни перед исчезновением?

Повелитель интернета: В этом есть смысл. Кажется, она говорила нечто подобное... Но как ты это определила?

Виоль: Текст. Этот текст — поток эмоций, который смывает при прочтении. Как попытка кричать, когда сил не осталось. Мне это знакомо

Повелитель интернета: Ты так воспринимаешь эмоции... Это удивительно. Мне всегда плохо давался анализ текстовых сообщений.

Я не часто рассказываю об этом недостатке.

Виоль: Не думаю, что это недостаток, просто особенность восприятия. Но спасибо за честность

Повелитель интернета: Давай поговорим об этом в другой раз, если тебе ещё будет интересно узнать больше.

Виоль: Без проблем. У меня есть вопрос. Тебе не казалось, что Ханна вела себя странно?

Повелитель интернета: Нет, ни разу.

Виоль: Но вы были знакомы лично?

Повелитель интернета: Не совсем. Я расскажу тебе, когда настанет подходящий момент.

Анна вздохнула — кто бы сомневался. Парень-загадка и сотня его недомолвок. Бывали моменты, когда Анна сомневалась, что стоило доверять этому человеку. Его недоверие оставляло болезненные шрамы на остатках самолюбия. Но желание сказать ему, что тайны не способствуют сотрудничеству, каждый раз сдерживалось мыслью, что Шэдоу отлично разбирался в людях. Намного лучше, чем она сама.

Виоль: Как всегда... ЛадноУ меня есть ещё новость, но... Это что-то между слухом и историей о сверхъестественном

Повелитель интернета: Необычно. Хочешь рассказать?

Виоль: Когда-нибудь в следующий раз. Когда момент будет подходящим

Повелитель интернета: Ты только что передразнивала меня?

Виоль: Заметил, да? Не могла упустить такую возможность. Теперь понимаешь, каково это?

Повелитель интернета: Признаю, ты рассмешила меня.

Но, вероятно, я на самом деле заслуживаю того, что ты не говоришь всего.

Виоль: Ещё как заслуживаешь! Но я не хочу скрывать от тебя что-то. Так что садись поудобнее и приготовься слушать сказку. Сможешь ведь слушать, да?

Анна нажала на кнопку записи и несколько минут рассказывала об Альфи и человеке без лица, вставляя свои комментарии, высказывая сомнения и предположения. Если Альфи видел преступника, тот наверняка видел его. Но с сыном мисс Уолтер ничего не случилось, вероятно, как раз потому, что умственно отсталого ребёнка мало кто воспринимал всерьёз. Значило ли это, что преступник жил в Дасквуде и был в курсе местных сплетен?

Виоль: Почему-то у меня получается анализировать ситуацию только, когда говорю с тобой. Сама я в крайней степени бесполезна, всегда теряюсь в фактах

Повелитель интернета: Это нормально. В одиночку часто трудно сориентироваться в потоке информации.

Виоль: Может, ты и прав... Сможешь посмотреть второй документ? Он тоже интересный. Или в другой раз?

Повелитель интернета: Подожди минутку, сейчас.

Пока повелитель изучал документ, Анна вышла в список чатов и с удивлением обнаружила сообщение от Ричи. Она даже не могла предположить, что общение с милым автомехаником зайдёт дальше переписки в групповом чате. Она начинала подозревать, что этот парень избегал её, предпочитая наблюдать.

Ричи: Привет, забытый участник 😃 Если честно, у меня есть небольшая просьба

Виоль: Привет, рада тебя видеть. Что случилось?

Разговор скомканный и короткий. Ричи отметил влияние Виоль на Джесси и попросил убедить её не переусердствовать в поисках чудовища. Анна забеспокоилась. Было ли это только беспокойством за увлекающуюся подругу? Она не хотела допускать даже мысли, что сообразительный милаха Ричи связан с похитителем, но просьба её насторожила. Анна внесла новую запись в информационный лист и подумала, что скоро ей потребуется настенная доска для улик вроде той, что была в полицейском участке. Но Ричи она пообещала остужать пыл Джесси.

***

Джейк дважды перечитал заметку, ошеломлённый разницей изложения информации в разных документах. Уже не шифр, а настоящий подарок — дневниковая запись. Но что это за события? Как давно они происходили? В их расследовании участвовал ещё кто-то? Ханна не рассказывала ни о чём подобном. И как после этого действовать? Это называлось «я доверяю тебе»? Обвела вокруг пальца, Ханна, ничего не скажешь. Но главное — зачем? Потёр красные глаза и снова потянулся к телефону.

[Your_name]: Важная находка. Молодец.

Он написал своей помощнице в надежде, что всё же что-то упустил и после совместного анализа удастся понять поступок Ханны. Тем более со способностью Энни считывать эмоции из текста.

Энни: Спасибо ☺ Теперь же твоя очередь начинать, так?

[Your_name]: Не спеши. В этот раз мне хотелось бы попробовать с тобой кое-что новое.

Энни сейчас offline

Анна? Всё нормально?

Джейк успел выбросить скопившиеся на столе банки из-под энергетика и выкурить сигарету прежде, чем Энни ответила.

Энни: Повелитель, пожалуйста, не надо писать так... двусмысленно. Сижу перед экраном с мокрой головой и не могу сосредоточиться на расследовании 😶

[Your_name]: Не понимаю, о чём ты.

Энни: И лучше не понимай! А то ещё будешь думать обо мне всякое... Ладно. Что у тебя была за идея?

