Глава двадцать третья. Единение

− Но как же вам удалось выбраться?! − протянула я, поднося к губам огромную кружку дымящегося зеленого чая с имбирем.

Агата превзошла саму себя. Ее домашние пирожные, джем и печенья оказались настолько вкусными, что хотелось поглощать их один за другим снова и снова.

Широкая мягкая спинка кожаного дивана приятно «ласкала» спину, ровно, как и рука Анджея, что сейчас покоилась на моем плече.

− Это все заслуга Ясмин, а также Киана и Марка, − ответил любимый.

В глаза молодому арабу он при этом так и не посмотрел. Между нами и бывшим соратником Мюллера все еще сохранялся заметный «холодок», хотя в голосе Анджея и проскользнули нотки благодарности.

− Правда? − поинтересовалась я, плотнее натягивая на запястья широкие рукава толстовки.

Киан в этот самый миг восседал в просторном кресле с противоположной стороны столика. В его бокале виднелся знакомый напиток − кровь, разбавленная виски. Любимый «коктейль» Анджея.

− Когда мы поняли, что та штука нагоняет, Марк сразу же замедлил течение времени, − пояснила ливанка. − А когда тебя вдруг и вовсе начало затягивать внутрь зеркала, я попыталась атаковать, но... создание не поддалось. Тогда Давид создал инверсию и...

«Давид?», − сразу же пронеслось в голове. − «Что-то я уже вообще ничего не понимаю».

− Что еще за «инверсия»? − переспросила я, вопросительно глядя на них обоих.

− Когда мы только познакомились, выяснилось, что Давид обладает редким даром, полностью противоположным тому, каким наделен Марк. Он способен не только перемещаться в пространстве подобно всем Первородным, но еще и ускорять временные потоки.

− И каким образом это сумело помочь?

− Давиду удалось ускорить движение молекул, из которых состоят огненные силовые потоки Ясмин, − пояснил Даниель.

Перед преподавателем по-прежнему лежали страницы из «Illustris Liber». Он практически ни на секунду не отрывался от них.

− И? − подталкивала я его к пояснению.

Молодой еврей, наконец, оторвал голову от листов и ответил:

− Это позволило увеличить силы Ясмин в несколько раз, и тем самым отогнать от тебя Альмакуба. Единственное, чего мы никак не могли предположить, так это того, что он также способен просачиваться сквозь порталы.

Сердце в груди мигом заколотилось.

Значит, вся эта неведомая... «субстанция», что поглотила мое тело перед тем, как я попала в Изгнание, и была... этим самым существом?! Неудивительно, что мне так сильно хотелось умереть тогда...

− Ровно, как и Мюллер, − произнесла Кейша. − Что-то подсказывает мне, что он вообще был не в курсе того, что неподалеку от его собственной лаборатории находится портал, ведущий в Изгнание.

− Мессир, − начал было, Киан, а затем, запнувшись на мгновение, продолжил, − Рихард вообще никогда не обращал особого внимания на эту безделушку. Насколько мне известно, зеркало находилось в венской штаб-квартире с самого ее основания. Не знаю, кому оно могло принадлежать, но тот факт, что Диамант исчезла у него прямо под носом, ровно как и главное «оружие»...

Араб выдержал паузу, а затем его широкая ладонь легла на густую шевелюру Ясмин и нежно ее потрепала.

Подруга, сидевшая на полу как раз перед самым креслом и раскладывающая карты «таро» на прозрачной столешнице, мигом перехватила руку возлюбленного и поднесла ее к губам.

− Мюллер испугался, − закончил фразу вампир. − То, что произошло, явно оказалось не в его понимания. Словно бы... противоестественно. Как будто этот самый портал оказался... создан кем-то специально для того, чтобы помочь Амелии скрыться от Альмакуба.

Я сделала очередной обильный глоток.

− Так оно и есть. Это был мой дедушка.

С губ сорвался вздох, а потом я добавила:

− Раньше он уже использовал зеркала для того, чтобы связаться со мной.

Лиза с удивлением уставилась на меня:

− Что именно ты имеешь в виду?

Не задумываясь ни на секунду, я выдала ребятам всю правду. Для этого уже давным-давно настало подходящее время:

− Первый раз это произошло прошлой весной. Второй − когда мы пошли в книжный магазин в Кронске. Когда на нас впервые напал этот самый Альмакуб...

− Но почему ты не рассказала? − поинтересовался Марк.

Я лишь пожала плечами.

− Не знаю. Наверное, потому, что впервые столкнулась с этим еще до того, как мне стало известно о существовании сверхъестественного мира. Анджей только появился в нашем университете, я ничего не знала ни об истинной судьбе дедушки, ни о своем собственном предназначении... Как я ВООБЩЕ должна была реагировать на то, что в моем зеркале... что-то там появилось?!

