Глава 16

Ойкава уже было полез за ключами, как вдруг, заметил перед собой чей-то силуэт. Было довольно темно, да и очков на нём не было, поэтому парень видел смутно. Этот человек явно заметил Тоору, отчего стал приближаться, быстро приближаться. Только спустя пару секунд темноволосый понял, что к нему бежит Сугавара, но что он здесь делает? Сероволосый чуть ли не сбил Ойкаву, парень крепок обнял его и воскликнул:

- Я так переживал за тебя!

- Переживал? Из-за чего?

- Твоё колено и спина болят? - Коуши отпустил Ойкаву и внимательно осмотрел его.

- А с чего бы им болеть?

- В смысле "С чего бы им болеть?" ?! - опешил Суга, - Ты врезался в те стулья при том пасе на Иваизуми, ещё и наступил на больное колено!

"А! Точно. Я и забыл" - подумал темноволосый.

                                      ***

Волнующий момент. Сугавара и Кагеяма провели систему двух связующих, мяч смог отбить Ханамаки, но тот предательски полетел вправо. Ойкава бежит за ним. Он не может упустить его. Он обязан спасовать Хаджиме. Доля секунд, Тоору указывает на лучшего друга, говоря, чтобы тот приготовился атаковать. Подпрыгивает, и отдаёт очень длинный и сильный пас Иваизуми, а сам летит за пределы игровой площадки. Парень сильно прикладывается о стулья и прочее судейское оборудование. После чего пытается встать, но наступает на больное колено. Ойкава встаёт и бежит в сторону игрового поля. Думать о боли некогда. Сейчас самое главное - мяч, перелетающий за сетку. Они обязаны провести хорошую атаку и забить очко.

"Талант можно проявить. Инстинкты отточить. Я должен...я должен!..."                                       ***

- Наверное, из-за переизбытка адреналина и не заметил этого. - пожал плечами парень.

- Пошли быстрее к тебе, твоё тело нужно осмотреть.

- Осмотреть? - то ли смутился, то ли съехидствовал Тоору.

- Да! Вполне вероятно, что ты заработал несколько синяков, а если так, их нужно намазать мазью. 

- Хорошо-хорошо, - темноволосый достал ключи из кармана, они подошли к входной двери его дома, и он вставил ключ в замочную скважину, - Ну, а ты, Коу-чан, я помню, как мяч попал тебе прямо в голову.

- Со мной всё хорошо.

- Ты уверен? - капитан Сейджо перевёл взгляд на Сугу.

- Да, абсолютно.

Ойкава открыл дверь, и они зашли в дом. Сугавара впервые был здесь, и мог только сказать, что внутри он выглядит довольно комфортабельно. Зароботная плата его родителей явно выше среднего, о чём говорили многочисленные сувениры из разных стран и районов Японии. Подростки прошли прямо по коридору и свернули налево, там, как раз таки, и была комната Тоору. Выглядела она, по сравнению со всем остальным, что удалось увидеть Коуши, довольно просто. Кровать, полки с книгами, украшенная его наградами и грамотами, небольшой телевизор и DVD. Также там стоял шкаф с его вещами, на полу лежал волейбольный мяч, приспособления для разработки коленного сустава и невысокий столик. Прямо возле телевизора валялся какой-то диск и наушники.

Ойкава поставил сумку на пол, снял кофту и футболку.

- Тебе не нужно в душ? - спросил парень.

- Нет, я уже... - поначалу Сугавара не обратил внимание на оголённый торс темноволосого, но опустив глаза чуть ниже лица, тут же застыл, - иди уже быстрее мойся, и я тебя осмотрю! - затараторил сероволосый.

- Как скажешь, - своей обычной интонацией произнёс Тоору, взял чистые вещи и вышел из комнаты.