[Your_name]: Ладно. Поработаем по отдельности. Отметь ключевые моменты в заметке, я сделаю то же самое. Потом сравним.

Если бы не разница цвета маркеров, Джейк решил бы, что с недосыпа перепутал документы. Энни интересовали те же моменты, что и его: кто этот «он», к какой семье они ходили, происшествие, о котором хорошо знали Ханна и загадочная Айрис, чувство вины... Джейк в общих чертах знал, что произошло и почему Ханна считала себя виноватой, но раскрывать карты не стремился. Не сейчас. Лучше дождаться подходящего момента, чтобы картина сложилась полностью.

Ещё один сюрприз ждал при попытке перечислить выжатые из заметки зацепки. Энни угадывала его мысли, продолжая и дополняя их. Сложно поверить, что это возможно после недели знакомства.

Энни: Ты забыл о «глазах изумрудного цвета»

[Your_name]: Точно. Это указание на пока неизвестного нам человека. Молодец.Думаю, на этом можно закончить. Или нам нужно обсудить ещё что-то?

Энни: Нужно. Как тебя зовут? 🙂

Джейк выпрямился, напрягся. Это ещё что за новости?

[Your_name]: Зачем тебе знать моё имя?

Энни: Затем, что ты мне нравишься. Теперь уже без «кажется»

[Your_name]: Значит, ты всё же помнишь...И всё-таки не думаю, что в этом есть необходимость.

Энни: Ну пожалуйста

Я понимаю, что для тебя только инструмент для поиска Ханны, что скорее всего мы перестанем общаться, когда всё закончится. Но дай мне хотя бы потешить себя мыслью, что я важный инструмент

[Your_name]: Энни, почему ты так решила? Ты... кто угодно, но не инструмент.

Энни: «Энни», значит... Мне сделать вид, что ничего не заметила?

[Your_name]: Не нужно. Не тебе исправлять мою ошибку.

Энни: Меня давно так не называли. Мирта придумала этот вариант, когда «Анну» я ещё не переносила из-за связи с родителями, а «Виола» вызывала истерику после того случая. Это было ещё одним детским именем. Но ты можешь продолжать.

Ха. Вот такая минутка неуместных откровений. Теперь ты знаешь обо мне больше, дорогой J.D.

Он перечитал сообщение и вдруг понял, что улыбался из-за этой наивной откровенности. Решила показать своё доверие и рассказать историю из прошлого? Что ж, можно сделать исключение и позволить себе попасться на удочку взаимного доверия.

Но как давно она догадалась?

[Your_name]: С первой буквой ты угадала. Меня зовут Джейк.Вот что я делаю? Понимаю, что это может быть опасно, но всё равно открываюсь тебе.

Энни: Но разве тебе самому не легче от этого?

[Your_name]: Как ни странно.

Необходимость таиться из-за обострившегося чувства справедливости давила на него уже почти пять лет. Постоянное избегание тем хоть немного личного характера, невозможность поговорить с кем-то, кроме пользователей глубины... Это то, что преследовало его вместе с федералами.

[Your_name]: И всё же для меня очень многое поставлено на карту.

Энни: Ты можешь довериться мне

[Your_name]: Я хочу тебе довериться.

Джейк немного помедлил перед отправкой сообщения. Он, может, и хотел, но нужно ли ей знать об этом? И тут же для себя решил — нужно. Иначе догадки и попытки пережить, понять непривычные для него чувства, порой мешавшие рассуждать трезво, однажды сделают то, что не сделал вечный недосып: сведут его с ума.

[Your_name]: И теперь я хочу узнать о тебе ещё больше.

Энни: Если честно, не люблю говорить о себе. Вызывает плохие ассоциации. Но раз это ты... Что тебя интересует?

Он и сам не знал, почему, но был уверен: отправив это сообщение, она коснулась синяков на горле.

[Your_name]: Ты с кем-то встречаешься, так ведь?

Энни: А ты умеешь удивить. Нет. Ох, думаю, мне лучше сразу прояснить кое-что. Знакомься, это Шэд 🙂

<Фотография>

[Your_name]: Кот? Ты серьёзно?

Энни: Ещё как. Он единственный близкий мне мужчина, который не бросил меня в трудной ситуации, ни разу не обозвал чокнутой, потому что я вынуждена ходить к врачу с девяти лет. Поэтому лучший. Неожиданно, да?

И всё-таки почему ты спросил?

[Your_name]: Не знаю.Я...

Энни: *Внимательно слушаю и терпеливо жду полного ответа*

[Your_name]: Я считаю тебя очаровательной, Энни.

Энни: Ох, Джейк... Я не могу перестать восхищаться тобой. Ты... Ты настоящий волшебник! 😳

[Your_name]: Пойду-ка я лучше в офлайн, пока не начал краснеть. До скорого.

Джейк редко выбирался на улицу, но сейчас чувствовал необходимость в этом. Если надеть толстовку побольше и натянуть капюшон, можно слиться с тьмой ночи и немного подумать в непривычном месте. Иногда смена обстановки помогала прийти к новым выводам.

Тихий щелчок показался оглушающим среди спящих домов. Рыжий огонёк на миг осветил лицо, лёгкий дым, ударив в нос, словно расползся по телу, окутывая мысли сладким дурманом.

Обдумать предстояло многое. Странную скрытность Ханны, мотивы похитителя... И неестественную симпатию к Энни, думать о которой он не переставал с момента, когда увидел эту девушку в реальности.

Джейк был всё ближе к третьему десятку, но в такие моменты ощущал себя юнцом, ещё не научившимся контролировать собственные мысли.