Пальцы сразу же нервно вплелись в волосы.

− А второй раз... Не знаю. Наверное, я просто забыла об этом во всей той кутерьме, что последовала следом.

Даниель подпер свой смуглый подбородок самыми кончиками пальцев.

− Ты думаешь о том же, о чем и я? − поинтересовался у него Анджей. − Думаешь, Альмакуб и зеркала как-то связаны?

Преподаватель выдержал паузу, а затем протянул:

− Думаю, что здесь не все так просто. Скорее всего, Давид либо ошибается, либо попросту чего-то не знает или... не договаривает. Учитывая тот факт, что Мюллеру было известно о «двойствененности» Диаманта, то и природа происхождения Альмакуба наверняка не составляет для него секрета. Ты уверен, что никогда не видел это существо раньше? − спросил он вампира.

«Киан-Давид» отрицательно мотнул головой.

− Рихард часто пропадал в лаборатории в последние полгода. Но туда его обычно сопровождала либо Азида, либо Лука. Я слишком далек от науки и всего такого прочего...

Даниель прищурился, очевидно, что-то прикинув в уме, а затем заключил:

− Вполне возможно, что ответ кроется именно там. Про какую ИМЕННО лабораторию идет речь?

− Мексиканский блок вы все видели, теперь он уничтожен. Ровно, как и венский. Одна лаборатория находится здесь, в Великобритании, другая − в Бразилии и последняя... в Москве.

− Ты ведь был практически его «правой рукой», − подаваясь вперед, пробормотал с нажимом в голосе Ксандр. − И хочешь уверить нас в том, что тебе практически ничего об этом не известно?

− Перестань быть таким подозрительным, − пробурчала Ясмин. − Все кончено. Давид «снял» с себя клятву. Я знаю его гораздо дольше, чем ты. Да, вполне возможно, что его душа озлобилась под влиянием лжи этого мерзкого... шайтана, но сам он никогда и никого не обманывал!!!

Подруга выдержала паузу, а затем добавила:

− Именно поэтому Давид и нес свой «крест», принятый во имя моего спасения, много-много лет. До самого конца. Пока правда не всплыла наружу, пока я сама не явилась к нему. Живая, во плоти.

В комнате вновь стало тихо.

− Ваш друг прав, − вдруг пробормотал вампир. − Несмотря на то, что я спас своей «жертвой» любимую, это нисколько не оправдывает того факта, что я убивал. Убивал для Мюллера.

Глаза молодого араба сузились:

− Чаще всего это были сомнительные личности, чьи души были такими же темными и грязными, как и моя собственная... Но, как бы там ни было, смысл от этого не меняется! Смерть, есть смерть. Кровь, есть кровь. Она навсегда остается на твоих руках, и как бы ты не старался их отмыть... Ничего не выходит!

Черные глаза с грустью посмотрели прямо на меня, и я с трудом смогла выдержать этот взгляд. Я прекрасно понимала, что Киан имеет в виду ту несчастную девушку, которую я убила во имя исполнения ритуала бракосочетания с Мюллером.

− Только не тогда, когда дьявол завладел твоей душой безо всякого на то согласия! − раздался мягкий голос Агаты.

Стройная старушка, как всегда облаченная в строгий темно-синий костюм и юбку, втолкнула в гостиную очередной столик с всевозможными яствами.

− Жаль, что Полина сейчас не с нами, − улыбнувшись, протянула Лиза. − Агата, ваши сладости исчезли бы в мгновение ока!

Ирландка улыбнулась, поправив серебряный гребень у себя в волосах.

− Благодарю покорно, моя дорогая. Я предлагала мистеру Анджею перенести ваши расчудесные посиделки в столовую, но он наотрез отказался.

Она строго посмотрела на моего возлюбленного, а тот «послал» в ответ одну из своих самых ослепительных улыбок.

− Лучше отложить пир до вечера. Сейчас нужно разобраться с делами.

− Не спорю, мальчик мой, не спорю, − кивнула пожилая женщина, разливая чай.

− Вполне возможно, что Мюллер взрастил это существо в одной из тех проклятых стеклянных камер, что мы видели, − сказал Марк, ставя на столик свою опустевшую чашку. Агата мигом наполнила ее очередной порцией душистого чая.

Даниель отрицательно мотнул головой.

− Насколько я знаю, Альмакуб имеет под собой естественную природу. Не думаю, что он сумел бы создать что-то подобное в своей лаборатории.

Преподаватель любовно отодвинул в сторону страницы из Манускрипта и принял из рук заботливой экономки очередной стакан с виски.