Коуши поставил свою сумку на пол, рядом с сумкой Ойкавы и прошёл дальше в глубь комнаты. Он подошёл к полочкам, на которых, как оказалось, были не только награды, грамоты и книги, но и рамки с фотографиями. На одной из фото был изображён маленький Тоору, играющий с Иваизуми в что-то на подобие волейбола. На другой уже более взрослый Ойкава приобнимал мальчика, на вид из младшей школы. Оба они улыбались, глядя прямо в камеру. На другой уже была запечатлена вся его семья. Родители, старшая сестра и её муж, а может быть это его тётя и дядя, тот самый мальчик, что был на предыдущей фотографии, и он сам. Глядя на это фото, Коуши стало грустно от осознания того, что он совсем не знает парня так хорошо, как ему хотелось бы. После, его взгляд упал на грамоты. Тоору получил их за хорошие результаты в школе и спорте. Награда лучшему связующему также стояла на одной из полочек. Сугавара отошёл от полочек и развернулся на девяносто градусов, сероволосый опустился на корточки и аккуратно взял диск, валявшийся на полу.  Он внимательно осмотрел его, но нигде не значилось, что именно хранится на нём, так что Коуши решил положить его туда, где он и лежал.

К этому моменту в комнату вернулся Ойкава, парень тёр волосы полотенцем. Темноволосый переоделся в домашнюю одежду, состоящую из: пепельно-розовой футболки и бежевых спортивных штанов.

- Суга, ты можешь снять кофту, если тебе жарко.

- А, да, нет, мне не жарко, я лишь, - сероволосый расстегнул молнию на чёрной кофте, под ней пробивалась белая футболка с какой-то надписью, и засучил рукава, - Садись на кровать и задирай футболку.

Тоору послушался его, и пока парень доставал мазь из своей сумки, удобно устроился на кровати, взявшись на низ футболки, поднял её до уровня грудных мышц. Сугавара достал небольшой тюбик из своей сумки, подошёл к кровати и сел на неё, прямо за темноволосым. Перед ним открылась довольно-таки пугающая картина: три гематомы. Они не были слишком уж большими, но их ужасный синий, с переливыми красного и фиолетового цвет настораживал.

- У тебя правда не болит спина? - задал он вопрос, от удивления его глаза расширились.

- Ну да.

- А так? - произнёс парень и кончиками пальцев коснулся одного из синяков.

Ойкава почувствовал холодные пальцы Коуши. По телу пошли мурашки.

- И так не больно.

Сугавара вмиг потускнел. Сероволосый выдавил немного мази на пальцы и начал аккуратно растирать её по поверхности спины. Тоору дёрнулся от прикосновения холодной консистенции к коже. И всё же легкие касания пальцев Коуши успокаивали и само место с гематомами и Ойкаву. На душе стало так спокойно, будто ничего этого не было, будто весенние отборочные ещё не успели начаться, будто до них ещё долгих два месяца.

- Ты был невероятен, - неожиданно произнёс Сугавара, - вы...ты, Иваизуми и остальные третьегодки заслуживали победы. В вас был тот огонь, его невозможно ни с чем перепутать. Знаешь, когда ты упал, пытаясь отбить мяч, прямо перед Кагеямой, возможно ты не заметил, но я тогда был с тобой на одном уровне. Мы оба были на полу в тот момент. Но если я продолжал держать взгляд на том же уровне, то ты сразу же взмыл вверх. Ты смотрел наверх, стремился быть выше. Думаю тогда, я увидел настоящего тебя, наконец-то смог по правде понять тебя. Твой огонёк в глазах засиял ещё ярче, - сероволосый выдавил ещё немного мази, - А когда ты пропустил тот последний мяч...Огонёк потух. Да, всего лишь на несколько секунд, но он потух. Ойкава...нет...Тоору, я хочу сказать, никогда не давай своему огоньку потухнуть. Сейчас это продлилось всего несколько секунд, но кто знает, на сколько этот огонёк исчезнет в следующий раз. Но, - Коуши опустил футболку парня, темноволосый повернул к нему голову. Всё это время он молча слушал его, ловил каждое слово, каждый отзвук, вдох и выдох. Ойкава запомнил этот момент до мельчайших подробностей, - так как я вижу в тебе этот огонёк снова, значит, ты не уйдёшь из волейбола, поэтому я счастлив. - Сугавара улыбнулся своей довольно обычной, но не менее милой и приятной улыбкой. Тогда-то Тоору понял, Иваизуми не единственный человек, способный понимать его без слов. Теперь в его жизни есть он, Сугавара Коуши, и он не меньше Хаджиме переживает за него, не меньше друга любит его, вот только его любовь отличается от дружеской.