− Для меня немного рановато, Агата, − улыбнулся он старушке.

− Это не то, что вы думаете, мистер Даниель.

− Правда?

Он еще раз заглянул в стакан, а затем сделал осторожный глоток. Пару мгновений спустя на лице молодого еврея застыла такая гримаса, что все едва сдержались от смеха.

− Настойка из полыни и корня женьшеня? − протянул Даниель, с трудом проталкивая напиток в горло. − Вы меня балуете, Агата...

Пожилая дама гордо повела головой.

− Вы не спали целую ночь, помогая мне с картой, разве не помните? Связующему не подобает спать на ходу!

Преподаватель в благодарном жесте приложил свою смуглую ладонь к груди, а ирландка почтенно поклонилась в ответ.

− А как вам потом удалось найти меня в склепе? − поинтересовалась я. − Провалившись в тот портал, я могла оказаться где угодно.

Повисла очередная пауза. Краем глаза я заметила, как все мигом покосились на Анджея.

− Анджей, − подтвердил мои догадки Даниель. − Сила его любви и способности Лизы к предвидению помогли нам довольно быстро отыскать тебя в бесконечном течении пространства и времени.

Я многозначительно уставилась на преподавателя.

− В этом мире вы оба связаны как никто другой. Две части единого целого, − он смотрел мне прямо в глаза. − Как только ты вновь оказалась в реальном мире, Анджей сразу же ощутил твое присутствие. А так как твой разум еще и освободился от чар Мюллера, это вообще не составило никакого труда.

С губ молодого еврея сорвался вздох, а затем он продолжил:

− Вы оба НАКОНЕЦ узнали, кем являетесь на самом деле. Теперь вы оба ОСОЗНАЕТЕ истинную связь, что существует между вашими душами... Одно не может существовать без другого. Никогда.

Несколько секунд мы с Даниелем продолжили пристально вглядываться в глаза друг другу. Когда я поняла, что ответить нечего, я повторила последнюю часть вопроса:

− Так что там со склепом?

− Когда Лиза смогла определить, что ты находишься в Корнуолле, то я понял, что никаких совпадений просто не может быть. Ты могла оказаться только здесь, в поместье, − произнес Анджей. − Когда мы обыскали дом, Агата предложила проверить склеп, что располагался в саду. Я никогда раньше туда не спускался, он принадлежал бывшим владельцам...

− Тут нам очень помог Давид, − вдруг вставила Кейша. − Когда мы не смогли ничего найти и там, он невероятно разозлился и со всей силы пнул ногой валяющийся на полу осколок мраморной плиты. Булыжник отлетел в сторону и повредил стену...

Кей на секунду замолкла, а потом смущенно добавила:

− Он винил себя в том, что Мюллер сумел сбежать от нас в Вене...

− За слоем бетона оказалось еще одно помещение, и тогда я пришла к выводу, что стоит устроить небольшой... бабах! − пояснила Ясмин, а затем изобразила руками взрыв.

Все замолчали, а я бросила короткий взгляд на Киана. Тот также неуверенно смотрел на меня.

− Спасибо, что помог.

На губах араба вдруг застыла кривая ухмылка.

− Тем, что пнул чертов камень? Думаю, что это самое незначительное, что я вообще мог бы сделать для вас после всего произошедшего...

− Ты прекрасно знаешь, что я не об этом.

Изо рта вампира вырвался вздох. Проведя смуглой ладонью, на внешней стороне которой красовалось изображение орла по своим темным волосам, Киан добавил:

− Внутренние демоны еще долго не будут давать мне покоя. Теперь я буду должен искупить вину перед собственной совестью, во что бы то ни стало.

Он замолчал на мгновение, а затем продолжил:

− Иначе, тьма окончательно пожрет меня. И уже никогда больше не отпустит.

Ясмин откинулась назад и провела ладонью по его точеному подбородку:

− Не говори так, любовь моя. Теперь мы вместе, и я никому больше не позволю играть с твоей душой. Теперь она принадлежит только мне.

− Так оно и есть, − прошептал вампир, прижимаясь к ладони подруги как можно плотнее. − Так и есть.

В комнате вновь стало тихо. Лишь мирно тикали старинные часы, что стояли в противоположной стороне помещения.

− Сейчас не время впадать в отчаянье, друзья мои! − вдруг торжественно объявила Агата. − Вам всем еще многое предстоит сделать для этого мира. Даже у вас, молодой человек, − она указала пальцем на Киана, − появился ДЕЙСТВИТЕЛЬНО неплохой шанс на то, чтобы полностью очистить свою грешную душу от всего того зла, что было совершено за долгие годы служения тьме!

Гордая ирландка выпрямилась, подняла подбородок и продолжила:

− Изгоните из нее поселившегося там демона, скажите, что его не существует, что он больше не имеет над вами власти и тогда... Он больше никогда не сумеет посеять в вас сомнения! Мы сами создаем себе чудовищ. И богов, между прочим, тоже...

− Вы не верите в Бога, Агата? − спросила ее Кейша.

− Я верю во время и его непрерывное течение, моя дорогая, − протянула пожилая женщина. − Пока существует время, существует все сущее. Все было, все есть и все будет. Друиды, мои славные предки, всегда стремились к тому, чтобы все в этом мире сосуществовало в гармонии друг с другом. Как добро, так и зло. Баланс сил − именно тот «катализатор», который всегда удерживал Вселенную от гибели. Хаос и порядок, наука и магия, черное и белое, мужчина и женщина... Сейчас все это утрачивает привычный смысл. Пока чаша весов смещается в сторону того, что все мы именуем «тьмой», у мира нет надежды на будущее... И на спасение.

Женщина снова выдержала паузу, а затем добавила:

− Но единый Диамант и Стражи − в силах это изменить! С вашего позволения...

Она поставила чайник на столик и, снова поклонившись, вышла из комнаты невероятно ровной, грациозной походкой.

− До сих пор не могу поверить в то, что они скрыли это от меня, − вдруг пробормотал Анджей себе под нос. − Я мог всего ожидать от него... Но мама! Почему она ничего мне не рассказала? Я всегда считал себя получеловеком. И уже, наверное, никогда не смогу привыкнуть к той мысли, что она тоже... была такой же, как и он.

Где-то в глубине дома раздался звук закрывающихся ставен.

− Я понимаю тебя, дорогой... − протянула я, проводя кончиками пальцев по точеным скулам Анджея. − Мне тоже было тяжело, когда открылась правда о моем происхождении. Я всегда была... просто Амелией и вдруг, буквально в одночасье, превратилась в ту, кто должен будет спасать мир от гибели. Но сейчас это не важно, ведь...

Я выдержала короткую паузу, а затем, мягко улыбнувшись, продолжила:

− Мы с тобой есть друг у друга. Ты не один в этом бесконечном «путешествии». Вместе мы преодолеем все. Ты − часть меня, а я − часть тебя. Надеюсь, ты не забыл?

Любимый грустно улыбнулся, но его прохладная ладонь все же накрыла мою.

− Интересно, кто кроется за этим Альмакубом... − вдруг пробормотала себе под нос Ясмин. − Из того, что нам удалось увидеть, ясно следует одно: Мюллер может контролировать это существо, а значит, он каким-то образом связан с его прошлой жизнью... Так ведь, Даниель?

Преподаватель задумчиво потер подбородок.

− Пока что я не могу сказать ничего определенного, Ясмин. Я рассчитывал, что Давид может что-то знать, но раз даже его Мюллер не стал посвящать в эту тайну... То я также вряд ли что-то еще смогу добавить к сказанному. Ясно одно, данное существо гораздо сильнее, чем ожидал его создатель.

Сердце в груди вдруг забилось быстрее. В мыслях вдруг сразу же всплыло имя того, кто защитил меня от этого проклятого чудовища. Андрей.

То, что произошло с другом, было абсолютно точно как-то связано с Димитрием, и теперь нужно было срочно выяснить, как именно.

− А Андрей? − протянула я вслух. − Как вы думаете... Это сыворотка Мюллера так повлияла на то, что он... − я не могла выдавить из себя слово «обратился», вспоминая, как тяжело было мне, когда собственные силы пробудились от крови Анджея, которой он пытался спасти меня от гибели.

− На его трансформацию? − закончил Даниель.

Я утвердительно кивнула.

− Амелия, милая... Я абсолютно уверен, что сыворотка здесь ни при чем. Вполне возможно, что она действительно дала некий толчок организму для перерождения, но это далеко не все. Оборотнем, вопреки мнению, может стать только тот, кто был им рожден. Никакой укус не сможет обратить человека в эту сверхъестественную форму. Даже при всем желании. Единственное, что может последовать после этого − продолжительная болезнь, сродни той, что известна нам всем как бешенство.

Я посмотрела прямо перед собой.

− Что-то не так? − поинтересовался Анджей, убирая с моего лица прядь волос.

В ушах снова и снова проносились слова дедушки, связанные с Андреем и Димитрием.

− Когда я была в Изгнании, − кожа мигом покрылась мурашками, и я поежилась, − Дедушка сказал, что «Андрей имеет право на то, чтобы знать правду о своем происхождении, ровно, как и все мы».

Ксандр прищурился.