Темноволосый коснулся правой щеки сероволосого ладонью и прильнул к его губам. Кончики его пальцев сначала поглаживали скулу Коуши, а затем медленно зарылись в волосы. Тоору прервал сладкий поцелуй и прислонился к лбу парня своим.

- И пожалуйста, не плачь больше, - добавил связующий Карасуно, - я бы хотел, чтобы моя мазь помогла вылечить боль в твоём сердце, но это невозможно.

"Так он всё-таки заметил" - пронеслось в голове капитана Аобаджосай.

Сугавара ещё будучи на улице заметил два красных пятна под глазами темноволосого. Он сразу понял, что это следы от слёз, достаточно горьких, чтобы от них остались следы.

- Не буду, - улыбнулся Ойкава и закрыл глаза, - знаешь, Коу, я тут понял, раньше ты мне просто нравился, был симпатичен и всё-такое, но сейчас...кажется...я люблю тебя. На самом деле люблю. - произнёс Тоору неожиданно как для себя, так и для Коуши.

- Ты что, только что признался мне в любви? - по-доброму усмехнулся сероволосый и отстранился от парня.

- Называй это, как хочешь! - воскликнул он и отвернулся.

- Признаваться в любви, испытывая адскую боль...Я всегда удивлялся твоей смелости и чистоты духа.

- А что мне ещё остаётся?!

- Хорошо, можешь поплакать в последний раз. Расскажи мне о всей своей боли, и я постараюсь забрать хотя бы половину этой боли себе.

- Но это не честно по отношению к тебе. - Ойкава вновь посмотрел на парня, - Твоя команда выиграла, и я должен радоваться этому, но не могу.

- Потом порадуемся этому, хорошо? - Сугавара немного наклонил голову в бок и улыбнулся.

Из глаз Тоору снова потекли слёзы. Раньше он бы не осмелился заплакать при Коуши, но сейчас, почему-то, было не страшно. Было не страшно, что он осудит, было не страшно, что он засмеёт, потому что Ойкава понимал, что всего этого сероволосый не сделает. Темноволосый мог больше не бояться быть настоящим рядом с ним, а настоящий Тоору далёк от того, которого он показывает всем. Сугавара прижал плачущего Ойкаву к себе, его глаза тоже наполнились слезами. Ему было так жалко парня, в какой-то степени Коуши готов был проиграть ради него, но так как они изначально дали друг другу обещание не подводить собственные команды, не отвлекаться на чувства во время матчи, вице-капитан Карасуно выдал в этой игре максимум своих возможностей. Тоору знал, что плачет из-за этого в последний раз. Плачет он только с дорогими и близкими ему людьми, а ими являлись только Иваизуми и Суга. Темноволосый отпустит всю эту ситуацию после последней упавшей из его глаз слезинки и продолжит двигаться дальше. Ведь тогда, в разговоре с Вакатоши, он сказал абсолютную правду - его волейбол не закончился, Ойкаве ещё слишком рано сдаваться. Национальные старших школ не единственные соревнования, где капитан Сейджо мог бы показать свой максимум, где мог бы добиться высот. Сугавара же был уверен в том, что волейбол старшей школы станет последним. С его навыками невозможно стать профессиональным волейболистом, несмотря на отличные стратегические способности. Но волейбол не уйдёт из его жизни, пока они с Тоору вместе, а как казалось обоим вместе они будут ещё очень долго.