− Он хотел, чтобы Димитрий и Андрей оказались в одном месте одновременно. «Это все поставит на свои места», так он мне сказал.

− Звучит разумно, − произнес Киан (я все еще не могла называть его Давидом). − Димитрий − предводитель Клана Оборотней, а значит, ему абсолютно точно должно быть что-то об этом известно. Что касается Мюллера, то он явно был не меньше удивлен, что ваш друг оказался одним из... представителей рода кошачьих.

− Давид... − мигом прикрикнула на него Ясмин. − Повежливее!

− Я не имел в виду ничего такого, любимая. Просто... Это их природа. Суть. Каждый, кто был рожден оборотнем, рано или поздно становится наполовину животным. Разве в природе есть что-то плохое? Даже у тебя когда-то был фамильяр, или я не прав?

− Это совершенно другое, тебе не кажется?

Киан скорчил гримасу, а затем вновь потрепал любимую по голове.

Было невероятно странно видеть, как этот яростный воин, который еще недавно внушал мне страх, мог так сильно преобразиться только из-за одного единственного обстоятельства − своей любви к Ясмин.

− Мне нужно его увидеть, − прошептала я, посмотрев на Даниеля.

Преподаватель развел руками.

− Не вижу никаких препятствий. Я никогда не стремился ограничивать тебя в принятии собственных решений, поскольку не имею на это никакого права. Но ты точно уверена?

Я утвердительно кивнула. Андрей пострадал в этой битве сильнее всех остальных. Сейчас ему нужна была поддержка. Впервые он точно также как и мы с Анджеем столкнулся с чем-то таким, что не зависело бы от его желаний никоим образом. С собственной сущностью.

− С ним сейчас Полина, − немного смущенно произнесла Кейша. − Но я абсолютно уверена, что он будет рад тебя видеть. Андрею сейчас особенно сильно нужна поддержка близкого человека...

Я пристально посмотрела на подругу, а она − на меня.

Вид у Кей был изможденный, но ее замечание было точным как никогда. Что-то внутри отчаянно подсказывало: он действительно ждал меня, и я отчетливо ощущала это.

− В таком случае нужно заказать билет на самолет... − начала, было, я, но Анджей мигом оборвал меня.

− Нет, об этом не может быть и речи! Пока что все мы останемся здесь. Нельзя исключать, что Мюллер снова выжидает удобного момента для того, чтобы напасть. Больше никаких разделений на пары, группы, и тому подобное. Отныне держимся только вместе...

− Значит, поедем в Москву всей шайкой-лейкой! − решила не сдаваться я.

− Мы должны оставаться здесь.

− Простите... − подал кто-то со стороны свой голос.

− Тогда отпусти со мной Марка! Он − самый сильный из Стражей! Он не оставит меня ни на мгновение, и если Мюллер вдруг появится...

− Я же сказал, БОЛЬШЕ НИКАКИХ ПОСЛАБЛЕНИЙ! Без Полины Круг и так становится более уязвимым. Я предлагал Даниелю и Димитрию оставить Андрея здесь. В доме есть все необходимое, мы могли бы следить за ним круглосуточно и...

− Я мог бы ее перенести... − вновь донесся до нас голос.

Мы с Анджеем перестали пререкаться друг с другом и вместо этого уставились в ту самую сторону, из которой этот самый голос раздался.

Говорил Киан.

− Вам не нужно будет надолго разлучаться. Если тебе будет спокойнее, то я могу взять с нами кого-нибудь из Стражей или... даже тебя.

Мой возлюбленный вперился в возлюбленного Ясмин пронзительным взглядом. Так, словно он сразу предложил ему прикончить меня.

− Не беспокойся, Анджей... Топор войны зарыт окончательно и бесповоротно. Рядом со мной Светлый Диамант будет в безопасности.

− Ты? Верный прислужник чертового монстра и хлоднокровный убийца, будешь защищать Амелию? Ту, которой еще недавно желал смерти? − прошипел Анджей. − Неужели ты это серьезно?

Киан состроил гримасу.

− Еще недавно я защищал ее от тебя, как свою будущую Королеву... Разве не так?

Кулаки любимого сжались, а на лице араба застыла довольная гримаса. Он задел Анджея за живое. Но факт при этом оставался фактом: Киан чуть не погиб, защищая меня, даже будучи на другой стороне «поля».

Ясмин потупилась. Было видно, как она разрывается между тем, чтобы броситься защищать любимого, и тем, чтобы поддержать Анджея.

− Если я разрешил тебе пересечь порог своего дома, то это еще не значит, что я отупел до такой степени, что отпущу с тобой Амелию, куда бы то ни было.

− Анджей, прекрати... − начал, было, Даниель.

− Она... никуда... с тобой... не пойдет, − не унимался он.

− Нет, Анджей... Пойду! − вдруг, сама того не ожидая, пробормотала я. − Если это позволит нам сэкономить время, и если Киан сможет защитить меня в случае опасности, то стоит воспользоваться такой возможностью. Я должна увидеть Андрея.

В глазах любимого вдруг застыло замешательство и... удивление. Его щеки вдруг налились таким румянцем, которого я никогда еще прежде не видела.

− Анджей, я вынужден согласиться с Амелией, − вновь подал голос преподаватель. − Так мы не потеряем времени, которое сейчас исчесляется для нас на вес золота. Если бы Киан хотел убить Амелию, то он сделал бы это тогда, когда она находилась в цитадели Мюллера. И к тому же...

Даниель поправил очки на переносице, а затем продолжил:

− Больница находится в ведении оборотней. Они такие же защитники Диаманта, как и Стражи. Димитрий никогда не даст Амелию в обиду.

− А я могу почувствовать присутствие Клана где угодно, не забыл? − уже без всякого ехидства заключил Киан. − Если мне что-то не понравится, то я мигом перенесу ее обратно, обещаю.

Мы с Ясмин встретились взглядами, и подруга едва заметно кивнула, безмолвно благодаря за то, что я решилась поддержать ее любимого.

− Анджей, пожалуйста... Дай ему шанс, − прошептала я, кладя ладонь ему на грудь. − Даже не ему... Дай шанс Ясмин! Если тебе так будет спокойнее, то я возьму с собой Марка.

− Я готов, − улыбнулся друг и уже начал подниматься с дивана.

− Нет, − вдруг пробубнил Анджей, глядя мне прямо в глаза. − Пусть идет Ксандр.

Саша, который в этот самый миг о чем-то тихо беседовал с Лизой, вдруг вздрогнул и посмотрел прямо на нас.

− Хорошо Эй Джей. Если тебе так будет спокойнее...

Друг послушно встал, а возлюбленный вновь с вызовом уставился на Киана.

− Не думай, что меня это задевает, − пробубнил тот себе под нос, ухмыльнувшись

В голове пронеслось пару расплывчатых вспышек, которые вполне могли быть не чем иным, как моими воспоминаниями: я прижимаю к себе молодую черноволосую мексиканку, Киан корчится от боли, а позади него самодовольно скалится Ксандр, с воинственно занесенным над головой копьем.

− Ну что ж, − протянул Даниель, также поднимаясь, − Пока Амелия будет отсутствовать, я вплотную займусь изучением отрывков из Манускрипта, и попытаюсь разобраться в том, что за послание оставил нам Георгий.

− В таком случае я покопаюсь в книгах в библиотеке, − нехотя отозвался Анджей, бросая на меня короткий взгляд. − Попытаюсь найти какую-нибудь дополнительную информацию по ультруму. Не хочу, чтобы позже выяснилось, чтобы мы снова где-то ошиблись с переводом, а жизнь кого-то при этом превратилась в один сплошной обман!

Любимый был явно взбешен. То обстоятельство, что он оказался второй половиной Диаманта, совершенно точно привело его в шок. Ровно, как и то, что он и его мать оказались теми, кого он всегда яростно ненавидел и с кем боролся большую часть своей сознательной жизни. Вампирами.

− А мне кажется, что было бы неплохо, если бы нам удалось доставить сюда то самое зеркало, о котором говорила Амелия, − сказала Ясмин, поднимаясь с колен. − Давид, как думаешь, сможешь использовать телепортацию еще раз, чтобы перенести сюда эту штуку? Естественно, после того, как вы закончите...

− Для тебя − все, что угодно, любовь моя, − прошептал араб, поднося к губам пальцы возлюбленной. − Когда угодно, сколько угодно...

Анджей состроил гримасу, а я невольно улыбнулась. Кажется, я начинала пугаться этого смуглого здоровяка все меньше.

− По-моему, звучит отлично, − улыбнулся преподаватель. − А вам было бы неплохо присоединиться к Оливии в склепе, − обратился он к ребятам. − Вдруг вам удастся обнаружить что-нибудь новое, и мы все же сможем открыть портал, из которого Амелия попала сюда.

− Она, что, так и не выходила оттуда? − поинтересовалась я.

Даниель улыбнулся:

− Я еле уговорил ее сходить переодеться. Оливия все еще думает, что «Illustris Liber» спрятана где-то внутри. Ее голландская упертость иногда просто поражает...

Когда все было решено, я отправилась наверх для того, чтобы переодеться. А заодно попытаться найти склянку с кровью Димитрия, что он оставлял мне на случай того, если понадобится экстренная связь с оборотнями.

Конечно же, все оказалось тщетно. Пузырек наверняка остался в доме Оливии в Лос-Анджелесе вместе с остальным багажом, а просить Киана перенестись туда сейчас было бы глупо. Придется действовать по ситуации.

Скинув с себя спортивный костюм из тонкого бархата, я впервые решила изучить содержимое шкафа с одеждой, которую еще в прошлом году специально для меня старательно подобрал Анджей, и к которой я тогда так и не притронулась в виду... некоторых обстоятельств.

Что-то отчаянно подсказывало: любимый сейчас наверху. Ищет меня в нашей общей спальне.

Несмотря на то, что мне конечно же безумно хотелось поговорить и объяснить, что я не имела ничего против проявлений его заботы, сейчас я была обязана поступить именно так, как и поступила. Хотя бы в последний раз. Ради Андрея. Ради того, что мне заповедал сделать заключенный в Изгнании дедушка.

Перебрав многочисленные вешалки, я с удовлетворением отметила, что вкус у любимого был по истине отменным. Все наряды оказались невероятно изысканными и стильными, но сейчас мне хотелось чего-то до боли обычного, удобного и... незаметного.

Найдя на одной из вешалок классические синие джинсы с высокой талией и подобранным к ним кожаным черным ремнем, я одним резким движением натянула их на себя и застегнула пряжку.

Открыв соседнюю створку, я обнаружила целую кучу аккуратно сложенных хлопковых футболок.

Не придумав ничего лучше, я взяла одну из черных и добавила ее к джинсам.

За окном было солнечно, но я представления не имела о том, какая погода могла сейчас быть в Москве. Мобильник также остался в доме Оливии, а использовать чужой не хотелось.

«Нужно будет обязательно связаться с родителями и узнать, в порядке ли они», − подумала я, вставляя ноги в черные кожаные балетки без бортиков.

Подойдя к огромному зеркалу, что висело в ванной, я с грустью уставилась на свое отражение.

Недавно вымытые темно-каштановые волосы распушились и теперь мягко струились по плечам едва закруглившимися завитками, темно-зеленые глаза выглядели измождено и буквально «умоляли» об отдыхе. Над правой бровью «красовался» кусочек лейкопластыря, который туда заботливо прилепил Даниель, а над левой щекой − ссадина, испещренная мелкими порезами.

− Выглядишь шикарно, Царица великого и могучего Клана, − пробормотала я себе под нос. − И как ты до такого докатилась, Амелия, мать твою, Гумберт?!

Зеркальный двойник не ответил, а я вышла вон, погасив свет и оставив проклятое зеркало одним в темноте. Наверное, еще нескоро я вновь начну с прежним спокойствием относиться к этим предметам интерьера.

Подойдя к кровати, я схватила валявшуюся на бордовом покрывале джинсовую куртку и выпорхнула в коридор.

В фарфоровой вазе, что стояла неподалеку на небольшом столике с резными ножками, едва заметно колыхались листья посаженного там растения. Здесь явно кто-то был совсем недавно.

Пройдя вперед, я мигом нашла Анджея стоящим возле лестницы, ведущей наверх.

«Теряешь хватку... и скорость», − подумала я про себя.

− Ты все-таки не передумала? − поинтересовался любимый, прекрасно понимая, что я «раскусила» тот факт, что именно он торчал под дверью.

Я отрицательно помотала головой.

− Я должна понять, что имел в виду дедушка. Думаю, мы оба должны...

Прочистив горло, я поспешила поправить себя:

− А точнее, ПРОСТО ОБЯЗАННЫ помочь Андрею.

Анджей, не отрываясь, смотрел прямо на меня.

− По-крайней мере сейчас, когда он сбит с толку и напуган.

Посмотрев себе под ноги, я продолжила:

− Думаю, что тебе самому сейчас должно быть это понятно, как никому другому. Дедушка никогда не бросал слов на ветер. Что-то мне подсказывает, что сегодня откроется что-то невероятное. По крайней мере, для Андрея точно.

Выдержав паузу, я неуверенно двинулась вперед и, подойдя к любимому, взяла его за руку.

− Пойми, он всегда чувствовал себя совсем беспомощным, находясь среди таких друзей как мы... А теперь это должно будет измениться навсегда. Андрей имеет право на то, чтобы во всем разобраться. Чтобы понять, почему с ним все это произошло.

− Ам, ты там готова? − донесся до нас из гостиной голос Ксандра.

− Мне пора.

Ладонь Анджея вдруг с силой сжала мою, заставляя тело мигом податься вперед.

Он с жадностью впился в меня крепким поцелуем, на который я, конечно же, (а как могло быть иначе) немедленно ответила.

Пальцы любимого с нежностью вплелись в волосы, а мои − замерли на его талии.

Как же я скучала по вкусу Анджея, его запаху, его рукам... Наконец-то весь этот кошмар с Мюллером остался позади, а мы снова были вместе. Надеюсь, что теперь уже навсегда.

− Прошу тебя... будь осторожна. Не отходи от Ксандра ни на шаг. Чтобы не говорила Ясмин, я все еще не доверяю Киану. Он все еще может быть опасен...

− Не беспокойся, − отозвалась я, чмокнув его в самый уголок тонких губ. − Я прикую себя к Ксандру наручниками, если потребуется.

На губах любимого мигом «заиграла» легкая улыбка.

Сердце в груди сразу же сделало кувырок. В такие мгновения он становился похож на своего отца как две капли воды.

− Не думаю, что нам нужны настолько кардинальные меры. Просто... будь начеку, хорошо?

− Хорошо.

С этими словами я отстранилась и со всех ног понеслась вниз.

Ксандр также переоделся. На друге красовалась белая хлопковая рубашка и свободные джинсы.

Киан стоял у выхода на улицу в ожидании нас.

− Готова отправиться в путешествие с этим угрюмым бугаем, Скотти? − протянул Саша, а его широкое добродушное лицо так и «расползлось» в улыбке.

− Только если рядом со мной будет мой персональный капитан Кирк, − отозвалась я, плотнее прижимаясь к плечу друга.

− Знаешь, я вообще-то тоже не особо этому парню доверяю. Особенно после того, как мы чуть друг друга не перерезали на той... вечеринке в Мексике.

− «Вечеринке»?

В голубых глазах Ксандра промелькнуло смущение, а затем он бросил себе под нос:

− Эээ... Не бери в голову! Ты же у нас тогда в глубоком «отрубе» прибывала...

Я мигом нахмурилась, собираясь одарить приятеля какой-нибудь колкостью, но слова вдруг так и застряли у меня в горле. Кажется, то, о чем я думала в гостиной, действительно оказалось не чем иным, как воспоминанием.

На улице все распогодивалось и распогодивалось. Солнце так и слепило. Деревья, что раскинулись вокруг, приветливо качали своими густыми кронами, заставляя проникающие сквозь них тонкие солнечные лучики, весело «танцевать» на мраморных ступенях крыльца и на густых зарослях плюща, что затянули собой фасад дома.

− Готовы? − поинтересовался Киан, отрывая руки от груди и внимательно глядя на нас своими огромными карими глазами.

− Если ты без своих огромных тесаков, то вполне, − отозвалась я.

− Они остались у Мюллера вместе с моим обетом верности, − с серьезным видом заявил вампир.

Повисла неловкая пауза.

− Простите. Знаю, у меня не слишком хорошо с чувством юмора, − вдруг ответил он, а бровь Ксандра вдруг удивленно изогнулась.

− Ну да... Тяжело шутить, когда основной работой является убийство по приказу, − съехидничал друг.

− Ты абсолютно прав, приятель.

− А вот с этим посмотрим.

Киан мигом состроил многозначительную гримасу. Саня ответил тем же, а где-то вдали вдруг завизжала чайка.

− Что мы должны делать? − поинтересовалась я.

− Ты − ничего, − отозвался Киан. − Предрасположенность к телепортации у Диаманта в крови. Нет такой способности, которую он не мог бы «воспроизвести» при желании. Ты − сама Вселенная, а значит, тебе ничто не чуждо. В том числе искажения пространства. А вот твоему... «телохранителю» лучше держаться покрепче.

Вампир протянул нам свои огромные смуглые ладони.

Я так и замерла, с опаской глядя сначала на Ксандра, а затем и на араба.

− Да вы, должно быть, издеваетесь... − прошипел друг, но ладонь Киана все же принял.

Я последовала его примеру. Саша прикрыл глаза и с силой втянул ноздрями воздух. Ветер тихо врезался в наши уши, ровно, как стрекотание сверчков и шорох веток на деревьях. Тишина вдруг ощутимо «надавила» на слух.

− Мне казалось, что в прошлый раз все было проще, − прошептала я.

− Потому что тогда мне нужно было переносить только тебя. Огромный «шкаф с мышцами», что сейчас с нами... зметно усложняет задачу.

− Я бы попросил! − протянул друг, изображая обиду в голосе.

− Надеюсь, что ты не слишком много перед этим съел.

− Что?

Вопрос Ксандра потонул в разверзшейся перед нами бездне, состоящей из круживших вокруг людей и образов.

Было ясно одно: на пороге особняка в графстве Корнуолл в этот миг стало пусто.